Толерантность общественного сознания: кросскультурный анализ российских и американских ценностей (4830-1)

Посмотреть архив целиком

Толерантность общественного сознания: кросскультурный анализ российских и американских ценностей

Кравченко С.А.

Во всех обществах люди в большей или меньшей степени рассматриваются как экономические ресурсы, что, так или иначе, способствует воспроизводству социальной напряженности и конфликтов.

Всем культурам свойственен в той или иной мере нарциссизм, который формирует потенциально конфликтные отношения "Мы" в противоположность "Они". Нарциссизм есть и в российской, и американской культурах. Американцы неустанно повторяют: их страна - God`s country, - страна от Бога. Россияне только-только стали отходить от лозунга "Мы впереди планеты всей". Американцы буквально охвачены сакральной миссией спасти мир от тирании и зла. Мы тоже долгое время пытались утвердить наше видение социальной справедливости, всеобщего равенства на всей планете.

Наконец, следует принять во внимание сложность и несовершенство человеческой природы. Нельзя ни абсолютизировать рационально-социальную сущность человека, ни игнорировать глубинные бессознательные корни, не надо ни идеализировать особенности национального характера, национальной ментальности, ни тем более их умалчивать. Человеческая деструктивность, иррациональные страсти влечение к власти над другими людьми, тяга к разрушению жизни, зависть, месть (которые могут быть осознанными, но в большинстве случаев они неосознанны) - стали темой специального исследования известного социолога и психолога Э. Фромма. Ученый, в частности, указывает на характерные примеры деструктивности в современном мире - лозунги "Порядок и закон" (вместо "Жизнь и система"), призывы к применению более строгих мер наказания за преступления, равно как и одержимость некоторых "революционеров" жаждой власти и разрушения.

Деструктивность есть в любом обществе. Утопично даже мечтать об обществе, в котором живут исключительно рационально мыслящие индивиды, совершающие только целерациональные действия. Тем не менее, вполне реально существование общества с такой степенью толерантности, которое позволяет подавляющему большинству людей быть самими собой, не подавлять свою природу, любить жизнь.

Предлагаемый нами методологический подход осмысления толерантности, исходит из того, что указанный феномен обладает двойной фактичностью. С одной стороны, есть экономические, социально-политические реалии, которые в зависимость от своего характера, несомненно, влияют на степень толерантности общества. Есть институты, функциональность, нефункциональность или дисфункциональность которых также влияет на степень толерантности общественного сознания и поведения людей. Институты через производство и распределение ценностей, как правило, утверждают, упорядочивают и поддерживают структурированное ролевое поведение индивидов, делая его предсказуемым. Анализ роли институтов в сохранении и поддержании общепринятых образцов поведения, создающих определенный потенциал общественной толерантности, предполагает использование, прежде всего, структурно-функционалистского подхода, который получил теоретическое обоснование в работах Э. Дюркгейма, Т. Парсонса, Р. Мертона. Последний, в частности, разработал функционалистскую теорию аномии, позволяющую исследовать типичные отклонения от ценностей и норм общества, которые при определенных масштабах приводят к понижению толерантности сознания значительного числа людей, вызывая болезнь общества.

С другой стороны, есть "жизненные миры" конкретных социальных групп и индивидов, которые предстают в виде субъективных значений, коллективных представлений, смысловых систем, знаний, которые предопределяют толерантность мышления и поведения людей. Знания людей утверждают и поддерживают структурированное видение мира, конструируют определенные социальные отношения с определенной степенью толерантности. Для их осмысления потребуется феноменологический инструментарий, получивший обоснование в работах А. Шютца, П. Бергера, Т. Лукмана.

Наконец, еще один важный фактор. Это - микросоциальные практики, включающие в себя коллективное бессознательное, особенности национального характера, ментальность людей. Важно учесть способность этих практик взаимодействовать с институциональными структурами на макроуровне. Если микросоциальные практики, используя терминологию П. Штомпки, входят в интерфейс с макроструктурами общества, то общество обретает высокую степень толерантности общественного сознания и устойчивое социальное равновесие. А если, как например в России, микросоциальные практики, будучи в основе патерналистского толка, не могут быстро адаптироваться к нововведенным, уникальным для россиян демократическим и рыночным институтам, требующих самоидентификаций индивидов, радикально отличных от прежнего традиционного общества, то возникает расколотость сознания и поведения людей. 70-80% населения - за рыночные отношения, но из-за отсутствия интернализации демократических и рыночных норм, лишь для минимального процента россиян новые институты действительно функциональны, что, разумеется, сказывается на потенциале движения страны к обществу с высокой степень толерантности общественного сознания. Для интерпретации проблем софункционирования институтов и индивидов в современном плюралистическом обществе (или страны, движущейся в направлении к такому обществу) весьма эффективно использовать положения интегральной теории Э. Гидденса, а также некоторые методологические подходы Дж. Александера, содержащиеся в его новой книге "Неофункционализм и после него".

Итак, что мы имеем в плане объективных реалий американского общества, их влияние на толерантность общественного сознания. Как мне представляется, ситуация отнюдь не лучше, а в ряде случаев ещЈ сложнее российской. Подчеркнем, речь идет об объективных реалиях. Вот некоторые данные:

- увеличивается социальная поляризация населения, включая неравенство доходов, неравный доступ к отдыху, особенно качественному отдыху. За последние 30 лет более чем вдвое уменьшилось число тех американцев, которые могут приобрести дом в частное пользование;

- в сравнение с белым населением для большинства черных условия жизни ухудшились, они оказались внизу социальной структуры;

- усложняется демографическая ситуация, выразившаяся, в частности, в росте разводов до 4,3 на 1000 населения в год, сокращении брачности;

- имеет место давление иммигрантов на сложившиеся социокультурные реалии. По данным 1997 года - 798400 человек, примерно треть из них из Азии, самый большой пласт - из Латинской Америки, из России - 16,6 тысяч, из Украины - 15,7. Все эти люди прибывают в США, разумеется, со своими микросоциальными практиками, своими габитусами, которые отнюдь не приспособлены для вхождения в интерфейс с институтами плюралистического американского общества.

Весьма сложная проблема, которую отмечают сами американские социологии, в частности, Дж. Холл и С. Линдхолм в книге "Америка раскалывается?", Т. Форд в книге "Становление многокультурности" и др., состоит в том, что американский идеал "Melting Pot" - переплавки различных культур в единую американскую культуру - не выдержал испытание временем. Реально Америка стала поликультурной страной. Как считают О. Ньюман и Р. Зойза в книге "Американская мечта в информационную эру", ныне в стране существуют пять антагонистических, расовых культур. Это культуры белых, черных, испанцев, азиатов и американских индейцев. Социологи добавляют при этом: "Процесс многокультурности, мы полагаем, пошел по неудачному пути: Он больше разделяет, чем объединяет: Исторический идеал одной нации, включающий свободных индивидов, которые могут делать свои собственные выборы оказался опрокинутым". К этому следует добавить опасения этих и других социологов относительно процесса, который они называют "бразилизацией" американского общества. А ещЈ к этому следует приплюсовать фактор множества религиозных конфессий с чрезвычайно дифференцированными верованиями.

Особое влияние на жизнь американцев оказывает "макдонализация", под которой профессор Г. Ритцер, один из руководителей Американской социологической ассоциации, понимает "процесс, посредством которого принципы ресторана быстрого обслуживания начинают доминировать все больше и больше в других секторах американского общества", включая образование, сферу занятости, здравоохранения, туризма, политику, семейные и другие отношения. В качестве отрицательной стороны этого широкомасштабного процесса социолог отмечает "иррациональность рациональности", выражающейся в иррациональных последствиях для различных аспектов жизни американского народа, в частности, в увеличении латентных рисков для собственно человеческого смысла жизни.

Казалось бы, эти и другие объективные реалии, согласно постулатам структурного функционализма и марксисткой парадигмы, должны были бы воспроизводить исключительно конфликтное сознание, порождающее мощные протестные движения. Однако этого в действительности не происходит.

Американское общество в целом остается весьма толерантным. В чем же тут дело?

Очевидно, субъективная социальная реальность имеет относительную самостоятельность от реальности объективной. Нет прямолинейной зависимости сознания от бытия. Коллективные представления и смысловые системы американского общества, однажды возникнув, содержат в себе значительные потенции воспроизводства и поддержания толерантного сознания. Они оказались способны интегрировать различные жизненные миры разных социальных групп - не за счет уничтожения "неправильных, чуждых", а добившись их сосуществования.


Случайные файлы

Файл
9188-1.rtf
17668.rtf
158376.rtf
ref-14202.doc
4254.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.