О латинских словах, обозначающих одежду (3939-1)

Посмотреть архив целиком

О латинских словах, обозначающих одежду

Каган Ю.М.

Римские реалии, в том числе и одежду, изучали в течение многих веков. Почти в каждом комментированном издании авторов при словах, обозначающих одежду, сказано, когда, кто, что носил, какой была римская одежда; объяснено это и в словарях, и в книгах, специально посвященных римскому быту. Некоторые общие заключения порой кажутся чрезмерно категоричными и прямолинейными. Так, в учебнике по истории костюма читаем: "Строгая классовая дифференциация в устройстве общества наложила отпечаток и на характер древнеримского костюма: с одной стороны, сложные и пышные одежды свободных граждан, а с другой – простые и грубые одежды бедняков и рабов"1.

Занимаясь римской одеждой, мы будем пользоваться авторскими словарями и непосредственно самими текстами, посмотрим, что собою представляют латинские слова, обозначающие одежду, в какие тематические поля они входят, с какими другими полями они связаны, какая у этих слов "душа". Следует также помнить, что и самые обычные вещи могут быть знаком и иметь скрытое значение. Одежда хотя и нечто внешнее, но и она несет в себе множество смыслов. Включение лингвистики в ее исследование наряду с исследованием данных изобразительных искусств, археологии может способствовать получению более точной и полной картины смыслового поля одежды, чем тот, который дает каждая из названных областей отдельно.

Необходимо оговориться, что в этой статье мы сознательно не будем касаться вопросов происхождения слов, обозначающих одежду, так как при всей серьезности и увлекательности этимологических изысканий, которые вскрывают забытые, однако иногда подспудно живущие смыслы, нам важно, что значение слов, переходящих из эпохи в эпоху, из одного контекста в другой, часто так сильно меняется, что этимология остается интересной сама по себе и нисколько не способствует или же очень мало способствует пониманию конкретного текста. Так, ничего не проясняет, что русские слова "одежда" и "надежда" этимологически близки и отличаются только приставками.

Среди латинских названий одежды есть много заимствований. Это свойственно большинству языков. Заимствуется вещь или материал, из которого она делается, – и вместе с этим приходит название; вещь, похожая на чужую, также приобретает новое название.

В латинском языке среди обозначений одежды много греческих заимствований: stola, palla, synthesis, paenula, endormis, chlamys и др., но есть и сабинские – trabea; предполагают, что этрусского происхождения слово lacerna.

Признавая важность того, в каком тематическом контексте употребляется то или иное слово, важно знать и то, что в разных языках эти контексты – "понятийные поля" – могут совпадать, но чаще всего они разные и могут иметь разную протяженность, разные связи. Это зависит от темы произведений, от языка, от эпохи, от жанра, от стиля авторов. "Понятийные поля" часто неодинаковы и у авторов, пищущих на одном языке; могут они быть неодинаковы и у одного и того же автора.

Необходимость знания хотя бы минимального контекста признается всеми словарями, в которых дается сочетаемость. В своих лекциях о бытовых римских древностях И. В. Цветаев говорил не о тунике "вообще", а различал tunica manicata (manuelata) – с длинными рукавами, t. talaris – до пят, t. interior (intima) – нижняя, t. laticlavia – с широкой, angusticlavia – с узкой каймой, t. picta – расшитая, t. palmata – с растительным орнаментом. Он говорил не о тоге "вообще", а описывал toga praetexta – с пурпурной каймой, pura – без украшений, virilis – мужскую, pulla – темно-серую, sordida – грязную, fusa – широкую, restricta – узкую.

Несколько более широкий контекст способен помочь выяснить и ассоциативность, метафоричность изучаемых наименований. Ведь русские выражения, включающие слова, связанные с одеждой, манерой ее носить, вроде "душа нараспашку" или "он застегнут на все пуговицы", "по одежке протягивай ножки", непосредственного отношения к одежде уже не имеют, однако их метафоричность еще вполне прозрачна.

Так как слова, связанные по смыслу, обыкновенно находятся недалеко друг от друга, часто даже в одной строке, то для сравнительно простого вычленения тематических полей важно, в каком окружении находится нужное нам слово.

Как несшитая одежда тога была похожа на одежду, употреблявшуюся многими народами. Римская тога – это большое белое шерстяное полотнище, выкроенное в форме эллипса, в два или три раза превышающее рост человека. Вообще, несшитая одежда существовала раньше разнообразной сшитой. Известно, что сначала в Риме тогу носили все – и мужчины, и женщины, и мальчики, и девочки. Потом женщины сменили ее на столу (женщина могла надеть тогу, но это значило, что она – уличная; у Марциала есть эпиграмма (X, 52), обыгрывающая такое значение слова "тога"). Постепенно – по свидетельству Ливия, Светония, Ювенала – тогу стали вытеснять другие виды одежды. Ювенал (III, 171) сетует: nemo togam sumit, nisi mortuus – "лишь покойника кутают в тогу" (пер. Ф. Петровского).

Однако понятийные поля, в которые входит слово "тога", были достаточно стабильны. Это сфера обозначений каких-то исконных римских свойств и того, что приличествует римлянину в отличие от других людей. Fabula togata имела чисто римское содержание в отличие от fabula palliata – ранней римской "комедии плаща". Togatus – это civis Romanus, toga – это vestis forensis, одежда официальная. У Марциала (X, 18, 4): Eheu! quam fatuae sunt tibi, Roma, togae! – "Сколько же, Рим, у тебя в тогу одетых глупцов!" (пер. Ф. Петровского). Буквально: "сколько глупых тог?". И слово "тога" было разнозначно слову "римлянин". Один из антонимов слова toga – это pallium, плащ, название одежды греческой и атрибут обозначений греческой культуры. (Вообще, слова, обозначающие одежду как этнический знак, часто встречаются для противопоставления своего и чужого.) Pallium – одежда врачей, софистов, педагогов... По свидетельству Плиния Мл. (Письма, IV, 11, 3), pallium – одежда изгнанников. Он писал об учителе в Сицилии: "Войдя в греческом плаще (изгнанники не имеют права носить тогу), он привел его в порядок..." (пер. М. Е. Сергеенко и А. И. Доватура). Одежда была явным опознавательным знаком. Gallia togata, о которой писал Марциал: Gallia Romanae nomine dicta togae – "Галлии, имя какой римская тога дала" (III, 1, 2; пер. Ф. Петровского), – это романизированная Галлия, это Gallia Cisalpina, в отличие от Gallia Braccata – Нарбоннская Галлия, "Галлия в штанах".

Если слово toga встречается в сфере ритуальной официальности, то поблизости будут слова того же ряда: toga praetexta и тут же sella curulis – курульное кресло; слово nomen – не только "имя", но и "уважение": propter togae nomen – "из уважения к тоге", toga picta – "расшитая тога", которую полагалось носить триумфаторам, и рядом scipio eburneus – "жезл", посох, отделанный слоновой костью. Наряду с этими двумя высокими темами слово toga есть и еще в одном вполне ритуальном понятийном поле похоронного обряда. Поблизости тогда встречаются слова in funere – "на похоронах", mortuus – "мертвый", и... обозначения... цвета (toga pulla – "темно-серая", sordida – "грязная"). Вообще, те понятийные поля, в которые входит слово toga, в большой степени перекрещиваются с полями обозначения цвета. Обычная тога – toga frequens (у Тацита, например) – это t. pura (иногда переводят как "белая", но это значит "простая, без украшений, чистая").

Цветовые определения или те, которые связаны с цветом, – praetexta, candida, purpurea, pulla, sordida – сразу ставят слово toga в нужный ряд; t. pulla, sordida – "траурная"; purpurea – у триумфаторов; цвет здесь – знак, символ. Подобно тому и в русском белые ризы обозначали святость, черные – это монашеская одежда. Цвет – очень важная примета, в черном были опричники, чернорубашечники. Слово toga может быть даже вообще пропущено, достаточно просто назвать цвет: usque ad talos demissam purpuram recordemini – "вспомните доходящий до пят пурпур..." (Цицерон. Речь в защиту Авла Клуенция Габита, 111). Если в русском языке "белый", "красный" могут еще иметь значение "красивый", а "черный" – "некрасивый", то в латинском языке при слове toga обозначения цвета имеют отношение, по-видимому, не к красоте как к таковой, а к знакам отличия. Это же надо сказать и о качестве тоги, о том, как она "сидит", какого рода ассоциации она вызывает (у Горация в Посланиях (I, 18, 30): Arta decet sanum comitem toga – "Узкая тога прилична клиенту разумному" (пер. Н. Гинцбурга)).

Входит слово toga и в сферу обозначений возраста. Поблизости тогда слова: libera, virilis – "свободная", "мужская" (Петроний), pueritia – "детство", puerilis – "детская" (Гораций), primus iuventae honos – "первая юношеская почесть" (Тацит). И еще одно понятийное поле, в которое входит слово toga, – это сфера обозначений мирного времени. Антонимы тогда: arma – "оружие", sagum – "военный плащ", abolla – "зимний плотный военный плащ". Рядом слова: pax – "мир", otium – "досуг". Сюда относятся и пословицы: Cedant arma togae! – "Да уступит оружие тоге!". Pacis est insigne et otii toga – "тога – знак мира и досуга". Togatus – "одетый в тогу"; здесь антонимы: armatus – "вооруженный", sagulatus – "одетый в сагум". Sagum – знак войны. Поблизости в этом случае встречаются слова: bellum – "война", arma – "оружие", hostis – "враг", periculum – "опасность". Saga parare – "готовить плащи", esse in sagis – "быть в плащах", т.е. "быть вооруженным", ire ad saga – "готовиться к войне". Интересно, что и глагол при sagum чаще другой: не induere, a sumere – этот плащ не "надевают", а "берут".


Случайные файлы

Файл
2144-1.rtf
22516.rtf
117200.rtf
118054.rtf
46324.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.