Картина мира, показанная в Младшей Эдде (18189-1)

Посмотреть архив целиком

КАРТИНА МИРА, ПОКАЗАННАЯ В МЛАДШЕЙ ЭДДЕ

Реферат по курсу “История зарубежной литературы” выполнен студентом 1 курса факультета журналистики МГУ Бойко Ильёй

В своей работе я попытаюсь описать космогоническую картину мира по представлениям “Младшей Эдды”. Её автор - исландский поэт, скальд, живший в 1178 - 1241 гг. Сама эдда датируется примерно 1222г, и является не самостоятельным произведением автора, а переписанным сводом более ранних легенд и преданий. В процессе написания эдды на автора уже имела воздействие христианская философия и история, потому довольно трудно отделить изначальные древнеисландские представления об устройстве мира от более поздних. Эдда начинается со вступления, где автор пересказывает библейский сюжет о сотворении мира, упоминая Адама, Еву, историю о ноевом ковчеге и т. д. Этот рассказ насквозь пронизан христианской космогонией, хотя вместе с ветхозаветными легендами там фигурирует и античная Троя, которая ассоциируется автором с Асгардом - городом богов.

Но более древняя и полная картина мира разворачивается в начальных диалогах “Видения Гюльви” - первой части книги. Итак, начнем.

Часть 1.

В начале времен не было в мире

ни песка, ни моря,

ни волн холодных.

Земли еще не было

и небосвода,

бездна зияла,

трава не росла.

Сравним с первыми строками Евангелия от Иоанна: “Вначале было слово, и слово было Бог, и слово было у Бога”. У скандинавов - “За многие века до создания земли уже был сделан Нифльхейм (“тёмный мир”). В средине его есть поток, что зовётся Кипящий Котёл, и вытекают из него реки: Свёль (“холодная”), Гуннтра, Фьёрм (“быстрая”), Фимбультуль, Слид (“свирепая”) и Хрид (“буря”), Сюльг (“глотающая”) и Ульг (“волчица”), Вид (“широкая”), Лейфт (“молния”). …Всего раньше была страна на юге, имя ей Муспелль (Мусспельхейм). В отличие от христианского изначального “ничто”, нетелесного “слова”, скандинавский мир существовал ещё до своего начала - что угодно, но не пустота. Муспель - “…светлая и жаркая страна, всё в ней горит и пылает. И нет туда доступа тем, кто там не живёт, и не ведет оттуда свой род.” Значит, кто-то всё-таки в этом городе живёт? Кто же? “Суртом (“чёрным”) называют того, кто сидит на краю Муспелля и его защищает. В руке у него пылающий меч, и когда настанет конец мира, он пойдет войною на богов и всех их победит и сожжет в пламени весь мир (в примечании сказано - “образ Сурта - возможное отображение христианского образа ангела с мечом у входа в рай”. В прорицании Вёльвы же сказано:

Сурт едет с юга

с губящим ветви,

солнце блестит

на мечах богов;

рушатся горы

мрут великанши,

в Хель идут люди,

расколото небо.

Сурт - начальная и конечная точка того замкнутого круга мироздания, на котором основана и скандинавская и христианская мифология: образно говоря, человек обозревает всё сущее от начала и до конца. И слушатель, и рассказчик знают, чем всё началось, и главное - чем всё в итоге окончится. Всё предрешено. Если у христиан в конце стоит страшный суд и Армагеддон, то у скандинавов - битва богов и великанов, битва с Суртом и т.д.

Но вот Снорри устами Высокого открывает картину создания нашего мира: “Когда реки, что зовутся Эливагар (“Бурные волны”), настолько удалились от своего начала, что их ядовтая вода застыла подобно шлаку, бегущему из огня, и стала льдом, и когда окреп этот лёд и перестал течь, яд выступил наружу росой и превратился в иней, и этот иней слой за слоем заполнил Мировую Бездну… Мировая Бездна на севере вся заполнилась тяжестью льда и инея, южнее царили дожди и ветры, самая же южная часть Мировой Бездны была свободна от них, ибо туда залетали искры из Муспельсхейма… и если из Нифльхейма шёл холод и свирепая непогода, то близ Муспельсхейма всегда царили тепло и свет. И Мировая Бездна была там тиха, словно воздух в безветренный день”. Ну чем не три основных части света, описанных Снорри во вступлении. И вскоре из противостояния холода и тепла на свет появляется живое существо: “Когда ж повстречались иней и тёплый воздух, так что тот иней стал таять и стекать вниз, капли ожили от теплотворной силы и приняли образ человека. И был тот человек Имир, а инеистые великаны зовут его Аургельмиром. От него то и пошло всё племя инеистых великанов, как сказао о том в “Кратком прорицании Вёльвы”:

От Видольва род свой

все вельвы ведут,

от Вильмейда род

ведут все провидцы,

а все чародеи -

от Чёрной Главы

а великаны

от Имира корня.

И так говорит об этом Вафтруднир великан:

Откуда меж турсов

Аургельмир явился,

первый их предок?

Тогда когда:

Брызги холодные

Эливагара

ётуном стали;

отсюда свой род

исполины ведут,

оттого мы жестоки”.

Жестоки же ётуны (великаны) потому, что возникли из ядовитого инея холодных брызг Бурных Волн. Ётуны не есть боги. Их эллинистическим прототипом могут послужить титаны - род, тоже породивший богов греческого и римского пантеона. Вообще, если сравнить три основных космогонических системы: христианскую, античную и скандинавскую, то очень много общего будет у последних двух. Пантеизм, обилие сюжетов, в которых боги (асы) фигурируют, внутренняя борьба в стане богов - распри Локи и Одина, соперничество Афины и Геры и многое другое. (По большому счёту тут можно уже говорить не о сравнении ряда частных случаев - христианской, античной и скандинавской мифологий, а о более глобальном сравнении двух основополагающих и в то же время конкурирующих религиозных теорий - авраамического монотеизма (христианство, иудаизм, ислам) и языческого пантеистического миропонимания (античность, скандинавский эпос, древнеславянский, древнеегипетский и другие)). В отличие от христианской возвышенности скандинавские боги очеловечены.

Они испытывают боль, они смертны - ничто не спасло Бальдра от ухода в Хель. Это не абстрактные существа - люди, наделённые необычными способностями. Склад ума у них человеческий. Скандинавские боги даже ближе к человеку, чем античные. По крайней мере они возникли не из хаоса, а из пота Имира. Именно возникли - органично и самостоятельно. У них нет автора. Всё случилось естественно, само по себе, из камня возник человек, от его союза с ётуншей на свет появились асы: ”И сказывают, что, заснув, он (Имир) вспотел, и под левой рукой у него выросли мужчина и женщина. А одна нога зачала с другою сына. И отсюда пошло всё его потомство - инеистые великаны. А его, древнейшего великана зовём мы Имиром”. На вопрос Гюльви о том, где жил первый великан, чем он питался, отвечают:” Как растаял иней, тотчас возникла из него корова по имени Аудумла, и текли из её вымени четыре молочные реки, и кормила она Имира. Она лизала солёные камни, покрытые инеем, и к исходу первого дня, когда она лизала те камни, в камне выросли человечьй волосы, на второй день - голова, а на третий день возник весь человек. Его прозывают Бури (“родитель”). Он был хорош собою, высок и могуч. У него родился сын по имени Бор (“рождённый”). Он взял в жёны Бестлу, дочь Бёльторна великана, и она родила ему троих сыновей: одного звали Один (“бешеный” или “дух”, “поэзия”), другого Вили, а третьего Ве (“жрец”)”. В процессе возникновения асов важна происходящая метаморфоза: камень - человек - ас (или дерево - человек, как дальше расскажет Снорри). Также, как и в античной мифологии, в ней участвует неживая природа (камень, соль, дерево), порождающая живую (человека. Именно его, а не аса). Снова замкнутый круг: мертвость камня - жар жизни - смерть и снова мёртвость. Тут нет того, что я бы назвал теорией посещения: ведь в христианской трактовке мы приходим в этот мир, и уходим из него, не являясь изначально порождением неживой природы этого мира. Человек по христианской теории изгнан в этот мир искуплять свою вину. Не случайно дьявола, воплощающего все тёмные силы, в библии называют “Князь мира сего”. Христианский человек чужд этому миру, и потому представляется неорганичным, и даже, быть может, противоестественным данной земной реальности. У скандинавов же наоборот - человек изначально привязан к земле, к камню, к дереву. Его существование в этом мире гармонично точно также, как гармонично вписываются в реальность Асгарда сами асы. Конечно, уходя из этого мира человек покидает его навсегда, окончательно и бесповоротно - ему ещё далеко до столь развившейся на востоке теории перевоплощений. Копнув глубже, можно предположить, что эти различия в итоге привели к установлению философской теории единства материи: пантеистический человек не появляется из ниоткуда и не исчезает в никуда - снова же замкнутый круг. Но оставим человека, и вернёмся к асам.

“…И верю я, что Один и его братья - правители на небе и на земле. Думаем мы, что именно так его зовут. Это имя величайшего и славнейшего из всех ведомых нам мужей, и вы можете тоже называть его так…Сыовья Бора убили великана Имира. А когда он пал мёртвым, вытекло из его ран столько крови, что в ней утонули все инеистые великаны. Лишь один укрылся со всею семьёй. Великаны называют его Бергельмиром (“ревущий как медведь”). Он сел со своими детьми и женою в ковчег и так спасся. ( в примечании сказано, что слово, за “ковчег” Снорри Стурлуссоном ошибочно было принято слово “гроб” - отголосок легенды о ноевом ковчеге). От него то и пошли новые племена инеистых великанов, как о том рассказывается:

За множество зим

до создания земли

был Бергельмир турс;

в гроб его при мне положили

вот что первое помню.


Случайные файлы

Файл
4.48 (2).doc
11515.rtf
121653.rtf
48924.rtf
327.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.