Объективность информации как необходимое условие журналистского познания (3944-1)

Посмотреть архив целиком

Объективность информации как необходимое условие журналистского познания

Дмитрий Стровский

Очевидно, что поиск ответа на вопрос, может ли журналистика быть формой социального познания, следует искать, исходя как из теоретических концептов существования этой сферы деятельности, так и с учетом ее практических возможностей. Причем реализуемых не «вообще», а в конкретные исторические отрезки времени. Оба этих проявления (представляющих в своем дуализме необходимое условие актуализации любых научных разработок) могут вступать в противоречие друг с другом, что определяется политическим и экономическим положением журналистики в том или ином обществе, государственной стратегией в отношении СМИ, уровнем законодательной базы, обеспечивающей их существование. В силу этого в разные периоды своего развития, с учетом конкретной ситуации в обществе, сами СМИ могут «более» или «менее» полно отражать социальную картину мира, становиться в совокупности объективным источником его познания или, наоборот, источником, слабо заслуживающим доверия или не заслуживающим его вовсе. Разумеется, принцип «или-или» оказывается несколько условным для современного мира, с его полифонизмом. Однако совокупное, применительно к теории и практике, осмысление вопроса о «социальном лице» журналистики, в любом случае видится значимым для понимания объективных условий функционирования «четвертой власти», перспективы ее развития.

Отталкиваясь от теоретических основ существования журналистики как социального института, стоит подчеркнуть, что в основе ее функционирования лежит принцип объективности, реализуемый на практике в первую очередь посредством плюрализма мнений – на страницах печатных изданий, в радио- и телеэфире. Сам плюрализм может формироваться как при наличии различных взглядов на окружающую жизнь, присутствующих в одном СМИ, так и благодаря всему многообразию средств информации, создающих в совокупности многовекторное восприятие повседневной жизни. Посредством этого формируется основание для выстраивания объективных закономерностей познания действительности.

Между тем, в рамках автократической системы политического управления принцип объективности отступает на второй план по сравнению с «принципом целесообразности». Характеристическим проявлением этой системы становится наличие власти, проявляющей себя в форме жесткой политической воли, контролирующей все отношения в обществе и определяющей уровень его духовно-мировоззренческих ориентиров.

Журналистика в этих условиях становится выразителем интересов существующей государственной системы, проецируя в сознании граждан определенные, заданные «сверху» социально-политические ориентиры. Одномерность развития общества всецело воздействует на журналистику, равно как и журналистика закрепляет в массовом восприятии только разрешенные властью ценности. Особенность этой ситуации состоит в том, что в целом ни общество, ни СМИ не осознают своей ограниченности, в серьезной степени ущербности от таких взаимоотношений. Нарушение объективности информации не приводит к серьезным последствиям на социальном поле, ввиду того, с одной стороны, что общество воспринимает себя как «монолитное», а с другой – его граждане, по большей части, не имеют возможности сформировать собственное видение по поводу многих фактов и явлений.

Казалось бы, в существующих реалиях познание журналистикой окружающей жизни выглядит проблематичным по причине заданного политического характера самого познания.

Однако в рамках научной дискуссии этот тезис выглядит, по крайней мере, полемичным. В условиях автократического режима журналистика, как не покажется парадоксальным с позиций «нового мышления», имеет основания восприниматься весьма достоверным источником изучения окружающей действительности. В данном случае мы исходим из того, что все познание является строго идеологизированным, встроенным в прокрустово ложе политической системы и сложившихся в ее рамках норм и ценностей. СМИ являются инструментом отражения этого познания, поскольку все они, контролируемые «сверху», определяются единой содержательной моделью. Именно поэтому, например, журналистика советского периода позволяет всесторонне представить специфику сложившихся политических реалий, взаимодействия власти и общества, являясь ценным материалом для любого историко-политологического исследования.

В условиях развития демократии общество во внешнем проявлении перестает быть целостным образованием, распадаясь на большое число аудиторных сегментов. Нечто похожее происходит и с журналистикой, которая в обновленных условиях также перестает быть единой, становясь совокупностью целого ряда журналистик, действующих в едином информационном поле, но исповедующих различные подходы к анализу повседневной действительности. Применительно к анализу, в частности, современной российской периодики уже явно недостаточным видится традиционное, утвердившееся в исследовательской литературе, разграничение ее на качественные и массовые издания. Не случайно в современных исследованиях предлагаются различные классификационные составляющие российских СМИ.

Так, И.М. Дзялошинский предлагает сегментировать их по трем направлениям: журналистика управления, нацеленная на изменение сознания и поведения людей, помогающая обществу определить концептуальные подходы к формированию общественных отношений; журналистика успеха, журналистика информации – прагматичная и одновременно развлекательная, рассчитанная на формирование у аудитории «победительного» восприятия жизни, знающая, что требуется определенной аудитории; журналистика соучастия, сотрудничества, соратничества, призванная помочь рядовым людям в решении их повседневных вопросов. («Здесь главное не тираж, не влияние, а взаимопонимание между журналистом и читателями» [1]). Иного восприятия российских масс-медиа придерживается В.А. Сидоров, который, также признавая наличие «многих журналистик», не совпадающих по целям, ценностям, нормам, основам функционирования, полагает, что каждая из них в известной степени порождена той или иной функцией, присущей некогда единой «четвертой власти»: коммуникативной, ценностно-ориентирующей (селективной), социально-организующей и т.д. [2].

Различные основания для типологии СМИ, предложенные исследователями, возможно, небесспорны, вместе с тем сами эти попытки свидетельствуют, что отечественная журналистика уже не воспринимается как единое целое, к которому применимы наработанные предшествующими десятилетиями научные подходы. Правда, в современных условиях динамичного развития, в том числе и в масс-медийной сфере, происходит интеграция различных типов (направлений) журналистики, что определяется моноцивилизационной парадигмой и движением к информационному массовому открытому обществу [3]. Тем не менее, этот процесс не нивелирует многообразие современной российской журналистики, чье развитие в современных условиях происходит весьма хаотично. Отсюда вряд ли возможно ставить вопрос об объективном восприятии окружающей действительности со стороны «четвертой власти» без уточнения, о какой группе СМИ (или так называемой «малой журналистики», существующей в рамках «большой журналистики») мы говорим. В этих условиях трудно говорить и о приверженности масс-медийной сферы в целом, включающей в себя множество журналистских потоков, глубинному познанию социальных закономерностей: у каждой «малой журналистики» познание оказывается во многом субъективным, а потому рассчитанным, прежде всего, на свою аудиторию, исходя из ее интересов и потребностей.

Развивая тезис об объективности информации, нельзя не признать, что теоретически она должна возрастать в условиях отказа от автократических форм политического управления и перехода к формированию гражданского общества. Появление различных политических и общественных интересов, значительно возрастающие в этих условиях возможности для появления новых СМИ (что мы видим на примере современной России) неизбежно делают информационное пространство более пестрым и многообразным.

Однако всегда ли в создавшихся условиях объективность информации действительно оказывается гарантированной? Повседневная журналистская практика в нашей стране отчетливо демонстрирует: нет, не всегда. Более того, отсутствие этой объективности стало одной из самых заметных проблем для современной российской журналистики.

Для подтверждения сошлемся на ситуацию на информационном рынке Екатеринбурга. Здесь ведущие печатные и аудиовизуальные СМИ находятся в открытой конфронтации друг с другом. Одна часть из них защищает политические интересы губернатора Свердловской области Э.Э. Росселя, другая отстаивает приоритеты мэра Екатеринбурга А.М. Чернецкого. При всем различии взглядов этих групп СМИ их сближает друг с другом стремление показывать «свою» власть только с лучшей стороны и одновременно целенаправленно дискредитировать оппонентов. Здесь практически не встретишь попыток журналистов к дискуссионности – путем предоставления двум сторонам высказаться по существу того или иного полемического вопроса, зато обращает на себя внимание односторонняя критика политических соперников, и это существенно снижает объективность предлагаемых сообщений. Существование СМИ, находящихся по разные стороны баррикад, конечно, позволяет расширить рамки нашей общей информированности о происходящем, однако говорить об объективности подаваемой таким образом информации проблематично, что никак не способствует созданию целостной картины мира.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.