Новая российская идентичность: исследование по социологии знания (7369-1)

Посмотреть архив целиком

"Новая российская идентичность": исследование по социологии знания

А.Н. Малинкин

Введение

Статья является сокращенной версией обзора российской гуманитарно-научной литературы 1990-х годов, своего рода экстрактом проблематики "новой российской идентичности". Поэтому в статье отсутствуют библиографический список, цитирования и развернутая аргументация. Разумеется, данный экстракт не является уменьшенной копией отечественного дискурса: формат статьи требует выбора наиболее значимых (с нашей точки зрения), тем. Однако соблюдались объективные критерии отбора материала: как наличие ряда ключевых слов в библиографическом описании (например, "нация", "национализм", "патриотизм", "русские", "русский вопрос", "русская идея" и т. п.), так и известность, авторитетность авторов, частота цитирования, рекомендации специалистов и экспертов по данной теме и т.д. В дискуссию о российской идентичности вовлечены представители всех гуманитарных наук, поэтому дисциплинарные ограничения при выборе текстов не имели принципиального значения. Общее количество публикаций по данной тематике с трудом поддается количественной оценке1. Очевидно, это одна из наиболее актуальных и острых тем отечественного публичного и интеллектуального дискурса. Очевидно также, что самые строгие критерии отбора литературы едва ли могут гарантировать всесторонность, полноту охвата и безупречную объективность рассмотрения столь дискуссионной темы.

В центре внимания автора — научные монографии и статьи, опубликованные в 1990-е годы. В некоторых случаях, когда какой-либо известный автор обнародовал свои взгляды в прессе, мы учитывали и газетные публикации. Рассматривая те или иные концепции и понятия, мы стремились по возможности проследить изменения в их содержании и способах применения в зависимости от изменений в исторических реалиях, понять их прежде всего в российском социокультурном контексте. В центре нашего внимания были взаимосвязи между реально-политическими, этнонациональными, демографическими и социально-экономическими процессами, происходившими в России в последнее десятилетие, с одной стороны, и формами политологического, этнологического ("нациологического"), экономического и социологического знания, — с другой.

В своем обзоре мы пытались показать ограниченность взгляда, согласно которому обществоведение, чтобы быть подлинно "научным", должно якобы отстраниться от общественной жизни, замкнувшись на самое себя. В ряде случаев наши суждения выходили за пределы ценностно-нейтральной научной сферы в область философско-социологических, или ценностных (мировоззренческих) утверждений. Описывая те или иные особенности дискурса, характеризуя тенденции в социальных науках, мы не могли не проецировать на них собственные взгляды, целиком исключить оценки. Это признание — не раскаяние, но элементарная вежливость гуманитария. Абсолютно объективного отношения, мнения, точки зрения и т. п. в социальных науках нет и не может быть — таков один из постулатов классической социологии знания, полностью нами разделяемый. Исключению подлежит не личная точка зрения исследователя (а стало быть, определенная социальная и мировоззренческая позиция его как личности), а предвзятость, основанная на слепой, иногда фанатичной, вере в императивы, не допускающей иного мнения.

Объектом нашего исследования была российская интеллектуальная элита (интеллигенция), прежде всего — гуманитарно-научная общественность. При этом мы ориентировались только на представляющие ее тексты, исключив из рассмотрения социальную, политическую, экономическую активность, вообще все виды общественно-полезной деятельности. Предметом исследования было отношение гуманитарно-научной общественности Российской Федерации к национальному самосознанию в его различных формах, проблеме "национальной идентичности", в первую очередь — к так называемым "русскому вопросу" и "русской идее". В этой связи мы затрагивали также следующие темы: отношение к вопросам о русской и российской самобытности, ментальности, национальном характере, об особом пути и миссии России в мире т. п., о поисках национальной идеи, к проблеме общенациональной консолидации, государственного строительства, реидеологизации, национального и государственного патриотизма и т. п.

Некоторые особенности российского дискурса

Тематический репертуар. В содержательном плане центральными темами являются "национальная идентичность", "национальный вопрос", "национальная идея", "национализм", "патриотизм". Провести четкие границы между смежными темами невозможно, поэтому периферия дискурса также, в свою очередь, чрезвычайно широка. С формальной точки зрения, условно можно выделить следующие подходы к тематическому репертуару: дисциплинарный и междисплинарный, теоретический и эмпирический, исторический и логический.

По нашим наблюдениям, преобладает дисциплинарный подход с элементами исторического и теоретического. Так как сама тема имеет философский характер с выходами на весь спектр гуманитарных наук и сферу практической политики, наиболее заметно участие в дискуссиях на эту тему философов, которые делают предметом своего рассмотрения общественные, политические, социально-исторические, культурные, экономические, межнациональные реалии и процессы. В свою очередь участвующие в дискуссиях социологи, политологи, культурологи, этнологи, историки, экономисты и другие гуманитарии в той или иной мере склонны пофилософствовать.

Такая склонность — не грех, однако бросается в глаза то, что явно выраженная философичность, или философская нагруженность дискурса по новой российской "идентичности" сочетается с недостаточной теоретичностью и концептуальной самостоятельностью авторских позиций, их слабой эмпирической обоснованностью, подчиненностью элементов исторического подхода определенным идейным и идеологическим доктринам. Возможно, этот контраст при таком характере темы был бы вполне оправдан, если бы указанная философичность не представляла собой довольно часто выражение известных ценностно-мировоззренческих стереотипов и клише, этнонациональных предрассудков и мифов, не носила отпечатка интеллектуальной моды, не отражала господствующие ныне иллюзии и самообманы общественного сознания.

Исторический дискурс. В первую очередь в рассматриваемом дискурсе следует выделить исторические изыскания, направленные на осмысление того, что же произошло с Россией, российским народом и русскими за семьдесят лет советской власти. Тема "национальный вопрос" относилась к числу наиболее запретных, писать по ней открыто и свободно в СССР было невозможно, поэтому с конца 1980-х годов, в эпоху "гласности" и "перестройки" произошел прорыв: все, что десятилетиями копилось в умах и душах, что ранее писалось "в стол", наконец, стало публиковаться. Публикации умудренных опытом авторов, успевших написать о прошлом "как оно было на самом деле", слились в один поток с публикациями авторов среднего и молодого возраста, спешащих написать о настоящем и будущем, исходя из прошлого, понятого ими "правильно", в свете того, "каким оно было на самом деле". Надо ли говорить, что описание и оценка прошлого у разных авторов сильно различаются?

Едва ли возможно перестроить собственное сознание в одночасье. Человек может искренне "считать", что он изменил свое сознание и при этом благополучно жить и мыслить по-старому. Длительное господство марксистско-ленинской идеологии сформировало не только определенный взгляд на "этнос", "нацию", "национальность", "национализм", "патриотизм" и т. д. и определенный образ мыслей — за ней стоял определенный уклад и образ жизни. Поэтому не удивительно, что историческая сфера дискурса по новой российской идентичности начала воспроизводить, хотя и в новых исторических условиях ("холодная война окончилась", "железный занавес пал") и часто в новых терминах (заимствованных у западных авторов), старые мыслительные схемы и навыки.

К их числу следует отнести прежде всего идейный фундаментализм (ригоризм), идеологический фанатизм, жестокий и беспощадный революционаризм, утопический максимализм, бескомпромиссный радикализм. Эти предикаты относятся не столько к мышлению, сколько к определенным исторически сложившимся типам мыслящих личностей, и тот факт, что они по-прежнему воспроизводятся в России, иначе как трагическим не назовешь. В этом смысле, к сожалению, не так важно, на какой стороне баррикады, в какой политической партии находят выражение эти глубинные культурные предрасположенности, социально-антропологические установки — будь то у приверженцев либеральных или консервативных идей, идей государственного и национального патриотизма или умеренных центристов, у современных "западников" или "славянофилов". Фактически в каждом идейном "лагере" оказалось достаточно интеллектуалов, желающих если не радикализировать, то заострить принятые в нем принципы и правила игры. В исторической сфере завязалась напряженная полемика с признаками антагонистической "классовой борьбы" с характерными для нее установками на взаимное уничтожение.

С одной стороны, доказывалось, что СССР был империей, а именно "империей зла" и "тюрьмой народов"; что в нем господствовал коммунистический тоталитарный режим, по сути родственный национал-социалистскому (сталинизм=гитлеризм, коммунизм=фашизм); что русский народ, прикрываясь пролетарским и советским интернационализмом, всячески угнетал, притеснял и эксплуатировал другие народы СССР с позиций "старшего брата" — русского великодержавного шовинизма и православного мессионизма ("Москва — третий Рим"), сплавившихся воедино с коммунистической утопией бесклассового "светлого будущего"; что в СССР на самом деле пышным цветом расцвел "антисемитизм", став почти государственной политикой; что коммунизм, тоталитаризм и "имперский синдром" до конца еще не изжиты (отсюда — актуальность темы "русского фашизма", "нацизма", "расизма" и т. п.), что они препятствуют не только построению гражданского общества и реформам, но и национальному самоопределению "коренных народов" бывшего СССР, оставшихся в составе РФ и ставших "титульными нациями" в собственных национально-государственных и национально-территориальных образованиях, росту их национального самосознания, национальной самоидентификации. Национальное освобождение и выход из состава Российской Федерации — вот актуальная задача и неотвратимое будущее всех республик и национальных автономий в составе Российской Федерации: "Карфаген должен быть разрушен!".


Случайные файлы

Файл
69856.rtf
2.doc
15731-1.rtf
16543-1.rtf
104419.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.