Русско-Турецкая война 1877-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В.Верещагин, И.Л.Леонтьев-Щеглов, В.А.Тихонов) (4463-1)

Посмотреть архив целиком

Русско-Турецкая война 1877-78 гг. В отечественной литературе XIX века (В.В.Верещагин, И.Л.Леонтьев-Щеглов, В.А.Тихонов): от изображения к постижению

Иванов А.И.

"Разве война имеет две стороны: одну приятную, привлекательную, и другую, некрасивую и отталкивающую? Существует лишь одна война..."

В. Верещагин

Русско-турецкая война 1877-78 гг. стала заметным явлением в русской литературе конца XIX столетия, дав заметный импульс отечественной баталистике. Об этой войне писали А.В.Верещагин, В.В.Верещагин, В.М.Гаршин, А.Н.Маслов-Бежецкий, Вас.И.Немирович-Данченко, И.Л.Леонтьев-Щеглов, В.А.Тихонов и др. В их произведениях нашли своё развитие реалистические достижения Л.Н.Толстого в его «Севастопольских рассказах» и «Войне и мире». Со страниц повестей и рассказов, с полотен названных писателей и художников война предстала увиденной не в «бинокль из прекрасного далека», а прочувствованной людьми, которые непосредственно участвовали «в атаках и штурмах, победах и поражениях, испытывали голод, холод, болезни и раны»1.

Русско-турецкая война поставила перед искусством новые вопросы. Что значит художественная правда о войне: правда чувств?, правда факта? В чём назначение художественных свидетельств очевидцев войны — вызвать впечатление или передать впечатление? Возможен ли подход к «военной» литературе как к человекосозидающему искусству? Хорошо известны слова В.В.Верещагина: «Передо мною, как перед художником, война, и её я бью, сколько у меня есть сил. Вас же, очевидно, занимает не столько вообще мировая идея войны, сколько её частности...»2 Что значит «вообще мировая идея войны» и её частности? Каков он, истинный облик войны? В одном из писем В.В.Верещагина (2 января 1877 г.) В.В.Стасову читаем: «В редуте, что на нашем левом и на турецком правом фланге, масса набитых турок. Скобелев, посылая казанцев в атаку, сказал им: "Пленных, братцы, не берите". Можете судить, как солдатики постарались, — буквально был напичкан мертвыми турками и редут и ров. Только один русский как-то очутился между телами: молодой, хорошенький мальчик, вольноопределяющийся, лежал раскинувшись навзничь. Выражение его лица трудно передать. Оно как бы говорило: "Больно, очень больно, что-то нехорошее со мной случилось..." На груди, против самого сердца, большая рана, с обжогами; видно было, что выстрелили в него близко. Сапоги с малого были сняты, на груди золотой крест с маленьким медальоном...»3 Какие слова и краски смогут передать страдания мальчишки-добровольца?

Сложность и неразрешимость подобных вопросов становятся ощутимыми в творческой судьбе Верещагина — художника и беллетриста, в его произведениях и письмах, в размышлениях, противоречиях... Его отношение к войне, воплощению в искусстве этого бесчеловечного явления выявляется лишь в «триединстве» — живописи, прозе и письмах. С другой стороны, оригинальность Верещагина-баталиста ярче высвечивается в сопоставлении с написанным о войне беллетристами-восьмидесятниками — участниками русско-турецкой войны. Объём статьи позволяет нам сопоставить написанное по горячим следам: эмоциональный отклик И.Л.Леонтьева-Щеглова, быт войны у В.А.Тихонова с изображением русско-турецкой войны В.В.Верещагиным спустя 10 лет в его повести «Литератор».

Повествуя о русско-турецкой войне, И.Л.Леонтьев-Щеглов, следовал Л.Н.Толстому в его «Севастопольских рассказах». На сходства литературных героев Л.Н.Толстого (Козельцов в рассказе «Севастополь в августе 1855 года») и И.Л.Леонтьева-Щеглова (Алёшин в рассказе «Первое сражение») впервые обратил внимание К.Арсеньев4. Оба молоды — романтики, оказавшиеся на войне. Сходным является и быстрая смена настроений при первом соприкосновении с войной и последующее прозрение.

Главным достоинством рассказа «Первое сражение» является передача эмоционального состояния юного участника войны прапорщика Алёшина. Выезжая на позицию, Алёшин обращает внимание на то, как красива занимающаяся заря, как на горизонте переливаются, словно алмазы, под лучами восходящего солнца вершины Алагеза и Арарата. «Вот прелесть! — вырывается невольно у Алёшина и счастливая улыбка освещает его лицо». Но вдруг он увидел санитаров, несущих на носилках первую жертву и «мгновенно исчезло видение прекрасного утра, губы его слегка задрожали и сердце болезненно сжалось...» «Вот в этих самых носилках скоро понесут и меня — бледного, неподвижного, мёртвого...» «И ему вдруг стало ужасно жалко и самого себя и своей молодости, и своего счастья...»

Затем уныние также резко сменяется чувством удали и отваги:

«...Шёл славный М-ской полк. Полк подвигался медленно, почти бесшумно, загорелые лица солдат глядели утомлённо, но спокойно; два молодых офицера, шедшие впереди полка, о чём-то весело болтали и один из них <...> даже смеялся. — Война, сражение, — что ж тут страшного? Посмотрите, как небо сине, как солнце ярко, как веселы эти офицеры и как покойно ползёт вперёд это великолепное, то чернеющее, то сверкающее тело бесстрашного войска...» Верх взяла внешняя позолота войны — блеск сабель и вид «бесстрашного войска», и с «новым одушевляющим чувством мчится он впереди своего взвода, и грудь его гордо поднимается жаждой великого подвига самоотвержения, глаза горят восторгом и отвагой. Он теперь никого и ничего не боится и весело сложит свою голову вместе со всеми... Вперёд, братцы, за мной!..»5

Изображая кратковременный эпизод утреннего сражения, И.Л.Леонтьев-Щеглов словно накладывает друг на друга картины, которые ещё вчера у юнкера Алёшина могли бы вызвать восторг и упоение, и те, что сейчас, в момент боя, вызывают у прапорщика Алёшина ужас и отвращение. Всего лишь час назад юный Алешин скакал впереди своего взвода, светящийся восторгом и отвагой с жаждой великого подвига, переполненный тёплым одушевляющим чувством. И вот он — бледный, дрожащий от перенесённого ужаса, хотя и сохраняющий необходимое самообладание. Какими красивыми казались ему офицеры, ставшие ему друзьями, когда они весело болтали впереди колонны. Но рядом Зоммер, осоловелый, с позеленевшим лицом и трясущейся нижней губой, безучастно глядящий в пространство. Какой «послушной, мужественной и одушевлённой» выглядела батарея, выезжавшая на позицию, и каким ужасным выглядит её вынужденное отступление — скорое, беспокойное, оставляющее позади себя кровавую борозду. Задолго до появления кинематографа И.Л.Щеглов (Леонтьев) применил один из приёмов кино — быструю смену было и стало. Такое сопоставление, несомненно, оказывало немалое эмоциональное воздействие на читателя.

Рассказу И.Л.Леонтьева-Щеглова присуща не только художественная убедительность в изображении юности на войне — самого противоестественного явления. Автор сумел соединить эмоциональное и рациональное в постижении войны. «При виде быстро редеющей цепи наступающих русских солдат у прапорщика Алёшина быстрее молнии мелькнуло одно недавнее, совсем свежее воспоминание. У них в военном училище преподавал тактику один небольшой, толстенький, удивительно аккуратный и всегда ужасно надушенный полковник, немец по происхождению. Описывая какое-нибудь чрезвычайно интересное сражение, он тщательно выводил на доске мелом изящные квадратики, сопровождая каждый чертёжик соответствующим рассуждением. — Вот этот квадратик, № 1, — ораторствовал он, — пехота, построившаяся в каре и открывшая убийственный огонь; а вот этот квадратик подалее, №2, изображает кавалерию, стройно несущуюся в атаку... Надушенный полковник забывал только прибавлять, что при этих чрезвычайно интересных сражениях проливались всегда реки человеческой крови...»6.

Мечтавший о красивой славе Алёшин оказался в числе «квадратиков человеческих жизней», рассеянных по всему гремящему полю. Передавая состояние героя во время неожиданного артобстрела неприятеля, когда в считанные секунды батарея Алешина «со своими жалкими четырёхфунтовками была смята, уничтожена, стерта в прах», автор рассказа определил масштабы войны: соотношение одной человеческой жизни из квадратика и мощи уничтожающего её огня.

Тот ореол войны, который слепил глаза юношам-романтикам вроде Козельцова-младшего («Севастополь в августе 1855 года» Л.Толстого) и Алёшина («Первое сражение» И.Л.Леонтьева-Щеглова), в значительной степени был обесцвечен серостью военных будней, изображённых в очерках и рассказах другого участника русско-турецкой войны, В.Тихонова, а также в его последующих воспоминаниях «Боевая година» (1902). Вместо эмоциональных, динамичных картин, которые встречаются у Л.Н.Толстого, В.М.Гаршина, Вас.И.Немировича-Данченко, И.Л. Леонтьева-Щеглова, в рассказах и воспоминаниях В.А.Тихонова преобладает спокойное, близкое к равнодушному описание траншейной жизни.

«То мы стояли на месте, — пишет он в "Боевой године", — то нас передвигали вперёд, то отодвигали назад. Почему это делалось, зачем и как, мы, молодые офицеры, мало этим занимались. <...> Приказано строить траншеи под Карсом — мы строим, а потом дежурим в них томительные дни, под грохот карсских пушек, прикрывая нашу осадную артиллерию; зябнем в этих траншеях холодную и часто дождливую ночь. Прикажут отойти от Карса, мы и идём, закусываем на биваках, отдыхаем на днёвках, а на досуге, урывками я читаю "Войну и мир" и, главным образом, конечно, "войну", а не "мир"»7.

Порой описание отдыха — днёвок, биваков, ночлегов — столь бытоописательски подробно, что только употребление военных званий и должностей напоминает читателю об армейской жизни.

Герои Тихонова, как правило, вполне «ординарные люди, без сильных страстей и желаний и без искры оживления своим делом»8. Их пребывание на русско-турецкой войне лишено какого-либо смысла или цели, нет в их мечтах и красивого героизма. Лишь однажды рассказчик упоминает о мотивах своей спешки в армию — чувстве стыда за бездействие и комфорт жизни здесь, когда его товарищи — там, умирают и терпят тяготы походной жизни. В прозе В.Тихонова предпринята попытка создать образ русского солдата (Василий Бунчук в рассказе «Денщик»), осветить самоотверженный труд сестёр милосердия.


Случайные файлы

Файл
55672.rtf
17447-1.rtf
17054.rtf
46147.rtf
34789.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.