Сравнительный исторический метод в языкознании (42294)

Посмотреть архив целиком








СРАВНИТЕЛЬНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ МЕТОД

В ЯЗЫКОЗНАНИИ

СОДЕРЖАНИЕ





ВВЕДЕНИЕ 3

1. НЕКОТОРЫЕ ЭТАПЫ РАЗРАБОТКИ СРАВНИТЕЛЬНОГО

ИСТОРИЧЕСКОГО МЕТОДА В ЯЗЫКОЗНАНИИ 7

2. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ МЕТОД

В ОБЛАСТИ ГРАММАТИКИ. 12

3. СПОСОБЫ РЕКОНСТРУКЦИИ ЯЗЫКА – ОСНОВЫ 23

4. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ МЕТОД В

ОБЛАСТИ СИНТАКСИСА 26

5. РЕКОНСТРУКЦИЯ АРХАИЧНЫХ ЗНАЧЕНИЙ СЛОВ 29

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 31

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 33


ВВЕДЕНИЕ


Язык – важнейшее средство человеческого общения. Нет ни одного вида деятельности людей, в котором бы не применялся язык для выражения их мыслей, чувств и воли для достижения взаимопонимания между ними. И нет ничего удивительного в том, что люди заинтересовались языком и создали науку о нём! Эта наука называется языкознанием или лингвистика.

Языкознание изучает все виды, все изменения языка. Его интересует всё, что связано с удивительной способностью говорить, при помощи звуков передавать другому свои мысли; эта способность во всём мире свойственна только человеку.

Языковеды хотят дознаться, как люди овладевшие такой способностью, создали свои языки, как эти языки живут, изменяются, умирают, каким законам подчинена их жизнь.

Наряду с живыми, их занимают языки "мёртвые", то есть те, на которых сегодня уже не говорит никто. Мы знаем немало таких. Одни исчезли на памяти людей; о них сохранилась богатая литература, до нас дошли грамматики и словари, – значит, и не позабылся и смысл отдельных слов. Нет только никого, кто бы их считал сейчас своими родными языками. Такова "латынь", язык Древнего Рима; таков древнегреческий язык, таков и древний индийский "санскрит". Таков из средне близких к нам языков, "церковнославянский" или "древнеболгарский".

Но ведь есть, и другие – скажем египетский, времён фараонов, вавилонский и хеттский. Ещё два века назад никто не знал ни одного слова на этих языках. Люди с недоумением и трепетом взирали на таинственные, никому не понятные надписи на скалах, на стенах древних развалин, на глиняных плитках и полуистлевших папирусах, сделанные тысячи лет назад. Никто не знал, что значат эти странные буквы, звуки, какого языка они выражают. Но терпение и остроумие человека не имеют границ. Учёные-языковеды разгадали тайны многих письмён. Тонкостям разгадки языковых тайн и посвящается эта работа.

Языкознание, как и другие науки, выработало свои исследовательские приёмы, свои научные методы, одним из которых является сравнительно-исторический (5, 16). Большая роль в сравнительно-историческом методе в языкознании принадлежит этимологии.

Этимология – наука, занимающаяся происхождением слов. Пытаясь установить происхождение того или иного слова учёные уже давно сопоставляли между собой данные различных языков. Сначала эти сопоставления были случайными и по большей части наивными.

Постепенно, благодаря этимологическим сопоставлениям отдельных слов, а затем и целых лексических групп, учёные пришли к выводу о родстве индоевропейских языков, которое позднее было доказано окончательно с помощью анализа грамматических соответствий.

Этимологии принадлежит видное место в сравнительно-историческом методе исследований, который в свою очередь открыл новые возможности перед этимологией.

Происхождение многих слов любого отдельно взятого языка часто остаётся для нас не ясным потому, что в процессе развития языка утрачивались древние связи между словами, изменялся фонетический облик слов. Эти древние связи между словами, их древнее значение очень часто можно обнаружить с помощью родственных языков.

Сравнение наиболее древних языковых форм с архаическими формами родственных языков, или использование сравнительно-исторического метода часто приводит к раскрытию тайн происхождения слова. (3, 6, 12)

Основы сравнительно-исторического метода были заложены на базе сопоставления материалов ряда родственных индоевропейских языков. Этот метод продолжал развиваться на протяжении всегоXIX и XX веков и дал мощный толчок к дальнейшему развитию различных областей языкознания.

Группой родственных языков называется такая совокупность языков, между которыми обнаруживаются закономерные соответствия в звуковом составе и в значении корней слов и аффиксов. Выявление этих закономерных соответствий, существующими между родственными языками, составляет задачу сравнительно-исторических исследований, в том числе и этимологии.

Генетические исследования представляют совокупность приёмов для изучения истории, как отдельных языков, так и группы родственных языков. Основу генетического сравнения языковых явлений составляет определённое количество генетически тождественных единиц (генетических тождеств) под которыми понимается общность происхождения элементов языка. Так, например, е в старославянском и других русских – небо, в латинских – nebula "туман", немецком – Nebel "туман", древнеиндийском – nabhah "облако" корни, восстанавливаемые в общей форме *nebh – являются генетически тождественными. Генетическое тождество языковых элементов в нескольких языках позволяет установить или доказать родство этих языков, поскольку генетические, тождественные элементы дают возможность восстановить (реконструировать) единую форму прошлого языкового состояния. (4, 8, 9)

Как было сказано выше, сравнительно-исторический метод в языкознании является одним из основных и представляет собой совокупность приёмов, которые позволяют изучить соотношения между родственными языками и дать описание их эволюции во времени и пространстве, установить исторические закономерности в развитии языков. С помощью сравнительно-исторического метода прослеживается диахроническая, (то есть развитие языка за определённый период времени) эволюция генетически близких языков, на основе доказательства общности их происхождения.

Сравнительно-исторический метод в языкознании связан с описательным и с общим языкознанием в целом ряде вопросов. Ядром этого метода европейские лингвисты, познакомившиеся в конце XVIII века с санскритом, считают сравнительную грамматику. И совершенно недооценивают идейно-интеллекту-альных открытий в области научной философии и естественных наук. А между тем именно эти открытия позволили произвести первые универсальные классификации, рассмотреть целое, определить иерархию его частей и предположить, что всё это является результатом каких-то общих законов. Эмпирическое сравнение фактов неизбежно приводило к выводу о том, что за внешними различиями, должно скрываться внутреннее единство, нуждающееся в истолковании. Принципом истолкования для науки того времени стал историзм, то есть признание развития науки во времени, осуществляющееся естественным образом, а не по божественной воле. Произошла новая трактовка фактов. Это уже не "лестница форм", а "цепь развития". Само развитие мыслилось в двух вариантах: по восходящей линии, от простого к сложному и улучшенному (чаще) и реже как деградация от лучшего по нисходящей линии – к худшему (3, 10).



1. НЕКОТОРЫЕ ЭТАПЫ РАЗРАБОТКИ СРАВНИТЕЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКОГО МЕТОДА В ЯЗЫКОЗНАНИИ


Наука о языках не только испытала на себе плодотворное влияние со стороны общей методологии наук, но и сама принимала активное участие в выработке общих идей. Большую роль сыграла работа Гердера "Исследования о происхождении языка" (1972 год), которая наряду с его статьёй "О возрастах языка", явилась одним из самых серьёзных подступов к будущему историческому языкознанию. Гердер выступил против распространения тезисов об исконности языка, его божественном происхождении и неизменяемости. Он стал одним из первых провозвестников историзма в языкознании.

Согласно его учению, естественные законы определили необходимость возникновения языка и его дальнейшего развития; язык, связанный по своему развитию с культурой, в ходе своего развития совершенствуется, как и общество. У. Джоунз, познакомившись с санскритом и обнаружив его сходство в глагольных корнях и грамматических формах с греческим, латинским, готским и другими языками, в 1786 году предложил совершенно новую теорию лингвистического родства – о происхождении языков их общего праязыка.

В языкознании родство языков является понятием чисто лингвистическим. Родство языков не определяется понятием расовой и этнической общности. В истории русской прогрессивной мысли Н.Г. Чернышевский отмечал, что классификация языка мало совпадает с делением людей по расам. Он высказал справедливую мысль, что гибок, богат, прекрасен язык каждого народа.

При сравнении языков можно обнаружить легко уловимые соответствия, которые бросаются в глаза даже непосвящённым. Человеку, знающему один из романских языков, легко догадаться о значении французского – un, une, итальянского – uno, una, испанского – uno, unaодин. Соответствия окажутся менее явственными, если мы будем рассматривать языки более далёкие во времени и пространстве. Будут лишь частичные соответствия, которые ничего не дадут для исследователя. Сопоставлять следует не один частный случай с другими частными случаями. Поскольку каждый факт языка принадлежит всему языку в целом, то сопоставляется подсистема одного языка – фонологическая, морфологическая, синтаксическая, семантическая – с подсистемой другого языка. С целью установить, являются сравниваемые языки родственными или нет, то есть, происходят ли они из одного общего языка определённой языковой семьи, находятся ли в отношениях частичного (аллогенетического) родства или ни как между собой по происхождению не связаны (2, 4).

Идеи языкового родства выдвигались и раньше (XVI век "О родстве языка" Гвилельм Постеллус), но результатов они не дали, так как в сравнение вовлекались не только родственные языки. Очень большую роль в развитии сравнительно-исторического метода в языкознании сыграли сравнительные таблицы языков Северной Европы, Северного Кавказа, благодаря которым была создана классификация уральских и алтайских языков, хотя и в предварительном варианте.

Заслуга выделения языкознания как новой науки исторического цикла, принадлежит Гумбольдту ("О сравнительном изучении языков, применительно к различным эпохам их развития", 1820 г.).

Заслугой Гумбольдта было выделение языкознания как новой науки исторического цикла – сравнительной антропологии. При этом задачи понимались им исключительно широко: "… язык и постигаемые через него цели человека вообще, род человеческий в его поступательном развитии и отдельные народы являются теми четырьмя объектами, которые в их взаимной связи и должны изучаться в сравнительном языкознании". Уделяя большое внимание таким ключевым для сравнительно-исторического языкознания проблемам, как внутренняя форма, связь звука и значения, языковая типология и т. п. Гумбольдт, в отличие от многих специалистов в области сравнительно-исторического языкознания, подчёркивал связь языка с мышлением. Тем самым принцип историзма в языкознании получил понимание, выходящее далеко за рамки сравнительно-исторических грамматик.

Боллу наука обязана созданием первой сравнительно-исторической грамматики индоевропейских языков (1833-1849 гг.), открывшей серию подобных грамматик больших языковых семей; выработкой методики последовательного сравнения форм в родственных языках.

Особое значение имело обращение к санскриту, который в пространстве и времени был наиболее удалён от европейских языков, не имел с ними контактов в своей истории, и, тем не менее, сохранил с особой полнотой древнее состояние.

Другой учёный – Раск выработал методику анализа соотносимых друг с другом грамматических форм и демонстрации различных степеней родства между языками. Дифференциация родства по степени близости явилась необходимой предпосылкой к построению схемы исторического развития родственных языков.

Такая схема была предложена Гриммоа (30-40 гг. XIX века), рассмотревшим исторически три ступени развития германских языков (древнюю, среднюю и новую) – от готского до новоанглийского. В это время происходит становление сравнительно-исторического языкознания, его принципов, методов и техники исследования!

Сравнительно-историческое языкознание, по крайней мере, с 20-30 гг. XIX века отчётливо ориентируется на два начала – "сравнительное" и "историческое". Иногда предпочтение отдаётся "историческому" началу, иногда "сравнительному". Историческое – определяет цель (история языка, в том числе до-письменная эпоха). При таком понимании роли "исторического" другое начало – "сравнительное" скорее определяет сродство, с помощью которого достигаются цели исторического исследования языка или языков. В этом смысле характерны исследования в жанре "история конкретного языка", при которых внешнее сравнение (с родственными языками) может практически отсутствовать, как бы относиться к доисторическому периоду развития данного языка и заменяться внутренним сравнение более ранних фактов с более поздними; одного диалекта с другим или со стандартной формой языка и т. д. Но такое внутреннее сравнение зачастую оказывается замаскированным.

В работах других исследователей акцентируется именно сравнение, в центре внимания оказывается соотношение сравниваемых элементов, образующих главный объект исследования, а исторические выводы из него остаются не подчеркнутыми, отложенными для следующих исследований. В этом случае сравнение выступает не только как средство, но и как цель, однако отсюда не следует, что такое сравнение не даёт ценных для истории языка результатов.

Объектом сравнительно-исторического языкознания является язык в аспекте его развития, то есть того вида изменения, который соотносится непосредственно со временем или с преобразованными формами его.

Для сравнительного языкознания язык важен как мера времени ("языковое" время), а тот факт, что время может изменяться языком (и разными его элементами, причём каждый раз по-разному) имеет непосредственное отношение к обширной проблеме форм выражения времени.

Минимальной мерой "языкового" времени является квант языкового изменения, то есть единица отклонения языкового состояния А1 от языкового состояния А2. Языковое время останавливается, если нет языковых изменений, хотя бы нулевых. В качестве кванта языкового изменения могут выступать любые единицы языка, если только они способны фиксировать языковые изменения во времени (фонемы, морфемы, слова (лексемы), синтаксические конструкции), но особое значение приобрели такие языковые единицы, как звуки, (а позже и фонемы); на основании минимальных сдвигов ("шагов") которых типа (звук х > у) выстраивались цепочки исторических последовательностей (типа а1 > а2 > а3> аn, где а1 – самый ранний из реконструированных элементов, а аn – последний по времени, то есть современный) и формировались матрицы звуковых соответствий (типа: звук х языка А1 соответствует звуку у у языка В, звуку z у языка С и т. п.)

С развитием фонологии, особенно в том её варианте, где выделяется уровень фонологических дифференциальных признаков – ДП, актуальным становится учёт ещё более удобных квантов языковых изменений самих ДП (так, изменение d > t объясняется не как сдвиг на одну фонему, а как более мягкий сдвиг на один ДП; звонкость > глухость). В этом случае можно говорить о фонеме как минимальном языковом фрагменте (пространстве), на котором может быть зафиксирован временный сдвиг в составе ДП.

Эта ситуация проявляет одну из основных особенностей сравнительно-исторического языкознания, наиболее рельефно проявляющихся в сравнительно-исторической грамматике. Чем чётче морфемная структура языка, тем более полной и надёжной оказывается сравнительно-историческая интерпретация этого языка и тем больший вклад вносит этот язык в сравнительно-историческую грамматику данной группы языков (8, 10, 14).



2. СРАВНИТЕЛЬНЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ МЕТОД В ОБЛАСТИ ГРАММАТИКИ.


Сравнительно-исторический метод основывается на ряде требований, соблюдение которых повышает надёжность выводов, получаемых этим методом.

  1. При сравнении слов и форм в родственных языках предпочтение отдаётся более архаичным формам. Язык представляет собой совокупность частей, древних и новых, образованных в разное время.

Например, в корне русского прилагательного новый нов- н и в сохранились от глубокой древности (ср. лат. novus, скр. navah), а гласный о развился из более древнего е, которое изменилось в о перед [v], за которым следует гласная заднего ряда.

Каждый язык постепенно изменяется в процессе своего развития. Если бы не было этих изменений, то языки, восходящие к одному и тому же источнику, (например, индоевропейские) вообще не различались бы между собой. Однако на самом деле мы видим, что даже близкородственные языки значительно отличаются друг от друга. Взять хотя бы русский и украинский. В период своего самостоятельного существования каждый из этих языков претерпел различные изменения, которые привели к более или менее существенным расхождениям в области фонетики, грамматики, словообразования и семантики. Уже простое сопоставление русских слов место, месяц, нож, сок с украинскими мiсто, мiсяць, нiж, сiк показывает, что в ряде случаев русским гласным е и о будет соответствовать украинское i.

Аналогичные расхождения можно наблюдать и в области словообразования: русские слова читатель, слушатель, деятель, сеятель выступают с суффиксом действующего лица – тель, а соответствующие им слова в украинском языке – читач, слухач, diяч, сiяч – имеют суффикс – ч (ср. русский – ткач, трепач и т. д.).

Существенные изменения произошли также в семантической области. Например, приведённое выше украинское слово мiсто имеет значение "город", а не "место"; украинский глагол дивлюся означает "смотрю", а не "удивляюсь".

Гораздо более сложные изменения можно обнаружить при сравнении других индоевропейских языков. Эти изменения, происходили в течение многих тысячелетий, что люди, владеющие этими языками, не столь близкими как русский и украинский, давно перестали понимать друг друга. (5, 12).

  1. Точное применение правил фонетических соответствий, согласно которым звук, изменяющийся в определённом положении в одном слове, претерпевает аналогичные изменения в одинаковых условиях в других словах.

Например, старославянские сочетания ра, ла, ре переходят в современном русском языке в -оро-, -оло-, -ере- (ср. кралькороль, златозолото, брегъберег).

На протяжении тысячелетий в индоевропейских языках произошло большое количество различных фонетических изменений, которые, не смотря на всю сложность, носили ярко выраженный системный характер. Если, например, изменение к в ч произошло в случая рука – ручка, река – речка то оно должно проявиться во всех других примерах подобного рода: собака – собачка, щека – щёчка, щука – щучка и т. д.

Эта закономерность фонетических изменений в каждом языке привела к тому, что между звуками отдельных индоевропейских языков возникли строгие фонетические соответствия.

Так, начальное европейское bh [бх] в славянских языках превратилось в простое б, а в латинском языке оно изменилось в f [ф]. В результате между начальным латинским f и славянским б установились определённые фонетические соотношения.

Латинский язык Русский язык

faba [фаба] "боб" – боб

fero [феро] "несу" – беру

fiber [фибер] "бобр" – бобр

fii(imus) [фу:мус] "(мы) были" – были и т. д.

В этих примерах сопоставлялись между собой только начальные звуки приведённых слов. Но и остальные звуки, относящиеся к корню, здесь также полностью соответствуют друг другу. Например, латинское долгое :] совпадает с русским ы не только в корне слов f-imusбы-ли, но и во всех других случаях: латинское f - русское ты, латинское rd-ere [ ру:дере] – кричать, реветь – русское ры-дать и др.

Далеко не все слова, одинаково или почти одинаково звучащие в двух родственных языках, отражают древние фонетические соответствия. В одних случаях мы сталкиваемся с простым совпадением в звучании этих слов. Вряд ли кто-нибудь станет серьёзно доказывать, что латинское слово rana [ра:на], лягушка имеет общее происхождение с русским словом рана. Полное звуковое совпадение этих слов всего лишь результат случая.

Возьмём немецкий глагол habe [ха:бе] означает "имею". То же самое значение будет у латинского глагола habeo [ха:бео:]. В форме повелительного наклонения эти глаголы орфографически совпадают даже полностью: habe! "имей". Казалось бы у нас все основания для сопоставления этих слов, общности их происхождения. Но на самом деле такой вывод ошибочный.

В результате фонетических изменений происшедших в германских языках, латинскому с [к] в немецком языке стало соответствовать h [х].

Латинский язык. Немецкий язык.

collis [коллис] Hals [хальс] "шея"

caput [капут] Haupt [хаупт] "голова"

cervus [кервус] Hirsch [хирш] "олень"

cornu [корну] Horn [хорн] "рог"

culmus [кульмус] Halm [хальм] "стебель, соломина"

Здесь перед нами не случайные единичные совпадения, а закономерная система совпадений между начальными звуками приведённых латинских и немецких слов.

Таким образом, при сопоставлении родственных слов следует опираться не на чисто внешнее их звуковое сходство, а на ту строгую систему фонетических соответствий, которая установилась в результате изменений звукового строя, происшедших в отдельных исторически связанных друг с другом языках.

Слова, звучащие совершенно одинаково в двух родственных языках, если они не входят в установленный ряд соответствий, не могут быть признаны родственными друг другу. И наоборот, очень не похожие по своему звуковому облику слова, могут оказаться словами общего происхождения, если только при их сравнении обнаруживаются строгие фонетические соответствия. Знание фонетических закономерностей даёт учёным возможность восстановить более древнее звучание слова, а сравнение с родственными индоевропейскими формами очень часто проясняет вопрос о происхождении анализируемых слов, позволяет установить их этимологию.

Таким образом, мы убедились, что фонетические изменения происходят закономерно. Такой же закономерностью характеризуются и словообразовательные процессы.

Каждое слово при его этимологическом анализе обязательно должно быть отнесено к тому или иному словообразовательному типу. Например, слово рамень можно включить в следующий словообразовательный ряд:

сеять семя

знатьзнамя

полъти "пылать" – пламя, пламень

о ( рать "пахать" – рамень и т. д.

Такой же типовой характер носит и образование суффиксов. Если бы мы, например, просто сопоставили между собой слова каравай и коротай, то такое сопоставление, вряд ли кого-нибудь бы убедило. Но когда нам удалось обнаружить целый ряд слов, в которых суффиксы -в- и -т- находятся в состоянии регулярных чередований, правомерность приведённого сопоставления получила достаточно надёжное обоснование.

Анализ существующих или существовавших в глубокой древности словообразовательных рядов и суффиксальных чередований – это один из наиболее важных исследовательских приёмов, с помощью которых учёным удаётся проникнуть в самые сокровенные тайны происхождения слова. (10, 8, 5, 12)

  1. Применение сравнительно-исторического метода обусловлено абсолютным характером языкового знака, то есть отсутствием естественной связи между звучанием слова и его значением.

Русское волк, литовское vitkas, английское wulf, немецкое Wolf, скр. vrkah свидетельствуют о материальной близости сравниваемых языков, но ничего не говорят, почему данное явление объективной действительности (волк) выражается тем или иным звуковым комплексом.

В результате языковых изменений слово преображается не только внешне, но и внутренне, когда меняется не только фонетический облик слова, но и его смысл, его значение.

Так, например, этапы семантического изменения слова рамень могут быть представлены в виде: пашня  пашня, поросшая лесом  лес на заброшенной пашнелес. Аналогично явление имело место со словом каравай: резень кусок  кусок пищи  кусок хлеба  хлеб  круглый хлеб.


Случайные файлы

Файл
18509.rtf
diod.doc
166354.rtf
30755.rtf
162154.rtf