Психология больного (93487)

Посмотреть архив целиком

1. В отношениях врача к больному содержится диалектиче­ское единство устойчивого, принципиального и динамическо­го, изменяющегося. Выбор правильного их соотношения, умение модифицировать научные и этические принципы без потери их сущности в зависимости от особенностей больного и ситуаций профессиональной деятельности являются важ­ной научно-педагогической проблемой медицины. С одной стороны, для врача недопустимы торопливость, пустая трата времени и сил. Они вызывают у больного ощущение нена­дежности. Не случайно в истории медицины мудрость врача всегда была и остается связанной с внутренней силой и спокойствием, не подвластным колебаниям повседневности. Отсюда и поговорка: «Спокойствие—мудрость сильного»(3.стр43) Твердость духа не должна позволять врачу выходить из себя при неудачах и трудностях. Сущность человеческого во враче—это спокойная устойчивость этической перспективы, волевое и интеллектуальное преодоление трудностей в ее практическом осуществлении. В таком понимании спокой­ствия нет ничего от равнодушия.

В философии давно сложилось видение сущности как единого в явлениях, как устойчивого и спокойного. Конспек­тируя книгу Гегеля «Наука логики», В. И. Ленин специально выделяет эту диалектическую мысль: «... Несущественное, кажущееся, поверхностное чаще исчезает, не так «плотно» держится, не так «крепко сидит», как «сущность»(2.стр.25). Сущность врачевания—человечность, это закон жизнеде­ятельности врача, это спокойное, устойчивое в его беспокой­ной и внешне динамической деятельности. Такому врачу, - воспитавшему в себе высокую и несокрушимую человеч­ность, больной доверяет- жизнь, спокойно пойдет на риско­ванную, но необходимую операцию. В общении с врачом больной и сам становится чище и человечнее.

Вместе с тем работа врача богата многообразием ситу­аций, динамично и противоречива. Провести нравственную черту через это изменяющееся многообразие жизни не просто. Этому надо учиться и учиться. Особенности медици­ны состоят не только во внешней стороне условий деятель­ности, но прежде всего в их смысловой значимости для человека, для его судьбы. С этой точки зрения «... в медицине все величаво, трепетно, значимо. Это такая сфера деятельности, где нет мелочей, нет незамеченных поступков, взглядов, переживаний. Здесь все, даже незначительный будничный факт человеческого участия, волнует с не мень­шей силой, чем большие жизненно важные деяния. Врачеб­ный долг не знает мелочей, он строг и нетерпим к любым погрешностям, он не проходит мимо любой занозы, которая ранит сердце больного. Совестливость и порядочность, вели­кодушие и доброжелательность, благородство и внимание, такт и вежливость во всем, что касается жизни и здоровья больного, должны выступать у врача как привычные, пов­седневные нормы поведения'. Эти уникальные особенности медицины определяют одну из важнейших заповедей — тщательность и осторожность во всем. М. Я. Мудров указы­вал: «Все, что ни делаешь, не делай наудачу, не делай как попало»(1стр.54) Сформулировать призвание, воспитать общую культуру, дать образование и профессиональные навыки — важная задача подготовки врача. Все эти качества должны быть воплощены в практике, в условиях работы лечебно-профилактических учреждений. Для этого мало знать сущ­ность той или иной болезни, лечебных и профилактических мероприятий. Жизнь ставит врача в такие условия, когда все общие положения проявляются в причудливом и противоре­чивом переплетении. Возникают системы мотиваций, в кото­рых нелегко определить главное и второстепенное.

Понятие качества деятельности врача — не сумма свойств его личности, а их органический сплав на основе практиче­ского умения, отвечающего не только на вопрос «что надо делать», но и «как надо делать». Качество и культура работы врача связаны с понятием способа деятельности. Как известно, объект врачебной деятельности, независимо от различий предмета медицинских специальностей, есть в то же время и субъект, личность. Из этого существенного обстоятельства вытекает требование, чтобы в способе де­ятельности врача всегда и при всех условиях учитывался в качестве одного из ведущих личностный фактор.

Вне понятия характера деятельности отношения врач — больной превращаются в абстракцию, лишенную конкретно-исторического содержания; больной для врача становится просто случаем, а его социальные функции сводятся к формальному долгу назначений в соответствии с модифика­циями случаев. Такая функция действительно поддается алгоритмизации и моделированию в ЭВМ. Однако на медици ну всегда смотрели как на нечто бесконечно большее, чем формальная функция, т. е. как на живое, полнокровное социальное отношение, в котором врач видит призвание и способ самовыражения человеческой сущности, а больной – понимание, сочувствие, облегчение, всестороннюю помощь в сохранении жизни и здоровья.

История медицины выработала такой способ отношений, который наполняет схему подлинно человеческим содержа­нием,—это врачебная тактика, этика, деонтология. Названия были разными, но суть их—общая. Медицинская деонтоло­гия—исторический продукт. Он имеет над индивидуальный характер. Независимо от степени выполнения норм врачеб­ная этика и деонтология существуют как свод писаных и неписаных формул, имеющих объективное историческое содержание. От невыполнения этих норм страдает не сама по себе деонтология, как безличный духовный продукт исто­рии, а реальные больные люди, пришедшие к врачу в данное время и в данном месте. В этических кодексах «кумулировался» опыт многих поколений врачей, содержание этих кодексов—бесценное наследие прошлого. Вся глубина и значимость их открываются тому, кто вдумается в их содержание и примет его как должное. Посредством включе­ния врачебной этики и деонтологии практическая деятель­ность врача наполняется культурно-историческим содержа­нием, становится адекватным человеческой сущности спосо­бом деятельности, личной культурой. В своем историческом возникновении и развитии деонтология полностью обязана моральному фактору, хотя с внешней стороны она и пред­ставляет свод профессионально-служебных предписаний. В классово-антагонистическом обществе эта зависимость зату­шевывается, в результате чего врачебный этикет становится внеморальным. За ширмой его внешней вежливости может скрываться нравственное или юридическое преступление.

Глубинная связь деонтологии с общечеловеческим содер­жанием морали важна для понимания системы деонтологии как единственно адекватного культурно-исторического спо­соба профессиональной деятельности. Утверждая суверен­ность медицинской этики и деонтологии как духовного продукта истории медицины, следует в то же время подчер­кнуть их открытость для будущего, для развития. Не только сохранить, но передать новым поколениям врачебную этику и деонтологию в обогащенном, виде — таков нравственный долг врача. Для этого необходимо выяснить систему истори­ческой мотивации этических и деонтологических норм, по­нять, чем обусловлены и какими факторами они модифици­ровались.

2 Структура мотиваций деонтологии сложна и многообраз­на, включает классовые, национальные, политические (иде­ологические), эстетические, психологические факторы, кото­рые влияют на сущность, содержание и форму деонтологи­ческих принципов, норм, требований, этикета, а также их теоретическое обоснование. Из всего многообразия мотивации остановимся на медико-психологических, поскольку они приобретают возрастающую роль и вместе с тем наименее разработаны.

Существенную роль в мотивации (обосновании) деонтологических норм и требований играют психологические ситу­ации конкретных специальностей и психологические особен­ности больных. Необходимость развития медицинской психо­логии обусловлена потребностью совершенствования деонто­логии как способа дальнейшего повышения культуры меди­цинского обслуживания. Медицинская психология, как изве­стно. способна выполнять и другие специальные функции, е частности, она разрабатывает психологические тесты диаг­ностики и ряд важных методов лечения и предупреждения болезней (анамнез, психотерапия и психопрофилактика).

М. Я. Мудров ставил в прямую зависимость искусство врачевания от умения учитывать психологию больного «Зная взаимные друг на друга действия души и тела, долгом почитаю заметить, что есть и душевные лекарства, которые врачуют тело. Они исчерпываются из науки мудрости, чаще из психологии. Сим искусством печального утешишь, серди­того умягчишь, нетерпеливого успокоишь, бешеного остано­вишь, дерзкого испугаешь, робкого сделаешь смелым, скрытного откровенным, отчаянного благодетельным. Сим искусством сообщается больным та твердость духа. которая побеждает телесные боли, тоску, метания и которая самые болезни, например, нервические, иногда покоряет воле боль­ного»(2стр64).

О роли психологии в медицинской практике писали также С. П. Боткин, А. И. Остроумов, И. М. Сеченов. Г. И. Россолимо. И. П. Павлов. В. М. Бехтерев и др. И, П. Павлов неоднократно говорил, что врачу непременно нужно быть еще и психологом, а Г. И. Россолимо характеризовал психо­логическое взаимодействие врача и больного как наиболее существенную черту медицины: «Обращаясь к врачу, боль­ной идет как человек к человеку, но как человек более слабый к более сильному, потому что он в нем нуждается»(2.стр46).

Преимущества одного врача перед другим обусловлены не только лекарственной терапией, так как лекарства в руках всех врачей в основном одни и те же. Отличительным фактором являются профессиональные знания и умение применить их к каждому конкретному больному с учетом его психологических и других особенностей. В одних случаях врач может убеждать больного в возможности улучшение его состояния, но его убеждения не достигают цели и не успокаивают больного, в других—врач. не распространяясь о многом, умеет возбудить у больного доверие, веру в выздоровление, что вызывает хорошее настроение и приводит к благоприятному течению заболевания. Если врач смог вызвать доверие больного и добился веры его в радостную перспективу, он с наибольшим эффектом применяет лекар­ственную терапию. Следовательно, врач должен обладать не только суммой знаний, но и высокими нравственными каче­ствами, умением распознавать личность и психологию боль­ного, располагать к себе больного. Единство доброты, спокойной мудрости, готовности понять и помочь, надеж­ность, добродушие и теплота—все эти душевные качества объединяются понятием личного обаяния, которое, к сожа­лению, в педагогической практике вспоминается редко.


Случайные файлы

Файл
76554-1.rtf
19189.rtf
1672.rtf
122161.doc
71739-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.