Москва при великом князе Василии III (77138-1)

Посмотреть архив целиком

Москва при великом князе Василии III

Время Василия III (1505--1533) составляет последовательное продолжение процесса, совершавшегося в княжение его отца Иоанна III и прямой переход к царскому периоду нашей столицы. Сын царевны Софии Палеолог, он стал не только последним собирателем уделов Северо-восточной Руси (вечевого Пскова, Рязани и Новгорода-Северского) и борцом за воссоединение западно-русских княжеств (Смоленска и других), но и, будучи единодержцем, во всем - и в отношениях к боярам, духовенству и в самой придворной обстановке, - является более царем, чем его отец. Его чаще называют царем, и он уже сам именует себя самодержцем. Царский титул его уже выбивается на монетах, рядом с наименованием господаря всея Руси. Иностранные послы удивляются величию и власти русского государя и силе России. Соответственно этому растет у нас чувство собственного достоинства, и занимается заря сознания того, что нашему отечеству предлежит важное всемирно-историческое призвание. Русские люди с особым сочувствием читали в это время в повести о взятии Цареграда: "свершится пророчество, свершатся предзнаменования: Русский род, предызбранный от Бога, возьмет седмихолмный Цареград и воцарится в нем". "Солнце евангельское, - пишет Иосиф Волоцкой в своем "Просветителе", - освещает нашу землю, гром апостольский оглашает нас. Устроились божественныя церкви, составились честные монастыри, святители и преподобные чудотворцы наши взлетели, как бы на золотых крыльях, на небеса". Власть государя в глазах народа все более получает священное значение, и русские люди говорят уже: "так угодно Богу и государю". Когда немец-посол императора Священной Римской империи, не понимавший духа нашего народа и смотревший на Россию западными глазами, позволил себе высказать одному старику, служилому человеку, что его усердие к службе государевой - раболепно) этот москвич сказал Герберштейну; "Нет) господин барон, не по-вашему мы служим своим государям".

Идея святой и царской Руси продолжала воплощаться в самой внешности Москвы, окончательно преобразовывая ее из княжеского стольного города в царствующий православный град всей России и всего православного Востока.

Покойный государь император Александр Александрович, смотря на Москву с высоты Кремля, сказал, что наша первопрестольная столица - "это храм всея Руси, а Кремль - алтарь этого храма". Но такое обращение срединного града нашего в величавый дом Божий совершилось не вдруг, а веками. И храмовая история правления Василия Ивановича много способствовала умножению в ней числа церквей, дошедшего впоследствии до сорока сороков и сделавшего ее столицей восточного православия.

При Василии III кипела работа в кремлевских соборах, и строились храмы вне Кремля. В год своей смерти Иоанн III, посетив усыпальницу своих предков - Архангельский собор, где стояло 24 гроба наших государей, нашел его слишком тесным и приказал разобрать его до основания, державные гробы перенести в церковь Иоанна, "что под колоколы", и заложить новый, более обширный собор. Два года строил его Алевиз Фрязин. В 1507 году он был окончен и расписан русскими живописцами. Освящение совершал митрополит Даниил в присутствии великого князя, его семьи и двора. Не с этого ли времени начали ставить в Архангельском соборе портретные изображения похороненных здесь государей? Между ними находится и портрет самого Василия III в иноческом одеянии, которое он принял перед смертью, под именем Варлаама. В большом Успенском соборе происходило, как говорят летописи, "велелепное украшение" фресковой живописью, оконченное в 1514 году, и первопрестольный собор России принял тот вид, который он, при всех перестройках, сохраняет и доныне. Тогдашнее "величество" Успенского собора соответствовало его новому значению.

Он уже был в то время не только церковной кафедрой и усыпальницей первосвятителей всея Руси, но и храмом "посаждения на престол и венчания государей" и вместе символом единства России, единодержавства Москвы и церковной летописью ее политической истории. В знак того, что сюда, в Московский Кремль, тянули все области Руси, наши государи, по мере присоединения к общерусскому средоточию удельных княжеств, переносили из них главные святыни и помещали их в соборе всея Руси, в храме Пречистой. Тут собраны были наиболее чтимые иконы удельных княжений - Владимира-Залесского, Новгорода Великого, Пскова, Смоленска и других. Каждый государь, жертвуя сюда икону, изображавшую его ангела, как бы записывал свое правление на эту церковную скрижаль нашей исторической жизни. Каждое важное событие увековечилось здесь или новой иконой, или церковными сосудами, или евангелием, или хоругвью, или дорогим облачением для священнослужителей.

Митрополит Филарет говорит: "Глубокая была мысль соединить в одном святилище местную святыню удельных княжеств: жители их, расставаясь со своим заветным сокровищем, невольно привязывались к месту его будущего хранения; сердце их как бы отходило туда за иконой, и родовое к ней усердие служило лучшим залогом верности. Так из Владимира, Новгорода, Пскова, Устюга, Смоленска собрался иконостас Успенского собора". Что этот первопрестольный храм всея Руси служил залогом ее единодержавия, - свидетельствовал и следующий обычай, существовавший у нас до Петра 1. Вечером, часов в 8 или 9, когда запирались кремлевские ворота, сторожевые стрельцы перекликались между собой. Близ Успенского собора часовой начинал громко и протяжно, нараспев, возглашать: "Пресвятая Богородица, спаси нас". Другой продолжал: "Св. московские чудотворцы, молите Бога о нас". После молитвенных возгласов другие часовые перекликаются следующим характерным образом: "Славен город Москва"; другой отвечал: "Славен город Киев"; третий - Владимир и так далее, пока не будут перечтены важнейшие города Московского государства.

Не обойден был вниманием государя всея Руси и придворный Благовещенский собор, вновь перестроенный в это время. "Василий Иванович, - по словам летописца, - повелел подписать Благовещение на своем дворе златом, иконы все велел обложить серебром и златом верх церковный позлатити". Повеление государево было исполнено русским мастером Федором Ениксевым с братией. Примечательно, что на паперти вместе со святыми были изображены древнегреческие мудрецы: Аристотель, Зенон, Плутарх, Фукидид, Менандр и другие. Мастер Бон Фрязин окончил церковь Иоанна "под колоколы", а мастер Николай слил колокол "большой благовестник" в тысячу пудов; помещен он был на особой "деревянной колокольнице".

И вне Кремля повелением государя воздвигнуто было немало памятников. Самолично завоевав Смоленск у поляков, Василий III в память возвращения этого "ожерелья России", воздвиг на берегу Москвы-реки, в виду Воробьевых гор, Новодевичий монастырь, в 1525 году. Василий III перестроил Петровский монастырь в Высоцкой слободе.

Летопись говорит, что он "повеле заложити и делати церкви каменныя и кирпичныя на Москве, на большом посаде за торгом (вне Китай-города): Введение Святей Богородицы, Владимир Святый в Садех, Благовещение Св. Богородице в Воронцове (ныне Ильи пророка), да в городе на своем дворе церковь Святыя Богородицы рождество, у нея же придел Святый Лазарь,--за Неглинною Леонтий Чудотворец Ростовский (не существует с 1812 года), на Ваганькове Св. Богородицы Благовещение, за Черторьей (Пречистенкой) в Девичьем монастыре Алексей - человек Божий, за Неглинкой Св. Петр, митрополит всея Руси, на Устретенской улице Введение Богородицы. Да Варвару Св. поставил Василий Бобр, с братьею с Вепрем да Юшком, да Афанасия и Кирилла Александрийских поставил Юрий Григорьев, сын Бобынин, у Фроловских ворот. Обыденкой, на Старом Ваганькове, в память рождения Иоанна IV, построен был деревянный храм Иоанна Предтечи, причем в работе участвовал сам великий князь".

Какую важность придавал обетному делу (построения Новодевичьего монастыря) государь, видно из того, что, отправляясь в поход на Казань, он дал, в дополнение к духовному своему завещанию, особую запись, в ней говорилось: "да коли семи яз Божиею волею достал своей отчины города Смоленска и земли Смоленские, и яз тогда обещал поставити на Москве, на посаде, Девич монастырь, а в нем храмы во имя Пречистыя, да происхождения Честна-го Креста и иные храмы; а которые храмы в том монастыре поставити, и яз тому велел написати запись диаку своему Трифону Ильину, да дати печатнику Ивану Третьякову. А дати семи обещал в тот монастырь из своих сел дворцовых село или два, а пашни в тех селех, в одном пол тысяча четвертей, а в двуполях потому ж; да на строение тому монастырю три тысячи рублев денег. И ныне того монастыря состроити не успел". На тот случай, если станется воля Божья, и он умрет, государь приказывает исполнить свою волю. Подписал эту грамоту митрополит Даниил. Свидетелями записи были старец Вассиан - князь Иванов (Патрикеев), да отец духовный государя, благовещенский протопоп Василий. Грамоту же писал дьяк Меншик Путятин. Воспроизводим палеографический снимок с этой записи и привешенные к ней на шнурках печати митрополита и самого великого князя.

Однако Василий III не умер в походе и, одержав победу над казанцами на Свияге, построил, по выражению Степенной книги, "преименитую вобчую (общежительную) обитель"; собрал туда множество инокинь девического чину; начальницей над ними поставил благоверную и благочинную инокиню Елену Девочкину из Суздальского Покровского монастыря, которая, окончив жизнь схимонахиней, была погребена в новом монастыре и записывалась в старинных святцах наряду с московскими святыми. В 1525 году, 28 июля, торжественно перенесен был в крестном ходу из Благовещенского собора в Новодевичий монастырь список с чудотворной иконы Смоленской Божьей Матери - Одигитрии.


Случайные файлы

Файл
123302.rtf
100023.rtf
86448.rtf
160354.rtf
163440.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.