Жаргоноиды и жаргонизмы в речи русскоязычного населения (19125-1)

Посмотреть архив целиком

ЖАРГОНОИДЫ И ЖАРГОНИЗМЫ В РЕЧИ РУССКОЯЗЫЧНОГО НАСЕЛЕНИЯ

("Новые" слова и значения в современном русском языке)

"Некоторые слова "блатной музыки" повторяются тоже и в общеупотребительном русском языке, или, по крайней мере, в некоторых 'приличных' говорах. Таких слов, как, например, "баланда" (см. пр. в словаре Даля) или "кот", найдется наверно известное количество. Надо только сравнить словарь "блатной музыки" с общерусским словарем..."

(И. Бодуэн де Куртене. Предисловие // В.Ф. Трахтенберг. Блатная музыка ("Жаргон" тюрьмы). С.-Петербург, 1908, XIV)

Социолингвисты отмечают, что "...для большинства современных индустриальных обществ не характерна 'жесткая' дифференциация языка на более или менее замкнутые, самодостаточные подсистемы: социально и культурно обусловленные разновидности единого национального языка постоянно влияют друг на друга, в связи с чем явления, присущие одной разновидности языка, могут 'перетекать' в другую (или другие)..." (Крысин, 1991, 45). В настоящее время наблюдается активное использование в устной речи слов, словосочетаний и устойчивых выражений из сферы субстандарта, главным образом, из сферы просторечия и жаргона. Естественно, что русистика должна отреагировать на изменившуюся речевую ситуацию, причем реагирование можеть принимать самые разные формы, хотя, очевидно, следует согласиться с мнением, что "Mittelfristig sollte die empirische Forschung zur slawischen Einzelsprache Vorrang haben mit dem Ziel, das Varietätgefüge erst einmal zu beschreiben. Es gibt ja bis heute z.B. für das Russische keine einzige wirklich vollständige Beschreibung einer Nonstandartvarietät" (Hinrichs, 1992, 98). В истории руского языка подобные явления наблюдались неоднократно, последнее по времени относится к первой четверти двадцатого столетия: "В частности, в стандартный словарь проникают элементы следующих класовых и профессиональных диалектов: 1) словаря фабрично-заводских рабочих; 2) матросского словаря (что не трудно себе объяснить, если мы вспомним ту роль проводников революции, которую сыграла "морская братва" в самой толще нашего, главным образом, провинциального населения); 3) "блатного" жаргона людей темных профессий (сюда относятся, например, липа и прилагательное липовый, глаголы хрять, зекать и т.д., которые сейчас далеко вышли за первоначальный круг их носителей)..." (Поливанов, 1931, 114).

В современной живой русской речи, а также в наиболее мобильно отражающей эту речь публицистике и беллетристике нередко можно встретить фразы наподобие следующей: "Чуваки подваливают, на балде - по штуке, коры - штуки по три, а зажимают, лишку не отстегнут...". На стандарте эту фразу можно сформулировать следующим образом: "Заходят молодые люди (мужчины или юноши), на голове по тысяче рублей (головной убор целой в тысячу рублей), туфли - тысячи по три, а скупятся, лишнего не заплатят..." Так мастер-парикмахер рассказывает о профессиональных буднях. В его речи жаргонизмы употребляются так же естественно, как и стандартизмы. Аналогичный пример представляет собой высказывание литовского священника (очевидно, недостаточно владеющего русским языком), рассказывающего прихожанам о предательстве Иуды:

"Тут увидел Господь Иуду, идущего к нему в толпе людей, и вооруженных солдат, и сразу понял, что погорел..." Пример заимствован у К. Косцинского (Косцинский, 1980, 369).

Активное вторжение такой лексики и фразеологии в современный речевой быт вызывает определенные трудности не только у изучающих русский язык как иностранный, но и у самих носителей русского языка. Решению проблемы способствует значительно активизировавшаяся в последнее время лексикографическая деятельность и появление ряда словарей субстандартной лексики и фразеологии (напр.: Файн, Лурье, 1991; Словарь, 1992; Быков, 1992 и др.). Следует, однако, иметь в виду, что уровни отдельных лексикографических публикаций могут обнаруживать существенные различия, на что совершенно справедливо в немецкой русистике обратил внимание H. Jachnow: "Eine umfassende praktische Beschäftigung mit solch delikaten Varianten blieb aber bisher linguistisch wenig geschulten Emigranten vorbehalten. Deren Arbeit erschöpft sich meist in der Anlage wissenschaftlich kaum aufbereiterer Lexika, die häufig recht unlinguistische Zielstellungen verfolgen..." (Jachnow, 1991, 17).

Анализ словников показывает, что процессы взаимодействия протекают как в активной, так и в пассивной форме. При пассивном заимствовании слово переходит из одной подсистемы этноязыка в другую, сохраняя (хотя бы первоначально) прежнее значение. При активном заимствовании, то есть при активном влиянии заимствующей подсистемы, наблюдается изменение семантической структуры уже на начальном этапе (по существу, слово или выражение заимствуется с измененным значением). Ср., например, употребляющееся довольно активно в современной печати чернуха (Neue Wörter, 1992, 58) в значении 'клевета, очернение'. Здесь совершенно очевидно просматривается влияние стандартной лексико-семантической парадигмы (в сущности, омонимичной), с присущими стандарту значениями. Ср. "чернить, очернить, представить в черном свете", "клеветать, опорочить, сгустить краски, представить пессимистически" (стандарт) - чернуха 'подделка, фальшивка', чернушник 'занимающийся подделкой документов, подписей' etc. (жаргон). "При постоянном контакте и взаимодействии двух (или больше) языковых разновидностей в одном социуме может происходить не только локализованная в акте коммуникации интерференция кодовых элементов, но и их заимствование. При заимствовании знак не только используется говорящим в качестве речевого вкрапления (часто индивидуального), как это происходит при интерференции, а вступает в парадигматические и синтагматические связи с элементами заимствующей его системы" (Крысин, 1976, 66). В связи с этим, очевидно, было бы целесообразным, с функциональной и семантической точек зрения, различать в русском языке жаргонизмы и жаргоноиды.

Под жаргоноидами понимаются отдельные слова, словосочетания и фразеологизмы русской фени, употребляющиеся параллельно в других подсистемах языка в иных значениях. (Не следует, безусловно, игнорировать и иносистемных заимствований, которые традиционно рассматриваются лингвистикой как омонимы. Приведем примеры. Так, параллельно жаргонному фрайер, имеющему значение 'не вор', употребляется просторечное фрайер / фраер, которое обнаруживает значение 'франт, модник' (любопытно, что в немецком языке, из которого, очевидно, произошло заимствование, Freier фиксируется в значении 'жених'). Ср. соответственно: "Фрайер бегает за мной, а мне нравится блатной. Мама, я жулика люблю!" - "Кудай-то это ты таким фраером вырядился, а?". Таким образом, просторечное фрайер / фраер относится к жаргоноидам. Жаргонизму дать по рогам, для которого словари фиксируют значение 'запретить после освобождения из ИТУ проживать в центральных городах', существует просторечная параллель дать по рогам, употребляющаяся в значении 'сбить спесь (самоуверенность) с кого-либо'. Жаргоноидом является и весьма активно употребляющееся сейчас в стандарте беспредел, отмеченное словарями в значении 'Willkür, Chaos' (Neue Wörter, 1992, 4). Феня включает в свой состав "беспредел" в значении 'заключенный, не признающий никаких общепринятых норм', а еще раньше фиксировалось значение 'группировка воров, не соблюдающая воровских традиций'. Немало интересных примеров можно обнаружить в стихах В. Высоцкого, который, впрочем, не только чувствовал семантические различия сопоставляемой лексики и фразеологии, но и специально подчеркивал эти различия? "Глотал упреки и зевал от скуки, Что оторвался от народа - знал, - Но оторвался - это по науке, А по жаргону это - "убежал" (Высоцкий, 1991, 183).

Таким образом, с функциональной и семантической точек зрения можно выделить: а) жаргонизмы, сохраняющие свое значение и в другой подсистеме; б) жаргонизмы, имеющие в других подсистемах жаргоноиды; в) жаргонизмы, не корреспондирующие с элементами других подсистем. Ср. соответственно: а) бабки 'деньги' (жаргон / просторечие), бухарь 'пьяный' (жаргон / просторечие), кореш 'приятель' (жаргон / просторечие), анаша 'наркотик из конопли' (жаргон / стандарт); б) просторечное барыга, употребляющееся в значении 'проходимец', перешло в просторечие из жаргона, в котором до сих пор отмечается в значении 'скупщик краденого'. Жаргоноидом же является просторечное духарь 'весельчак' (ср. жаргонное духарь 'смельчак, храбрец'). Жаргонную лексику и фразеологию активно заимствует молодежный жаргон, поэтому в составе молодежного социально-речевого стиля жаргоноиды отмечаются довольно часто, напр.: атас 'классно, отлично' (жарг. атас 'наблюдательный пост, караул'), баклан 'отрицательно о человеке' (жарг. баклан 'осужденный за хулиганство'), борзой 'нахальный, наглый человек' (жарг. борзой 'агент сыскной полиции'), дубарь 'дурак' (жарг. дубарь 'покойник, мертвец'). Ср. "Тут откуда-то сбоку послышалась знакомая речь: оглянувшись, я увидел за столом в углу компанию молодых людей. Это были даже не молодые люди, а скорее ребята по двадцать лет и меньше. Но эти парни - семь морд с длинными до плеч волосами, одеты чудно, шпарили по фене так, что душа радовалась, на них глядя" (Леви, 1988, 237); в) бан 'вокзал'; шлепер 'мелкий карманный вор', хаза 'явочная квартира', маруха 'сожительница', мастырка 'членовредительство' и т.п. Основной корпус современной русской фени образуют слова, словосочетания и фразеологизмы групп а) и б). К группе в) относятся, пор преимуществу, иноязычные заимствования и вышедшая из активного употребления исконная лексика. Представленная классификация, в известной степени, условна и не отражает всего многообразия межподсистемного лексического взаимодействия, поскольку отправной точкой анализа является интержаргон, который представляет собой вторичную подсистему (например, по отношению к просторечию). следует иметь в виду, что сама феня - социально-речевой стиль современного русского этноязыка - в лексическом отношении представляет собой конгломерат многочисленных заимствований и новообразований, базирующихся на таких первичных системах как просторечие, стандарт и, реже, территориальный диалект. Полезность такого подхода видится, прежде всего, в функциональном (сфера употребления) и семантическом разграничении лексики активного употребления, которая в настоящее время a priori подводится под рубрику блатного жаргона. Кроме того, такое сопоставление дает основание отрицательно оценивать бытовавшее и бытующее мнение о том, что жаргонизмы выходят из активного употребления в самом жаргоне, если становятся известными широкой аудитории.


Случайные файлы

Файл
4378-1.rtf
64243.rtf
46947.rtf
100397.rtf
1621.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.