Много рефератов по политологии (Кавказ)

Посмотреть архив целиком


В.М. ГАТЕЕВ

МЕЖНАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ

НА СЕВЕРНОМ КАВКАЗЕ

И ПОИСКИ ВАРИАНТОВ ИХ РЕШЕНИЯ


С точки зрения диалектической методологии, всеобщей причиной

любого явления, любого процесса, в том числе межнационального и

этнополитического, является его противоречивость. Развитие

межнационального, этнополитического противоречия, его

развертывание – это борьба двух неразрывных сторон в едином

целом, двух противоположных тенденций: изменения и сохранения.

Это развертывание происходит в форме волны, характер которой

определяется противоборством двух, трех и более народов и

одновременно стремлением их к сосуществованию. Применительно к

межнациональным, этнополитическим процессам такими тенденциями,

на наш взгляд, являются сохранение существующей этнополитической

реальности на Северном Кавказе или ее изменении.

Межнациональные, этнополитические отношения усваивают внешнее

воздействие со стороны национальных, политических, религиозных,

экономических, экологических, демографических и иных факторов и

находятся в постоянном изменении – флуктуациях (лат. fluctuatio

– колебание). Под влиянием какого-то фактора возможно, чтобы

флуктуация оказалась достаточно сильной, чтобы возникли

необратимые процессы в развитии межнациональных отношений и

этнополитической системы Северного Кавказа. В этом случае

флуктуация может либо качественно измениться, либо вообще

разрушиться, перейти из структурного порядка в хаос. Такой

критический момент получил в политической науке название «точки

бифуркации» (лат. bifurcation – раздвоение, разделение,

разветвление чего-либо). Дальнейшее состояние развивающейся

системы в «точке бифуркации», как правило, непредсказуемо. В

такой сложной этнополитической системе, какой является Северный

Кавказ, любое случайное воздействие может повлечь за собой ее

крах и возникновение диссипативной (лат. dissipate – рассеивать)

структуры1. Такой вывод подтверждается теми сложными, до сих

пор малоисследованными межнациональными, этнополитическими

процессами, которые имели место в 90-е годы ХХ в. в Чеченской

Республике. Большой знаток истории и культуры Чечни профессор

Д.Д. Гакаев по этому поводу пишет: «Проблема независимости Чечни

была искусственно обострена национал-радикалами вначале в целях

захвата, затем и удержания власти. Одно было очевидно, что

чеченский народ хочет иметь гарантии от возможных в будущем

рецидивов имперской политики России, быть хозяином на своей

земле, завершить многовековой процесс создания своей

государственности. Но, с другой стороны большинство людей в

Чечне понимало, что решать эту проблему нужно в соответствии с

нормами международного права, интересами других этнических

групп, а главное мирным путем»2. С этим выводом известного и

признанного ученого-кавказоведа следует согласиться, но с

некоторыми необходимыми оговорками и комментариями.

Действительно, «национал-радикалы» Чеченской Республики при

активной поддержке московских радикал-демократов «загнали» не

только Чечню, но и весь Северный Кавказ (а может быть, и всю

Российскую Федерацию) в продолжительный, системный кризис,

откуда до сих пор медленно и тяжело выходит с катастрофическими

последствиями. Профессор Д.Д. Гакаев абсолютно прав когда

утверждает, что «многонациональный народ Чечено-Ингушской

республики никто не спросил: какой суверенитет он хочет?». За

весь народ, не спросив его желания, ответила группа чеченских

национал-радикалов, захватившая власть в Грозном и объявившая о

выходе Чеченской Республики – Ичкерия из состава Российской

Федерации. Это и было, по нашему мнению, первым этапом

продолжительного противостояния Чечни и федерального центра,

или, говоря политическим языком, примером возникновения

диссипативной структуры, т.е. потерей или рассеянием

органической взаимосвязи Москвы и Грозного. Неспособность

руководства Чечено-Ингушской республики во главе с Д. Завгаевым

управлять этнополитическими, межнациональными процессами, его

амбициозность и склонность к политическим авантюрам (например,

требование Верховного Совета ЧИР немедленно вернуть под

юрисдикцию ЧИР Пригородный район Северной Осетии, а в противном

случае «отказ Грозного подписывать новый Союзный договор»)

привели к тому, что к власти в Грозном пришел воинственный

генерал Д.М. Дудаев.

Трудно согласиться с профессором Д.Д. Гакаевым, когда он

утверждает, что «чеченский народ хочет иметь гарантии от

возможных в будущем рецидивов имперской политики России, быть

хозяином на своей земле…». Это, на мой взгляд, робкая попытка

оправдания чеченского сепаратизма. Здесь уместно напомнить

уважаемому чеченскому ученому и его сторонникам, что на Северном

Кавказе нет ни одного коренного народа, который бы не хотел

«иметь гарантии от возможных в будущем рецидивов имперской

политики России». Нет и таких народов, которые бы не хотели

«быть хозяином на своей земле». Попытки создания «своей

государственности», если это не связано с агрессивным

сепаратизмом, политическим экстремизмом и терроризмом, можно

понять. Однако в том контексте, в котором о них говорит Д.Д.

Гакаев, получается, что чеченцы и Чеченская Республика требуют

больших, чем другие нерусские народы Российской Федерации,

гарантий от возможных рецидивов имперской политики. Хозяевами

«на своей земле» чеченцы, по мнению Д.Д. Гакаева, хотели быть в

статусе независимого государства, что он далее и сам признает,

когда говорит о необходимости решения этой проблемы «в

соответствии с нормами международного права». Напомню, что

сейчас «государственность чеченского народа» в составе

Российской Федерации решается в соответствии с нормами

российского права. Д.Д. Гакаев, таким образом, не договаривает

«мелочей» национально-государственного строительства в Чеченской

Республике, «деталей» взаимоотношений федерального центра и

мятежной Чечни. А «дьявол кроется», по нашему мнению, именно в

этих «деталях» и «мелочах», так как речь идет по существу о

чеченском сепаратизме, о развале Российской Федерации. Это уже

привело к «войне между федеральным центром и Чеченской

Республикой, чему активно способствовали определенные

влиятельные политические и криминальные силы как в Грозном, так

и в Москве»3. Сепаратисты Чечни, сделав ставку на капитал

теневой экономики, на национализм и радикальный ислам, и,

воспользовавшись слабостью федерального центра, за короткое

время смогли «максимально радикализовать идею чеченского

суверенитета и с ее помощью обеспечили поддержку определенной

части чеченского общества»4. Кроме этого, чеченские сепаратисты

«переиграли» и Верховный Совет Российской Федерации во главе с

Р.И. Хасбулатовым, который вначале активно поддержал

сепаратистов во главе с генералом Д. Дудаевым в борьбе против

партийно-советского лидера ЧИР Д. Завгаева. По мнению ряда

исследователей чеченского кризиса Р.И. Хасбулатов был «главным

режиссером» чеченского политического спектакля в 90-е годы ХХ

в.5 Присоединяясь к этому мнению, следует его прокомментировать

и дальше. Верховный Совет Чечено-Ингушской республики во главе с

Д.Завгаевым (бывшим первым секретарем Чечено-Ингушского обкома

КПСС) состоял в основном из коммунистов, и он не устраивал ни

Б.Н. Ельцина, ни Р.И. Хасбулатова, ни их ближайших

единомышленников в Кремле. Он не устраивал определенные

политические силы и в Москве, и в Грозном6. Такое положение

Чечено-Ингушетию ставило в довольно опасное положение, ибо ее

политические элиты оказались в эпицентре борьбы демократически

настроенного руководства Российской Федерации (Б.Н. Ельцин, Р.И.

Хасбулатов) с коммунистическим руководством СССР (М.С. Горбачев,

Е.К. Лигачев) «за передел власти и собственности»7. Верховный

Совет Чечено-Ингушской республики, пытаясь сохранить власть,

сделал ставку на М.С. Горбачева, «который в свою очередь

стремился разыграть карту российских автономий, обещая повысить

их статус в обновленном СССР до уровня союзных республик, против

сепаратистских устремлений российского руководства во главе с Б.

Ельциным и Р. Хасбулатовым»8. Следует подчеркнуть, что исполком

Общенационального конгресса чеченского народа (ОКЧН),

возглавляемый авторитетным Д. Дудаевым (первый чеченец, ставший

советским генералом), решительно и принципиально выступил против

ГКЧП. Таким образом, ОКЧН, «поддержав Б.Н. Ельцина и Р.И.

Хасбулатова в августовских событиях 1991 года», получил

благословение руководства Российской Федерации на захват власти

в Чечено-Ингушетии9.

Конечно, руководство Верховного Совета РСФСР не делало

долгосрочную ставку на генерала Д. Дудаева. Последний должен

был, по замыслу Б.Н. Ельцина и Р.И. Хасбулатова, убрав в Грозном


Случайные файлы

Файл
6406-1.rtf
172273.doc
157691.rtf
3483.rtf
169465.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.