Становление отечественной истории техники (61788)

Посмотреть архив целиком

Становление отечественной истории техники

Гвоздецкий В. Л.

Становление и развитие отечественной истории техники является неотъемлемой частью научных интересов историографов разных поколений. Ими опубликовано большое количество исследований. Однако эти работы, как правило, представляют собой лишь пересказ фактов, летописную хронику событий. Осмысление же богатейшей фактуры, разработка теоретических проблем дисциплинарного развития оставались вне исследовательских усилий. Одна из таких лакун — периодизация развития отечественной истории техники. Этому вопросу и посвящена данная работа. Начало. Время первых поисков и обретений

Основные события, связанные с дисциплинарным становлением отечественной истории техники и формированием историко-технического сообщества, относятся к XX в. Для более ранних периодов времени характерны эпизодичность и немногочисленность историко-технических сюжетов. Как правило, они представляли собой небольшие вкрапления в описания машин и механизмов. Историко-технических работ в их современном понимании были единицы, и посвящены они, главным образом, горно-рудному производству и его основной энергетической базе — паросиловым установкам [1–4]. В последние десятилетия XIX и начале XX вв. заметно возрастает интерес к историко-техническим работам. Тематика их становится разнообразнее, количество увеличивается. Эта тенденция особенно характерна для журнальных публикаций, что было связано с ростом числа научно-технических изданий. "Записки Императорского Русского технического общества", "Техник", "Техническое образование", "Труды Политехнического общества", "Электричество", "Железнодорожное дело", "Ежегодник автомобилиста", "Автомобиль и воздухоплавание", "Вестник общества технологов", "Вестник инженеров" и др. — таков спектр технических изданий, многие из которых группировались вокруг Политехнического общества при Императорском Московском техническом училище, Императорского Русского технического общества (ИРТО) и его Московского отделения. Все перечисленные издания уделяли значительное внимание публикациям по отраслевой истории техники. Многие известные конструкторы и инженеры выступали как авторы, исследовавшие развитие горного дела и металлургии, электро-, тепло- и гидроэнергетики, железнодорожного и автомобильного транспорта, авиации и кораблестроения. Традиционной тематикой журналов была разработка наследия выдающихся ученых и изобретателей. Периодически печатались работы, описывавшие способы конструирования машин и механизмов, то есть исследования, которые с позиций сегодняшнего дня могут быть отнесены к истории технических наук. Наибольший интерес представляли работы техниковедческой направленности, исследования общих проблем развития и строения техники в социо-культурном и философском контекстах. Усилиями выдающихся русских инженеров начала XX в. А. П. Гавриленко, В. И. Гриневецкого, В. Л. Кирпичева, А. Л. Павловского, П. Н. Страхова и др. были обстоятельно разработаны такие и на сегодня не потерявшие своей теоретическо-практической значимости вопросы, как техническое творчество и инженерная деятельность, машина и орудие, инженер и техника, открытие и изобретение, технический приоритет и авторское право и т. д. Самой яркой фигурой среди отечественных историков техники, техниковедов, инженеров-философов был П. К. Энгельмейер, разработавший теорию строения, развития и социально-философского смысла техники. Сущность его теоретических построений заключается в следующем. Техника в ее узко каноническом понимании призвана через воздействие на материю способствовать человеку в его хозяйственной деятельности, обеспечивать рост производительности индивидуального и общественного труда. Технические средства (машины, механизмы, орудия труда) воплощают в себе технические знания, восходящие к фундаментальным наукам, которые, в свой очередь, являют собой целостную систему законов строения и функционирования окружающего нас мира. Таким образом, расширительное толкование техники включает в себя и технические знания, и фундаментальные науки, и, наконец, самою природу. При этом Энгельмейер выступает последовательным идеологом активного вторжения в природу, ее покорения и завоевания. Он декларирует, что "техника — это покорение природы природой". Этот тезис о подчинении человеком природы, в отличие от современных идей сохранения и невмешательства, отражал распространенные в начале века взгляды апологетов техницизма как стратегии прогресса и развития цивилизации. Антропогенное воздействие на природу, согласно Энгельмейеру, является сутью технического творчества человека. Оно имеет трехактное строение (замысел — знание — осуществление) и замыкает на себя, с одной стороны, науку как путь к постижению истины, а с другой — искусство, рождающее красоту. Иными словами, всякое техническое средство базируется на системе научных знаний и одновременно реализует эстетические устремления человека. Триада "наука (истина) — техника (польза) — искусство (красота)" в своей завершенности и самодостаточности воплощает гармонию и целостность мироздания. Таким образом П. К. Энгельмейер через цепочку знаний, с одной стороны, и через творчество и человеческую деятельность, с другой, выводит понятие техники на уровень природы, космоса, вселенной. Как бы подводя черту под своим видением техники, философ-инженер заключает: "Техника — искусственная ближайшая природа, которой цивилизованный человек себя окружил и изолировал от природы настоящей" (Цит. по [5, с. 71]). Техниковедческие модели Энгельмейера перекликаются, а по ряду положений и смыкаются с современными изысканиями в области техносферы, трактовками техники как второй природы или искусственной среды обитания. Перу Энгельмейера принадлежат и оригинальные построения в области концептуального осмысления историко-технического процесса. Наряду с разработкой проблем развития техники в традиционном ключе, он выдвинул нетрадиционную и даже пародоксальную для своего времени идею параллелизма и наложения технической истории и учения об эволюционном развитии. Время показало, что дискуссионная по своей необычности доктрина технического дарвинизма имеет право на существование. Один из ее приверженцев, отечественный исследователь Б. И. Кудрин по аналогии с теорией естественного отбора разработал концепцию информационного отбора, предложив и введя в научный оборот специальную дифиницию "технетика" [6]. Другой исследователь, С. Тулмин, успешно разрабатывает идеи и механизмы экстраполяции теории естественного отбора на науку в целом, использования дарвинизма как общей методологической модели для описания эволюции научных гипотез и концепций [7]. В целом вклад П. К. Энгельмейера в историю техники значителен и актуален1. Заложенные в начале XX столетия исследовательские традиции и содержательный задел в области истории техники и техниковедения оказались устойчивыми к революционно-гражданским потрясениям 1920-х гг. Историко-техническая мысль продолжала развиваться. Ее движение необходимо рассматривать в контексте общей социальной ситуации и тех идейно-политических позиций, которые занимали инженерный корпус и техническая профессура России в отношении происходившего в стране. Техническая интеллигенция, исповедуя технократические идеалы и ценности, полагала, что единственной столбовой дорогой цивилизационного развития страны является научно-технический прогресс. При этом, как считал председатель Российского технического общества (РТО), выдающийся инженер П. А. Пальчинский2 , локомотивом технического гения страны и народа является инженерный корпус. Следовательно, на нем лежит особая ответственность за восстановление и промышленное строительство России. "Нет инженера вне сознания его гражданских обязанностей и вытекающих из этого его гражданских прав и никогда при этих условиях ни один инженер не может позволить себе сказать, что до него не касаются те или другие вопросы общества", — заявлял в 1921 г. на Съезде инженеров-металлистов Пальчинский, и далее он пламенно взывал к аудитории: "…русскому инженерству придется дать определенный ответ как перед историей, так и своим детям, когда они спросят, что они делали тогда, когда страна погибала, когда в ней уничтожались моральные и материальные ценности,— что вы сделали?" [8]. Установка не только на профессиональную, но и на социальную ответственность, стремление помочь Отечеству в критический для него час предопределили сотрудничество технической интеллигенции с советской властью. Наиболее ярким примером этого служит программа хозяйственного восстановления и строительства страны , так называемый план ГОЭЛРО, в разработке и реализации которого приняло участие более 240 крупнейших ученых, инженеров, организаторов производства. При этом в идеологическом плане подавляющая часть инженерного корпуса относилась к новому устройству страны критически настороженно. Она последовательно и настойчиво отстаивала идею примата научно-технического начала над социально-политическим. С чувством беспокойства и боли за страну П. А. Пальчинский в декабре 1926 г. в неотправленном письме председателю СНК А. И. Рыкову утверждал, что наука и техника являются более важными факторами формирования общества, чем коммунистическая идеология, что нынешнее столетие представляет собой не эпоху интернационального коммунизма, а эпоху интернациональной техники и что не Коминтерн, а "Техинтерн" нам следует признать. На стремление технической интеллигенции к сотрудничеству советская власть отвечала поначалу сдержанной взаимностью. Не по причине чувств и порядочности, у нее просто не было выбора. Знаковым шагом в отношении коммунистических лидеров страны к ее инженерному корпусу явилось Постановление СНК от 25 августа 1921 г. "О мерах к поднятию уровня инженерно-технического знания в стране и к улучшению условий жизни инженерно-технических работников в РСФСР". Этот документ содействовал преодолению социально-экономических и организационно-правовых трудностей, испытывавшихся научно-техническим сообществом. 5 марта 1917 г. был создан Всероссийский союз инженеров, переименованный год спустя во Всероссийскую ассоциацию инженеров, а в 1926 г. — во Всесоюзную ассоциацию инженеров (ВАИ). Учрежденный в 1915 г. журнал "Вестник инженеров" стал официальным печатным органом ВАИ. В рамках Всесроссийской ассоциации инженеров, Политехнического общества и Русского технического общества велась обширная научно-исследовательская и просветительская работа в области философских, социо-культурных и общетеоретических проблем развития техники. Большое место уделялось и разработке вопросов историко-технической конкретики. Развитию истории техники способствовала активность отечественных ученых в рамках международного сотрудничества, и, в первую очередь, участие в созданном в 1924 г. германо-советском научно-просветительском обществе "Культура и техника". Его сопредседателями являлись А. Эйнштейн и А. И. Рыков. Немецкий инженерный корпус всегда отличал повышенный интерес к философско-исторической компоненте технического развития. При этом особое внимание уделялось промышленному потенциалу России. Учреждение общества обусловило постановку комплекса работ по истории техники и технических наук двух стран, их промышленного взаимодействия и сотрудничества. Предусматривалось чтение публичных лекций крупнейшими учеными России и Германии на принципах межгосударственного обмена. Так, весной 1925 г. председатель Союза немецких инженеров К. Матчосс вступил в Москве с циклом лекций по проблемам развития техники и техниковедению. Это событие буквально всколыхнуло научно-техническую общественность города и резко повысило интерес к работам по истории техники. 5 мая 1927 г. на Общем собрании Политехнического общества (председатель — заслуженный профессор П. К. Худяков) был создан "Кружок по общим вопросам техники" под руководством П. К. Энгельмейера. Это было первое в России неформальное общественное объединение, ставившее своей задачей изучение истории техники и проблем техниковедения. Основными направлениями в деятельности кружка были: – изучение общей, отраслевой и региональной истории техники; – анализ связей и взаимодействия техники с наукой, искусством, хозяйством, правом, этикой и "общим укладом жизни"; – разработка научно-биографического наследия выдающихся инженеров и формирование теории технического творчества; – совершенствование системы технического образования. Деятельность кружка развивалась в двух направлениях. В рамках научно-исследовательской программы на его заседаниях, проходивших два раза в месяц, заслушивались доклады с последующим их обсуждением. В сообщениях Н. К. Голованова, В. В. Добровольского, Л. В. Дрейера, А. К. Кауфмана-Клементьева, П. К. Энгельмейера, И. Н. Юровского и др. рассматривались дисциплинарный статус, предмет и метод истории техники, развитие конкретных отраслей производства, практика инженерного дела и изобретательства, психология технического творчества, лицензирование и патентное дело, социологические, культурологические и религиозно-мистические аспекты технической действительности, мотивы "технэ" и материальной культуры в творчестве крупнейших писателей и художников. Вторым направлением работы членов кружка являлась организационно-практическая деятельность. В опубликованном ими обращении "К работникам техники и промышленности", в частности говорилось, что "…история техники не есть вопрос пустого любопытства, а является серьезным делом, разработка ее необходима, притом не для одних техников, но и с общеисторической и в то же время и с педагогической точки зрения… Необходимо собрать свидетельства оставшихся в живых деятелей отходящей полосы в истории нашей техники и промышленности; следует, в меру досугов, писать свои воспоминания… Необходимо позаботиться о сохранении памятников и реликвий историко-технического характера, имеющихся в СССР, каковыми являются всевозможные здания, мосты и прочие сооружения, машины, орудия и т. п., имеющие историко-техническую ценность" [ 9, с. 400]. Стратегическими целями кружка было учреждение общероссийского журнала по истории техники и создание специализированного историко-технического музея. При посредничестве крупнейших историков техники Германии Ф. Фельдхауса и К. Матчосса кружок осуществил публикацию в немецком журнале "Mдnner der Technik" материалов о русских инженерах, изобретателях, мастерах. Кружковцы развивали наработки и традиции начала века. Они творили как бы при зашторенных окнах, их менталитет и мироощущение воплощали минувшую эпоху серебряного века. Время бравурных маршей и краснокосыночниц входило в непреодолимое противоречие с идеалами "инженеров-белоподкладочников", философствовавших о религиозных и духовно-мистических аспектах технического творчества. Невозможно было втиснуть яркие индивидуальности в новый и один на всех политический мундир. Большевистская действительность не могла смириться с наличием деидеологизированных попутчиков, и логической развязкой ситуации явилось директивное прекращение в 1929 г. деятельности Кружка по общим вопросам техники. С его закрытием завершился первый этап становления отечественной истории техники (конец XIX в. — 1929 г.). Окончилась эпоха свободных научных и организационных исканий. Наступало время жестких идейно-политических реалий 1930–1950-х гг.


Случайные файлы

Файл
103117.rtf
182946.rtf
2021-1.rtf
185302.rtf
143371.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.