Путешествия под землю: метро на экране помпезное и декоративное (2879-1)

Посмотреть архив целиком

Путешествия под землю: метро на экране помпезное и декоративное

Бригит Боймерс

Московское метро начало строиться в тридцатые годы, и 15 мая 1935 года открылась первая его линия от станции "Сокольники" до "Парка Культуры" с ответвлением от "Охотного Ряда" до "Смоленской", а позже, в 1937 году - до "Киевской". По великолепию своей отделки станции московской подземки, щедро украшенные мрамором, свезенным со всей России, бронзовыми статуями и настенными росписями, были похожи на музеи. Несмотря на то что метро в первую очередь было не транспортным средством, а архитектурным достижением, его первое появление в кинематографе противоречило "метродискурсу" о "величайшем" творении архитектуры, показывая метро именно как хорошую транспортную систему.

На экране метро впервые появилось в 1938 г. в "Новой Москве" Александра Медведкина, фильме, тут же оказавшемся на полке из-за спорного отражения советской действительности. В ленте описывается поездка в Москву инженера Алеши, представляющего свою "живую", движущуюся модель новой Москвы, развивающейся согласно сталинскому плану реконструкции столицы. Во время показа, когда Алеша отсутствует, механизм модели будущей столицы начинает движение в обратную сторону, показывая, как Москва вновь принимает свой средневековый облик. Попадая в столицу, гости из провинции сталкиваются с хаосом на улицах: интенсивное движение, строящиеся дома, бесчисленное количество машин. Им надо быстро добраться по назначению, и они пользуются новым транспортным средством, метро, проезжая одну остановку, предположительно от Киевского вокзала, куда они прибыли, до станции "Смоленская". Показывая эту поездку в метро, Медведкин привлекает внимание к преимуществам новой транспортной системы. Во-первых, это дешево: у Алеши в кармане всего несколько копеек, но их достаточно. Во-вторых, в метро царит порядок: Зоя, привезшая на сельскохозяйственную выставку поросенка, вынуждена завернуть его, так как провоз животных в метро запрещен. В-третьих, метро прекрасно декорировано и освещено: перед тем как показать блестящий мрамор его отделки, камера первым делом выделяет люстру в наземном павильоне. По приезде на нужную станцию, до того как разойтись в разных направлениях, Алеша и его девушка съедают по мороженому, сидя на скамейке платформы, что подчеркивает важность новой транспортной системы как места общения людей. Метро, в отличие от переполненных улиц, показанных в фильме ранее, представлено как "организованный" вид транспорта. Тем самым Медведкин изображает объект советской гордости не как роскошный музей, а как новый вид транспорта для современного города. Вовсе не намереваясь этого делать, Медведкин умудрился вступить в противоречие с официальным дискурсом, который представлял метро как часть советских архитектурных достижений, воплощающих грандиозные планы Сталина. Медведкин выдвинул на первый план метро как транспортную систему, в то время как излюбленными видами транспорта советского экрана того периода были автомобили, корабли, поезда и самолеты, как, например в фильме "Цирк" (поезда и машины), "Светлый путь" (лимузин, взмывающий в небо у Фонтана Дружбы и летящий над советской Россией) и "Волга-Волга" (пароход).

Кинематограф конца восьмидесятых - начала девяностых начал переоценку эпохи тридцатых годов ("Мой друг Иван Лапшин" Германа, 1984; "Покаяние" Абуладзе, 1986; "Прорва" Дыховичного, 1993; "Серп и молот" Ливнева, 1994; "Утомленные солнцем" Михалкова, 1994), и тема строительства метро нашла отражение в двух фильмах, действие которых происходит в Москве. В "Серпе и молоте" главный персонаж, сменивший пол Евдоким Кузнецов, - метростроевец. Он - воплощенный символ советского рабочего класса, чей женский эквивалент - колхозница Лиза Воронина - станет его женой (оба они позируют для скульптуры "Рабочий и колхозница" Веры Мухиной). В полном соответствии с типичными для тридцатых годов рассуждениями, метро - не транспортная система, а объект гордости (для перемещения семья Кузнецовых пользуется машиной).

Схожая функция приписана метро в фильме "Прорва", где в под землей разворачиваются три эпизода, и в каждом из них герои ведут возвышенные философские споры о дружбе, поэзии и литературе. Дыховичный тщательно выбирает в Москве места действия, дабы запечатлеть те из них, что наиболее характерны для сталинской эпохи: Речной вокзал, Фонтан Дружбы Народов на ВДНХ, железнодорожные вокзалы и Колонный Зал. Первая сцена - это встреча двух людей, спорящих о дружбе, на украшенной скульптурами станции "Площадь Революции", где через арки открывается вид на центральную часть зала с лестницами и вторую платформу. В этих кадрах Дыховичный улавливает иллюзию пространства, которая создавалась на первых станциях. На первый взгляд, спокойствие и красота показываемого наводят на мысль о музее, и только движение камеры раскрывает настоящее местонахождение. Вторая встреча, как и третья, происходит на станции "Маяковская". И вновь Дыховичный передает эффекты света и высоты, создаваемые подсвеченной снизу мозаикой, изображающей советские достижения в воздушном пространстве (самолет и воздушный шар), которое, когда создавались проекты подземных дворцов, было в центре внимания архитекторов. Главная героиня, Анна, рассматривает новую станцию перед тем, как встретить своих друзей, и камере предоставлен широкий угол обзора - во всю длину платформы, вдоль которой стоят два ряда стальных колонн. Дыховичный выбрал эти две, относящиеся к культуре сталинской эпохи, центральные станции как яркие примеры архитектуры того времени.

В фильмах девяностых годов метро возвращена его первоначальная функция: станции изображены как подземные дворцы, как места для встреч и споров в отсутствие кафе и ресторанов на поверхности. Содержание фильмов тридцатых годов во многом определялось тем, что Москва была сердцевиной общего центростремительного движения (действие многих фильмов, таких, например, как "Волга-Волга", "Цирк", "Счастье", заканчивается в Москве). Фильмы девяностых, действие которых происходит в тридцатые годы, повторяют эту тенденцию. "Прорва" Дыховичного и "Утомленные солнцем" Михалкова и начинаются, и заканчиваются в Москве ("Утомленные солнцем" открываются и завершаются видом кремлевских звезд). Действие "Серпа и молота" Ливнева берет начало вне Москвы, а заканчивается видом героя, лежащего в Мавзолее. Эти фильмы девяностых годов воссоздают атмосферу и культуру тридцатых, противостоя официальному взгляду на метро больше, чем фильм Медведкина, снятый в то время. В них отражено не столько впечатление, которое метро производило на людей, сколько официальный взгляд на него.

Невзрачное и простое

Станции метро, построенные в 60-е -70-е годы при Хрущеве и Брежневе, отличаются более скромным дизайном. Архитектурные планы Хрущева распространялись на окраины, где он, больше озабоченный строительством массового жилья, чем подземных дворцов, возводил пятиэтажки-"хрущобы". Станции, сооружаемые в этих районах ("Новые Черемушки", "Фили", "Речной вокзал", "Юго-Западная" и "Щелковская"), были простыми и практичными, и нередко идентичными по дизайну. У новых станций была длинная центральная платформа с двумя линиями рельсов по бокам и стены, отделанные вместо мрамора белым кафелем. Фильмы периодов "оттепели" и застоя фокусируют внимание скорее на теме строительства метро, нежели на архитектурных изысках станций.

В фильме "Добровольцы" (1958) строительство метро - основа жизни героев, встретившихся на метрострое: здесь не просто идет строительство транспортной системы, здесь навсегда складываются взаимоотношения и формируются характеры. Режиссер показывает недовольных людей в переполненном трамвае, давно ожидающих появления более эффективного вида транспорта, которым, однако, в фильме не пользуется ни один из главных героев. Во время оттепели главной темой для создателей кино было именно строительство метро: собственно перевозка пассажиров - не главная функция метро послевоенного периода.

Главный герой популярного фильма Георгия Данелии "Я шагаю по Москве" тоже работает строителем метро. Старое заменяется новым, город так быстро меняется, что коренные жители города уже плохо знают его. Возникает перекличка с проблемой, вставшей перед художником в "Новой Москве" Медведкина: художник не успевает запечатлеть здания в центре Москвы - так быстро они исчезают, разрушаются и перемещаются.

Проведя день в приготовлениях к свадьбе своего друга и в компании приехавшего из Сибири паренька, влюбленного в московскую продавщицу, Колька в конце концов остается один. Он идет на ночную смену одинокий, но счастливый, в гармонии со "своим" метро. Когда он, напевая, бежит по эскалатору, даже дежурная по станции понимает, что он - не хулиган, и просит его продолжить песню. Кольке хорошо в метро, здесь он дома. Подобно пассажирам из появившейся в то время песни Булата Окуджавы "Московское метро", он и метро - единое целое. Для заключительных кадров фильма Данелия выбирает вид новой станции, показывая, с одной стороны, строительство, которое будет продолжаться до окончания линии, с другой - контраст между физическим трудом, приносящим радость, и учебой в университете (выход из метро - напротив университета), которой главный герой предпочел тяжелую работу. Любопытно также отметить, что Данелия, следуя всеобщему советскому духу "достижений", снял поезд, прибывающий на станцию с южного направления, как будто у ветки есть продолжение - хотя станция "Проспект Вернадского" тогда (в декабре 1963) еще не была открыта.


Случайные файлы

Файл
240-2303.DOC
90615.rtf
56195.rtf
106674.rtf
58976.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.