История села Узкое (2345-1)

Посмотреть архив целиком

История села Узкое

Имение «Узкое» известно с начала XVI в., первое церковное строение появилось в нем - с 30-х годов XVII века, когда на этих пустовавших проезжих землях возник деревянный храм в честь Казанской иконы Божией матери, чудесным образом избавившей Россию от неисчислимых бедствий смутного времени. Сейчас усадьба расположена между Профсоюзной улицей и Севастопольским проспектом, на пересечении ее с балками истоков реки Чертановки.

Свое название усадьба получила от бывшей деревни Узкое (Ужское, Узское, Усковое), известной с XVI века. Происхождение ее названия легенды связывают с большим количеством обитавших в этих местах «красивых черных, белоухих ужей».

В нешироком просвете посреди густого леса слева стояла высокая кирпичная арка с полукруглым сводом - «небесные ворота». За воротами - прямая лиственничная аллея, которую высадил один из владельцев усадьбы граф П.А. Толстой, мостик через пересекающий дорогу ручей, а справа и слева - березовые рощицы, засеянные поля...

Сегодня эта аллея называется Тютчевской - поэт, отцу которого принадлежало ближнее Троицкое (Теплый Стан), возможно, заходил и сюда. И нынче аллея ведет от въездных «Небесных» ворот на Профсоюзной к барскому дому.

Б. Пастернак в знаменитом стихотворении «Липовая аллея» описал этот въезд совершенно точно:

Ворота с полукруглой аркой,

Холмы, луга, леса, овсы...

Еще несколько минут езды мимо каскадных - по обе стороны на разных уровнях - прудов, мимо небольших ворот, в гору и ...

В ограде мрак и холод парка

И дом невиданной красы.

Одна из дочерей П.Н. Трубецкого, последнего владельца поместья, княгиня Любовь Петровна Оболенская (1888-1980), незадолго до своей смерти в Америке, вспоминая молодость, описала усадьбу, в которой прошло ее детство: «С первого июня до августа все наше семейство проводит в Узком — имении моего отца, князя Петра Николаевича Трубецкого, в 12 верстах от Москвы. В Узком был большой дом, флигель, чудная церковь XVII века (очень близко от дома) и 4 больших пруда. За прудами была роща, в которой моя мать, Александра Владимировна, проложила массу дорожек с лавочками. Одна прогулка была очень длинная («grand tour»), другая на половине дороги сокращалась («petit tour»).

В большом доме было 3 террасы — одна крытая и вся обсаженная растениями и цветами из оранжерей (были 2–3 большие оранжереи, одна оранжерея только в персиках, одна с другими фруктами и редкими цветами и одна исключительно с розами). С другой стороны дома была открытая терраса с колоннами, где стояли только большие лавровые деревья.

На крытой террасе в одном углу среди растений было устроено нечто вроде гостиной: диван, столы, кресла, лампы. Посреди террасы был наш большой столовый стол на наше большое семейство: двое родителей, пятеро нас, детей, пять гувернанток и два учителя для моих братьев. Так что обеденный стол обыкновенно был на 12–14 человек.

Балкон с этой стороны дома снижался в сад по длинным деревянным ступеням, на которые по окончании завтраков и обедов все садились. Перед домом (с одной стороны) был крокет, а недалеко за большими деревьями — теннис.».

Главное здание - двухэтажное, непропорционально (в результате того, что два стоявших по бокам флигеля были когда-то соединены галереями в одно целое) длинное - протянулось с севера на юг. Парадная часть с большой каменной террасой и мощной колоннадой выходит на запад, где широкий пологий партер с газонами и клумбами ведет вниз, к прудам. Еще полвека назад на дорожки партера летом чуть ли не десятками выползали ужи. Пруды были глубокими и чистыми.

По обе стороны главного здания (исключая ведущий к прудам открытый партер) тянулся великолепный липовый парк, старые мощные деревья которого привели в восторг Б. Пастернака:

Здесь липы в несколько обхватов

Встречают в сумраке аллей,

Вершины друг за друга спрятав,

Свой трехсотлетний юбилей.

Действительно, липы были могучими. То тут, то там, особенно в восточной части парка, выходящей ныне на улицу Айвазовского, возвышались настоящие великаны-патриархи, иные из них насчитывали не менее 250-300 лет.

За оградой, напротив главного входа (там была маленькая сторожевая будка, а в конце 1980-х гг. построили солидную кирпичную «проходную»), стоит церковь. Хорошо просматриваемая с Профсоюзной улицы, внушительная, монументальная, может быть, немного громоздкая, причудливо смешавшая в своем облике черты нарышкинского и украинского барокко, за исключением собора Донского монастыря, она не имеет архитектурных подобий.

Пятиглавая церковь в плане представляет собой крест. Четыре купола, ориентированные по сторонам света, возвышаются над плавными полукружиями кирпичных побеленных стен. Центральный золоченый купол придает особую стройность силуэту церкви. Необычно используется в качестве звонницы западный барабан, купол которого является резонатором звука. Внутренние интерьеры храма, несмотря на разрушения, которым подвергся храм, поражает своим изяществом. Высокое пространство под центральным куполом и в боковых приделах, освященных в честь Обретения главы Иоанна Предтечи и Святителя Николая, удивительных по своей красоте, обеспечивают уникальную акустику. Храм интересен еще и тем, что его четвертый придел - один из немногих в Московии - посвящен Анне Кашинской.

По мнению ученах, отдельные элементы этого здания — четыре двухъярусные башни, окружающие центральную часть храма, — были новостью «в практике московских зодчих. Эти черты сближают церковь с украинскими образцами.

На протяжении двух столетий храм в честь Казанской иконы Божьей Матери был центром духовной жизни усадьбы «Узкое», владельцами которой в разные годы являлись древние фамилии русских князей Голициных, Гагариных, Стрешневых, Оболенских, Нееловых, Толстых, Огин-Плещеев.

Церковь была построена взамен старой, деревянной в конце XVII в. Архитектурные особенности и обстоятельства возведения Казанского храма убеждают в том, что создателем его является виднейший русский зодчий конца XVII века О.Д. Старцев.

Иконостасы трех пределов соборной церкви в Узком явились последней большой работой крупнейших мастеров своего времени, царских жалованных иконописцев Оружейной палаты Григория Зиновьева– ближайшего ученика и сподвижника знаменитого Симона Ушакова, Николая Соломонова и Василия Леонтьева.

Против церкви стоял приземистый, вросший в землю дом конца XVIII или начала XIX в. Это было одно из хозяйственных строений старой усадьбы. Здание сохранилось поныне, в нем расположена часть хозяйственных служб санатория.

Отсюда недлинная аллея вела к северным усадебным воротам. Высокие, арочные, они архитектурно соответствовали главным, въездным «небесным воротам». За воротами и небольшой площадью стоял обширный комплекс конного двора с высоким - для карет - въездом. В одном из строений конного двора располагалась продовольственная лавка.

За конным двором начиналась деревенская улица, поворачивавшая затем под прямым углом вправо. Это и было старинное село Узкое, Милое, уютное, с садиком у каждого дома, с поленницами заготовленных на зиму дров, похожее на сотни других подмосковных деревень. В крестьянских избах еще в 50-х, 60-х и даже 70-х годах селились на лето дачники-москвичи.

За деревней тянулось колхозное поле, над которым, как положено, летом вились неумолчные жаворонки. За полем - густой, овражистый, малохоженый лес. Впрочем, лес облегал Узкое со всех сторон. Между Узким и селом Ясенево раскинулось большое лесистое пространство с глухими чащами, малинниками, земляничными полянами. В Ясенево вела полузаросшая проселочная дорога. Несколько жительниц Ясенева работали в узковском санатории, проходя каждый день 3-4 километра в одну сторону. Ясенево вообще считалось глухим местом, поскольку находилось в стороне от железных и шоссейных дорог.

Стрешневы

В начале XVII века, во время интервенции польской шляхты, московское правительство, чтобы поощрить заселение пустующих земель, весь район на юг от Москвы стало распродавать частным лицам. Этим воспользовался в 1691 году родственник царя Михаила Федоровича Романова Максим Федорович Стрешнев (1649-1719) и скупил у казны и частных владельцев ряд пустошей, в том числе и «пустошь Возцы, Теплый Стан тож и село Узкое». В то время Узкое было небольшим селением. Позже Стрешнев переписал Узкое и Нижние Теплые Станы в вотчину — наследственное владение.

Тихон Никитич Стрешнев – глава Разрядного приказа был также дядей Петра I, его воспитателем и верным сподвижником. С 1689 года Тихон Никитич Стрешнев в течение многих лет управлял Военным разрядом. При учреждении Правительствующего сената Стрешнев был в числе первых его членов. Он был одним из немногих бояр, которым Петр разрешил не брить бороды – такова была привязанность царя к своему «дядьке», которого молва называла подлинным отцом царевича Петра.

Стрешнев разделял со своим царственным питомцем не только подготовку преобразований, во многом чуждых ему, как человеку, воспитанному в старинном московском укладе, но и кощунственные забавы самодержца. Деяния требовали покаяния, свидетельством которого стало намерение Стрешнева основать в Узком монастырь, главной святыней которого и должен был стать Казанский храм.

Желанию этому не суждено было сбыться в силу проводимой Петром политики подчинения Церкви государству и враждебного отношения самодержца к монашеству, но строительство “соборной церкви в Узком” привлекло лучшие художественные силы своего времени.


Случайные файлы

Файл
69453.rtf
18976-1.rtf
110289.rtf
145945.doc
115761.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.