Предмет, задачи и методы патологии (93319)

Посмотреть архив целиком

Предмет, задачи и методы патологии, общие проявления обмена

веществ


Патология — обширная область биологии, изучающая проявления измененной или нарушенной жизнедеятельности. Термин этот родился в глубокой древности и первоначально отражал чисто субъективные переживания человека, почему-либо испытывавшего страдание. Правда, уже Гален вкладывал в термин «патология» очень широкое содержание. Фактически он ставил знак равенства между патологией и этиологией, а последняя включала в себя все проявления нарушенной жизнедеятельности, т. е. и морфологические изменения.

Внутри патологии возникли и до сих пор возникают ветвления, как бы самостоятельные отрасли знания. С одной стороны, это увеличивает общее количество накапливаемых фактов, общий багаж знаний, расширяет возможности лечения, профилактики и гигиены; с другой стороны, создает некоторую угрозу потеряться в частном, побочном, случайном, остаться на поверхности явлений. Для широкого круга патологов, работающих в обстановке клиник, больниц, создается опасность превратиться в лабораторный отсек медицины, в специалистов, обслуживающих только непосредственные задачи практики. Многие из них отходят от научно-исследовательских задач, т. е. от глубоких теоретических исследований, составляющих, как известно, сердцевину всякой науки. Философия со своей стороны зарегистрировала этот отход от теории как позитивизм, прагматизм с их ставкой на практическую полезность факта, на практическую выгодность мысли.

Основная задача патологии как науки заключается в понятии и обнаружении взаимосвязанных принципов и выведение законов и теорий. Таким образом, теоретическим фундаментом современной практической медицины является общая теория патологии, изучающая общие закономерности, лежащие в основе патологических процессов.

Наряду с дроблением медицины на отдельные специальности внутри патологии также возникли многочисленные уклоны: патоморфология (точное описание изменений и морфогенез), экспериментальная морфология, патофизиология, экспериментальная патология, сравнительная патология, палеопатология, невропатология с нейрогистологией, патохимия и т.п. Все это свидетельствует о широте возникших задач, о невозможности в области патологии сосредоточенно работать по всем направлениям. Вместе с тем становится очевидным, что крайняя децентрализация знаний, слабо сдерживаемая противоположной тенденцией, грозит основам теории, особенно если учесть, что эти основы отнюдь не являются только медицинскими. Закономерности, которым следуют частные патологические процессы, являются закономерностями общебиологическими; последние лишь своеобразно преломляются в частных процессах. Только изучение общих закономерностей может приблизить нас к пониманию частных явлений, их сущности; только таким путем мир патологических явлений предстанет перед нами как проявление взаимосвязи вещей, а не как хаос, беспорядок или игра случайностей.

На долю общей патологии и выпадает задача нивелировать эту разобщенность, поскольку общая патология «пользуется всеми данными, выработанными другими науками», и, кроме того, пополняет «то, чего недостает в этих данных с точки зрения общепатологической».

А недостает многого! «Общепатолог» В.В. Пашутин писал: «Общая патология относится к наблюдаемым патологическим процессам с целями более философскими, она не стесняется никакими врачебными задачами и ведет свою абстракцию, свои выводы гораздо далее, чем частная патология; задача общей патологии выяснить те законы, которыми направляются процессы, совершающиеся в больном органе; подобно, нормальной физиологии общая патология преследует, прежде всего, исключительно научные цели». И далее: «Общая патология представляет... ту отрасль знания, в которой должно сконцентрировать все, что выработано... различными медицинскими науками и что может служить к уяснению патологических процессов во всей их полноте», «разделение наших знаний на отдельные науки имеет чисто искусственный характер».

В.К. Линдеман видел основную задачу общей патологии в «изучении законов, управляющих патологическими явлениями». Общая патология, по Линдеману, — это «самостоятельная биологическая дисциплина»; она «касается явлений всего органического мира», а ее конечная цель — «установление основных законов жизни».

Впрочем, эту «конечную цель» хорошо предвидели Rokitansky и Virchow. «Перенося патологию в область естествознания, патологическая анатомия проложила дорогу в такую глубину своего предмета, какая только доступна уму человеческому».

Сейчас к сказанному хочется добавить, что не только выработанное различными медицинскими науками может способствовать уяснению патологических процессов, но и выработанное другими науками, прежде всего биологией, химией, физикой, математикой. Революционизирующее значение открытий в области этих наук снимает покрывало загадочности со многих явлений природы и одновременно углубляет наши знания в области закономерностей объективного мира, устраняя научные предрассудки; порожденные в свое время как бессилием человека перед лицом непонятных законов природы, так и чувством его зависимости от этих законов. Здесь же вскрывается и положение, важное для будущего развития медицины; медицина не может развиваться обособленно от общего круга естественных наук. Основным элементом, связующим медицину с естествознанием, и является общая патология, а по сути дела биология и экология человека.

Изложение основ общей патологии вводит нас в контакт с такими дисциплинами, как анатомия, физиология, эмбриология, биохимия, микробиология, иммунология и т.д. Общая патология синтезирует и по-своему претворяет факты, полученные этими дисциплинами, сопоставляя их с данными клинической практики.

Этот синтез реально привел к невозможности разграничения всех трех классических дисциплин, на которых вырастала медицина,— морфологии, физиологии и биохимии. Соответствующие методы взаимно проникают и дополняют друг друга. Ушел в историю и антагонизм между гуморальной и солидарной патологией. Односторонность теоретического развития как некий закон этого развития была устранена диалектической логикой развития научных знаний, т.е. «стратегией научного мышления».

Вопрос о раскрытии сущности процессов, наблюдаемых в патологии, как и в физиологии, выходит за рамки узко медицинских аспектов и приближает нас вплотную к закономерностям общебиологическим. Знание клиники, морфологии, биохимии, этиологии, патогенеза данного явления еще не позволяет судить о биологической сущности этого же явления, т.е. соответствующего закона природы. Эта сущность лежит не в тех или других внешних проявлениях..., не в той или другой внешней причине, а исключительно в реакции со стороны организма, позволяющей ему сохранить свою жизнь при изменившихся условиях, в приобретении этим организмом новых свойств, являющихся, смотря по обстоятельствам, то стационарников). Bernard вообще протестовал против обозначения физиологии «нормальной» или «патологической», справедливо указывая, что это ничего не значащие слова, что существует лишь физиология как большая наука о жизни. «Патология больного человека и физиология здорового человека суть лишь два лица физиологии человека: от одного случая к другому законы не изменяются».

Ф.С. Цицурин указывал, что болезнь и здоровье суть только различные стороны жизни, действующей по одним и тем же законам. Говоря о «физиологии больного человека», Ф.С. Цицурин ставил знак равенства между патологической физиологией и физиологической патологией.

Charcot считал «нормальным» идти от патологии к изучению физиологии, а не наоборот. Еще раньше Coleridge S. (Literary Remains, London, 1836-1839, V. I) писал: «Законы духа и тела могут быть выведены из патологических данных».

О принципиальном тождестве физиологических и патологических процессов говорят и методы их изучения: «Клинические картины болезней по существу ничем не отличаются от физиологических функциональных картин и потому должны анализироваться одинаковыми методами».

Словом, если физиологические реакции представляют собой некий динамический и морфологический стереотип, то превращение его в стереотип патологический отнюдь не является просто «нарушением функций», или «повреждением» их, а лишь своеобразным приспособлением физиологических функций к данным условиям существования.

«Ни произведения природы, отдельно взятые, ни понятия никогда, не достигают полноты» (Д.И. Менделеев). Многоплановость явлений жизни не позволяет научно и объективно разграничить понятия «здоровье» и «болезнь». Относительность обоих понятий, в частности, хорошо раскрывается в старости, в ее неизбежных недугах. Только исходя из субъективных ощущений и переживаний, перенося последние на явления природы, можно проводить указанное разграничение.

В свете изложенного отпадает и обывательская оценка патологических процессов как просто «ненормальных» (в противоположность «нормальным», т.е. физиологическим), или как хаоса, дезорганизации, беспорядка.

Исходя из фундаментального значения, общая патология должна раскрыть общие закономерности возникновения, течения и исхода патологических процессов и болезней человека на основе интеграции наиболее существенных достижений патобиохимии, патофизиологии, патоморфологии, других медико-биологических наук и клинических дисциплин, и сформировать, таким образом, базу современной теории патологии, также обеспечить понимание новых направлений в профилактике, диагностике, лечении и реабилитации больных.


Случайные файлы

Файл
rastwory.doc
59603.rtf
179897.rtf
177846.rtf
16571.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.