Не Москва ли за нами? (8807-1)

Посмотреть архив целиком

Не Москва ли за нами?

История боевой славы столицы в веках

Древние годы

Истории ратных подвигов москвичей лет не меньше, чем истории самого города. Уже через двадцать лет после первого упоминания Москвы в летописи, в 1177 году, город сожгли половцы, приведенные князем Глебом Рязанским. С этого времени и начинается длинная летопись борьбы мужественных защитников города с вражескими захватчиками.

В 1213 году Москву берет князь Юрий Всеволодович. В конце 1237 - начале 1238 году на Москву напали татары Батыя, "и воеводу убили Филипа Нянка и схватили великого князя Владимира Юрьевича, и людей всех старых и малых убивали, а иных в плен повели, захватив много имущества". В 1293 году на смену Батыю приходит новый монгольский воитель Дюденя. Объединившись с русскими князьями Андреем Городецким и Федором Ярославским, он взял 14 городов, среди которых Москва, Владимир, Суздаль, Муром, Юрьев, Переславль, Коломна, Можайск и другие и "всю землю пусту сотвориша".

Деревянный Кремль

Казалось бы, надо уходить с такого несчастного места и искать нового, более спокойного и защищенного, но Москва упорно возрождается из развалин и пепла и с 1328 года становится столицей Московского княжества. Через десять лет новая столица получает новую крепостную ограду: 5 ноября 1339 года "заложен град Москов дубов". Иоанн Калита строит новые стены из громаднейших дубовых бревен около аршина в диаметре. В ту пору Москва не вмещается уже в пределах кремлевских стен: существует торговый посад за восточною кремлевскою стеною и Заречье на том берегу реки Москвы.

Борясь за объединение русских княжеств и свержение ненавистного татарского ига, Москва вынуждена была подчас одновременно воевать "на несколько фронтов" - не только с Золотой Ордой, но и с Литвой, и с соперничавшими русскими князьями - тверскими и рязанскими. Враги Москвы нередко заключали между собой союзы, и москвичи, отправляясь в поход против татар, не были спокойны за судьбу своего города. Оборона Москвы приобретала в этих условиях особо важное значение, обеспечивая тыл русских в борьбе с татарами.

Дмитрий Донской и белокаменный Кремль

Уже в 1366 году летописцы записали, что молодой князь Дмитрий Иванович (впоследствии завоевавший за победу над татарами славное прозвище Донского) со своим двоюродным братом и союзником Владимиром Андреевичем "и со всеми бояры старейшими сдумаша ставити город камен Москву, да еже умыслиша, то и сотвориша. Тое же зимы повезоша камение к городу...".

Общая длина стен Кремля достигала 2 тысяч метров. В Кремле теперь было восемь или девять башен, в том числе пять проездных, с воротами. Больше всего башен, пять, было со стороны площади, три из них были проездными - горододельцы рассчитывали не на пассивное сидение за стенами крепости, а на активную ее оборону, на частые вылазки.

Огромную по тому времени белокаменную крепость создали всего за один год. В 1367 году строительство было завершено, и стены прослужили до 1485-1499 годов. Возведенный белокаменный Кремль имел и самое современное по тому времени вооружение

Уже на следующий же год после возведения белокаменных стен, в 1368 году Ольгерд подступил к Москве. Три дня он простоял под Московскими стенами, но города взять не смог и, сжегши посад и окрестности, отправился восвояси, "не успев ничего же". Второе нападение его на Москву, после восьмидневной стоянки у Кремля, тоже было безуспешным.

Набеги ордынцев

Эта крепость успешно выдержала еще немало осад. Она никогда не была взята приступом. И даже в 1382 году, когда Москва претерпела одно из самых страшных за всю свою многовековую историю разорений, приступ татар к Кремлю был отбит москвичами, и только обманом татарскому хану Тохтамышу удалось ворваться в доверчиво открытые защитниками ворота.

Несмотря на секретность планов хана, Дмитрий Донской прознал о готовящемся нападении. Он обратился к соседям, но не получил поддержки от князей, бывших "в страхе и трепете". Князь вынужден был направиться в Кострому, чтобы собрать там войско, необходимое для обороны. Москвичи, выведя из города великую княгиню Евдокию и митрополита Киприана, готовились к обороне.

Не обошлось и без паникеров. Чернь, разграбив боярские погреба с вином, подняла бунт, и ее едва мог успокоить прибывший в Москву воевода Димитрий Остей. Три дня татары безуспешно пытались штурмовать стены Кремля. Но москвичи энергично отбивали эти приступы: они лили на татар кипяток, бросали на них громадные камни. И именно тогда со стен и башен впервые заговорили русские пушки.

Эти орудия сильно отличались от тех пушек, которые делали позднее. Их склепывали из кованых полос железа, скреплявшихся железными же обручами, наподобие бочонков. Но такие пушки, конечно, не могли быть надежным орудием хотя бы уже потому, что зачастую разрывались сами, не выдержав давления газов от загоравшегося в них пороха.

Татары отвечали тучей стрел: "И летели стрелы их на град походы, как сильный дождь, не давая ничего увидеть, потому что и воздух был темен от стрел". Многим защитникам города эти стрелы принесли смерть.

Не овладев городом силой, татарам, однако, удалось овладеть им хитростью. Суздальские князья Василий и Семен, перешедшие на сторону противника, обманом заставили москвичей открыть ворота. Из города вышел князь Остей, сопровождаемый духовенством, боярами, купцами и простыми жителями. Татары, заманив к себе Остея, убили его, а потом набросились с саблями на остальных, и, убивая направо и налево, ворвались в город.

Возникла страшная паника, люди метались по улицам, громко крича - "везде же крик и вопль страшен бываше". Никого не миловала вражеская сабля: ни стариков, ни детей, ни женщин. "Несть где избавления обрести и несть, где смерти убежать, и несть, где от острия меча укряться", - писал летописец. Все, что было в городе, оказалось разграбленным и оскверненным: церкви, иконы, княжеская казна, имения бояр и товары купцов. При этом погибла огромная масса книг и хартий (грамот), снесенных в храмы и наваленных там "до стропов".

Но больше всего пострадали люди. "А иные в воде утонули, а другие в огне сгорели, а иные в полоне множайшем пошли в работу поганскую, в страну Татарскую. И было во граде рыдание, и вопль мног, и слезы, и крик неутешаемый, и стенанье многое, и печаль горькая, и скорбь неутешимая, и горесть смертная, страх и ужас, и трепет, и печаль, и срам, и насмешка от поганых христианам".

Когда через несколько дней Дмитрий Донской с войском вошел в Москву, увиденное потрясло его до глубины души: от города остались лишь "дым и земля, и повсюду множество трупов". Церкви деревянные были сожжены, а каменные выгорели начисто и обвалились.

"Был дотоле град Москва велик и чуден, и много людей в нем, жили в нем князья и святители, кипел богатством и славою, превзойдя почтеньем многим все грады русской земли. И вот в один миг пропало величие его, и слава его исчезла, и все почтение в один час пропало…"

Но нелегко было сломить дух москвичей даже в такую тяжкую годину. Князь немедленно принялся созывать из лесов разбежавшихся жителей, возобновлять город и очищать его от трупов, велел платить людям, занимающимся погребением. Благодаря сильному, духу жителей Москвы, не сломленному бедой, город за короткое время возродился буквально из пепла. И уже вскоре москвичам предстояло новое испытание.

***

В 1395 году на Москву двинулся Тамерлан, завоеватель Туркестана, Персии, Индии, Сирии и Малой Азии, и незадолго до этого победивший войско Тохтамыша. Он дошел до Рязани и оттуда грозил Москве завоеванием города, пленением его жителей, разорением святынь и искоренением православной веры. "Слыша эти грозные и страшные вести, народы христианские были в большой печали и с воздыханиями и слезами молились Богу, чтобы избавил от такой беды и скорби"

Слух о приближении Тамерлана пришел в Белокаменную поздно - Железный Хромец был на Дону. На Москве, еще не забывшей набег Тохтамыша, княжил сын Дмитрия Донского Василий I. Он собрал рати и двинулся к Оке, чтобы встретить Орду. Готовился к обороне и Кремль, куда стекался народ во множестве со всех мест.

В то время как народ готовился встретить врага, князю Василию Дмитриевичу и митрополиту Киприану одновременно пришла мысли принести из Владимира в Москву чудотворную икону Божьей Матери, написанную евангелистом Лукой. Эта икона почиталась заступницей всей Русской земли. 26 августа москвичи, ободренные прибытием иконы, со слезами и молитвами встретили ее на Кучковом поле. Летопись рассказывает, что именно в этот день Тамерлан, испуганный видением Небесной Девы, окруженной легионами ангелов, неожиданно ушел в свои степи. Так Небесная Заступница спасла город от, казалось бы, неминуемой беды. День этот до сих пор чтится православными жителями города, а на месте встречи иконы был построен Сретенский монастырь (Сретение - на древнерусском языке означает встреча).

***

1 декабря 1408 года к Москве подошел ордынский князь Едигей. Завоеватель стоял у кремлевских стен, но, боясь огнестрельного оружия, не решился на приступ, а расположился на зимовку селе Коломенском. Войска его долгое время грабили окрестные села и города - были сожжены Переяславль, Ростов, Дмитров, Серпухов, Нижний Новгород, Городец. По русским землям был нанесен тяжелый удар, однако Москва уцелела и не сдалась.

Позже, в 1439 году под Москвой десять дней стоял ордынский хан Махмет, но он также оказался бессильным перед крепостными стенами. Луки и сабли кочевников, составлявшие основное их вооружение, уже перестали быть угрозой для Москвы.


Случайные файлы

Файл
3932-1.rtf
84757.rtf
13617.rtf
145302.rtf
pn_ae_g-10-031-92.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.