Центральная Азия во внешней политике стран ЕС (97202)

Посмотреть архив целиком


Министерство образования и науки Республики Казахстан

Факультет международных отношений

Кафедра международных отношений


Допущен(а) к защите

" "__________2008 г.

Зав. кафедрой МО






ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

ЦА во внешней политике стран ЕС

Специальность ___________________

Ф. И.О. студента__________________

Группа

Научный руководитель____________

________________________________










Астана - 2008


Содержание


Определения, обозначения и сокращения 3

Введение 5

Раздел 1. Взаимоотношения ес с центральной азией: история и современность 14

1.1 Этапы становления сотрудничества ЕС и ЦА 14

1.2 Цели сотрудничества и интересы ЕС в ЦА 18

1.3 Проблемы и перспективы сотрудничества стран ЦАР с ЕС 21

Раздел 2. Основные документы и программы, регулирующие сотрудничество между ЕС и странами Центральной Азии 42

2.1 Стратегии Европейского Союза для Центральной Азии 42

2.2 Программы регионального сотрудничества между странами ЦАР и ЕС 50

2.3 Новые инструменты сотрудничества ЕС и ЦА на 2007-2013 гг. 64

Заключение 74

Список использованной литературы 77

Приложения 81



Определения, обозначения и сокращения


БТД Трубопровод Баку-Тбилиси-Джейхан

ЕС Европейский Союз

ЕЭК Европейская экономическая комиссия

ИНТАС Международная Ассоциация по поддержке ученых стран СНГ

КЕС Комиссия Европейского Союза

КТК Каспийский трубопроводный консорциум

НАТО Организация Североатлантического договора

ПРООН (Программа развития ООН), организация, которая частично обеспечивает финансирование проектов ЕС

СНП Стратегия Нового партнерства

СВМДА Совещание по Мерам Доверия в Азии

СПЕКА Специальная программа для стран Центральной Азии

СПС Стратегия партнерства и сотрудничества

ТРАСЕКА Транспортный коридор Центральная Азия - Кавказ - Европа

ЦАР Центрально-азиатский регион

ЭСКАТО Экономическая и социальная комиссия для Азии и Тихого океана

ВОМСА Управление Границами в Центральной Азии

CADAP (Программа по предотвращению распространения наркотиков в Центральной Азии) - проект ЕС, направленной на поддержку борьбы с оборотом наркотиков в странах ЦАР.

DSI Новый Инструмента Развития Сотрудничества для стран ЦАР на 2007-2013 гг.

ENPI (ЕИДП) (Финансовый Инструмент по политике добрососедства и партнерства) - документ, разработанный ЕС с помощью которого с 1 января 2007 года оказывается финансовая помощь странам Восточной Европы, Южного Кавказа, Южного Средиземноморья и Центральной Азии.

TACIS (Техническая помощь странам СНГ) - программа, разработанная ЕС для стран СНГ и Монголии, в целях содействия развитию гармоничных и прочных связей между ЕС и этими странами-партнерами

TEMPUS Программа межвузовского сотрудничества ЕС, которая с 1990 г. оказывает поддержку процессам социального и экономического реформирования, а также развития вузовских систем вне Евросоюза.

INOGATE Межгосударственная транспортировка нефти и газа в Европу - программа международного сотрудничества, целью которой является содействие региональной интеграции систем нефте- и газопроводов, а также осуществление транспортировки нефти и газа по этим системам как в странах СНГ, так и в направлении экспортных рынков Европы


Введение


Актуальность исследования. Сегодня Центрально-Азиатский регион привлекает к себе интерес всех без исключения мировых держав. Во-первых, здесь сосредоточены богатые месторождения нефти и газа, а во-вторых, этот район Земли имеет стратегически важное месторасположение на евразийском континенте. До сих пор наиболее активными и влиятельными игроками в Центральной Азии являлись Россия, США и Китай, но с недавних пор особый интерес к нашему региону выказывает и Европейский союз.

В начале ХХІ столетия, в условиях всемирной глобализации пришло время для качественно нового партнерства между ЕС и странами Центральной Азии. Общая цель достижения стабильности и процветания посредством мирного взаимодействия делает Европу и Центральную Азию партнерами в развивающемся сотрудничестве. Твердые обязательства ЕС перед его восточными соседями в рамках Европейской политики добрососедства также сблизят Европу и Центральную Азию на основе политического сотрудничества и экономического развития.

Развитие и консолидация стабильных, справедливых и открытых обществ и соблюдение международных норм имеют важное значение для полной реализации партнерства между Европейским Союзом и странами Центральной Азии. Ответственное государственное управление, верховенство права, права человека, демократизация, образование и подготовка являются ключевыми сферами, в которых ЕС готов поделиться опытом. ЕС может поделиться опытом региональной интеграции, которая ведет к политической стабильности и процветанию. ЕС также может предложить уроки, полученные в ходе политических и экономических преобразований в Центральной и Восточной Европе. Имея богатые традиции и многовековую историю обменов, ЕС и Центральная Азия могут сделать значительный вклад в диалог между цивилизациями. Многие проблемы, с которыми сталкивается мир в процессе глобализации, в одинаковой степени влияют на Европу и Центральную Азию и требуют их совместного решения. Вопросы безопасности и регионального экономического развития требуют тесного сотрудничества ЕС с каждой страной Центральной Азии, принимая во внимание их географическое расположение, в частности, по отношению к Афганистану, Пакистану и Ирану. Кроме того, это имеет отношение к развитию в сфере управления границами, миграции, борьбы с организованной преступностью и международным терроризмом, а также торговле людьми, наркотиками и оружием.

Зависимость ЕС от внешних энергетических ресурсов и потребность в диверсифицированной политике энергообеспечения для повышения уровня энергетической безопасности открывают новые перспективы сотрудничества между ЕС и Центральной Азией. Усилия ЕС, направленные на укрепление местных рынков энергоносителей, поможет улучшить инвестиционные условия, увеличить производство и эффективность энергоносителей в Центральной Азии, а также диверсифицировать схемы поставки и распределения энергоносителей в данном регионе. С помощью этой стратегии и программы поддержки Комиссии на период 2007-2013 гг. ЕС определит приоритеты сотрудничества с каждым государством Центральной Азии, в соответствии с их потребностями, требованиями и желаемыми результатами, включая права человека, ответственное государственное управление, демократию и социальное развитие.

Таким образом, на основе всего вышесказанного можно с уверенностью сказать о том, что тема нашего исследования является сегодня особо актуальной

Историография. По мере роста международного интереса к Каспийско-Центрально-Азиатскому региону и его энергетическим запасам, начиная с середины 1990-х гг. возрастает и количество литературы, посвященных этой проблематике. Мы разделили исследования на три группы:

1) исследования отечественных авторов;

2) работы западных исследователей;

3) российские источники. Однако, в данной части нашей дипломной работы мы не можем подробно осветить и анализировать содержание всех перечисленных трудов - это бы явилось предметом отдельного крупного исследования.

Отечественные исследования по проблеме взаимоотношений ЕС и стран ЦАР довольно обширны. Например, Лаумулин М.Т. в работе "Центральная Азия в зарубежной политологии и мировой геополитике" (2005) очень подробно и объективно подходит к проблемам и перспективам взаимоотношений стран ЦАР и ЕС. Он указывает на основные точки соприкосновения интересов обеих сторон, анализирует работы зарубежных исследователей, но большую часть работы посвящена Казахстану, как главной опоре стран ЕС в регионе. В другой работе "Центральная Азия во внешней политике Европейского Союза", вышедшей в свет в 2004, под редакцией коллегии авторов анализируются те же проблемы, дана характеристика сущности политики ЕС в ЦАР, рассматривается становление сотрудничества между регионами и делаются прогнозы на перспективу. В 2002 году вышла в свет работа под ред. А.Г. Косиченко, М.С. Ашимбаев и др. под названием "Современный терроризм: взгляд из Центральной Азии". Книга посвящена актуальным вопросам региональной безопасности в Центральной Азии, рассматриваются угрозы терроризма в регионе и пути их разрешения. Проблемам Центрально-Азиатского региона посвящено еще немало работ. Среди них можно назвать монографии У.Т. Касенова "Каспийское море: правовой статус, нефть и международная безопасность" (1998) и "Безопасность Центральной Азии. - Алматы" (1998), также под редакцией Ж.У. Ибрашева в 2003 году вышла книга "Европейский Союз и Центральная Азия: подходы в борьбе с международным терроризмом".

Помимо работ монографического характера, мы использовали статьи, доклады ведущих политиков, политологов Казахстана, в которых рассматриваются проблемы и перспективы развития сотрудничества между странами Центральной Азии и ЕС. Большая часть этих работ опубликована на различных сайтах в Интернете, что существенно облегчило нам поиск информации по теме нашего исследования. Здесь можно назвать такие работы как: Жетписов Д., Хабиев Т. "Проблема складывания национальной государственности в Центральной Азии", Уразов А. "Политика Евросоюза в отношении Казахстана", Сыздыков М.З. "Геополитические коллизии Центральной Азии: эволюция интересов внешних сил и вопросы региональной безопасности региона", и, конечно, работу Главы нашего государства Н.А. Назарбаева - "Якорь стабильности в Центральной Азии".

Зарубежные исследователи. В 1998 г. директор Центра по изучению европейской интеграции (ЦЕИ) при Боннском университете Людвиг Кюнхардт в работе "Европа в раскладе сил XXI века" одним из первых сформулировал геополитические цели Европейского Союза. Он исходил из того, что на Кавказе и в Центральной Азии давно назрела необходимость более активного участия ЕС, однако в этих регионах еще очень высок риск вовлечения Европы в блоковое соперничество за нефть и в региональные конфликты. Брюсселю следовало бы подумать о том, что после включения этих регионов в сферу европейского присутствия геостратегическими соседями ЕС станут ядерные державы - Индия и Пакистан. ЕС должен строить свою политическую стратегию в отношении бывших советских республик в более наступательном ключе. Важной составляющей европейских интересов является поддержка закавказских и центрально-азиатских республик. Важность этих государств для Европы заключается в первую очередь даже не в том, что они в будущем должны сыграть решающую роль в энергетическом обеспечении европейской части континента, а в том геополитическом факте, что они представляют собой стратегический бастион, отделяющий Россию и всю Европу от исламского мира. Европа должна строить такую политику в отношении этих регионов, которая привела бы не к воссозданию Великого Шелкового пути, а, скорее, к созданию культурного моста или буферной зоны, а может быть, даже четкой границы между индустриальным Севером и неразвитым Югом. В этом же ключе должны строиться европейские отношения с Турцией, которым следует придать более интенсивный характер. Турция является логическим партнером ЕС, но это не самоцель, а элементарная часть коренных европейских интересов, учитывая соседство Турции с арабским миром, Россией, Кавказом и Центральной Азией.

Другой немецкий политолог, занимавшийся этой проблемой в 90-е годы А. Крейкемейер в работе "Конфликты и кооперация в Каспийском регионе" писал о том, что к концу XX в. в мире обозначается противостояние двух центров экономической силы в мире, конкурирующих между собой - США и ЕС. Германский аналитик уже указывают на регионы, где начинается столкновение неоимперских интересов США и европейских государств: это франкоговорящая Африка, Юго-Восточная Азия, Средний - Восток, Центральная Америка. Последним потенциально конфликтным регионом, где сталкиваются интересы США и государств ЕС, как считают немецкие эксперты, уже становится Каспийское море.

По мнению других немецких аналитиков, которое они изложили в работе "Роль НАТО, ЕС и ОБСЕ в Каспийском регионе", X. Эрхарда и О. Тренерта, Каспийский регион следует рассматривать в соответствии с интересами НАТО как зону, попадающую под действие целей и принципов Вашингтонского договора и Новой стратегической концепции. Согласно этим документам государства региона рассматриваются как часть конфликтной зоны на южном фланге НАТО и попадают в сферу активности южного командования альянса. Со стратегической точки зрения, таким образом, эти государства рассматриваются как фундамент для обеспечения безопасности альянса, что зафиксировано в соответствующих документах и директивах НАТО. Немецкие авторы называют Европейский союз второй важной политической силой, которая намерена играть в Каспийском регионе собственную роль и имеет здесь свои интересы.

Самым существенным изъяном политики ЕС в Каспийском регионе, как считают немецкие авторы, является отсутствие когерентной политической стратегии. Это означает, что предлагаемые Европейской комиссией различные варианты стратегического наступления ЕС в Каспийском регионе фактически откладываются в Европейском совете под сукно или же существенно выхолащиваются. Причины этого, во-первых, в том, что в этом органе нет единой точки зрения на будущее энергообеспечение Европы и на его взаимосвязь с проблемами безопасности и экологии; во-вторых, национальные интересы отдельных государств превалируют над общеевропейскими, а интересы нефтегазовых концернов в свою очередь ставятся над национальными; в-третьих, ЕС при принятии решений в первую, очередь делает ставку на логику рыночных отношений и экономической целесообразности, чему сильно препятствует расхождение в оценках запасов углеводородов на Каспийском море, высокие инвестиционные затраты, чрезвычайно медленные процессы трансформации в государствах региона и высокий конфликтный потенциал и, наконец, низкие оценки перспектив роста потребности европейской экономики в экспорте углеводородов.

С политической точки зрения, ЕС делает акцент на то, что предпочтительно избегать создания каких-либо антироссийских альянсов в регионе, и видит будущее осуществление своих интересов в рамках тесного сотрудничества и партнерства с Россией. Однако германские эксперты подчеркивают, что в ближайшей перспективе интересы ЕС лежат не в Каспийском или Черноморском регионах, а в обеспечении своего расширения на Восток. Лишь тогда ЕС сможет более эффективно влиять на снижение конфликтного потенциала как на Кавказе, так и в Центральной Азии. В своих оценках перспектив развития связей ЕС с прикаспийскими государствами, немецкие авторы подчеркивают, что они ни при каких обстоятельствах не могут рассматриваться как потенциальные кандидаты для приема в НАТО или Европейский Союз. Их участие в ОБСЕ следует рассматривать прежде всего как один из каналов для усиления влияния Европы в Каспийско-Центрально-Азиатском регионе. В целом все эти институты - НАТО, ЕС и ОБСЕ могут служить одной цели: способствовать укреплению независимости молодых государств региона и становлению здесь долговременных и стабильных демократических режимов. В этой связи необходимость активизации деятельности данных организаций в Каспийско-Центрально-Азиатском регионе на ближайшую перспективу не вызывала у немецких аналитиков сомнений.

Анализируя главную мысль западных исследователей относительно Центрально-Азиатского региона, можно констатировать, что Европа хотела бы превратить его в энергетический тыл экономики ЕС по аналогии с ролью Персидского залива для экономики США, но не нести военно-политической ответственности за его безопасность.

Российские исследования. Исследования российских авторов мы не случайно выделили в отдельную группу. Эти работы обладают одной особенностью: в них зачастую дается критика деятельности ЕС в Центральной Азии, делаются предположения об угрозах потери национальной идентичности стран ЦАР и т.п. Например, это такие работы как: "Центральная Азия - туманный путь в будущее" (автор А.В. Власов), "Внешнеполитические приоритеты стран Центральной Азии (Вовк В., Харитонова Н), "Центральная Азия: пути и возможности эволюции существующих политических режимов" (Зотова Н), "Стратегические приоритеты азиатско-тихоокеанской политики России: Идеологическая основа азиатско-тихоокеанской политики России" (Романов И. А) и многие другие.

Возможно, что такого рода исследования, вызваны опасением о потере Россией своих ключевых позиций в странах ЕС из-за возрастающей конкуренции. Как бы там ни было, сегодня Россия является главным партнером для стран ЦАР и Казахстана, в частности.

Источники. Источниковой базой послужили основополагающие документы, заключенные с 1999 г. Между ЕС и странами ЦАР: Стратегия Партнерства и сотрудничества (1999), Стратегия Нового партнерства для Центральной Азии 2007-2013, Стратегия борьбы с терроризмом Европейского Союза" и некоторые другие.

Хронологические рамки исследования охватывают период от начала 90-х гг. до 2008 г.

Цель и задачи. Целью нашей работы является изучение роли Центрально-Азиатского региона во внешней политике Европейского Союза. Для достижения этой цели мы обозначили перед собой следующие задачи:

Рассмотреть периоды становления сотрудничества ЕС и Центральной Азии;

Выявить основные цели и приоритеты сотрудничества ЕС и ЦА;

Дать анализ основным проблемам, существующим в Центрально-Азиатском регионе

Характеризовать политику ЕС и осветить некоторые итоги деятельности его в Центрально-Азиатском регионе.

Методическая база исследования. В работе мы использовали такие методы как историко-сравнительный, историко-сопоставительный, метод анализа, диахронический метод.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка литературы и приложений.

Во введении рассматривается актуальность, степень изученности, источниковая база, цель и задачи исследования, методика и хронологические рамки исследования.

В первой главе "Взаимоотношения ЕС С Центральной Азией: история и современность" мы рассмотрели процессы становления сотрудничества ЕС и ЦА, стратегические цели и интересы ЕС в ЦА, и проблемы и перспективы сотрудничества

Во второй главе "Основные документы и программы, регулирующие сотрудничество между ЕС и странами Центральной Азии" рассматриваются Стратегии Европейского Союза, региональные программы ЕС для Центральной Азии и новые инструменты сотрудничества ЕС и ЦА на 2007-2013 гг.

В заключении подводятся итоги работы и в списке литературы дан перечень использованной для написания дипломной работы периодических и монографических издании.


Раздел 1. Взаимоотношения ес с центральной азией: история и современность


1.1 Этапы становления сотрудничества ЕС и ЦА


Новым направлением деятельности ЕС с начала 90-х стало осуществление совместной внешней политики и политики безопасности (СВПБ), развивающей опыт “европейского политического сотрудничества” и предусматривающей согласование и осуществление странами ЕС совместных внешнеполитических действий на основе единогласно принятых решений. Этот принцип был впервые зафиксирован в Маастрихтском договоре 1993 г. Он позволяет ЕС проводить более активную региональную политику за пределами Европы.

С начала 90-х гг. ЕС проводит политику распространения своего стратегического влияния на новые центрально-азиатские государства. Условно, переход ЕС от роли "наблюдателя" к роли "участника" в региональном масштабе можно разделить на 4 периода

Первый период, охвативший временной отрезок 1991-1995 гг. показал, что стратегия ЕС в направлении стран Центральной Азии и Казахстана была выдержана в рамках следующих направлений:

стабилизация внутриполитической ситуации в центрально-азиатских республиках;

различного рода приветствие демократических инноваций и европейских норм морали;

оказание экономической помощи новым демократическим республикам в процессе вступления их в рынок и налаживания внешнеэкономических связей.

В этом случае стоит отметить, что достижение этих целей становилось эффективным только путем финансирования вышеуказанных направлений через заключение межгосударственных договоров в виде беспроцентных кредитов или займов /3.14/.

Параллельно с финансовой помощью ЕС проводило мониторинг внутриполитической ситуации силами международных и европейских организаций (Например, ОБСЕ, Европарламент, Европейская комиссия, Комиссариат ООН по беженцам, Совет Европы и т.д.).

Подобная политика дала свои всходы, так как многие центрально-азиатские республики осознали, что им выделяют финансовую помощь взамен реформ, которые по европейским стандартам должны быть проведены в республиках Центральной Азии.

Здесь также заслуживает внимания программа "ТАСIS", которая по своему определению была направлена на помощь республикам бывшего СССР.

Что касается Казахстана, уместно будет упомянуть, что 23 января 1995 года в г. Брюсселе было подписано Соглашение о партнерстве и сотрудничестве между Республикой Казахстан и Европейским Сообществом и их государствами-членами. Данное Соглашение было ратифицировано Парламентом в мае 1997 года и вступило в силу 1 июля 1999 года.

Соглашение о партнерстве и сотрудничестве - являлось основным двусторонним соглашением, направленным на развитие политических, экономических и культурных связей между РК и ЕС.

Соглашение закрепило стремление обеих сторон к укреплению демократии, соблюдению прав человека, власти закона, а также рыночной экономики, а также создало основу для конструктивного политического диалога, создало открытый торговый и инвестиционный режим между его сторонами /3.14/.

Второй период (1996-2000гг.) можно назвать периодом разочарования, которое охватило страны ЕС после того, как они осознали, что за 1991-1995 гг. республики Центральной Азии не смогли, по представлению ЕС, приблизиться к европейским стандартам рыночной экономики и демократии.

В тоже время насаждающаяся из Запада идеология внесла свой дестабилизирующий момент во внутриполитическую ситуацию в республиках региона. Западный стандарт демократии позволил начать процесс религиозного ренессанса, который по многим параметрам стал генератором антигосударственных настроений в республиках региона. В данном случае уместно будет упоминание событий 1999 года, когда в августе в Кыргызстан впервые вторглись исламские боевики.

И как следствие этого Центральная Азия в этот период стала представлять собой очаг напряженности и нестабильности, который по своим масштабам и непредсказуемости не только затормаживал программы ЕС в регионе, но и дистанциировал от себя европейские страны /3.14/.

Третий период (2001-2004) можно условно обозначить как попытку ЕС повторно начать проведение своих программ, направленных на достижение трех основных целей:

становление и развитие демократического общества в центрально-азиатских республиках;

финансовая поддержка республик региона с целью "привязывания" их к странам ЕС и соответственно к проводимой политике ЕС;

реализация комплекса мероприятий, направленных на стабилизацию внутриполитической ситуации в республиках Центральной Азии.

В тоже время нельзя упускать из вида, что достижение второй цели находит свое оправдание в решении Каспийского вопроса, энергетический аспект которого в настоящее время для ЕС является как никогда актуальным.

Прослеживается экономическая заинтересованность Европы в освоении энергетических и других минеральных ресурсов Каспийского региона и в частности Казахстана.

Так в Казахстане начали работать такие крупнейшие европейские компании как "ТоталФина", "Аджип", "Эни", "Шелл", "Бритиш Газ", "Бритиш Петролиум".

Здесь также стоит отметить, что после событий 11 сентября 2001 года в США, Европейский Союз кардинально пересмотрел политику в отношении стран Центрально-азиатского региона в сторону акцентирования внимания на усиление в целом регионального сотрудничества. И как следствие этого была изменена схема и стратегия предоставления помощи ЕС.

Так была пересмотрена программа ТАСIS. Индикативная программа на 2002-2004 гг. стала первой программой, сформированной с учетом принятых ЕС новых инициатив по введению комплексного подхода во взаимоотношениях с Центрально-азиатским регионом.

Общий бюджет трех ежегодных программ действий, в рамках Индикативной Программы в целом составил 150 млн. евро (по 50 млн. евро на каждую программу). При этом надо учитывать, что средства Программы действий были предназначены для всех стран региона: Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана, и охватывали как национальные, так и региональные и малые проекты ТАСIS. К примеру, доля Казахстана в бюджете Программы действий для стран ЦАР на 2002 год, помимо региональных программ, составила только 5,5 млн. евро, которые распределяются по компонентам, приведенным в Приложении А.

Здесь нужно отметить, что объем средств выделенный Казахстану, в рамках этой Программы является наименьшим в сравнении с другими странам региона, поскольку при этом ЕС учитывало более высокие темпы экономического развития и более благополучную социальную ситуацию в стране.

Четвертый период, свидетелями которого мы являемся, направлен на закрепление и расширение позиции ЕС на территории Центральной Азии и Каспийского региона. На сегодня ЕС уже выработал свое видение будущего Центральной Азии как региона, способного стать заслоном на пути наркотрафика, незаконной миграции и религиозного экстремизма.

И в тоже время ЕС активизирует свои действия на Каспии, так как энергетическая потребность в странах ЕС постоянно имеет тенденцию к росту. Уже сегодня становится очевидным, что ЕС в отличие от рассмотренных ранее временных периодов, направляет свои усилия больше в экономическую и энергетическую сферы, оставив вопросы по демократизации, плюрализме мнений и правах человека на второй план.

Осознавая, что программы, не имеющие финансовой составляющей, заранее обречены на провал, ЕС разработал новые направления финансовой помощи странам бывшего СССР, которые в большинстве своем были направлены на оживление оставшейся в республиках промышленности (в большей степени предназначенной для добычи и транспортировки энергоносителей и полезных ископаемых). В результате стал наблюдаться рост товарооборота между странами ЕС и республиками Центральной Азии.

В этом отношении Казахстан является крупнейшим торговым и инвестиционным партнером ЕС в Центральной Азии /3.14/.


1.2 Цели сотрудничества и интересы ЕС в ЦА


Для ЕС важным является корректное определение "сочетания различных направлений политики", что в сете стратегических целей внешних отношений ЕС, подразумевает достижение согласованности между всеми имеющимися инструментами при работе со странами Центральной Азии.

Региональные и глобальные стратегические цели, а также цели, относящиеся конкретно к каждой из стран, совместно формируют подход к сотрудничеству ЕС/ЕК с Центральной Азией. Основные цели сотрудничества ЕС с Центральной Азией могут быть сформулированы следующим образом:

Обеспечение стабильности и безопасности стран региона;

Оказание помощи в ликвидации бедности и повышения уровня жизни;

Развитие/налаживание более тесных связей как внутри Центральной Азии и ЕС, в частности, в области энергетики, транспорта, высшего образования и экологического сектора.

Что касается интересов, то на сегодняшний момент, экономическая составляющая политики ЕС в центрально-азиатском регионе, безусловно, перевешивает политическую. Разберем их подробнее:

1. Энергетические интересы.

В основе экономических интересов ЕС на территории Центральной Азии лежит стремление максимально диверсифицировать потоки импорта нефти с территории Ближнего Востока. Энергетическая политика стран ЕС сосредоточена вокруг смежного с Центральной Азией сектора Каспийского моря, являющегося альтернативной артерией импорта нефти и газа.

Тактика ЕС подразумевает как использование действующих нефтепроводов, таких как “Дружба”, по которому углеводороды доставляются на перерабатывающие предприятия Чехии, Германии и Австрии, так и активное участие в процессе добычи на шельфах Каспийского моря, а также участие в сооружении новых, альтернативных существующим нефтепроводов. Ярким примером служит нефтепровод Актау-Баку-Тбилиси-Джейхан. На территории Казахстана европейские компании участвовали в сооружении КТК (Каспийского трубопроводного консорциума) и освоении газового месторождения Карачаганак. Участие в нефтяной и газовой добыче каспийско-центральноазиатсокого региона принимают компании Shell (Голландия), TotalFinaElf и Schlumberger (Франция), ENI и Agip (Италия), British Petroleum и Lasmo (Великобритания), REPSOL (Испания), Wintershall (Германия), Petrom (Румыния) и Statoil (Норвегия).

В целом, основным для ЕС региональным экспортером углеводородов является Казахстан, ежегодно обеспечивающим до 20% всего импорта газа и нефти, поставляемого в страны ЕС. По данным Агентства Республики Казахстан по статистике доля по некоторым странам Европы достигает весьма значительного уровня - Италия (74%), Великобритания (11%), Германия (10%) /3.17/.

По официальным данным суммарное число инвестиций стран ЕС в экономику Казахстана на момент 2006 года составляет от 30 млрд. долл. США.

2. Транспортные магистрали.

ЕС прилагает усилия по модернизации коммуникаций и транспортных сетей в Центральной Азии. В идеале, стратегия Европейского союза подразумевает инвестирование и участие в проектах “связывания” побережья Тихого океана с территорией Европы, что в американской терминологии именуется стратегией “Шелкового пути”.

Для достижения этой цели Брюсселем были выдвинуты две инициативы, известные как ИНОГЕЙТ, нацеленная на создание интегрированной системы коммуникаций по перекачке нефти и газа в Европу, и ТРАСЕКА (Транспортный коридор Европа-Кавказ-Центральная Азия).

Программа ТРАСЕКА в самом полном виде воплощает в себе европейское видение макрорегиональных процессов на территории всей Евразии. Согласно замыслу, трансконтинентальный транспортный коридор должен соединить черноморские порты Грузии (Поти и Батуми), железнодорожные пути на территории Грузии и Азербайджана, паромную систему Каспийского бассейна (Баку-Туркменбаши), железнодорожные системы Туркменистана, Узбекистана, Казахстана Кыргызстана (по ветке Андижан-Ош-Кашгар) и КНР с дальнейшим выходом к акватории Тихого океана.

При реализации серии проектов в рамках ТРАСЕКА страны ЕС затратили в течение 1993-2004 гг. до 110 млрд. долл.

3. Политические интересы ЕС и проблема безопасности.

Политические интересы ЕС в Центральной Азии представляют собой нечто сложно осязаемое. Это происходит именно потому, что до сих пор Европейский Союз не выработал унифицированного механизма принятия внешнеполитических решений. Сразу несколько надгосударственных органов, ассоциированных с ЕС (Европейский Совет, Европейская комиссия и Совет министров ЕС), участвуют в выработке решений. При наличии различных подходов к решению тех или иных проблем мировой политики (иракская проблема в 2003 году вывела наружу различия в подходах ряда стран ЕС), говорить о четкой внешнеполитической линии ЕС за пределами Европы не приходится.

Важнейшей проблемой в политике ЕС в Центральной Азии является проблема поиска регионального партнера и проводника политики ЕС в регионе. По объективным причинам, таким “партнером” можно считать именно Казахстан. Экономические показатели и интенсивность политического сотрудничества ЕС с РК, в том числе, в рамках ОБСЕ, делают его ключевой фигурой политики Запада, способной, как считают в Брюсселе, передать позитивный импульс и другим региональным игрокам. В первую очередь, это касается процессов по демократизации региона /3.17/.


1.3 Проблемы и перспективы сотрудничества стран ЦАР с ЕС


Несмотря на то, что взаимоотношения ЕС и Стран ЦАР развиваются довольно динамично, существует ряд проблем, разрешение которых требует пристального внимания. В данном подпункте нашей дипломной работы мы постараемся подробно рассмотреть каждую их этих проблем.

Первая проблема это риски конфликтов и нестабильности в ЦАР. Серьезная и длительная нестабильность в одной из центрально-азиатских стран может привести к опасным последствиям для всего региона. Это относится в первую очередь к Узбекистану, где проживает более чем 25 млн. человек и который является наиболее густонаселенным государством Центральной Азии. Границы в регионе являются, большей частью, прозрачными и плохо демаркированными, и мало что можно сделать для предотвращения незаконного пересечения границ отдельными лицами или группами лиц. Волнения в одном государстве могут привести к появлению потоков беженцев, которые могут быстро превысить возможности соседей по их приему. Поскольку в инфраструктурном отношении эти страны все еще в сильной степени зависят друг от друга, волнения в любой из стран могут иметь серьезные экономические последствия для других.

Если оставить в стороне гуманитарные проблемы, нестабильность в Центральной Азии может затронуть интересы ЕС и его государств-членов в различных отношениях. Как показал недавний опыт, потенциальной целью беженцев является Европа. Имеется также более прямая заинтересованность в обеспечении безопасности в регионе: события в Афганистане, Ираке и в других местах показывают, что неудавшиеся государства (англ., failed states) и хронически нестабильные регионы являются идеальным пристанищем для террористических и преступных групп. "Имеется глобальная заинтересованность в сохранении стабильности в этом регионе", - заявил один европейский наблюдатель. "Центральная Азия мало известна на Западе, потому что она относительно стабильна. Если она станет нестабильной, то она выйдет из тени, и люди спросят, почему мы раньше ничего не предпринимали".

Казахстан. Благодаря доходам от своих энергетически ресурсов, Казахстан на протяжении длительного времени рассматривался как наиболее устойчивое и многообещающее центрально-азиатское государство. Все же и там имеются тревожные симптомы. Многих в Казахстане и регионе потрясло произошедшее в феврале 2006 г. жестокое убийство видного политического деятеля оппозиции, Алтынбека Сарсенбаева, а также международный скандал связанный с арестом Рахата Алиева.

Кыргызстан. В марте 2005 г. президент Аскар Акаев был свергнут после того, как население страны выступило против подтасовки итогов парламентских выборов. Правительство президента Курманбека Бакиева до сих пор борется за укрепление своей власти. Даже не слишком интенсивная борьба за власть и контроль над ограниченными экономическими ресурсами страны привела к продолжительной нестабильности и вызвала спорадические вспышки насилия. Государственные институты почти бездействуют, и образовавшийся вакуум заполнили преступные группировки. Обещанные реформы, в том числе изменение конституции в сторону ограничения президентской власти, возобновление кампании по борьбе с коррупцией и усилия по повышению уровня жизни населения ни к чему не привели, что еще больше снизило поддержку правительства народом.

Таджикистан. Таджикистан является, по-видимому, одной из наиболее стабильных стран региона, но влияние последствий гражданской войны в 1990-х гг. все еще ощущаются в экономической и политической жизни. Страна относится к категории очень бедных, и в сильной степени зависит от денежных переводов сотен тысяч таджиков, работающих за границей. Уровень коррупции весьма высок, а доход от торговли афганским героином разъедает институты власти. Страх перед возобновлением гражданской войны явился причиной того, что проявления инакомыслия в обществе были сведены к минимуму, и правительству президента Эмомали Рахмонова довольно успешно удалось оттеснить оппозицию на второстепенные позиции. Не следует считать, однако, что длительная стабильность является чем-то само собой разумеющимся, ибо у появляющегося нового поколения воспоминания о войне намного слабее, и маловероятно, что оно будет оправдывать последствиями войны сохраняющиеся бедность и авторитаризм. Страна поддерживает тесные отношения с Россией, но возникновение проблем в Таджикистане или в российской экономике могут сопровождаться сокращением возможностей для заработка таджиков - трудовых мигрантов, что может привести к опасным социально-экономическим последствиям для Таджикистана.

Туркменистан. Туркменистан является одним из наиболее закрытых и репрессивных режимов в мире, он возглавляется пожизненным президентом Сапармуратом Ниязовым. Его абсолютный контроль над политической жизнью и доходы от богатых запасов природного газа в сочетании обеспечивают подобие стабильности. Вместе с тем, систематическое разрушение Ниязовым гражданского общества, систем образования и здравоохранения и полное отсутствие даже подобия независимых политических институтов означает, что страна может испытать гуманитарный кризис, а государство в среднесрочной и долгосрочной перспективе может оказаться на грани краха.

Узбекистан. Серьезная нестабильность в наибольшей степени угрожает Узбекистану. Эта страна занимает второе место в Центральной Азии после Туркменистана по масштабам политических репрессий, а по проявлениям откровенного насилия режим президента Ислама Каримова превзошел режим Ниязова. В течение многих лет назревали гнев и недовольство населения губительной и эксплуататорской экономической политикой, вынуждающей миллионы людей бороться за выживание. В мае 2005 г. узбекские силы безопасности подавили восстание в Андижане, городе, расположенном на востоке страны, в котором, как полагают, были убиты сотни безоружных мирных жителей. С тех пор правительство расправилось с независимыми журналистами, активистами в области прав человека и гражданского общества. Отношения с Западом, охладившиеся в последние годы, были почти прекращены, хотя отношения с Россией и Китаем, которые согласились с трактовкой событий в Андижане которую выдвинуло правительство Узбекистана, стали как никогда тесными. После событий в Андижане в стране установилось подобие спокойствия, но правительство не проявляет желания решать основные проблемы, вызвавшие беспорядки. Как и в Казахстане и Туркменистане, сочетание многих лет авторитарного правления и наличия ресурсов, приносящих высокие прибыли, предполагает, что возможный уход президента со сцены будет, вероятно, сопровождаться ожесточенной борьбой за его наследие. Опасность дальнейшей нестабильности в ближней и средней перспективе представляется высокой.

Вторая проблема - энергетическая безопасность. После газового конфликта между Украиной и Россией в январе 2006 г. проблема энергетической безопасности стала предметом обсуждения на самом высоком политическом уровне в Евросоюзе, и высокопоставленные должностные лица в Брюсселе и столицах государств-членов ЕС начали предпринимать шаги по снижению зависимости от России. Хотя и с запозданием, ЕС начал понимать потенциальную важность Центральной Азии. Ее нефтяные и газовые ресурсы, которые могли бы напрямую поставляться в Европу через Закавказье и Турцию, рассматриваются как, по крайней мере, частичное решение проблемы диверсификации источников энергоснабжения. "Это стало самой большой проблемой для нас в этом году", - заявил один восточно-европейский дипломат. - "Мы не только не должны зависеть от России - что очень опасно с точки зрения энергетической безопасности. Конфликт продемонстрировал нам, что мы должны рассматривать Центральную Азию как важного партнера в экономической и энергетической сферах".

Растущая уязвимость ЕС. Данные о зависимости ЕС от поставок российской энергии говорят сами за себя:

за счет импорта обеспечивается порядка половины энергопотребления ЕС. К 2030 г., как ожидается, Союз будет импортировать 94% своей нефти и 84% газа;

46 % импортируемого газа ЕС получает из России;

Россия является единственным поставщиком газа для Эстонии, Латвии, Литвы, Словакии и Финляндии и основным поставщиком для Венгрии, Австрии, Польши, Чешской Республики и Греции (и кандидата на вступление в ЕС - Болгарии).

Кроме того, влияние энергетического сектора России увеличивается за счет приобретения объектов производства и транспортной инфраструктуры в Восточной Европе и на Кавказе, установления контроля над центрально-азиатскими экспортными маршрутами и соглашения с Германией по строительству газопровода по дну Балтийского моря. Газовый гигант Газпром также стремится увеличить принадлежащую ему долю в газовых запасах Узбекистана.

В отличие от поставок нефти, ключевой проблемой для ЕС является диверсификация источников снабжения газом. Других поставщиков нефти найти гораздо легче, чем поставщиков газа, поскольку нефть является жидким топливом и может легко транспортироваться танкерами. Газ должен быть охлажден до температуры - 160ºС прежде, чем он примет жидкую форму (СПГ). Эта технология становится все более доступной, но в ближайшем будущем поставки сжиженного газа составят лишь небольшой процент от импорта газа европейскими странами.

Энергетические возможности Центральной Азии. Три из пяти центрально-азиатских государств располагают значительными запасами энергии. Ресурсы Казахстана наиболее велики, по запасам нефти он входит в десятку ведущих стран мира, а по запасам газа - в число первых пятнадцати. Туркменистан имеет большие неразведанные запасы газа; Узбекистан также является значительным производителем газа. Почти весь свой газ Туркменистан экспортирует на север через Узбекистан и Казахстан в Россию, где часть его поставляется на Украину по контролируемым Россией трубопроводам. Казахский газ также направляется преимущественно в Россию. Узбекский газ в основном потребляется в регионе, но в значительных объемах также экспортируются в Россию.

Фактически, за исключением небольших объемов туркменского газа, перекачиваемого на юг в Иран, Россия монополизировала импорт центрально-азиатского газа. В 2005 г. Туркменистан, Узбекистан и Казахстан поставили ей более чем 50 млрд. кубометров газа, что составляет более 10% от уровня его потребления в России. Причина этого заключается в меридиональной ориентации инфраструктуры газопроводов, доставшихся в наследство от Советского Союза, и построенных для транспортировки углеводородов из Центральной Азии в индустриальное ядро России. Поскольку транспортировку газа контролирует Россия, эти страны не располагают достаточными рычагами при ведении переговоров, и они вынуждены продавать газ по ценам значительно ниже рыночных. Согласно представителю одной европейской энергетической компании, Россия "закупила" газ из Центральной Азии и перепродала его, или российский газ вместо него, в Европу с существенной наценкой.

Россия очень зависит от поставок газа из Центральной Азии, как с точки зрения потребления внутри страны, так и в плане экспорта в Европу. Эксперты скептически оценивают возможности России использовать хранилища или резервные мощности месторождений для обеспечения внутреннего потребления и поставок на международный рынок в случае даже кратковременных перебоев в снабжении центрально-азиатским газом. В этом случае она столкнулась бы с дилеммой, предполагающей сокращение поставок либо для внутренних потребителей, либо для соседей. Государства-члены ЕС вообще не имеют стратегических газовых запасов (создание запасов газа, в отличие от запасов нефти, не является общепринятой практикой), и, таким образом, оказались перед лицом опасного дефицита энергоснабжения, если бы нестабильность в Центральной Азии привела к остановке подачи газа.

Возможности прямой транспортировки. Перекачка нефти в Джейхан по получившему широкую известность нефтепроводу Баку - Тбилиси - Джейхан (БД) должна начаться в мае или июне 2006 г., в то время как менее известный газопровод, проложенный по тому же самому маршруту, должен быть введен в эксплуатацию в октябре. Он оканчивается в Эрзеруме, в Турции, где должен соединиться с турецкой сетью газопроводов, а затем и с Европой. Первоначально по газопроводу БТЭ (Баку - Тбилиси - Эрзерум) должен был поставляться газ только с месторождения Шах-Дениз в Азербайджане. Но в связи с конфликтом между Украиной и Россией снова пошли разговоры о необходимости реанимации планов строительства Транскаспийского газопровода, соединяющего Центральную Азию, по всей вероятности, Туркменистан или Казахстан, а, возможно, и обе этих страны, с Баку и газопроводом БТЭ. Это позволило бы центрально-азиатским странам экспортировать газ непосредственно в Европу.

Нужно будет преодолеть несколько препятствий. Туркменистан и Иран отказались присоединиться к соглашению, заключенному в 2003 г. Азербайджаном, Россией и Казахстаном, по разделу северной части Каспийского моря и должны создать какую-либо юридическую платформу в вопросе о правах на морское дно прежде, чем можно будет приступить к прокладке газопровода. Сооружение Транскаспийского газопровода также связано с некоторыми техническими проблемами, например, с морскими глубинами и рельефом дна.

Включение Европы в соревнование. Помимо России, в доступе к центрально-азиатскому газу заинтересованы многие другие страны. Рассмотрение поддерживаемого США предложения о строительстве газопровода из Туркменистана через Афганистан для поставки газа на рынки Пакистана и Индии было отложено на несколько лет из-за сложной ситуации в Афганистане, но после изгнания Талибана этот проект обсуждается снова. Китай, который связан нефтепроводом с Казахстаном, также провел переговоры с Туркменистаном об импорте природного газа и недавно подписал договор об инвестициях на сумму $600 млн. в газовую промышленность Узбекистана.

Принятие решения государствами-членами ЕС об импорте газа из региона, в котором расположены некоторые из наиболее репрессивных государств в мире, потребует взвешенной оценки ситуации с соблюдением прав человека, также как и стратегических интересов. Если предположить, что препятствия с созданием инфраструктуры могут быть преодолены, то фактически поставка энергии зависела бы от региональной стабильности, и экономическое сотрудничество потребовало бы внимания к проблемам прозрачности и надлежащего управления. Наконец, как показал недавний опыт в Нигерии и в других странах, необходимо уделять внимание проблемам местного развития в тех регионах, где имеются предприятия горнодобывающей промышленности. В любом случае, если ЕС намерен оказать влияние на развитие энергоресурсного потенциала Центральной Азии и связанных с ней экспортных маршрутов, то он должен проявлять в регионе большую активность, чем это имело место до настоящего времени.

Третья, не менее важная проблема - здравоохранение. Системы здравоохранения в Центральной Азии находятся в кризисе. Потенциальная возможность возникновения эпидемий таких заболеваний, как ВИЧ/СПИД и туберкулез с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ), представляют собой долгосрочную угрозу для ЕС. В ближайшем будущем ЕС должен рассмотреть потенциально опасные последствия эпидемии птичьего гриппа в регионе, где система медицинского обслуживания слаба, перегружена и недостаточно финансируется. Хотя страны Центральной Азии не имеют общих границ с ЕС, птичий грипп уже продемонстрировал свои способности быстро пересекать просторы Евразии, а в Европу ежегодно прилетают тысячи мигрирующих птиц из Сибири и Центральной Азии. Кроме того, социальные последствия многочисленных кризисов системы здравоохранения в Центральной Азии, в особенности эпидемия ВИЧ/СПИД, угрожают общей стабильности и перспективам развития региона, что может иметь последствия для европейской безопасности.

После распада Советского Союза качество системы здравоохранения во всех центрально-азиатских республиках резко снизилось в результате растущей бедности населения и воздействия, которое оказал переходный период на систему социального обеспечения. В Таджикистане эти факторы были усилены последствиями гражданской войны. В Туркменистане кризис здравоохранения является непосредственным результатом целенаправленного разрушения властями системы здравоохранения посредством таких мер, как увольнение в 2004 г.15 тыс. квалифицированных работников и указа, принятого президентом в 2005 г. о закрытии всех больниц за пределами столицы государства - Ашхабада. Правительство также фактически запретило указывать в больничных листах или отчетах ряд инфекционных заболеваний, включая туберкулез и холеру. После 1990 г. во всех пяти государствах продолжительность жизни резко снизилась, и к 2001 г. она была приблизительно на десять лет меньше, чем средний показатель по ЕС. Материнская смертность в 2002 г. в шесть - восемь раз превышала уровень ЕС (в Таджикистане - в десять раз).

Эти тенденции вряд ли в скором времени существенно изменятся к лучшему. Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан не смогут, вероятно, достичь показателей, заложенных в Целях в области развития, сформулированных в Декларации тысячелетия (ЦРДТ) по уровням детской и материнской смертности. Все страны, кроме Туркменистана, вряд ли достигнут показателей заболеваемости ЦРДТ по ВИЧ/СПИДу и туберкулезу. В регионе ведется борьба с ростом числа этих инфекционных заболеваний, а также таких соматических заболеваний как рак, "по показателям заболеваемости которыми он занимает худшие места среди развитых и развивающихся стран". Правительства стран региона оказываются все менее способными обеспечивать потребности здравоохранения. При этом основные затраты ложатся на пациентов, и без того уже пораженных недугом бедности.

Распространение инфекционных заболеваний, особенно ВИЧ/СПИДа и туберкулеза, является ключевой проблемой. Согласно одной из оценок, число инфицированных ВИЧ/СПИДом в регионе составляет 90 тыс. человек, хотя, согласно официальным данным, эта цифра намного ниже. Учитывая сходную обстановку, сложившуюся в других местах распространения эпидемий по маршрутам наркоторговли, вспышка заболеваемости ВИЧ/СПИДом по центрально-азиатскому маршруту транспортировки наркотиков может быть неизбежна. По официальным данным с 2000 г. по 2004 гг. число выявленных случаев заболевания в регионе возросло в шестнадцать раз, при этом наиболее пострадали от этого Узбекистан и Казахстан. Всемирный банк сделал предупреждение о неизбежности "катастрофического распространения ВИЧ, если в настоящее время не предпринять совместных профилактических мер". На местах в различных формах в рамках региональной стратегии Агентством ООН по проблемам СПИДа реализуются программы, начатые правительствами на национальном уровне и поддержанные на международном уровне, но сохранение главных причин, вызывающих эпидемию, в особенности проблемы наркотиков, снижает эффективность усилий по борьбе с эпидемией. Джеймс Каллахэн, представитель Офиса ООН по борьбе с наркотиками и преступностью заявил: "От 70 до 80% вновь выявленных случаев заболевания ВИЧ приходится на наркоманов. Это - самая большая угроза для большинства правительств с точки зрения тех последствий, которые это может иметь для Центральной Азии". Возросший уровень заболеваний, передающихся половым путем, особенно сифилиса, является дополнительным тревожным признаком потенциальной эпидемии ВИЧ/СПИДа.

Заболеваемость туберкулезом достигла критического уровня во всем регионе, причем существенно возросла заболеваемость туберкулезом с множественной лекарственной устойчивостью. Причина этого заключается в развале системы здравоохранения и недостаточном внимании к амбулаторному лечению на завершающей стадии. С 1990 г. уровень заболеваемости туберкулезом более чем удвоился в Казахстане и Кыргызстане, утроился в Узбекистане и пятикратно возрос в Таджикистане. США и Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) взаимодействуют в рамках инициативы по продвижению рекомендованной на международном уровне стратегии по борьбе с туберкулезом (ДОТС - " краткий курс лечения под непосредственным наблюдением") в целях ограничения распространения форм вируса с множественной лекарственной устойчивостью. "Проблемы наркомании, ВИЧ/СПИД и туберкулеза неразрывно связаны", - заявил представитель ООН. - "В Кыргызстане, где 90% наркоманов применяют внутривенные инъекции наркотиков, отмечается самый высокий уровень заболеваемости ВИЧ. И большинство людей инфицированных СПИДом, умирает от туберкулеза. Таким образом, налицо треугольник взаимосвязанных вещей: наркотики, СПИД, туберкулез".

В 2005 г. птичий грипп распространился от Китая до Центральной Азии, при этом вспышка этого заболевания среди домашней птицы в Казахстане потребовала уничтожения более 9 тыс. голов птицы. Относительно высокая доля сельского населения обусловила опасения по поводу того, что регион является уязвимым к вспышкам заболевания, сходного с тем, которое недавно имело место в Турции. Международное сообщество сконцентрировало усилия на создании в регионе потенциала по борьбе с этим заболеванием, однако правительства центрально-азиатских стран в сильной степени зависят от иностранной помощи. Позитивным шагом является выделение на эти цели ЕС €5 млн., обещанных недавно на конференции доноров в январе 2006 г. в Пекине. Но такой помощи будет недостаточно, чтобы преодолеть серьезные инфраструктурные сбои, разрушающие систему здравоохранения и систему борьбы с чрезвычайными ситуациями, что оставляет центрально-азиатские правительства безоружными перед угрозой серьезных эпидемий.

Четвертая проблема - радикализм и терроризм. Недовольство, вызванное репрессиями, коррупцией и ненадлежащим государственным управлением, привело к тому, что радикальные исламистские группировки стали пользоваться в Центральной Азии определенной поддержкой населения. Наиболее влиятельной из них является Хизб ут-Тахрир, тайное движение, проявляющее активность во всем исламском мире и которое стремится объединить мусульман в составе исламского халифата. Ячейки его сторонников имеются в большинстве центрально-азиатских государств. Они занимаются в основном распространением листовок, аудио - и видео материалов, в которых подвергают критике деятельность правительств стран региона и утверждают, что достижение справедливости будет возможно только при халифате. Представители Хизб ут-Тахрира утверждают, что их движение стремится к достижению своих целей совершенно ненасильственным путем. Правительства стран региона по-разному отреагировали на появление Хизб ут-Тахрира, который начал проявлять активность, по крайней мере, начиная с середины 1990-х гг. Наибольшим репрессиям движение подвергается в Узбекистане, где лица, обвиненные в принадлежности к этому движению, приговариваются к длительным срокам тюремного заключения. Таджикистан, равным образом, занял непримиримую позицию по отношению к этой организации, которая является особенно активной в Согдийской области на севере страны. В 2005 г. были сообщено об аресте 99 лиц, обвиняемых в принадлежности к организации. Кыргызские власти проявляли в целом меньшую жесткость, произведя лишь отдельные аресты. Казахстан также проявил большую терпимость, хотя с недавних пор на членов этой организации оказывается растущее давление.

Хотя в официальных заявлениях Хизб ут-Тахрир часто изображается как организация, представляющая собой угрозу, не было представлено никаких убедительных доказательств того, что члены этого движения имеют отношение к террористическим актам. Однако другие радикальные группировки продемонстрировали свою готовность применять насилие. Главной из них является Исламское движение Узбекистана (ИДУ), которое возникло после подавления исламистской оппозиции Узбекистана в начале 1990-х гг. Возглавляемое в период гражданской войны в Таджикистане Тахиром Юлдашевым и Джумабоем Намангани (являвшимися, соответственно, политическим и военным лидерами) ИДУ входило в Объединенную таджикскую оппозицию (ОТО), находившуюся под лидерством исламистов, и в 1999-2000 гг. организовало серию вооруженных вторжений на территорию Кыргызстана и Узбекистана со своих баз, расположенных в Таджикистане и Афганистане. Эти нападения были отражены, и сторонники движения были высланы из Таджикистана. ИДУ тогда, по-видимому, присоединилось в Афганистане к Талибану и Аль-Каиде; Намангани был, по всей вероятности, убит во время боевых действий в Афганистане в 2001 г., когда США приступили к ликвидации движения Талибан; уцелевшие участники ИДУ, как полагают, скрываются в районах, прилегающих к афгано-пакистанской границе вместе с остатками движения Талибан и Аль-Каиды.

Распад ИДУ, возможно, привел к появлению небольших групп "внештатных" боевиков, действующих на территории всего региона. Их действия в значительной степени носят криминальный характер, хотя и имеют определенный религиозный подтекст. В Таджикистане многие такие группы и отдельные лица подверглись преследованиям. В 2004 г. власти предприняли действия по ликвидации группы, действовавшей в Исфаринском районе Согдийской области, региона с глубокими консервативными традициями, являющегося центром поддержки оппозиционной партии Исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ). Известная как "Байят" (Присяга), это группа подозревалась в причастности к совершению преступлений, включая вооруженные ограбления, поджог мечетей и магазинов, торгующих алкогольными напитками, и убийство миссионера - баптиста. Несколько предполагаемых лидеров организации было арестовано, и в мае 2005 г. они были приговорены к срокам заключения от 6 до 25 лет. Многое в деятельности Байята остается неясным, хотя должностные лица органов безопасности утверждают, что она проявляла активность с 1992 г. и имела тесные связи с ИДУ, собирая преступным путем средства для этого движения. В июле 2005 г. власти объявили об аресте шести предполагаемых сторонников ИДУ в Душанбе в связи с убийством 1 апреля оперуполномоченного милиции Асада Мазориева и таможенного инспектора Шерала Саидова. Источники в органах внутренних дел утверждают, что Мазориев был убит, потому что он расследовал деятельность ИДУ в Таджикистане и ранее арестовал шесть членов этой организации.

Отколовшиеся ячейки ИДУ могут действовать также в других местах. В конце марта - начале апреля 2004 г. в результате серии взрывов и перестрелок между милицией и предполагаемыми террористами десятки человек погибли в Ташкенте и Бухаре. В июле того же года одновременные взрывы были совершены террористами-самоубийцами перед посольствами США, Израиля и зданием генеральной прокуратуры в Ташкенте, в результате чего погибли террористы и два охранника у израильского посольства. В ноябре органы безопасности Казахстана объявили о ликвидации в городе Чимкенте на юге страны неподалеку от границы с Узбекистаном террористической группировки, которая имела отношение к этим взрывам; предполагается, что лидеры группировки являлись бывшими боевиками ИДУ, прошедшими обучение в лагерях в Таджикистане и Афганистане. В начале июня 2005 г. в американском посольстве в Ташкенте после получения "информации о том, что террористические группы, возможно, собираются напасть на представителей США в Узбекистане в самом ближайшем будущем", было принято решение об отъезде из Узбекистана работников посольства, чья деятельность не имела жизненно важного значения для его функционирования, и членов их семей. Гражданам США была дана рекомендация "рассмотреть вопрос об отъезде из Узбекистана". В частных беседах американские должностные лица отметили, что в число группировок, деятельность которых вызывает у них наибольшие опасения, входит ИДУ "и его ответвления". Вскоре после этого предупреждение об опасности было отменено. В конце марта 2006 г. службы безопасности Кыргызстана объявили об аресте одиннадцати предполагаемых членов ИДУ в городах Ош и Узген, расположенных на юге страны.

Насколько ИДУ все еще представляет собой серьезную террористическую угрозу, остается неясным; достоверной информации не хватает, и правительства некоторых стран, особенно Узбекистана, проявляют склонность к преувеличению угрозы терроризма, чтобы оправдать дальнейшее подавление инакомыслия. Вместе с тем, по-видимому, сохраняется угроза отдельных актов насилия со стороны отдельных лиц или небольших, ранее объединенных между собой групп, хотя не ясно, насколько эти группы способны подготовить крупномасштабные террористические акты. За последние годы ни один представитель европейских стран или европейских организаций не стал жертвой актов насилия, специально направленных против них и приписанных экстремистским организациям. Тем не менее, сложившаяся политическая обстановка, слабые государственные институты, присущая региону коррупция, недовольство крупнейшими религиозными институтами, крайне жесткое исполнение законов, и, различной степени ограничения на проявление законного инакомыслия, являются той питательной средой, в которой радикальные группы всех мастей, как террористические, так и прочие, могут рекрутировать своих сторонников. Стремление подавить радикализм одной лишь силой, без того, чтобы устранить порождающие его основные проблемы, вероятно, лишь усугубит положение.

Главный лозунг представителей Хизб ут-Тахрира о том, что мусульмане добьются справедливости только с установлением халифата, может найти в регионе восприимчивую аудиторию. "Здесь отсутствует всякая справедливость", - заявила в 2004 г. одна жительница таджикского города Худжанда после рассказа о том, как ее сын, обвиненный в принадлежности к Хизб ут-Тахриру, был замучен в тюрьме. - "Здесь нет никакого уважения к правам человека". "Люди раньше избегали меня", - заявил в 2006 г. отец отбывающего срок заключения члена Хизб ут-Тахрира из города Ферганы в Узбекистане, - "теперь все больше людей говорят мне, что Хизб ут-Тахрир был совершенно прав в отношении Каримова".

Пятая проблема - права человека и надлежащее управление. Ситуация с соблюдением прав человека различна: несколько лучше дело обстоит в Кыргызстане, хуже - в Казахстане и Таджикистане и совсем ужасно - в Узбекистане и Туркменистане. Некоторые проблемы характерны для всех стран, хотя и в разной степени: плохие условия содержания заключенных, произвол и безнаказанность служб безопасности, насилие в отношении женщин и их дискриминация, коррупция. Отчаянное экономическое положение ведет к тому, что все большее число людей, становится жертвами системы торговли людьми: женщины и девочки - в целях сексуальной эксплуатации, мужчины - трудовой эксплуатации. Принудительный труд, включая детский труд, является предметом для беспокойства в регионах производства хлопка в Таджикистане, Туркменистане и Узбекистане. Вызывает большую обеспокоенность применение пыток, особенно в Узбекистане.

Странам Центральной Азии еще предстоит провести такие выборы, президентские или парламентские, которые были бы признаны полностью свободными и честными Бюро по демократическим институтам и правам человека (БДИПЧ) ОБСЕ. Широкое распространение коррупции и злоупотреблений служебным положением вызывают растущее негодование, особенно в наиболее бедных регионах.

Шестая проблема - наркоторговля. По оценкам, ежегодное потребление героина в Европе составляет 135 тонн, при этом 90% этого объема производится в Афганистане. Центральная Азия представляет собой транзитный маршрут для 30% афганского героина, значительная доля которого предназначена для поставок на российский рынок (а оставшаяся часть в основном направляется через Пакистан и Иран в Турцию). В результате центрально-азиатские государства страдают от связанной с наркоторговлей системы организованной преступности и коррупции, также как и от наркозависимости части своих граждан и связанных с этим социальных проблем и проблем здравоохранения. Все это оказывает серьезное влияние на региональную стабильность.

Источники. Афганистан производит почти 90% мирового опиума. Он все больше экспортируется в виде героина или морфия, а не сырых опиатов, поскольку это повышает его цену, одновременно уменьшая объем груза и снижая риск обнаружения. В 2005 г. из Афганистана было вывезено более 400 тонн героина и морфия (и более чем 1000 тонн опиума). Этого количества хватило бы для обеспечения героином рынка ЕС на срок более трех лет.

Порядка половины ВВП Афганистана обеспечивается за счет производства опиума, что является растущим препятствием безопасности и развитию. ЕС рассматривает себя качестве одного из "главных партнеров" новой афганской администрации, и с переходом от "боннского процесса к "афганскому договору", международное сообщество отдает борьбе с оборотом наркотиков "многоцелевой приоритет". Европейская Комиссия заявила о выделении в 2002 - 2006 гг. на цели развития €1 млрд., включая существенные ассигнования на борьбу с наркобизнесом. Несмотря на международные усилия, однако, в деле сокращения производства наркотиков был достигнут очень незначительный прогресс.

Производство опиума мешает обеспечению безопасности и подрывает власть закона в Афганистане, предоставляя источник финансирования для повстанческих группировок, что ведет к усилению влияния местных наркобаронов в ущерб законному правительству и росту коррупции. Это также затрудняет развитие легальных отраслей промышленности вследствие высокой инфляции и того, что инфраструктура используется главным образом для производства опиума, а не иной, легальной продукции. Ограничение оборота наркотиков в центрально-азиатском регионе позволило бы смягчить многие перекосы в экономике страны и стимулировать снижение стоимости производимого опиума.

Транзитный маршрут по Центральной Азии. Центральная Азия страдает от своего стратегического местоположения в качестве точки пересечения мировых потоков транспортировки наркотиков. Наркоторговцы восстановили древний шелковый путь для транспортировки опиатов из Афганистана в Туркменистан, Узбекистан и Таджикистан, откуда они перевозятся самолетами, железнодорожным или автомобильным транспортом в Казахстан или Кыргызстан, а затем в Россию и ЕС. Наркоторговцы используют слабость пограничников, пораженных коррупцией, отсутствием необходимой инфраструктуры и недостаточным уровнем национального и регионального сотрудничества правоохранительных органов. Если в 1997 г. в Центральной Азии было изъято только 1,64 тонн героина, то в 2003 г. было конфисковано 7,1 тонны опиатов. Такой рост связан скорее с увеличением объемов оборота наркотиков, чем принятием эффективных мер по его контролю.

Приток наркотиков привел к росту наркотической зависимости среди населения. За период между 1990 г. и 2002 г. употребление наркотиков в регионе возросло в семь раз. Примерно один процент населения теперь употребляет наркотики, почти исключительно героин, это составляет примерно 550 тыс. человек (для сравнения, уровень распространения наркомании в Западной Европе составляет 0,41%). Подпитываемое растущим употреблением наркотиков распространение ВИЧ/СПИДа в Центральной Азии представляет собой угрозу пандемии вблизи границ ЕС.

Наркоторговля и создание новых внутренних рынков наркотиков привели к росту организованной преступности. Доходы от наркоторговли вкладываются в легальный бизнес, обеспечивая наркодельцам контроль над местной промышленностью. Ограниченные возможности и повсеместная коррупция препятствуют эффективной деятельности правоохранительных структур. Взяточничество, особенно среди плохо оплаченных пограничников, получило широкое распространение и порождает экономические отношения, препятствующие развитию. По Индексу восприятия коррупции Транспэрэнси Интернэшнл все пять центрально-азиатских государств располагаются в самом конце рейтинга. Сохранение негативных региональных политических и экономических тенденций привело бы к уменьшению и без того ограниченных возможностей в борьбе с контрабандой и оборотом наркотиков и расширило бы перспективы радикальных группировок по использованию наркоторговли для финансирования своей деятельности.

По-видимому, большая часть потока наркотиков, проходящего через Центральную Азию, либо потребляется непосредственно в регионе, либо направляется в Россию, и только небольшое количество, в конечном итоге, достигает Европы. Это обстоятельство, по словам представителя одного из государств-членов ЕС, привело "к оживленным политическим дискуссиям", поскольку высказывалась точка зрения, что было бы полезней потратить средства на закрытие других маршрутов наркотрафика, которые прямо и демонстративно достигают ЕС. Тем не менее, для обеспокоенности Евросоюза имеются вполне достаточные причины. Как было отмечено, доход от продажи героина является потенциальным источником финансирования террористических организаций. Во-вторых, как отметил один сотрудник правоохранительных органов Евросоюза:

Главная цель преступных группировок всего мира заключается в том, чтобы распространить свое влияние за пределы того региона, в котором они сформировались. Мы должны оценить возможности центрально-азиатских торговцев наркотиками по установлению связей с группами вне региона. Когда мы заметим, что они уже установили связи во Франции, Германии или Великобритании, то будет уже слишком поздно.

Седьмая проблема - Афганистан. Если Центральная Азия когда-то не представляла большого интереса для Евросоюза, то после 11 сентября 2001 г. ее географическое положение придает ей особое значение. "Близость к Афганистану является главной причиной, по которой Европа заинтересована в Центральной Азии", - заявил один европейский дипломат. Поскольку Афганистан в настоящее время является важным приоритетом для Евросоюза, то Центральную Азию вряд ли можно выпустить из поля зрения. Совершенно очевидно, что стабильность в Афганистане требует устойчивых соседей. "Мы нуждаемся в поддержке Центральной Азии, чтобы помочь стабилизировать Афганистан", - заявил один военный представитель Евросоюза. - "Вы можете представить, как можно решить проблемы Афганистана без сотрудничества со странами Центральной Азии? Это было бы невозможно". Частью этого сотрудничества было разрешение силам НАТО содержать в регионе военно-воздушные базы. С 2001 г. Франция получила в свое распоряжение небольшую базу в международном аэропорту Душанбе. В 2003 г.

Германия разместила приблизительно 300 военнослужащих в городе Термезе, расположенном на юге Узбекистана, в целях обеспечения деятельности Международных сил содействия безопасности НАТО (МССБ) в Афганистане. Германия в настоящее время является единственной страной НАТО, имеющей свой воинский контингент в Узбекистане, и, наряду со США, единственной страной, которой разрешено использовать воздушное пространство Узбекистана; в июле 2005 г. США было приказано покинуть авиабазу вблизи города Карши, получившую название "K2", и большинству других стран НАТО с тех пор было запрещено осуществлять полеты над страной. "Мы можем обойтись без использования воздушного пространства Узбекистана", - заявил военный представитель Евросоюза, - "но это представляет некоторые неудобства". В январе 2006 г. власти Узбекистана обвинили Германию в том, что она разрешает представителям других стран НАТО пользоваться этой базой при перелетах в Афганистан, и потребовали дополнительной оплаты. Александр Рар, эксперт Немецкого Совета по иностранным отношениям, недавно заявил, что "Германии не хотелось бы, чтобы узбекские власти воспользовались ситуацией для раскола НАТО", и германские военные, вероятно, покинули бы Центральную Азию, если бы аналогичным образом поступили США.

Таким образом, сотрудничество между ЕС с Центральной Азией имеет ряд особенностей и проблем. Однако разработанные программы сотрудничества, взаимодействия и помощи, которые мы рассмотрим в следующем разделе, обещают в перспективе скорейшего разрешения всех вопросов.


Раздел 2. Основные документы и программы, регулирующие сотрудничество между ЕС и странами Центральной Азии


2.1 Стратегии Европейского Союза для Центральной Азии


Самым важным документом, на котором основывается взаимоотношения стран ЦАР и ЕС являются две стратегии. Первая стратегия была разработана в 19995 г., но официально вступила в силу в 1999 году. Вторая стратегия была утверждена 21-22 июня 2007 года на заседании Европейского совета и рассчитана на период 2007-2013 г. г.

Стратегия партнерства и сотрудничества на период 1999-2006 гг (СПС). Соглашение о партнерстве и сотрудничестве устанавливает между странами Центрально-Азиатского региона и Европейским Союзом стабильные политические отношения, закрепляя расширение связей между странами ЦАР и ЕС и западным миром в целом.

ЕС подписал похожие Соглашения партнерстве и сотрудничестве со многими другими Новыми независимыми государствами. Со всеми странами Центральной и Восточной Европы, которые подали заявление на вступление в ЕС, Европейское сообщество заключило соглашения об ассоциированном членстве, которые также называются "Европейскими соглашениями".

Главная отличительная черта всех Соглашений ЕС состоит в том, что они являются так называемыми "смешанными" документами и заключаются как с Сообществом, так и с их государствами-участниками. Помимо Европарламента их ратифицируют национальные парламенты стран-членов ЕС.

В октябре 1992 г. Совет министров Европейского Союза принял положения для проведения переговоров по Соглашениям о партнерстве и сотрудничестве со странами бывшего Советского Союза. В Центральной Азии ЕС начал сотрудничество в первую очередь с нашей страной. К концу 1994 г. сложились все предпосылки и условия - экономические, политические и дипломатические для полноценного сотрудничества Казахстана с Европейским Союзом. Эта необходимость ощущалась обеими сторонами. ЕС уже располагал развернутой стратегией для своей политики в отношении Новых независимых государств на территории бывшего Советского Союза. В данном случае стратегия была адаптирована применительно и к Республике Казахстан.

В основе европейской стратегии лежали важные политические и экономические интересы ЕС в этом регионе, о которых открыто заявлялось в официальных документах Комиссии ЕС.

СПС создал для стран ЦАР институциональную, политическую и административную основу для облегчения всех форм двустороннего сотрудничества. Соглашение ввело политический диалог; создало открытый торговый и инвестиционный режим между его сторонами; оказало содействие странам ЦАР при осуществлении их перехода на международные стандарты, а также предусматривает сотрудничество в широком круге областей: от транспорта до образования и от энергетики до борьбы с незаконной деятельностью. Приоритетными направлениями сотрудничества Сторон, согласно Соглашению, выступали экономика и содействие демократизации в странах ЦА.

Стратегия Европейского Союза для Центральной Азии на 2007-2013 гг. Политическая линия стран ЕС была продолжена в официальном документе “Стратегия ЕС в отношении Центральной Азии 2007-2008 гг. ”. Политика ЕС в регионе сосредоточена на обеспечении безопасности и предотвращении конфликтов, устранении источников политической и социальной нестабильности, а также улучшении инвестиционного климата в странах Центральной Азии (программы ТАСИС и ТЕМПУС).

Утвержденная Стратегия нового партнерства с Центральной Азией стала результатом соответствующей инициативы в рамках германского председательства в Европейском Союзе. Стратегия была представлена в Берлине 30 июня 2007 года и достаточно положительно воспринята, в частности, в странах, которым этот документ адресован. Название документа звучит серьезно и многообещающе.

После последней волны расширения ЕС в 2004-2007 гг. все сопредельные страны были включены в т. н. Европейскую политику добрососедства (European Neighbourhood Policy), предусматривающую тесное сотрудничество в сферах, представляющих взаимный интерес. Центральная Азия, не имеющая общих границ со странами-членами ЕС, оказалась вне этого формата. Принятием отдельной Стратегии в отношении Центральной Азии Европейский Союз делает попытку наладить более тесное сотрудничество с регионом. Этот документ имеет большое политическое значение и символизирует начало нового этапа сотрудничества между странами Центральной Азии и ЕС, которое уже можно называть полноценным партнерством. Особенно своевременна Стратегия в контексте завершения программы ТАСИС и внедрения нового инструмента по оказанию помощи развитию в Центральной Азии. Некоторое оживление интеграционных процессов в Центральной Азии также гармонично сочетается с принятием Стратегии.

В духе прежних европейских стратегий (в отношении России, Украины и Средиземноморья) нынешняя Стратегия является универсальным рамочным документом, очерчивающим сферы возможного практического сотрудничества на основе общепринятых принципов и ценностей, таких как демократия, верховенство закона и права человека. Документ предполагает использование Европейским Союзом ряда инструментов, как традиционных (институт спецпредставителя ЕС, механизмы оказания грантовой помощи и сотрудничество с другими международными игроками), так и инновационных, например, внедрение т. н. "инициатив ЕС" в самых разных сферах и использование формата "углубленного диалога", в частности, в сфере прав человека и энергетики.

Конструктивным элементом Стратегии является официальное признание двухуровнего характера политики ЕС к региону: индивидуальный, двусторонний подход и общий, региональный подход, что соответствует просьбам самих стран региона. Реализация такой политики имеет две цели: признание уникальности каждой страны и одновременное развитие региональных проектов с целью укрепления интеграционных связей между странами.

Еще одна особенность Стратегии выражается в применении т. н. "усиленного подхода" в ряде сфер сотрудничества, начиная от демократизации и заканчивая вопросами охраны окружающей среды. В рамках этого подхода ЕС принимает на себя обязательства по развитию, поощрению и поддержке достаточно конкретных предложений, в частности, создание единой энергетической системы в регионе.

Весьма примечательной чертой Стратегии является ее неагрессивность. Центральная Азия рассматривается как ареал, где пересекаются интересы международных и региональных акторов. Очевидно, что в этом контексте европейцы придерживаются концепции сотрудничества, а не соперничества, что выражается в намерениях по установлению контактов с такими региональными организациями, как ЕврАзЭС, ОДКБ и ШОС. Позитивно и то, что ЕС рассматривает Центральную Азию как один из элементов обеспечения своей безопасности. В этой связи ЕС выгодно иметь на стыке Запада и Востока объединенную, интегрированную и лояльную Центральную Азию, разделяющую европейские ценности. Растущее энергетическое влияние региона и его важнейшее геополитическое расположение также находят свое отражение в интересах ЕС.

Вместе с тем, даже с учетом всех позитивных нововведений, очевидно, что главным плюсом Стратегии является сам факт ее существования. Достаточно оживленный дискурс, который предшествовал принятию Стратегии, как в Центральной Азии, так и в ЕС, свидетельствует об обоюдном интересе в более динамичных и содержательных отношениях между двумя регионами. Принятие Стратегии, безусловно, подтолкнет обе стороны друг к другу и станет конструктивной основой для развития среднесрочного сотрудничества практически во всех направлениях /3.10/.

Однако стратегия носит не только позитивный характер. При тщательном ознакомлении в ней высвечиваются некоторые "особенности": в силу своей односторонней динамики Стратегия направлена на реализацию задач прежде всего Европейского Союза и имеет для Центральной Азии в некотором роде вторичное действие. Документ по своей сути является лишь декларацией о принципах и намерениях.

Некоторую громоздкость Стратегии придает ее очевидная приоритетизация сфер сотрудничества, отражающаяся в обеспечении "усиленного подхода" к странам Центральной Азии. Первым приоритетом в ней обозначены права человека, верховенство закона и демократизация, что в полной мере соответствует общеевропейским ценностям и планам ЕС расширять свое "пространство свободы, демократии и законности" за счет новых регионов. С каждым из государств региона ЕС намерен установить диалог по правам человека, что уже осуществлено на практике. Однако, как показывает опыт ведения подобных диалогов, прежде всего с Узбекистаном, риторика ЕС часто остается не услышанной.

Реализация второй приоритетной сферы, определенно похвальной, но далеко не новой инициативы - инвестиции в молодежь и образование - в течение последних лет сводилась по большому счету к ломке прежней системы и введению механизмов Болонского процесса. Любые усилия в этом направлении будут осложняться с учетом катастрофического состояния образовательной системы, бедственного положения обучающего персонала и отсутствия яркой мотивации у современной молодежи. Для достижения эффективных и успешных результатов в этой сфере необходимы кардинальная образовательная реформа и значительная финансовая, прежде всего, донорская поддержка.

Третья область усиленного внимания ЕС включает экономическое развитие, торговлю и инвестиции. Здесь даже предложенная Европейским Союзом система наибольшего благоприятствования для стран Центральной Азии вряд ли изменит огромный дефицит торгового баланса между двумя регионами в лучшую для нашего региона сторону. Насыщенность европейского рынка товарами собственного производства, протекционистская политика ЕС в отношении импорта сельскохозяйственных товаров, которыми славится центрально-азиатский регион, ставят серьезные барьеры для развития торговли между регионами.

Четвертая сфера приоритетов ЕС - укрепление энергетических и транспортных каналов - определенно наиболее приоритетное направление в списке реальных интересов ЕС в сотрудничестве с Центральной Азией. Под инициативой обеспечения энергетической безопасности скрывается намерение ЕС диверсифицировать поставки энергоносителей из Центральной Азии, прежде всего Каспийского бассейна, на европейские рынки с целью снижения своей энергетической зависимости от России. К сожалению, эти вопросы слишком тесно связаны с геополитическими процессами, что, скорее всего, не позволит в ближайшем будущем надеяться на конструктивный энергетический диалог между ЕС и Центральной Азией.

Пятый приоритет - окружающая среда и водные ресурсы - в принципе содержит выгодные для региона предложения, в частности, по интегрированной политике использования водных ресурсов. При взаимовыгодном осуществлении этого предложения, параллельно с созданием общей энергетической системы, возможно преодоление ряда препятствий для реальной интеграции региона. Однако слишком глубокие противоречия между странами региона и отсутствие единого подхода к этому вопросу не позволят двигаться в этом направлении.

Шестая сфера приоритетов - борьба с общими угрозами и проблемами - возможно, наиболее важна для Центральной Азии. Урегулирование пограничных споров, совместная борьба против экстремизма и наркотрафика и обеспечение общей безопасности в регионе императивны для экономического процветания центрально-азиатских стран. Стабильная Центральная Азия выгодна и для Европейского Союза. Вместе с тем очевидно, что для эффективного вовлечения в регион ЕС придется налаживать связи с региональными организациями по безопасности - ШОС и ОДКБ, с которыми у ЕС, как и у НАТО, нет никаких формальных отношений.

Одним из основных упущений Стратегии является отсутствие требований в предоставлении практических результатов, за исключением упоминания, что Совет ЕС будет рассматривать доклад о прогрессе в 2008 или 2009 году. Возможно, эффективным элементом стала бы привязка реализации Стратегии к ежегодному распределению фондов по оказанию поддержки развитию. Однако, учитывая односторонний характер Стратегии, это не представляется возможным.

Стратегии ЕС для третьих стран не являются обязывающими документами с юридической точки зрения, а служат рамками для реализации двусторонних или многосторонних соглашений (например, Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) между ЕС и некоторыми странами Центральной Азии). Несмотря на то, что Стратегия, по сути, является не более чем декларацией о намерениях, документ несет в себе большое политическое значение как отражение повышенного интереса Европейского Союза, уже давно превратившегося в один из наиболее влиятельных силовых полюсов в современном мире.

Стратегия в этом смысле дает еще одну возможность странам региона укрепить партнерство с ЕС и начать процесс региональной интеграции. Что касается Кыргызстана, то в этом контексте мы могли бы сконцентрировать усилия в следующем:

1. Выработка ответной национальной стратегии по партнерству с ЕС или более практического плана действий по реализации СПС между ЕС и Кыргызстаном. Это соглашение служит основной юридической платформой для развития сотрудничества с ЕС, и столь продолжительное затягивание начала его реализации болезненно сказывается на общем состоянии контактов между КР и ЕС.

2. Общая координация сотрудничества с Европейским Союзом, включая и финансовые донорские потоки. Разделение сфер сотрудничества Кыргызстана с ЕС по различным ведомствам без единой координации часто приводит к меньшим результатам и дублированию. В этом контексте необходимо назначение специального представителя или координатора (со своим офисом) по европейской политике (в ответ на введение в 2005 году поста спецпредставителя ЕС по Центральной Азии).

3. Консультации на региональном уровне между странами Центральной Азии по вопросам сотрудничества с ЕС. Такого рода формат может послужить конструктивной базой для попыток региональной интеграции и начала переговоров по созданию единой энергетической и водной сетей в Центральной Азии. Такие консультации могли бы быть инспирированы примером зарождения ЕС, когда первоначальная "шестерка" образовала Европейское Объединение угля и стали (ЕОУС) в 1951 году с целью совместного использования угольных запасов и сталелитейной промышленности для оживления экономики в послевоенный период.

Особое внимание Европейского Союза к Центральной Азии не должно оставаться без должного ответа со стороны стран региона.27 стран-участниц ЕС, для которых подобные стратегии являются руководством к развитию индивидуальных двусторонних связей с третьими странами, могут так же стать более заинтересованными в тесном сотрудничестве. В этом заключается одно из главных преимуществ ЕС в сравнении с такими игроками в Центральной Азии, как Россия, Китай или США (Ормонбекова Л., Ормонбеков Ж. Стратегия Европейского Союза для Центральной Азии: pro et contra // www. Gazeta. kz).

В условиях экономического и политического транзита в странах одного региона выход из положения может быть найден во взаимной поддержке. Европейский Союз является наглядным примером того, как страны одного региона смогли забыть о разногласиях и амбициях на безусловное лидерство, построив единое пространство во имя будущего своих граждан и будущих поколений.


2.2 Программы регионального сотрудничества между странами ЦАР и ЕС


Европейский Союз, начиная с самых ранних этапов сотрудничества разработал для Центральной Азии различные региональные программы. В данном подпункте нашей работы мы попробуем подробней остановиться на них. Начнем с ТАСИС, так как это программа фактически положила начало сотрудничеству ЕС и ЦАР с 1991 года.

ТАСИС. В 1991 г. ЕС начал программу Технического содействия Содружеству Независимых Государств (ТАСИС), построенную по образцу аналогичных программ помощи ЕС странам Центральной и Восточной Европы.

Программа ТАСИС была направлена на "обеспечение перехода к рыночной экономике и укрепление демократии и господства закона в государствах - партнерах". Предполагалось, что техническая и финансовая помощь Евросоюза будет способствовать экономическому росту и укреплению демократии и, таким образом, обеспечит политическую и экономическую стабильность на границах ЕС. В 1991 г. в качестве приоритетных направлений помощи были определены пять секторов: обучение кадров, энергетика (включая ядерную безопасность), транспорт, поддержка промышленных и торговых предприятий и производства продовольствия и его распределения. После вступления в силу Соглашений о партнерстве и сотрудничества (СПС, см. ниже) с девятью из тринадцати государств, в которых действовала программа ТАСИС (включая Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан), эти приоритеты постепенно были пересмотрены, чтобы лучше соответствовать конкретным нуждам участников программы.

Согласно действующим директивам ТАСИС, утвержденным в 2000 г., Европейской Комиссией определены приоритетные области в каждой стране-партнере в Документах по стратегии (SP) принятых на срок от пяти до семи лет. Параллельно ею составлены Показательные программы (IP) (на срок в два-три года), рассчитанные на реализацию определенных целей, и проведены предварительные финансовые оценки каждой приоритетной области. На этой основе затем разрабатываются ежегодные Программы действий (ПД), в которых детализируется финансирование конкретных проектов.

С 1991 г. по 2002 г. пять центрально-азиатских государств получили в рамках ТАСИС в виде помощи около €366 млн. С 2002 г., однако, они были сведены вместе в Документе по региональной стратегии, в отличие от семи других государств - бенефициаров, которые сохранили индивидуальные Документы по стратегии. Согласно этой региональной стратегии, в 2002-2004 гг. ежегодные ассигнования Комиссии по проектам ТАСИС удвоились с €25 млн. до €50 млн. Затем в 2005 и 2006 гг. произошло дальнейшее увеличение финансирования в регионе до уровня €66 млн. и €60 млн. соответственно.

ТАСИС способствовал поддержке Устойчивых Инициатив Развития Центральной Азии по экологическим вопросам, которые в настоящее время поддерживаются пятью странами ЦА как общей основы для согласованной экологической политики по всему региону. Что касается управления межгосударственным бассейном рек, то проекты, финансируемые по линии ТАСИС на двух - или трехсторонней основе помогли в разработке всесторонней концепции по интегрированному управлению водными ресурсами (IWMS), которая постепенно принимается во внимание странами данного региона.

Когда ТАСИС формально завершило свою деятельность в 2007 г. Главным новшеством в системе внешней помощи со стороны ЕК стало объединение более чем 30 механизмов финансирования в шесть. Два из них будут применяться к действующим реципиентам помощи от ТАСИС: "Европейские инструменты соседства и партнерства" (ENPI), в отношении Армении, Азербайджана, Грузии, Молдовы и Украины и "Инструменты сотрудничества по вопросам развития и экономического сотрудничества" (DCECI), в отношении пяти центрально-азиатских стран.

Программы ТАСИС как региональные, так и в Центральной Азии были эффективны во многих случаях при создании системы региональных сетей или механизмов, позволяющих совместно определять приоритеты и проекты взаимного интереса, например, в сфере Транспорта, Энергетики и Окружающей среды по всему региону ВЕКЦА (ЕЕССА). Региональное сотрудничество по линии ТАСИС действует в качестве катализатора для создания новых региональных механизмов, к которым относятся, Межправительственная Конференция по программе TRACECA или Конвенция по охране окружающей среды для стран Каспийского моря, Специальная рабочая группа по реализации Программы действий по охране окружающей среды для Центральной и Восточной Европы (СРГ ПДООС), и т.д., которые достигли существенного уровня зрелости и, в будущем, имеют перспективу стать самостоятельными процессами. Имея возможность поделиться лучшими методами и полученными уроками среди партнеров, оказывая поддержку гармонизации мер и предлагая соответствующее создание потенциала, региональные программы ЕС увеличили темп и устойчивость процессов реформы в соответствующих секторах по всему региону.

Долгосрочная поддержка на политическом уровне - ключевой фактор для региональных программ. Эта поддержка была обеспечена через организацию регулярных встреч на высоком уровне для координирования и обмена взглядами в отношении предложенных программ, которые увеличивают степень права собственности и устойчивость программ помощи. И, наоборот, изолированные проекты, которые были определены методом моментального подхода или методом "снизу вверх", т.е. как результат требований от отдельных стран партнеров, и нехватки хорошо выработанной политической структуры по вовлечению многих государств, даже когда они были успешно реализованы, имели тенденцию оставаться изолированными и, в общем-то, не способствовали подлинному развитию региона.

Хорошая отчетность для усиления инвестиций: политический импульс ЕС через сфокусированные региональные инициативы сотрудничества показал, что он может также обеспечить возможностью, для повышения интереса МФИ в операциях воздействия переходного периода и возможностью производить финансирование в участвующих странах.

В таких секторах как транспорт и окружающая среда, фактор усиления достигнут в пределах 5-10 для капиталовложений ЕС в рамках программы TRACECA или механизма ГЭП (GEP). МФИ выразили свою признательность, что имеют возможность участвовать в региональных программах, помогающих согласованной передаче ноу-хау среди бенефициаров, и подготовке высококвалифицированных предложений по проектам с финансовым обеспечением.

Заключение, которое было сделано на основе недавно проведенных оценок, показало, что осознанное отсутствие права собственности Региональных программ в некоторых секторах, по мнению ряда Национальных Координаторов ТАСИС, стало препятствием для их эффективного воздействия на региональном уровне. Например, сектор Окружающей среды был определен как сектор, где существует недостаток поддержки от партнера в лице центральных правительств и небольшого политического рычага со стороны ЕС.

Методы выполнения региональных программ являются решающими: вовлекается большое число партнеров, а географический охват региональных проектов требует наличия сильных и эффективных механизмов координации гарантирующих адекватный уровень информации и непосредственное вовлечение различных партнеров для эффективной последовательности различных стадий проектного цикла и правильной спецификации проекта. Используя опыт повышения эффективности и воздействия, в настоящее время, Комиссия создала более сильные политические региональные механизмы сотрудничества, особенно в контексте с ЕИДП (ENPI), совмещая высокий уровень (министерский) и рабочий уровень экспертов в приоритетных секторах. Это обеспечит структуру для введения взаимно согласованных приоритетов в повестке дня правительств по разработке политики и основу для разработки эффективных программ помощи непосредственно с заинтересованными партнерами.

Результаты выполнения регионального сотрудничества в Центральной Азии на период 2007-2013гг зависит в большей степени от расширенных региональных инициатив сотрудничества и механизмов согласно Региональной Стратегии ЕИДП на 2007-2013гг (Восток). Основываясь на готовности Центрально-Азиатских государств сотрудничать с ЕС и со странами, которые теперь входят в ЕИДП по ключевым вопросам взаимного интереса, данный подход должен повысить и важность, и право собственности и воздействие региональных программ помощи.

Доказано, что региональные совместные заседания Национальных Координаторов ТАСИС и соответствующих государственных органов на уровне Центральной Азии, оказались выгодными для содействия более тесного сотрудничества с правительствами государств партнеров по выполнению программ помощи ЕК; эта практика будет и далее проводиться, и будет включать в список участвующих Координаторов Региональных программ ЕИДП.

При выборе между уровнем региональной и национальной помощи следует также учитывать дополнительный вклад регионального сотрудничества в отношении совместного использования лучшего опыта, общей схожести политики и переходного воздействия через показательные виды деятельности. Такой подход напрямую связан с потенциалом усиления инвестиционных фондов МФИ, которые часто обязаны полностью выполнять политику соответствующих правительств и программ. Так как МФИ, в основном, предпочитают работать на двусторонней, а не многосторонней основе на уровне выполнения проекта, то они полностью поддерживают региональные программы ЕС, которые создают общую структуру разработки политики для всех партнеров и поддерживают последовательность реформ для секторов, которые являются важными по всему региону.

СПЕКА. Со второй половины 90-х годов осуществляется новая региональная инициатива ЕС в отношении стран Центральной Азии, которая ставит своей целью оказание экономической и технической помощи государствам региона. Для проведения этой политики разработана Специальная программа для стран Центральной Азии (СПЕКА). Формально СПЕКА реализуется под эгидой двух региональных экономических комиссий ООН - Европейской экономической комиссии (ЕЭК) и Экономической и социальной комиссии для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО). Но фактически речь идет о распространении политического и экономического влияния ЕС на этот регион.

Основная роль в разработке и реализации программы СПЕКА принадлежит ЕЭК, образованной в 1947 г. В период "холодной войны" между Востоком и Западом ЕЭК служила одной из немногих организаций, связывающих государства двух противостоящих систем. С начала 90-х годов с учетом изменений в системе международных отношений, основные стратегические направления деятельности ЕЭК были реформированы, и она стала активно участвовать в региональной политике ЕС в Европе и за ее пределами. Особенно существенным является участие ЕЭК в процессах социально-экономических преобразований в странах Центральной и Восточной Европы, направленных на их включение в общий европейский рынок.

СПЕКА была новой региональной инициативой европейских стран, заинтересованных в распространении геостратегического влияния ЕС на регион Центральной Азии. Причем и до учреждения программы СПЕКА региональная политика ЕЭК в центрально-азиатских государствах была довольно активной: все 5 государств региона стали членами ЕЭК в первой половине 90-х гг., и ЕЭК осуществляла отдельные социально-экономические инициативы в ряде стран Центральной Азии еще до принятия программы СПЕКА. Наиболее активной была деятельность ЕЭК в Казахстане. Казахстан присоединился к ЕЭК в 1994 году, а в 1995 году начал практическое участие в деятельности этой организации. Содействие Казахстану оказывалось в основном через Региональную программу ЕЭК по консультационным услугам. Так, в 1998 году ЕЭК оказала техническую помощь Казахстану в области энергетики, защиты окружающей среды, развития предпринимательства, малых и средних предприятий, транспортной инфраструктуры, а также по вопросам сбора и обработки статистических данных и формирования информационных структур.

Организационно-структурные аспекты деятельности программы СПЕКА. В марте 1998 г. главы Казахстана, Киргизии, Узбекистана и Таджикистана, а также исполнительные секретари ЕЭК и ЭСКАТО подписали Ташкентскую декларацию о создании СПЕКА. Туркменистан присоединился к программе в сентябре 1998 г.

СПЕКА была разработана по инициативе ЭСКАТО, ЕЭК и президента Казахстана Н. Назарбаева в 1997 г. Программа призвана обеспечить техническую помощь странам Центральной Азии. Все 5 государств Центральной Азии входят в состав обеих региональных комиссий ООН - ЕЭК и ЭСКАТО.

Организационная структура программы СПЕКА получила свое окончательное оформление. Высшим органом управления программой является Региональный консультативный комитет (РКК), возглавляемый председателем, который избирается на 1 год членами Комитета из числа Национальных координаторов по принципу ротации. В РКК каждое государство-участник представлено национальным координатором на уровне премьер-министра. Столь высокий уровень координации Программы позволяет оперативно и на самом высоком уровне решать принципиальные вопросы в рамках СПЕКА и говорит о том, насколько серьезными являются цели ее организаторов, в том числе и руководителей центрально-азиатских стран. ЕЭК и ЭСКАТО представлены в Региональном консультативном комитете также на весьма высоком уровне: в состав РКК входят исполнительные секретари этих организаций, региональные советники ЕЭК и ЭСКАТО, резидент-координатор ООН в стране, председательствующей в РКК.

Таким образом, можно констатировать, что СПЕКА имеет четкую и окончательно сформированную структуру, которая при наличии достаточного финансирования и согласованной стратегии ее участников, способна эффективно функционировать.

TRACECA и INOGATE. Два других крупных проекта Комиссии предполагают еще более широкий охват, включая и Центральную Азию, и Закавказье. Проект транспортного коридора Европа - Кавказ - Азия (TRACECA), предложенный на Брюссельской конференции 1993 г., предполагает создание обширного коридора Восток - Запад, связывающего ЕС с тремя странами Закавказья и пятью центрально-азиатскими государствами через Черное и Каспийское моря. Расходы на его осуществление, направленные как на оказание технической помощи, так и на реализацию проектов по восстановлению инфраструктуры, в период 1993 - 2002 гг. составили €110 млн. Секретариат TRACECA был размещен в 2001 г. в Баку, Азербайджан, и ЕС проявил к нему повышенный интерес, когда его посетили Анна Линдх, бывшая тогда министром иностранных дел Швеции, председательствовавшей в ЕС в то время, Высокий представитель Европейского Союза по вопросам внешней политики и политики безопасности Хавьер Солана, и бывший комиссар Европейского Союза по вопросам внешних сношений Крис Паттен. Такие страны, как Иран, Афганистан и Пакистан, проявили интерес к присоединению к TRACECA.

Программа Межгосударственной транспортировки нефти и газа в Европу (INOGATE) является частью усилий ЕС, направленных на укрепление своей энергетической безопасности. Ее технический секретариат располагается в Киеве, на Украине. Программа представляет собой масштабное начинание, объединяющее 21 страну в рамках "зонтичного соглашения" по интеграции нефтяных и газовых транспортных систем. Ее бюджет в 1996-2003 гг. составил €53 млн. и €18 млн. в 2004-2006 гг. Порядка €10 млн. было направлено на поддержку инициативы INOGATE в Центральной Азии в 2005-2006 гг., включая техническую оценку состояния нефте- и газопроводов, восстановление систем транспортировки газа (особенно трубопровода Бухара - Ташкент - Бишкек - Алма-Ата) и координацию энергетической политики стран региона.

Элементы TRACECA и INOGATE были объединены в рамках "Бакинского Процесса", начатом представителями Комиссии и пятнадцати государств регионов Черного и Каспийского морей в столице Азербайджана в ноябре 2004 г. Его участники обязались регулярно проводить встречи на уровне министров энергетики и транспорта и обсуждать вопросы усиления взаимодействия этих двух секторов. Бакинский Процесс демонстрирует приверженность ЕС процессу включения центрально-азиатских стран в более широкую политическую структуру, создаваемую в рамках политики соседства по развитию регионального сотрудничества и интеграции.

BOMCA/CADAP. В Центральной Азии, опыт показал, что прагматичный подход изменчивого геометрического формата для совместных программ среди соседних государств, включая их вовлечение в более широкие межгосударственные инициативы, дает существенные результаты. Например, запуск программы "Управление Границами в Центральной Азии" (ВОМСА), первоначально основывался на тесном сотрудничестве, которое уже существовало между Казахстаном, Кыргызской Республикой и Таджикистаном. Однако, постепенный подход программы, как в плане всесторонних консультаций среди ключевых партнеров, так и по конкретным практическим видам деятельности (от сближения законодательств, до совместного обучения), постепенно вовлекли Туркмению и Узбекистан в ряд видов деятельности по программе. Предполагаемый систематический процесс, в течение различных фаз по Проекту ВОМСА, который основывается на активном участии всех партнеров, сделает существенный вклад в достижении общих целей. В рамках данного подхода разработан механизм координации действий по программам BOMCA/CADAP с другими международными партнерами в данной области.

Брюссель признал, что борьба с оборотом наркотиков входит в сферу интересов ЕС и его деятельности которые "могут включать отношения с государствами - не членами и соответствующими международными организациями", И что он будет предусматривать "помощь третьим странам, включая главные страны, в которых производятся наркотики, и через которые они провозятся транзитом, что позволит более эффективно снижать и спрос на наркотики, и поставку наркотиков". По этой причине в январе 2001 г. ЕС начал реализацию CADAP (Программа по предотвращению распространения наркотиков в Центральной Азии), направленной на поддержку борьбы с оборотом наркотиков в четырех из пяти центрально-азиатских государств (Туркменистан поначалу не участвовал в этой программе).

Программа Европейского Союза по содействию управлению границами (BOMCA) была начата в 2003 г., с целью усиления охраны границ и облегчения легальной торговли и транзита. Два проекта были объединены в один в феврале 2004 г., и их общий бюджет на 2002-2006 гг. составил €38.5 млн. Хотя средства почти полностью выделяет ЕС, осуществляет эти программы ПРООН (Программа развития ООН), организация, которая также обеспечивает их частичное финансирование. Учитывая относительно небольшой объем финансирования, основный упор в BOMCA сделан на "демонстрационном подходе". Этот подход заключается в реализации экспериментальных проектов со странами-партнерами в надежде убедить их в жизнеспособности и полноценности этих проектов и предпринять шаги по их осуществлению. BOMCA также проводит политические и юридические консультации и способствует созданию институционального потенциала. CADAP стремится реализовать подход Центра ЕС по мониторингу оборота наркотиков и наркомании (EUMCDD).

Центр ведет борьбу с распространением наркотиков и делает упор на усилении пограничного контроля, обмене информацией, сборе сведений и предотвращении преступной деятельности. Он придает большое значение поставке аппаратуры и обучению персонала в крупнейших аэропортах Центральной Азии, а также морских портах Туркменистана и Казахстана, и помощи Национального агентства по контролю за наркотиками (НАКН). Предполагается, что он будет тесно сотрудничать с другими финансируемыми ТАСИС проектами по борьбе с оборотом наркотиков в Закавказье и в Восточной Европе.

Только после начала реализации BOMCA эта программа столкнулось с неожиданной проблемой: известием о том, что по требованию Таджикистана российские пограничные войска (РПВ) должны уйти с таджикско-афганской границы, которую они контролировали с начала 1990-х гг. Это вызвало обеспокоенность по поводу того, как недостаточно финансируемые, плохо оснащенные таджикские пограничники справятся с охраной границ. В результате значительная часть усилий и ресурсов BOMCA была направлена на решение этой проблемы. В некоторых кругах в результате этого появилось ощущение, что программа BOMCA утратила свою первоначальную направленность и стала "политизированной", где неподобающее место было уделено обеспечению геополитических интересов отдельных государств-членов ЕС. Такая критика может быть несправедлива, учитывая трудности, вызванные уходом российских пограничников. Однако это означает, что пришлось отложить реализацию проектов, цель которых заключалась в облегчении легального передвижения жителей региона и товаров через границы государств Центральной Азии. "На дереве BOMCA в настоящее время слишком много ветвей", - заявил представитель Комиссии. - "Нам нужно делать несколько шагов назад и вернутся к нашим первоначальным целям".

Оценки Евросоюза носят осторожный характер. Публично представители Комиссии заявляют, что до настоящего времени "продвижение пока ограниченное". В частных беседах некоторые должностные лица более пессимистичны, говоря о коррупции и вовлечении некоторых местных должностных лиц в наркоторговлю. "Это не история со счастливым концом", - заявил один из них. "Миллионы евро были затрачены, мы обучили собак, мы усилили охрану аэропорта, мы предоставили определенное оборудование, мы обучили некоторых инструкторов, надеясь, что они научат других некоторым основным принципам, хотя все знают, как функционирует наркоторговля в Центральной Азии". Другой сотрудник согласился с этим, назвав BOMCA "проектом, разработанным и осуществленным без всякой надежды на результат", который не учел две ключевых проблемы охраны границ в Центральной Азии: огромное число незаконных пересечений границы и плохие условия жизни и низкую зарплату большинства пограничников в регионе. "Пока зарплата пограничников будет оставаться низкой, а афганцы будут возделывать мак", - заявил третий сотрудник, - "все, что мы делаем, будет похоже на перевозку льда на Северный полюс".

Некоторые должностные лица стран Центральной Азии в частных беседах также выражают обеспокоенность. "BOMCA тратит много средств на приглашение экспертов и организацию региональных конференций и семинаров", - заявил кыргызский чиновник, - "но нам нужны не семинары - нам нужны конкретные рабочие встречи с нашими коллегами из других стран для решения реальных, насущных проблем".

Налицо явная потребность эффективной охраны границ в Центральной Азии. Легальное передвижение людей и товаров жизненно важно для экономического выживания региона. Однако имеется огромное количество проблем, особенно в Ферганской долине, которая разделена между Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном. Во многих местах, где четко не определены границы, споры об их прохождении часто портили отношения между странами, начиная с провозглашения независимости. Охраной границ часто занимаются конкурирующие между собой властные структуры: военные, милиция, работники таможни и так далее. Во многих случаях границы пересекаются в никем не контролируемых зонах, и даже на официальных пограничных переходах наличные деньги часто значат больше, чем надлежащим образом оформленные документы. Евросоюз, конечно, может предоставить ценные технические ноу-хау, а цели BOMCA/CADAP достойные. Сторонники проекта подтверждают наличие трудностей, но выражают надежду, что они могут, по крайней мере, создать прецеденты хорошей и честной работы, которые могли бы быть продемонстрированы в ближайшие годы.

ТЕМПУС. "Tempus" - это программа межвузовского сотрудничества ЕС, которая с 1990 г. оказывает поддержку процессам социального и экономического реформирования, а также развития вузовских систем вне Евросоюза. Программа создает и поддерживает сети между вузами и другими институтами в рамках сотрудничества государств-членов ЕС с соседними регионами: государствами Восточной Европы и Центральной Азии, странами Западных Балкан и южными соседями из средиземноморского региона. В фокусе межвузовского сотрудничества по так называемым "Совместным европейским проектам" находятся разработка учебных планов, менеджмент в вузах и курсы институционального развития.

Вместе с тем разработка учебных планов - важнейшее направление проекта. К этой сфере относятся более 70% проектов с германским участием. В программе сотрудничества со странами Восточной Европы и Центральной Азии германские вузы наиболее активны: на их долю приходится 59 договоров с институтами из стран-партнеров, а также еще 115 форм участия в рамках проекта в 2000-2006 гг. Таким образом, Германия лидирует в восточноевропейском и азиатском регионах.

В Центральной Азии на данный момент действует 21 проект с германским участием. Большинство партнеров германских вузов находятся в Таджикистане и Узбекистане, каждая из стран вовлечена в 7 проектов с германским участием. С 2007 г. Программа "Tempus" начала финансироваться из другого источника ЕС, но ее базовая структура осталась неизменной.

В Германии национальным координационным центром программы "Tempus" является Германская служба академических обменов (DAAD), которая консультирует германские вузы при подготовке заявки. "Просто потрясающе, насколько активно германские вузы и профессора с самого начала участвуют в обмене - взять, к примеру, Штутгарт-Хоэнхайм или Технический университете Аахена", - говорит Ангелика Заксенрёдер, руководитель отдела "Tempus" в DAAD.

Но DAAD работает с Центральной Азией не только в рамках "Tempus": так, с 1991 г.8160 учащихся, докторантов и ученых из Центральной Азии получили стипендии для учебы и стажировки в германских вузах. И наоборот, 1370 германских ученых посетили в качестве приглашенных профессоров вузы и научно-исследовательские институты в Центральной Азии. Сейчас DAAD имеет собственные информационные центры в Казахстане, Киргизии, Узбекистане и Таджикистане. "Особенно позитивно наши отношения развиваются с Казахстаном", - говорит Бенедикт Бриш, руководитель отдела Кавказа и Центральной Азии в DAAD.

С 1991 г. в Германию по стипендии DAAD приехали уже около 4000 казахов. "С Казахстаном нас, кроме того, связывает обширная программа стипендий, которая финансируется исключительно казахстанским правительством: сейчас таким образом поддерживаются еще 75 стипендиатов". В числе основанных за последние годы центрально-азиатских университетов есть и Германо-казахстанский университет в Алма-Ате (с 1999 г). Здесь в настоящее время проходят обучение более 240 учащихся.

Перечисленные нами программы на этом не ограничиваются. Их еще можно перечислять немало, но мы описали наиболее важнейшие их существующих.


2.3 Новые инструменты сотрудничества ЕС и ЦА на 2007-2013 гг.


При пересмотре инструментов сотрудничества ЕС на 2007-2013 гг., страны Центральной Азии будут получать поддержку через Инструмент Развития Сотрудничества (DCI). Для обеспечения преемственности программы регионального сотрудничества на 2000-2006 и объединенной поддержки при содействии Региональной Программы TACIS, Центральная Азия также может извлечь выгоду из финансирования через Инструмент по политике добрососедства и партнерства (ENPI) Восточных Региональных Программ на основе Статьи 27 Постановления ENPI. В данном подпункте нашей работы мы остановимся на новых проектах, разработанных ЕС для стран ЦА.

Инструмент Развития Сотрудничества (DCI). С 1 января 200г года вступил в действие новый инструмент сотрудничества Европейского союза в Центрально-Азиатском регионе - Инструмент Развития Сотрудничества (DCI). Это означает, что программа ТАСИС завершена. Тем не менее, подготовка и реализация всех существующих проектов по программе ТАСИС будет продолжаться как было запланировано и согласовано с соответствующими Правительствами, Государственными органами, НПО и другими партнерами.

Новый инструмент сотрудничества предполагает более широкий спектр поддержки, тогда как предыдущая программа предоставляла только техническое содействие. При содействии DCI финансовые мероприятия Европейских Комитетов нацелены на поддержание географического сотрудничества с развивающимися странами, которые включены в перечень стран, нуждающихся в поддержке Комитета Развития Помощи в Организации Экономического Сотрудничества и Развития (OECD/DAC). Основная цель сотрудничества при содействии инструмента DCI - это искоренение бедности в партнерских странах и регионах в контексте устойчивого развития, включая достижение Целей Развития Нового Тысячелетия, продвижение демократии, достойной системы управления, защиты прав человека и норм закона. Данный инструмент является более гибким инструментом содействия ЕС в целях достижения более эффективных программ сотрудничества, совместимых с Европейским Консенсусом по Развитию.

Основная философия, которую ЕС вкладывает во все инструменты, это:

местное выделение средств;

софинансирование.

Помощь Центральной Азии при содействии DCI оказывается в рамках географических и тематических программ (табл.2).

Финансовые рамки для выполнения DCI на период 2007-2013 составляют 16.897 миллиардов Евро, из которых 10.057 миллиардов евро - для географических и 5.596 миллиардов евро - для тематических программ (см. ПРИЛОЖЕНИЕ Б).

1. Географические программы. Географические программы поддерживают развитие и укрепляют сотрудничество со странами и регионами на географической основе. Они охватывают пять регионов: Латинскую Америку, Азию, Центральную Азию, Ближний Восток и Южную Африку.

Европейская Комиссия подготавливает ежегодные программы действий, которые устанавливают цели, сферы действия, ожидаемые результаты, методики управления и общую сумму запланированного финансирования. Они содержат описание финансируемой деятельности, указание сумм, выделенных для каждой операции, и индикативный график реализации. Положение, устанавливающее данный инструмент, обеспечивает полный перечень 26 различных видов действий, которые могут быть профинансированы DCI, включая десять областей сотрудничества:

снижение уровня бедности;

социальное развитие;

социальное равенство и трудоустройство;

демократия, права человека и поддержка институциональных реформ;

торговля и региональная интеграция;

вода и энергетика;

инфраструктура, коммуникация и транспорт;

сельскохозяйственное развитие, территориальное планирование, земледелие и продовольственная безопасность;

после-кризисные ситуации и уязвимые государства;

защита окружающей среды и природные ресурсы.

2. Тематические программы. Тематические программы будут существенно дополнять географические программы в ответ на специфические потребности (см. ПРИЛОЖЕНИЕ В).

2.1 Продовольственная безопасность.

Цель тематической программы по продовольственной безопасности - усовершенствовать продовольственную безопасность в пользу бедных и социально уязвимого населения, и внести вклад в достижение Целей Развития Нового Тысячелетия по борьбе с бедностью и голодом, посредством комплекса действий, гарантирующего всеобщую согласованность, взаимодополняемость и преемственность внешних инициатив ЕС, включая период перехода от облегчения ситуации к развитию.

2.2 Неправительственные субъекты и местные органы управления в развитии. Цель тематической программы по развивающимся неправительственным субъектам и местным уполномоченным органам - софинансировать действия, предложенные и/или проведенные гражданскими общественными организациями и местными органами управления, исходящие от ЕС и партнерских стран в сфере развития. По меньшей мере, 85% финансирования, прогнозируемого для данной тематической программы, должно быть выделено Неправительственным субъектам. Программа реализуется в соответствии с целями Постановления 1905/2006. Она должна укреплять дееспособность неправительственных субъектов и местных органов управления в процессе выработки тактики.

2.3 Инвестирование в человеческий капитал. Цель содействия ЕС при тематической программе "Инвестирование в человеческий капитал" - поддержать действия в сферах, которые напрямую затрагивают уровни жизни населения, определенные ниже, и сосредоточить внимание на бедных и наименее развитых странах, включая самые малообеспеченные группы населения.

Программа включает следующие сферы деятельности:

Здоровье для всех.

Образование, знания и навыки.

Равенство полов.

Другие аспекты человеческого и социального развития:

Культура.

Молодежь и дети.

Трудоустройство и социальное равенство.

2.4 Окружающая среда и сбалансированное управление природными ресурсами, включая энергетику. Целью тематической программы по окружающей среде и сбалансированному использованию природных ресурсов, включая воду и энергетику, является включение требований по охране окружающей среды в политику развития и другие внешние политики ЕС, а также помощь в продвижении политики ЕС по окружающей среде и энергетике за границей, ради общих интересов ЕС, стран-партнеров и регионов.

2.5 Миграция и размещение беженцев. Цель тематической программы по сотрудничеству с третьими странами в сферах миграции и размещения беженцев заключается в поддержке действий по управлению миграционными потоками в любых размерах. Так как предметом тематической программы является миграция в ЕС, принимаются во внимание южные миграционные потоки.

Индикативная Программа по Центральной Азии (ИП ЦА) на 2007-2010 гг. Более детальное описание оказания помощи странам региона в рамках финансовых ресурсов нового Инструмента Развития Сотрудничества (DCI) дает Индикативная Программа по Центральной Азии на 2007-2010 гг. Она предназначена для ведения планирования и идентификации проектов путем определения ограниченного количества приоритетных областей, а также целей и конечных результатов. Предполагается, что Индикативная Программа 2007-2010 внесет свой вклад в исполнение Политической Стратегии ЕС в Центральной Азии, принятой Советом Европы в июне 2007 года.

1) Основные приоритеты для сотрудничества на региональном и двустороннем уровне. Индикативной Программой для Центральной Азии 2007-2010 будут охвачены следующие приоритетные области:

Приоритетная область 1: Развитие регионального сотрудничества и добрососедских отношений в Центральной Азии. Основные приоритеты:

1. Сети: региональное сотрудничество в области транспорта, энергетики и малого и среднего бизнеса, особое внимание уделяется энергетике.

2. Экология, особое внимание уделяется водным проблемам.

3. Пограничный и миграционный контроль, борьба с международной преступностью и таможня.

4. Развитие взаимообмена в области образования и науки, особое внимание уделяется прямым контактам между людьми.

Приоритетная область 2: Снижение бедности и повышение уровня жизни. Основные приоритеты:

1. Развитие региональных и местных сообществ.

2. Поддержка секторных реформ в области развития сельских территорий и социальной сфере.

Приоритетная область 3: Поддержка эффективного государственного управления и экономических реформ. Основные приоритеты:

1. Демократическое развитие и эффективное государственное управление: развитие гражданского общества, социального диалога и демократических процессов; реформа судебной системы и правосудие; улучшение государственного управления и управления государственными финансами.

2. Реформы в области регулирования торговли и рынков, а также повышение квалификаций в области управления.

Во всех этих областях сотрудничества большое внимание будет уделяться координации стратегий ЕС и взаимодополняемости между программами и инструментами ЕС и других доноров. Этот вопрос имеет особо важное значение для взаимосвязи Индикативных программ по Центральной Азии и Европейского инструмента по политике добрососедства и партнерства (ENPI), в частности, с региональными ENPI - Восточными индикативными программами.

2) Индикативный бюджет. На период 2007-2010 гг., охватываемый данной Индикативной Программой, для Центральной Азии планируется выделить грант ЕК в размере 314 миллионов Евро по региональной программе DCI по Центральной Азии, со среднегодовым бюджетом в 78.5 миллиона Евро. Индикативное распределение ресурсов на данный период представлено следующим образом:

Развитие регионального сотрудничества и добрососедских отношений в Центральной Азии - 94,2 миллиона евро, т.е.30% ресурсов.

Программы помощи по каждой из стран - 219,8 миллиона евро, т.е.70% ресурсов.

Индикативные ресурсы были распределены по странам следующим образом: Казахстан 44 миллиона евро; Кыргызстан 55 миллионов евро; Таджикистан 66 миллионов евро; Туркменистан 22; Узбекистан 32,8 миллиона евро.

Необходимо отметить, что данные индикативные распределения полностью охватывают четырехлетний период действия индикативной программы, а в индивидуальных Ежегодных Программах Действий будут содержаться различные распределения на каждый год в отдельности. Перераспределения между приоритетными областями будут возможны в пределах ограничений, установленных на соответствующем правовом основании.

Инструмент по политике добрососедства и партнерства (ENPI). Республика Казахстан и страны ЦАР также могут получать поддержку при финансировании через ENPI, Восточные Региональные Программы на основе Статьи 27 Постановления ENPI. ENPI - это Финансовый Инструмент, с помощью которого с 1 января 2007 года оказывается помощь странам Восточной Европы, Южного Кавказа и Южного Средиземноморья. ENPI заменяет инструменты MEDA и TACIS.

Ключевые сферы ENPI:

Содействие развитию политического диалога и реформы;

Укрепление национальных учреждений и органов, ответственных за разработку и эффективную реализацию политик;

Стимулирование охраны окружающей среды и рационального управления природными ресурсами;

Поддержка политики, нацеленной на сокращение бедности;

Поддержка политики содействия социальному развитию и равенству полов, трудоустройству и социальной защите;

Поддержка сотрудничества между соседними странами для обеспечения устойчивого экономического и социального развития, а также улучшения окружающей среды в пограничных регионах;

Поддержка политики содействия развития здравоохранения, образования и профессионального обучения.

Постановление, учреждающее ENPI, позволяет широкому кругу субъектов получить доступ к фондам ENPI, так же, как при финансировании DCI. Партнеры выбирают определенных бенефициаров по каждой программе в рамках определения соответствующих местных и региональных ведущих субъектов. Преимущество должны иметь местные и региональные органы управления, гражданское общества.

Процедура Реализации Инструмента. Все инструменты, доступные для стран Центральной Азии, реализуются тремя способами: централизованным, децентрализованным или совместным управлением.

1) Централизованная процедура:

Гранты/тендеры присуждаются Европейской Комиссией, действующей для и от имени страны бенефициара. Комиссия несет ответственность за публикацию рабочих программ, публикацию Запросов на предложения, получение предложений, проведение оценочных заседаний, определение результатов по Запросам на Предложения и подписание договоров.

2) Децентрализованная процедура:

Предполагаемые Гранты/тендеры присуждаются Подрядным Органом, обозначенным в соглашении о финансировании, т.е. правительством или организацией страны бенефициара с правовым статусом, с которым Европейская Комиссия заключает соглашение о финансировании. Подрядный Орган несет ответственность за публикацию ежегодных рабочих программ, выпуск запросов на предложения, получение предложений, проведение оценочных заседаний, определение результатов по запросам на предложения. Подрядный Орган предоставляет оценочный отчет, подробности о предложенных грантах и, где необходимо, проект договоров Европейской Комиссии на утверждение. Как только грант утверждается, Подрядный Орган подписывает договор и соответственно уведомляет Европейскую Комиссию. Подрядный Орган предоставляет ежегодные рабочие программы, рекомендации для кандидатов и уведомления о присуждении гранта Европейской Комиссии для публикации.

3) Процедура совместного управления:

Фактические Гранты/тендеры присуждаются Подрядным Органом, обозначенным в финансовом соглашении, т.е. правительством или организацией страны бенефициара с правовым статусом, с которым Европейская Комиссия заключает финансовое соглашение. Подрядный Орган несет ответственность за публикацию ежегодных рабочих программ, выпуск запросов на предложения, получение предложений, проведение оценочных заседаний, определение результатов по запросам на предложения и подписание договоров. Предварительного утверждения от Европейской Комиссии не требуется. Подрядный Орган должен предоставлять ежегодные рабочие программы, рекомендации для кандидатов и уведомления о присуждении гранта Европейской Комиссии для публикации.

Типы финансирования. Формы финансирования ЕС:

проекты и программы;

поддержка бюджета, если расходы страны партнера достаточно прозрачны, надежны и эффективны, с поставленной секторной или макроэкономической политикой, положительно оцененной основными донорами; включая международные финансовые учреждения. ЕС последовательно использует подход, основанный на результатах и основных показателях, определяет и контролирует поддержку стран-партнеров в развитии парламентского контроля и аудиторской потенциала, а также предоставляет доступ к информации.

секторная поддержка;

в исключительных случаях, секторные и общие программы импорта, которые включают: различные секторные программы импорта; секторные программы импорта, для импорта в рассматриваемом секторе; или основные программы импорта, предоставляющие финансирование в иностранной валюте для импорта широкого ассортимента продукции;

фонды, доступные Европейскому инвестиционному банку (ЕИБ) или другим финансовым посредникам на основе программ Комиссии с целью предоставления ссуд, капитала риска или других временных холдингов в бизнес-капитале;

субсидии процентной ставки;

пересмотр/списание долга, согласно согласованным на международном уровне соответствующим программам помощи;

гранты для финансирования проектов;

гранты для финансирования эксплуатационных расходов объектов;

финансирование программ двустороннего сотрудничества между общественными учреждениями, местными органами власти, государственными правительственными учреждениями или частными организациями, наделенными общественными (государственными) задачами страны-члена Евросоюза и страны-партнера или региона;

вклады в международные фонды;

вклады в национальные фонды, организованные партнерскими странами и регионами для привлечения финансирования от ряда доноров, или вклады в фонды, организованные одним или более донорами для реализации проектов;

инвестиции капитала в международные финансовые учреждения и региональные банки развития;

человеческие и материальные ресурсы.

Помощь ЕС не должна использоваться для оплаты налогов, пошлин или издержек в странах бенефициара.

Таким образом, в данном разделе мы исследовали основные документы и программы регулирующие региональную и двухстороннюю базу взаимоотношений ЕС со странами ЦАР. Сегодня мы можем воочию наблюдать результаты этого сотрудничества. Экономика в странах ЦА стала стабилизироваться, во многих сферах жизнедеятельности для населения открылись огромные перспективы для самореализации. Что ждет нас в будущем покажет только время.


Заключение


Завершая наше исследование, мы пришли к выводу, что Центральная Азия в последние годы демонстрирует рост интереса и притягательности к себе со стороны многих субъектов мировой политики, которые отводят ей значительное место в своей политике и совершенствуют по этой причине стратегию проникновения и укрепления своего влияния в странах региона. Сегодня Центральная Азия представляет собой несомненную стратегическую значимость, прежде всего, из-за наличия огромных энергетических и других природных ресурсов. Европейский Союз имеет в Центральной Азии существенные интересы - как геополитические, так и экономические. Сам Европейский Союз выступает в роли потенциального торгового партнера, источника финансирования и донора продовольственной помощи, а также финансового и технического содействия. Поддержка экономических реформ является одним из важных направлений деятельности Представительства КЕС в Центральной Азии. Этим во многом обосновывается принятие Евросоюзом, под эгидой немецкого президентства, первой Стратегии в отношении Центральной Азии.

На данный период существует и много противоречивых моментов в сотрудничестве стран Центрально-Азиатского региона с ЕС. Например, та же Стратегия в силу своей односторонней динамики направлена на реализацию задач прежде всего Европейского Союза и имеет для Центральной Азии в некотором роде вторичное действие. Документ по своей сути является лишь декларацией о принципах и намерениях. Некоторую громоздкость Стратегии придает ее очевидная приоритезация сфер сотрудничества, отражающаяся в обеспечении "усиленного подхода" к странам Центральной Азии.

Однако страны Центральной Азии ждут от ЕС инвестиций, реальных проектов по диверсификации энергопоставок и поддержки инициатив, направленных на региональную интеграцию. В случае, если ЕС погрязнет в длительных обсуждениях и презентациях стратегий, где не ясны конечные цели, место Европы могут занять Россия и Китай.

В условиях экономического и политического транзита в странах одного региона выход из положения может быть найден во взаимной поддержке. Европейский Союз является наглядным примером того, как страны одного региона смогли забыть о разногласиях и амбициях на безусловное лидерство, построив единое пространство во имя будущего своих граждан и будущих поколений.

На двустороннем уровне отношения ЕС с государствами Центральной Азии базируются на Соглашениях о Партнерстве и Сотрудничестве (СПС). Соглашения о Партнерстве и Сотрудничестве построены на трех основах: политический диалог, торговые и экономические связи и сотрудничество в различных отраслях. Они основаны на общепринятых ценностях: уважение прав человека, демократии и нормы закона, и включают обязательства, приравнивающие свои соответствующие правовые структуры к ЕС, и гарантирующие регулирующую конвергенцию в экономических отраслях.

Принятая в 2007 году Стратегия ЕС по Центральной Азии впервые определяет политические директивы для значительно повышенных обязательств ЕС в Центральной Азии. С помощью этой стратегии ЕС подчеркивает растущее стратегическое значение Центральной Азии, вытекающее из ее географического положения между Европой, Азией, Россией и Южной Азией. В Стратегии обозначены следующие приоритетные направления деятельности ЕС: права человека, верховенство права, ответственное государственное управление и демократизация; инвестиции в будущее: молодежь и образование; содействие экономическому развитию, торговле и инвестициям; укрепление энергетических и транспортных каналов; устойчивость в области окружающей среды и водные ресурсы; борьба с общими угрозами и проблемами; межкультурный диалог.

При пересмотре инструментов сотрудничества ЕС на 2007-2013 гг., страны Центральной Азии будут получать поддержку через Инструмент Развития Сотрудничества (DCI). Для обеспечения преемственности программы регионального сотрудничества на 2000-2006 и объединенной поддержки при содействии Региональной Программы TACIS, Центральная Азия также может извлечь выгоду из финансирования через Инструмент по политике добрососедства и партнерства (ENPI) Восточных Региональных Программ на основе Статьи 27 Постановления ENPI.

Реализация Стратегий ЕС в отношении ЦАР требует не только создания атмосферы стабильности и сотрудничества, защиты инвестиций и правовой базы, но и глубоких структурных изменений в социальном, политическом и экономическом укладе государств. Главной идеей в документах, заключенных между ЕС и странами ЦАР является мысль, что государства региона не могут самостоятельно стать зоной мира, благосостояния и политической стабильности. ЕС предлагает свою модель преобразования региона, которая состоит из основном из трех компонентов:

1) преобразования для развития демократии и рыночного хозяйства как предпосылка для поддержания мира;

2) региональное сотрудничество против "стратегических альянсов";

3) вовлечение в европейский процесс через ОБСЕ и Энергетическую хартию.

Особое внимание Европейского Союза к Центральной Азии не должно оставаться без должного ответа со стороны стран региона.27 стран-участниц ЕС, для которых подобные стратегии являются руководством к развитию индивидуальных двусторонних связей с третьими странами, могут так же стать более заинтересованными в тесном сотрудничестве. В этом заключается одно из главных преимуществ ЕС в сравнении с такими игроками в Центральной Азии, как Россия, Китай или США.


Список использованной литературы


  1. ИСТОЧНИКИ:

  2. "Безопасная Европа в улучшенном мире", Европейская стратегия безопасности, Брюссель, 12 декабря 2003 г. / http: // europa. eu. int/comm

  3. "Стратегия борьбы с терроризмом Европейского Союза", Совет Европейского Союза, Брюссель, 30 ноября 2005 г. // register. consilium. eu. int/pdf/en/05/ st14/st14469-re04. en05. pdf.

  4. ЕС И Центральная Азия: Стратегия Нового Партнерства / http: // europa. eu. int/comm

  5. СПЕЦИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА И ИССЛЕДОВАНИЯ

  6. Актуальные проблемы мировой политики. Сборник научных трудов /Под ред.М. Ашимбаева. - Алматы, 2005

  7. Андерсен В. Модель интеграции Европейского союза: опыт для региона Центральной Азии // Экономические аспекты интеграционных процессов: опыт Европейского союза/Под. ред. М.С. Ашимбаева. Алматы: КИСИ, 2003.

  8. Европейский Союз и Центральная Азия. - Алматы, 2000.

  9. Европейский Союз и Центральная Азия: подходы в борьбе с международным терроризмом /под. ред. Ж.У. Ибрашева. Алматы, 2003.

  10. Ибрашев Ж.У., Енсебаева Э.Т. Европейский Союз во внешней политике Республики Казахстан, - Алматы, 2001

  11. Исингарин Н.10 лет СНГ. Проблемы, поиски, решения. - Алматы, 2001

  12. Касенов У.Т. Каспийское море: правовой статус, нефть и международная безопасность. - Алматы, 1998

  13. Касенов У.Т. Безопасность Центральной Азии. - Алматы, 1998.

  14. Лаумулин М.Т. Казахстан в современных международных отношениях: безопасность, геополитика, политология. - Алматы, 2000.

  15. Лаумулин М.Т. Центральная Азия в зарубежной политологии и мировой геополитике. - Т.1. - Алматы, 2005.

  16. Лаумулин М.Т. Центральная Азия в зарубежной политологии и мировой геополитике. - Т.2. - Алматы, 2006.

  17. НАТО и Центральная Азия: региональная и национальная безопасность и стратегическое партнерство/Под. ред. Т.А. Кожамкулова. - Алматы, 2003.

  18. Омаров Н.М. Государства Центральной Азии в эпоху глобализации: поиски стратегий развития. - Б.: 2008. - 253 с.

  19. Современный терроризм: взгляд из Центральной Азии / Косиченко А.Г., Ашимбаев М.С. и др. - Алматы, 2002.

  20. Становление и развитие системы европейской безопасности и обороны / Байзакова К.И., Берсимбаев Е.Р., Губайдуллина М.Ш. и др. - Алматы, 2002.

  21. Хан Г.В., Суворов Л. С, Рахманова Г.Б. Внешняя политика Республики Казахстан. Учебное пособие. - Алматы, 2001

  22. Центральная Азия во внешней политике Европейского Союза. - Алматы, 2004.

  23. Центральная Азия во внешней политике Европейского Союза. - Алматы, 2004.

  24. ШОС и проблемы безопасности в Центральной Азии: Материалы международной конференции /Под ред. Б.К. Султанова, Р. Крумма и др. - Алматы, 2004.

  25. ИНТЕРНЕТ-САЙТЫ

  26. Анохин А. "Большая Центральная Азия" и Казахстан // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=312

  27. Власов А.В. Центральная Азия - туманный путь в будущее // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=394

  28. Власов А.В. Центральная Азия: регион, устремленный в будущее // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=484

  29. Вовк В., Харитонова Н. Внешнеполитические приоритеты стран Центральной Азии // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=137

  30. Губайдуллина М.Ш. Интеграционный процесс в Центральной Азии // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=324

  31. Жетписов Д., Хабиев Т. Проблема складывания национальной государственности в Центральной Азии // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=466

  32. Зотова Н. Центральная Азия: пути и возможности эволюции существующих политических режимов // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=406

  33. Казанцев А.А. Центральная Азия: становящийся международный регион? // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=483

  34. Нурсултан Назарбаев: "Якорь стабильности в Центральной Азии" // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=352

  35. Ормонбекова Л., Ормонбеков Ж. Стратегия Европейского Союза для Центральной Азии: pro et contra // www. Gazeta. kz.

  36. Панфилова В. Центральная Азия как партнер по бизнесу: Посол Швеции в РФ Свен Хирдман о планах Европы в этом регионе // http: // www. cir. ru/docs/db/62/511779? QueryID=716189&HighlightQuery=716189

  37. Романов И.А. Стратегические приоритеты азиатско-тихоокеанской политики России: Идеологическая основа азиатско-тихоокеанской политики России // Россия присоединяется к ЦАС // http: // www. regnum. ru/news/269436. html

  38. Салимов С. ШОС вытесняет интересы США из Центрально-Азиатского региона // http: // www. cir. ru/docs/db/62/542120? QueryID=716189& HighlightQuery =716189

  39. Сидоров О. ЕС и Казахстан - сотрудничество только начинается? // www. Gazeta. kz/ 18.08.05

  40. Солозобов Ю. "Ключевая роль Казахстана в реализации новых геоэкономических проектов в Евразии" // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=164

  41. Сыздыков М.З. Геополитические коллизии Центральной Азии: эволюция интересов внешних сил и вопросы региональной безопасности региона // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id

  42. Уразов А. Политика Евросоюза в отношении Казахстана // www. kazpravda. kz/ 2006-09-26

  43. Центральная Азия: какова роль Европейского союза? // http: // www. ia-centr. ru/public_details. php? id=475


Приложения


Приложение А.


Программы действий для стран ЦАР на 2002 год

Поддержка реформ в области статистики

0,550 млн. евро

Программа политического консультирования

1,800 млн. евро

Развитие и совершенствование таможенных служб в Центральной Азии

1,000 млн. евро

Программа "Темпус"

0,400 млн. евро

Программа поддержки НПО

2,950 млн. евро

Программа "Бистро"

1, 200 млн. евро



Приложение Б.


Инструмент Развития Сотрудничества (DCI)

Географические Программы

Тематические Программы

Вклад ЕС - 10,1 миллиардов Евро

Вклад ЕС - 5,6 миллиардов Евро

Фокусирование на специфике страны

Фокусирование на одной теме

Фонды выделяются исходя из стратегических документов страны, которые включают многолетние индикативные программы, устанавливающие приоритетные цели и предварительные объемы финансирования.

Финансируются под тематические про - граммы, если цели Еврокомиссии не могут быть достигнуты или не доступны в стратегическом плане через гео графические программы

Реализуются правительственными организациями и/или очень широким диапазоном субъектов:

страны-партнеры и регионы, и их учреждения;

децентрализованные органы в партнерских странах, такие как муниципалитеты,

области, департаменты и регионы;

объединенные органы, учрежденные странами-партнерами и регионами

международные организации, включая региональные организации, органы ООН, департаменты и миссии, международные и региональные финансовые учреждения и банки развития

неправительственные, некоммерческие субъекты: неправительственные организации, организации, организации, представляющие национальные

и/или этнические меньшинства, кооперативы, профсоюзы, университеты, церкви и религиозные ассоциации и общины, СМИ и любые другие неправительственные ассоциации, и независимые фонды.

Реализуются организациями посредниками:

Неправительственные организации или международные организации

Проекты и рационализаторская политика

При отсутствии соглашения с правительством

При отсутствии географической программы или если она приостановлена



Приложение В


Тематические Программы при DCI

Тематические Программы при DCI

56 миллиардов евро из которых:

Продовольственная безопасность

30%

Неправительственные субъекты и местные органы управления в развитии

29%

Инвестирование в человеческий капитал

19%

Окружающая среда и сбалансированное управление природными ресурсами

15%

Миграция и размещение беженцев

7%




Случайные файлы

Файл
25383-1.rtf
64677.rtf
55078.rtf
97739.doc
47326.rtf