Гесиод

Д. Дилите

Второй известный греческий поэт, автор эпических поэм — это Гесиод, живший в конце VIII в. до н. э. или в начале VII в. до н. э. в Центральной Греции, у подножья горы Геликон. Сохранилось два его сочинения: "Теогония" и "Труды и дни". В первой поэме Гесиод пытается систематизировать греческую мифологию, рассказывая, как появился мир, какие боги являются старшими, какие младшими, каковы их родственные связи. Больше внимания в поэме уделено старшим, а не олимпийским богам. Подобный характер имела и поэма о рождении героев "Каталог женщин", от которого сохранились только фрагменты. Авторство Гесиода в отношении других ранее приписываемых ему поэм ("Щит Геракла" и другие сочинения, известные только по фрагментам или названиям) в настоящее время не признается.

Другая его поэма "Труды и дни" — первое сочинение дидактического (поучительного) жанра в европейской литературе. Дидактический жанр, введенный Гесиодом, просуществовал в течение всей античности и был очень популярен. В новое время, как известно, дело обстоит иначе: произведения явно дидактического характера порицаются, а на скрытые дидактические намеки смотрят с предубеждением. Теперь для дидактики осталось место только в духовных проповедях. Так произошло, видимо, из-за иного понимания роли и места писателя в обществе. В наше время творцы уже не считают себя воспитателями или учителями общества. Античный поэт считался и чувствовал себя опекаемым и вдохновленным богами (музами, Аполлоном), имеющим право и обязанность передавать знания и напоминать различные принципы морали.

В поэме "Труды и дни" автор обращается к брату Персу, который некогда подкупил нечестных судей и обидел его, присвоив большую часть отцовского наследства. Гесиоду пришлось немало потрудиться, а Перс быстро растратил легко полученное богатство. Тогда автор и создал поэму, намереваясь поделиться практическим и теоретическим опытом. Поэма не имеет ни сюжета, ни какого-либо действия, ни действующих лиц. Не очень ясна ее композиция [1, 239—274]. Одни исследователи делят ее на две части [6, 18], другие — на три, третьи — на четыре [10, 167—168], но все обычно соглашаются, что эти разнообразные поучения связаны общей дидактической установкой. Утверждается [4, 184—185; 5, 82], что главные темы поэмы Гесиода — труд и справедливость. Поэт вводит обе эти темы во вступлении к поэме (11—26), показывает связь между ними (27—41), мифами обосновывает эти фундаментальные истины (42—201), потом более подробно говорит отдельно о справедливости (202—285) и о труде (285—828).

Как и полагается эпическому певцу, Гесиод начинает поэму обращением к музам, которых он считает дочерями Зевса, призывая их славить могущественного отца, а Зевса — провозглашать справедливость. Поэту, видимо, очень хочется объяснить, как появились несправедливость и раздор, и он рассуждает, что есть две Эриды. Одна покровительствует желанию людей подражать лучшим, догнать и превзойти других, возбуждает здоровое, способствующее прогрессу соревнование. Так поступает старшая, сидящая у корней Земли, рожденная Ночью Эрида. По-видимому, здесь звучат отголоски древней доиндоевропейской хтонической лунарной мифологии. Гесиод не развивает мотива чрезвычайно важного пребывания Эриды у корней земли, который, возможно, означает желание всех растений и живых существ тянуться вверх, распространяться вширь, превосходить других, он подчеркивает только характерное для человеческого рода желание работать больше и лучше, увидев, как хлопочет другой. Вторая, появившаяся позже, Эрида поощряет войны, распри, споры, несправедливость. Поэт призывает Перса не общаться с ней.

Начав с Эрид, Гесиод продолжает далее мифологические темы, затем подходит к морали и конкретным советам по земледелию. Поэт призывает быть трудолюбивыми и добросовестными. Побуждая соблюдать свою выгоду, Гесиод порицает бесчестное присвоение чужого богатства, обман. "И никогда правосудных людей ни несчастье, ни голод / Не посещают" (230—231; Гесиод. Труды и дни. Земледельческая поэма. Пер. В. В. Вересаева. / О происхождении богов. М., 1990, с. 175), — утверждает он. Зевс заботится о справедливости, дав людям этот закон жизни и прислав на землю свою дочь Дику (Справедливость), а также тридцать тысяч стражей справедливости. Не подчиняющихся этому закону, бесчестно живущих людей настигает кара богов: "Беды великие сводит им с неба владыка Кронион" (242). Честность и справедливость должны восторжествовать: "Под конец посрамит гордеца непременно / Праведный" (217—218). Боги наказывают не только самого бессовестного человека, но и его потомков (240—241). Поэт прославляет труд, потому что только "труд человеку стада добывает и всякий достаток" (308), только трудолюбивого человека любят боги (309). В понятие честной жизни, проповедуемой Гесиодом, входит набожность. Поэт неустанно призывает почитать богов (241—336; 456; 706 и др.). Уже давно замечено, что идею поэмы Гесиода "Труды и дни" можно было бы выразить призывом: ora et labora (лат. ‘молись и трудись’).

Кроме общих поучений, поэт приводит множество конкретных советов. Хотя он сам не любит морских путешествий, но может рассказать, как содержать вытащенный на берег после окончания навигации корабль, когда отплывать и т. п. Больше всего поучений и советов в поэме обращено к земледельцу, поднявшемуся на заре: "Утром пораньше вставай и старайся домой поскорее / Весь урожай увезти, чтобы пищей себя обеспечить" (576—577). Поэт учит, когда что сеять, а когда жать, когда подрезать виноградные лозы и когда молотить хлеб. Он знает, из скольких деталей состоит телега, как изготовляется соха или пестик, как сушить виноград и т. п. Поэтому Гесиод не может не заслужить нашего уважения как первый европейский поэт, прославивший долю простого земледельца, скажем даже, маленького человека. А поскольку таких людей во все времена во всех краях — большинство, поскольку на плечах простых людей держится мир, так вместе с тем он прославил и основу существования всего человечества. В сверкающем и лучащемся мире гомеровского эпоса больше всего внимания уделялось героям, царям, богам. Боги "Илиады" и "Одиссеи" любят и опекают героев, а боги поэмы Гесиода любят работающих людей. Поэт сам понимает свою роль и значение и представляет свое сочинение не как будничную бытовую поэму, а говорит торжественно, как вдохновленный богами учитель и поэт, выражающий мысли Зевса:

Все же и при этом тебе сообщу я, что в мыслях у Зевса,

Ибо обучен я Музами петь несравненные гимны.

(661—662)

Это произведение Гесиода, полное мудрых рассуждений и поучений, как и произведения Гомера, рано стало греческой классикой. Его читали в школах, множество строчек Гесиода стали сентенциями: "Зло на себя замышляет, кто зло на другого замыслил" (265); "Злее всего от дурного совета советчик страдает" (266); "Нет никакого позора в работе: позорно безделье" (311); "Брать хорошо из того, что имеешь. Но гибель для духа / Рваться к тому, чего нет" (366—367); "И не откладывай дела до завтрева, до послезавтра" (410).

Не раз высказывалось мнение, что дидактические мысли Гесиода не оригинальны, что они взяты из библейской "Книги Притчей" [2, 78; 7, 408]. Может быть, не стоит безоглядно доверять таким утверждениям. Во-первых, нет никаких доказательств, что Гесиод был знаком с Библией. Во-вторых, вечные ценности являются общечеловеческими, их постоянно повторяют и напоминают люди всех народов. Например, в поэме Гесиода звучит призыв: "Помни всегда о завете моем и усердно работай, / Перс, о потомок богов, — чтобы голод тебя ненавидел, / Чтобы Деметра в прекрасном венке неизменно любила / И наполняла амбары тебе всевозможным припасом. / Голод, тебе говорю я, всегдашний товарищ ленивца" (298—302). Усердные искатели влияний связывают его с притчей Соломона: "Кто возделывает землю свою, тот будет насыщаться хлебом; а кто идет по следам празднолюбцев, тот скудоумен" (Притч 12, 11). Мысли, конечно, схожие, но их можно найти и в пословицах разных народов, например, в русских: "Без труда не вытащишь и рыбку из пруда", "Терпенье и труд все перетрут", "Труд человека кормит, а лень портит", "Что потрудимся, то и поедим", "Гуляй, да дела не забывай" и др. [см., например, 10, 500—514]. Наверное, никому не придет в голову мысль утверждать, что на Гесиода оказало влияние русское народное творчество, но можно думать, что Гесиод черпал мысли не только из личного опыта, но и из выраженного в пословицах коллективного опыта греков, который он облек эпическим одеянием.

Поэт говорит серьезно, почти торжественно. В приведенных выше строчках звучит эпический эпитет "прекрасновенчанная" ("Деметра в прекрасном венке"). Гесиод употребляет и другие эпитеты этого стиля: эгидодержец Зевс, прекрасноволосая Елена, светлоокая Афина и т. п. На эпический уровень Гесиод поднимает не только пословицы и поговорки, но и более длинное дидактическое повествование — басню: в поэме "Труды и дни" мы находим первую в Европе басню о ястребе и соловье (202—211). Считается, что, приводя ее, Гесиод хочет сказать: несправедливость господствует в животном мире, а людям боги предписали жить по справедливости [3, 35].

Влияние Востока иногда усматривается и в рассказанной Гесиодом истории человечества [10, 141; 11, 28—63]. Утверждается, что можно найти общие черты между увиденным иранским пророком Заратуштрой деревом с золотыми, серебряными, медными и железными венками или истолкованным пророком Даниилом в Ветхом Завете сном царя Вавилона, индийскими легендами и описываемыми Гесиодом в "Трудах и днях" пятью веками человечества. К сожалению, о прямых влияниях можно только догадываться, никаких ясных доказательств нет. Заратуштра (VII—VI вв. до н. э.), возможно, жил позже Гесиода, неизвестно, слышал ли Гесиод о Библии или об индийских легендах. Вряд ли нужно было так далеко искать эти сюжеты. Это могли быть похожие рассказы, по-своему трансформированные у каждого народа, передававшиеся из уст в уста, которыми поэт творчески воспользовался так же, как пословицами или басней.


Случайные файлы

Файл
117805.rtf
52985.doc
21537.doc
82245.rtf
122264.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.