Логика. Формальная или диалектическая? (FORMAL)

Посмотреть архив целиком

28



Каталевский Владимир


ФОРМАЛЬНАЯ или ДИАЛЕКТИЧЕСКАЯ?


Когда человек пользуется формальной логикой, а когда диалекти­ческой?

Тогда, когда человек рассматривает вопрос или решает задачу, проблему односторонне, - он прибегает к помощи формальной логи­ки. Тогда же, когда человек при решении задачи всесторонне, во взаимосвязи всех сторон рассматривает необходимый ему предмет, тогда он пользуется диалектической логикой.

Так какой подход, формальный или диалектический, отвечает точ­нее, глубже?

Диалектический.

За логикой, за подходом к решению той или иной задачи скрывает­ся классовый интерес. Логика партийна.

Какова природа и сущность формальной логики?

Основной закон формальной логики рождается глубоким кризисом, гибелью полиса, строя древних греков. Лучшие умы аристократии - в поиске спасения, в поиске причины распада полисов. Задача наит­руднейшая. Заостряется вопрос о пути познания. Как правильно най­ти ответ на поставленную задачу? Каков путь познания? Каков пра­вильный метод познания? Что есть человек? "Познай самого себя", - таков призыв времени к каждому древнему греку. Рождается филосо­фия, наука исследующая природу и сущность мышления, где сущность мышления была открыта раньше (Гегель) природы мышления (К.Маркс), точнее, на открытие природы мышления И.Кант натолкнулся раньше, чем было открыто сущность мышления, "но он вынужден был своими собственными руками закапывать его. Ибо время ещё не пришло" [1. 89].

Культура и дисциплина мышления является мощным орудием и гроз­ным оружием. В классовом обществе логика подчинена интересам гос­подствующего класса. "Господству­ющие мысли суть не что иное, как идеальное выражение господствующих материальных отношений, как выражение в виде мыслей господствующие материальные отношения; следовательно, это - выражение тех отношений, которые как раз и делают один этот класс господствующим; это, следовательно, мысли его господства"[2.59].

Фактически перед философами аристократии стояла весьма противо­речивая задача: открыть для себя и аристократии одновременно скрыть от народа верный метод познания, скрыть сущность происхо­дящего. Но Аристотель дерзнул обнародовать своё учение. "Узнав, что Аристотель распространяет в публике сочинения о своей филосо­фии, Александр (Македонский.Авт.) писал ему из центра Азии, что тому не следовало делать общим достоянием то, о чём они вместе философствовали, а Аристотель в свою защиту отвечал, что его уче­ние хотя и обнародавано, но вместе с тем и не обнародовано..."[3. 280].

Аристотель, как верный слуга своего господина, хорошо осознаёт, что "по природе своей философия есть нечто эзотерическое, не для толпы сотворённое и к приготовлению для вкусов толпы не приспосо­бленное; она потому и философия, что прямо противоположна рассуд­ку, а тем более здравому человеческому смыслу, под которым пони­мается пространственная и временная ограниченность извечного ро­да, поколения людей; относительно здравого смысла мир философии в себе и для себя есть мир перевёрнутый"[3.279-280].

Но времена меняются, а вместе с ними приходит и другой господин, хозяин. На смену одного господствующего класса приходит диктатура другого класса. Сегодня мы живём в эпоху социальной революции. Буржуазия уже не является прогрессивным классом и её философия сегодня как никогда реакционна. Для неё смертельно раскрывать сущность явлений, логику вещей. Тогда как для пролетариата, на­против, чем революционнее наука, тем она более согласуется с ин­тересами рабочего класса. "Подобно тому как философия находит в пролетариате своё материальное оружие, так и пролетариат находит в философии своё духовное оружие..."[4.428]. "Перед союзом пред­ставителей науки, пролетариата и техники не устоит никакая тёмная сила"[5.189].

Разумеется, не все трудящиеся однозначно относятся к философии и многие из них на неё смотрят отчуждённо, с недоверием, как к праздной потаскухе, которая тысячелетиями только и знала, что об­манывала простой люд в угоду аристократии, бюрократии.

"Философия, взятая в её систематическом развитии, не популярна; её таинственное самоуглубление является в глазах непосвящённых в такой же мере чудаческим, как и непрактичным занятием; на неё смотрят как на профессора магии, заклинания которого звучат тор­жественно, потому что никто их не понимает"[6.105].

Но философия родилась не от праздного ума, а от требования по­стоянных кризисов, которые нередко встречаются на пути человечес­тва и не так-то легко поддаются решению. "...Волей-неволей прихо­дится мыслить"[7.174]. Более того, всё чаще приходится обращать внимание на само мышление, на подход, метод познания, куда пере­носятся страсти противоположных классов, чтобы вновь и вновь вып­леснуться на арену баррикад. Основным препятствием для человечества часто выступает интерес отжившего класса. Философия - наука забияк. Философия - наука ершистая и мстительная.

Социальные революции являются "творчеством масс" (Ленин), болез­ненный поиск выхода из кризиса. Революционное руководство по сво­ей природе и сути есть творческий коллектив, есть дирижёр "твор­чества масс". Революционное руководство, утратившее способность творить, рождает Генералиссимуса.

Гегель свой диалектический метод познания называл путём открытий. Именно диалектический метод приводит к истине.

А как же тогда во многих отрослях науки (математика, физика и пр.) к истине приходят благодаря формальной логике, её основному закону?

А каков основной закон формальной логики?

"...Невозможно, чтобы одно и то же в одно и то же время было и не было присуще одному и тому же в одном и том же отношении... - это, конечно, самое достоверное из всех начал... Конечно, не мо­жет кто бы то ни было считать одно и то же существующим и не су­ществующим, как это, по мнению некоторых, утверждает Гераклит; но дело в том, что нет необходимости считать действительным то, что утверждаешь на словах. Если невозможно, чтобы противоположности были в одно и то же время присущи одному и тому же... и если там, где одно мнение противоположно другому, имеется противоречие, то очевидно, что один и тот же человек не может в одно и то же время считать одно и то же существующим и не существующим; в самом де­ле, тот, кто в этом ошибается, имел бы в одно и то же время про­тивоположные друг другу мнения. Поэтому все, кто приводит доказа­тельство, сводят его к этому положению как к последнему: ведь по природе оно начало даже для всех других аксиом"[8.125].

Выразим кратко основной закон формальной логики:

"Невозможно считать одно и то же существующим и не существую­щим".

А каков принцип диалектической логики?

"Одно и то же существует и не существует".

Мы имеем два координально противоположных принципа познания!! Но разве математика, родная сестра формальной логики, не доказала правоту принципа именно формальной логики?

Ни элементарная, ни высшая математики никогда не прибегали к помощи формальной логики. Во всех случаях они достигают истины благодаря только методу диалектической логики.

Здесь мы рассмотрим два классических примера, которые если уж и не убедят читателя в нашем утверждении, то, по крайней мере, заставят сомневаться в безоговорочной правоте утверждений Аристотеля.

Но чтобы основательно переломить формальнологическую позицию читателя, мы покажем, что закон тождества, постоянно применяемый формальной логикой, в действительности доказывается диалектичес­кой логикой, т. е. суть становление диалектики, а отнюдь не фор­мальной логики.

А = А. Чтобы убедиться, что А = А, необходимо А наложить са­мо на себя, А должно совпасть с собой. Но прежде, чем А нало­жить на себя самою, необходимо её отделить, оторвать от самой се­бя (ибо как иначе возможно произвести наложение?). Оторвав А от самоё себя, мы видим, что А здесь одновременно не здесь. Проти­воречие! Как разрешается это противоречие? Возратом к себе, сов­падением А с самоей собой.

Наглядно ход нашего суждения представим в сжатой форме:

А - не-А - не-не-А - А. То есть ход нашего суждения есть не что иное, как становление закона тождества через отрицание и отрица­ние отрицания. Отрицание же есть не что иное, как практика чело­вечества. Когда мы непосредственно наблюдаем закон тождества как А = А, то мы его наблюдаем уже в снятом (aufheben) отрицании, ис­пытанном виде. Мы не осознаём этого, но мысленно, идеально, мгно­венно (вне "пространств(а) и времен(и)"[3.280]) мы это проделыва­ем. Мысленно, мгновенно мы проделали ... -не... - не-не... -, ибо это есть не что иное, как "практика человека, миллиарды раз пов­торяясь, закрепляется в сознании человека фигурами логики. Фигуры эти имеют прочность предрассудка, аксиоматический характер именно (и только) в силу этого миллиардного повторения"[9.198].

Теперь мы рассмотрим знаменитое доказательство теоремы Пифагора и решение легендарной задачи Архимеда, чтобы видеть, как гений позволяет ""перейти границу"" [9.231].

"Теорема Пифагора

Пусть дан прямоугольный треугольник, стороны которого а, b и с (черт.1).

Черт. 1

Построим на его сторонах квадраты. Площади этих квадратов со­ответственно равны а2, b2 и с2. Докажем, что с2 = а2 + b2.

Построим два квадрата МКОР и М'К'О'Р' (черт.2, 3), приняв


черт.2 черт.3

за сторону каждого из них отрезок, равный сумме катетов прямоуго­льного треугольника АВС. Выполнив в этих квадратах построения, показанные на чертежах 2 и 3, мы увидим, что квадрат МКОР раз­бился на два квадрата с площадями а2 и b2 и четыре равных пря­моугольных треугольника, каждый из которых равен прямоугольному треугольнику АВС. Квадрат М'К'О'Р' разбился на четырехугольник (он на чертеже 3 заштрихован) и четыре прямоугольных треугольни­ка, каждый из которых также равен треугольнику АВС. Заштрихован­ный четырехугольник - квадрат, так как стороны его равны (каждая равна гипотенузе треугольника АВС, т.е. с), а углы - прямые (< 1 + < 2 = 90°, откуда < 3 = 90°).

Таким образом, сумма площадей квадратов, построенных на кате­тах (на чертеже 2 эти квадраты заштрихованы), равна площади квадрата МКОР без суммы площадей четырех равных треугольников, а площадь квадрата, построенного на гипотенузе (на чертеже 3 этот квадрат тоже заштрихован), равна площади квадрата М'К'О'Р', рав­ного квадрату МКОР, без суммы площадей четырех таких же треуго­льников. Следовательно, площадь квадрата, построенного на гипоте­нузе прямоугольного треугольника, равна сумме площадей квадратов, построенных на катетах.

Получаем формулу с2 = а2 + b2, где с - гипотенуза, а и b - катеты прямоугольного треугольника.

Теорему Пифагора кратко принято формулировать так:

Квадрат гипотенузы прямоугольного треугольника равен сумме квадратов катетов"[10.115-116].

Доказательство теоремы Пифагора является одним из тех шедев­ров гения человечества, который своей простотой, красотой обвора­живает сердце и ум, приводит в экстаз восхищения. Такие шедевры притягательны не тем, что открывают, а, наоборот, что обнаружива­ют до осязания загадочность гениальности самой по себе и именно эта загадочность гениальности вновь и вновь манит к себе, будора­жит, пьянит.

С анализа доказательства теоремы Пифагора мы и начнем непос­редственно, конкретно убеждаться, видеть (see - видеть, понимать) правоту гения Гегеля, что вещи подчиняются логике Гегеля, вернее, наоборот, что логика Гегеля следует за развитием вещей.

До сих пор математики убеждены, что их открытия, доказатель­ства, или доказательство открытий, опирается на основные законы формальной логики, или исходят из них как из принципа, "само(го) достоверно(го) из всех начал"[8.125]. Но это убеждение математи­ков на деле является их с у щ е с т в е н н ы м з а б л у ж д е­ н и е м. При доказательстве или решении они (математики, ученые) незаметно для всех, в том числе и для себя, позволяют себе ""пе­рейти границу""[9.231], т. е. непременно нарушают категорический запрет формальной логики, взрывают ее принцип. "Они не сознают этого, но они это делают"[11.84].

Еще раз внимательно рассматриваем математическое доказатель­ство теоремы Пифагора и анализируем его, мы на конкретном окуна­емся в "бесконечный процесс раскрытия новых сторон, отноше­ний etc... бесконечный процесс углубления познания человеком ве­щи, явлений, процессов и т. д. от явлений к сущности и от менее глубокой к более глубокой сущности"[9.203].

Мы не сомневаемся в доказательстве теоремы Пифагора и его вы­воде, что квадрат гипотенузы прямоугольного треугольника равен сумме квадратов катетов. Мы категорически, существенно не соглас­ны с тем, что математическое доказательство теоремы Пифагора опи­рается на основные законы формальной логики. В этом суть! Мы сом­неваемся в последовательности хода доказательства ( и не только теоремы Пифагора) математиков. Они скрыли, утаили от нас мелочь, но мелочь существенную, точнее, они скрали, скостили от нас (и более всего от себя) существенный отрезок доказательства (факти­чески упустили суть дела).

Вопрос первый:

Откуда у математиков появились "два квадрата МКОР и М'К'О'Р'" [10.115] (черт. 2 и 3), или какова природа этих двух квадратов, что нас вынуждает их строить?

Вопрос второй:

И почему вдруг(!), неожиданно, мимоходом сообщается, что ква­драты МКОР и М'К'О'Р' "равн(ы)"[10.115]?

Откуда взялось равенство квадратов МКОР и М'К'О'Р'?

Ответ математика на последний наш вопрос:

"...Сумма площадей квадратов, построенных на катетах (на чер­теже 2 эти квадраты заштрихованы), равна площади квадрата МКОР без суммы площадей четырех равных треугольников, а площадь квад­рата, построенного на гипотенузе ( на чертеже 3 этот квадрат тоже заштрихован), равна площади квадрата М'К'О'Р', равного квадрату МКОР..."[10.116].

Стоп!

А откуда равенство квадратов М'K'О'P' и МКОР?

Мы никогда не выйдем из этого круговращения нашего вопроса и ответа математика, если полностью доверимся только доказательству математика. Еще ни один математик не задавался этим вопросом, для него и так "легко видеть".

Если математику "легко видеть" с2 = а2 + b2, то пусть нам ука­жет, объяснит откуда у него в доказательстве вынырнуло равенство квадратов М'К'О'P' и МКОР, и, вообще, какова природа этих квадра­тов. "Кстати. Гегель неоднократно подсмеивался... над словом (и понятием) еrklaren, объяснение, должно быть противопологая мета­физическому решению раз и навсегда ("объяснили"!!) вечный процесс познания глубже и глубже"[9.115].

Ведь ни в условии, ни в выводе математик нам не указывает на неведомо откуда взявшее равенство квадратов М'К'О'Р' и МКОР, тем более о природе этих квадратов. Равенство этих квадратов в дока­зательстве математика вынырнуло ниоткуда, так, мимоходом, вдруг и невзначай, мгновенно, раньше условия и вывода.

Чудо!

И все же как, откуда явилось чудное равенство?

А какова природа теоремы Пифагора?

"Так называемая теорема Пифагора была известна не только для частных случаев, но и в полной общности"[12.43].

Выходит, Пифагор заранее знал вывод, он исходит из вывода, а не идет к нему от неизвестного.

Тогда в чем сущность гения Пифагора?

Как Пифагор шел к своему открытию и какова сущность этого от­крытия?

Посмотрите на разные квадраты с2, а2 и b2 в их разрозненном виде. Мож­но ли при этом видеть, уверенно утверждать, что с2 = а2 + b2 ?

Нет!

Но ведь из практики наверняка известно, что с2 = а2 + b2!!

Категорический ответ Аристотеля:

"Невозможно, чтобы противоположности были в одно и то же время присущи одному и тому же..."[8.125].

Тогда выходит, что Пифагор взялся за невозможное.

Так как же Пифагору удалось преодолеть невозможное, схватить единое во многом и многое в одном?

Если уже из практики было известно, что с2 = а2 + b2, то площадь квадрата построенного на гипотенузе (с), должна совпасть, слить­ся воедино с суммой площадей построенными на катетах (а и b ).

Чтобы это было более наглядно, мы все эти квадраты (черт.1) вырежем, отсоединим друг от друга, а затем непосредственно нало­жим их друг на друга, так как "вообще две какие-нибудь геометри­ческие фигуры считаются равными, если они при наложении могут быть вполне совмещены"[13.48].

И что мы увидим при этом?

Все, что угодно, только не равенство, не совмещение, не сли­яние этих квадратов, т.е. не увидим, что с2 = а2 + b2 .

Возможно ли вообще соединить, наложить друг на друга эти (вы­резанные) такие различные квадраты непосредственно, чтобы они слились воедино?

Нет!

Почему?

"...В таком случае было бы необходимо, чтобы два тела занима­ли одно и то же место..."[8.106], а "находиться в одном и том же месте два тела не могут..."[8.321].

Но ведь с2 = а2 + b2 !

Они, эти квадраты, должны совпасть!

Как же увидеть, как же осуществить непосредственное слияние, единство различных квадратов!?

Вместо двух квадратов МКОР и М'К'О'Р' начертим и вырежем (из любого плоского материала) один квадрат МКОР. Затем поочередно на него (или в него, если это ниша) наложим квадраты, построенные на сторонах катетов, уберем, а затем вместо них наложим квадрат, по­строенный на стороне гипотенузы.

Мы получили то же самое, что и математики, т. е. дважды одно и то же, только математики шли от двух квадратов, неведомо откуда взявших (МКОР и М'К'О'Р'), к их (и тоже неожиданному) равенству, мы же, наоборот, шли от одного квадрата (МКОР) к двум (МКОР и М'К'О'Р') равным.

Фактически здесь не играет роли, как мы идем, от двух квадра­тов (МКОР и М'К'О'Р') как математики, или от одного квадрата (МКОР), но дважды в него (или на него) вкладываем поочередно ква­драты: с2 и затем а2 + b2 , и они нам дают одно и то же (а именно четыре равных треугольника аbс).

Но...

Вырежьте (из бумаги или картона, или из любого плоского мате­риала) квадраты a2 , b2, с2, МКОР и четыре равных треугольника, равных треугольнику аbс, продемонстрируйте перед аудиторией, вкладывая поочередно в (или на) квадрат МКОР квадраты а2 + b2, за­тем квадрат с2 , соответственно ситуации, меняя места расположения четырех равных треугольников в квадрате МКОР. Заметно большее чи­сло человек увидит, схватит, что с2 = а2 + b2, чем когда мы доказы­ваем теорему Пифагора, идя от двух квадратов МКОР и М'К'О'Р'.

Мы действительно добились большей ясности, очевидности в до­казательстве теоремы Пифагора, идя сразу от единства (одного ква­драта МКОР) к его раздвоению (МКОР и М'К'О'Р'), нежели от двух к одному.

Но смогли ли мы при этом в действительности, или, точнее, не­посредственно соединить, слить воедино квадраты а2 + b2 и с2 ?

Нет!

Всякий раз, при демонстрации доказательства теоремы Пифагора, мы вынуждены были необходимостью д в а ж д ы пользоваться квад­ратом МКОР, первый раз накладывая на него сумму квадратов а2 + b2 , второй раз накладывая на него квадрат с2.

Почему д в а ж д ы?

Потому что "невозможно, чтобы два тела (вырезанные квадраты а2 + b2 и с2 . Авт.) находились в одно и то же время в одном и том же месте"[11.409].

Тогда как испытуемые (все мы!) убеждаются в том, что квадрат c2 сливается с суммой квадратов а2 + b2, если нет возможности о д ­н о в р е м е н н о поместить "в одном и том же месте... два те­ла"[20.409], как бы мы не увеличивали скорость поочередного нак­ладывания квадратов с2 и а2 + b2 на квадрат МКОР?

Как!?

Мы все это (связь, взаимопереход разностей, противоположностей, прыжок от одного к другому, скачок) проделываем м ы с л е н н о, в голове!

Чувственно, непосредственно в "пространстве и времен(и)"[3.280] мы действительно не в силах схватить скачка, прыжка от одного к другому, п е р е х о д а ("а э т о с а м о е в а ж н о е" [9. 128]) противоположностей, их единства, слияния, потому, что он, диалектический скачок, проистекает м г н о в е н н о, незаметно, неуловимо чувствами, но если мы схватили, поняли суть вещей, их логику (а ""сущность времени и пространства есть движение...""[9. 231]), значит мы совершили как-то этот диалектический скачок, значит мы позволили ""перейти границу""[9.231] категорического запрета формальной логики, но незаметно для себя и других. "Они не сознают этого, но они это делают"[11.84]. Человек не осознает, не улавливает сущности самой по себе мысли. "В старой логике пе­рехода нет, развития (понятий и мышления), нет "в н у т р е н ­н е й, н е о б х о д и м о й с в я- з и" всех частей и "Ubergan­g'a"(- "перехода". Ред.) одних в другие"[9.88]. ""Оно (фор­мальное мышление. Ред.) составляет для себя об этом определённое осново­положение, что противоречие немыслемо; на самом же деле мышление противоречия есть существенный момент понятия. Формальное мышле­ние фактически и мыслит противоречие, но сейчас же закрывает на него глаза и в упомянутом высказывании" (в изречении, что проти­воречие не мыслемо) "переходит от него лишь к абстрактному отри­цанию""[9.209].

Первым, кто проник к сущности мысли, "в диалектик(у) поняти(я)" [9.178] и был гений Гегеля.

Гений Пифагора в том, что он схватил всеобщее (квадрат МКОР, единство, слияние противоположностей, где ""содержало(сь)... вместе и непосредственност(ь) и опосредствовани(е)""[9.92]), "ПЕРЕХОД от одного к другому, а э т о с а м о е в а ж н о е" [9.128].

Чтобы смелее войти в "царство чистой мысли"[14.103], чтобы явс­твеннее ощутить драматичность поиска решения, мы рассмотрим еще одну конкретную гамлетовскую, пограничную ситуацию; суть решения знаменитой задачи Архимеда.

"Легенда об Архимеде

Существует легенда о том, что Архимед пришел к открытию вели­чины силы, выталкивающей тело из жидкости и газа, размышляя над задачей, заданной ему сиракузским царем (250 лет до н. э.).

Царь Гиерон поручил ему проверить честность мастера, изгото­вившего золотую корону. Хотя корона весила столько, сколько было отпущено на нее золота, царь заподозрил, что она изготовлена из сплава золота с другими, более дешевыми металлами. Архимеду было поручено узнать, не ломая короны, есть ли в ней примесь или нет.

Достоверно неизвестно, каким методом пользовался Архимед (ди­алектическим!! Авт.), но можно предположить следующее. Сначала он нашел, что кусок чистого золота в 19,3 раза тяжелее такого же объема воды. Иначе говоря, плотность золота в 19,3 раза больше плотности воды.

Архимеду надо было найти плотность вещества короны. Если эта плотность оказалась бы больше плотности воды не в 19,3 раза, а в меньшее число раз, значит, корона была изготовлена не из чистого золота.

Взвесить корону было легко, но как найти ее объем? Вот что затрудняло Архимеда, ведь корона была очень сложной формы.

Много дней мучила Архимеда эта задача. И вот однажды, когда он, находясь в бане, погрузился в наполненную водой ванну, его внезапно осенила мысль, давшая решение задачи.

Ликующий и возбужденный своим открытием, Архимед воскликнул: "Эврика! Эврика!", что значит "Нашел! Нашел!".

Архимед взвесил корону сначала в воздухе, затем в воде. По разнице в весе он определил выталкивающую силу, равную весу воды в объеме короны. Определив затем объем короны, он смог уже опре­делить ее плотность. А зная плотность, ответить на вопрос царя: нет ли примесей дешевых металлов в золотой короне?

Легенда говорит, что плотность вещества короны оказалась ме­ньше плотности чистого золота. Тем самым мастер был изобличен в обмане, а наука обогатилась замечательным открытием.

Историки рассказывают, что задача о золотой короне побудила Архимеда заняться вопросом о плавании тел. Результатом этого было появление замечательного сочинения "О плавающих телах", которое дошло до нас.

Седьмое предложение (теорема) этого сочинения сформулировано Архимедом следующим образом:

"Тела, которые тяжелее жидкости, будучи опущены в нее, погру­жаются все глубже, пока не достигают дна, и, пребывая в жидкости, теряют в своем весе столько, сколько весит жидкость, взятая в объеме тел""[15.143-144].

"Сначала он (Архимед. Авт.) нашел, что кусок чистого золота в 19,3 раза тяжелее такого же объема воды"[15.143].

Откуда у физика появилась эта вода?

Оттуда, откуда и у математика равенство квадратов М'К'О'Р' и МКОР в доказательстве теоремы Пифагора.

Архимеду необходимо было "узнать, не ломая короны, есть ли в ней примесь или нет"[15.143].

Все!

Больше ему ничего не дано.

"Узнать, есть ли в ней (короне) примесь или нет", - задача легкая. Взять непосредственно да и расплавить корону, а затем сравнить веса объема расплавленной короны с равным объемом чисто­го золота.

Но...

"Не ломая короны"[15.143]!!

Категорический запрет. Препятствие, которого не обойти.

Расплавить корону одновременно ее сохранить, - вот в чем суть задачи!

Но ведь "имеется противоречие"[8.125]!!

Верно.

Так ведь категорически "невозможно"[8.125](!!) допустить противоречия. Условие, несущее собой противоречие, неразрешимо. Разрешить такую задачу невозможно, "неправомерно уже потому, что исключает какую бы то ни было возможность перейти ("а э т о с а м о е в а ж н о е "[9.128]. Авт.) от первого ко второму. Меж­ду ними образуется пропасть, которую ничем не заполнить"[16.71].

"Аристотель отвечает:... (Архимед разрешит. Авт.), если ему позволят "перейти границу".

И Гегель: "Этот ответ правилен, содержит в себе все""[9.231- 232].

А кто позволит?

Гений!

Итак, перед Архимедом стояли противоположности: расплавить и одновременно не расплавить. "При этом обнаружива(е)тся противоре­чи(е), котор(о)е требу(е)т разрешения"[17.497-499]. "Познание есть вечное, бесконечное приближение мышления к объекту. О т р а ж е н и е природы в мысли человека надо понимать не "мертво", не "абстрактно", н е б е з д в и ж е н и я, н е б е з п р о т и в о р е ч и й , а в вечном п р о ц е с с е движения, возник­новения противоречий и разрешения их"[9.177].

Как расплавить корону одновременно ее не расплавить, т. е. сохранить!!?

Вот что "много дней мучил(о) Архимеда"[15.143]!

"...Чтобы одно и то же в одно и то же время было и не было" [8.125]!!

"...Имеется противоречие, то очевидно, что один и тот же че­ловек не может в одно и то же время считать одно и то же сущест­вующим и не уществующим"[8.125].

"Обычное представление схватывает различие и противоречие, но не переход от одного к другому, а э т о с а м о е в а ж н о е"[9.128].

Прежде всего Архимед погружается в вопрос. Он тонет в нем, им поглощается. Вопрос истязает его, рвет на части.

"Порвалась дней связующая нить.

Как мне обрывки их соединить!"

("Гамлет". У.Шекспир.)

"Остроумие схватывает противоречие, высказывает его, приводит вещи в отношения друг к другу, заставляет "понятие светиться че­рез противоречие", но не выражает понятия вещей и их отношений" [9.128].

Погружая свое тело в ванну, Архимед вдруг увидел, как в ванне из ничего становится больше воды.

Его тело таило, на глазах растворялось, превращалось в жид­кость, воду!!

Эврика!!

"Его внезапно осенила мысль, давшая решение задачи".

"Мыслящий разум (ум) заостривает притупившееся различие раз­личного, простое разнообразие представлений, до существенного ра­зличия, до противоположности. Лишь поднятые на вершину противоре­чия, разнообразия становятся подвижными (regsam) и живыми по от­ношению одно к другому, - приобретают ту негативность, которая является в н у т р е н н е й п у л ь с а ц и е й с а м о­ д в и ж е н и я и ж и з н е н н о с т и" [9.128].

Разум суть смерть одновременно бессмертие; суть жертва собой одновременно спасение; суть спасение кувырком через смерть (спас­тись - выйти из (с) пасти); суть идея.

Архимед настолько вжился в свой образ, образ царской короны, что его тело было ощущением короны. А разве магическое мышление дикаря не превращает его самого в животных, камень и т. п.? По­гружая свое тело в ванну с водой, Архимед воочию увидел, как цар­ская корона расплавлялась, оставаясь одновременно целой.

Чудо!?

Диво! (Удивиться - оказаться у дива. "...Удивление побуждает людей философствовать..."[8.69]. Диво есть процесс творения, суть из ничего нечто).

""Н е т" (курсив Гегеля) "ничего ни... в природе, ни в духе, ни где бы то ни было, что не содержало бы вместе и непосредствен­ности и опосредствования""[9.92].

Далеко не случайно, что именно Архимед начал впервые созна­тельно применять дифференциальное исчисление, хотя еще его "ме­тод носит только частный характер"[18.505].

"Треугольник" Л.Выготского осуществляется задолго до рождения самого Л.Выготского. Осуществляется и при его жизни и после неё. Закон. Объективная реальность, которую ученые не в силах еще рас­смотреть (или принять!?).

"Все эти процессы и все эти методы мышления не укладываются в рамки метафизического мышления. Для диалектики же, для которой существенно то, что она берет вещи и их умственные отражения в их взаимной связи, в их сцеплении, в их движении, в их возникновении и исчезновении, - такие процессы, как вышеуказанные, напротив, лишь подтверждают её собственный метод исследования. Природа яв­ляется пробным камнем для диалектики, и надо сказать, что совре­менное естествознание доставило для такой пробы чрезвычайно бога­тый, с каждым днем увеличивающийся материал и этим материалом до­казано, что в природе все совершается в конечном счете диалекти­чески, а не метафизически. Но так как и до сих пор можно по паль­цам перечесть естествоиспытателей, научившихся мыслить диалекти­чески (т. е. сознательно применять диалектический метод при поис­ке решения. Авт.), то этот конфликт между достигнутыми и укорени­вшимся способом мышления вполне объясняет ту безграничную путани­цу, которая господствует теперь в теоретическом естествознании и одинаково приводит в отчаяние как учителей, так и учеников, как писателей, так и читателей"[19.19-22].

"Мысль рождается как ересь, а умирает как заблуждение" (Гегель).

Математике долгое время удавалось скрывать в cвоей утробе диа­лектику. Формальная логика категорически запрещает противоречие, диалектику, развитие, движение, творчество, революцию. Математики клятвенно утверждают, что "двигаться могут только материальные тела (материальная точка, материальная линия и пр.). Геометричес­кие же фигуры в научной геометрии суть "объекты чистого мышления, которые не могут быть передвигаемы""[13.49].

Математики допускают две существенные ошибки. Во-первых, геоме­трические фигуры не являются "объектами чистого мышления". Во­-вторых, математикики не ведают природы и сути мышления (мысли).

Уже который раз естествознание натыкается на факт, который взрывает основной закон формальной логики. Впервые с этим фактом ученые столкнулись при открытии Ньютона - Лейбница диффиренциаль­ного и интегрального исчисления. Математика, родная сестра форма­льной логики, первой ""совершила грехопадение"(Энгельс Фр.)"[20. 6].

Здесь мы полностью приводим "appendix" К.Маркса. "В этом при­ложении Маркс объясняет Энгельсу на примере задачи о касательной к параболе сущность дифференциального исчисления"[20.251]. Здесь, даже не имеющему серьезного математического образования, уже мож­но указать на взрыв основного закона формальной логики.

""Приложение"

Ты как-то просил меня во время моего последнего пребывания в Манчестере объяснить дифференциальное исчисление. На следующем примере ты сможешь полностью уяснить себе этот вопрос. Все диффе­ренциальное исчисление возникло первоначально из задачи о прове­дении касательных к произвольной кривой через любую ее точку. На этом же примере я и хочу пояснить тебе существо дела.

Пусть линия mAo - произвольная кривая, природы которой (явля­ется ли она параболой, эллипсом и т. д.) мы не знаем и где в точ­ке m требуется провести касательную.


Рис. 4

Ах - ось. Мы опускаем перпендикуляр mP (ординату) на абсцис­су Ах. Представь себе теперь, что точка n - бесконечно ближай­шая точка кривой возле m. Если я опущу на ось перпендикуляр np, то р должна быть бесконечно ближайшей точкой к Р, а np - бес­конечно ближайшей параллельной линией к mP. Опусти теперь беско­нечно малый перпендикуляр mR на np. Если ты теперь примешь аб­сциссу АР за х, а ординату mP за у, то np = mP (или Rp), увеличенной на бесконечно малое приращение [nR], или [nR] = dy (дифференциал от у), а mR = (Pp) = dx. Так как часть mn каса­тельной бесконечно мала, то она совпадает с соответствующей час­тью самой кривой. Я могу, следовательно, рассматривать mnR как D (треугольник), D-ки же mnR и mTP - подобные треугольники. Поэтому dy (= nR):dx(= mR) = y (= mP):PT (которое есть подкаса­тельная для касательной Tn). Следовательно, подкасательная

dx

РТ = y .

dy

Это и есть общее дифференциальное уравнение для всех точек касания всех кривых. Если мне теперь нужно дальше оперировать с этим уравнением и с его помощью определить величину подкасатель­ной РТ (имея последнюю, мне остается только соединить точки Т и m прямой линией, чтобы получить касательную), то я должен знать, каков специфический характер кривой. В соответствии с ее характером (как парабола, эллипс, циссоида и т. д.) она имеет определенное общее уравнение для ее ординаты и абсциссы каждой точки, которое известно из алгебраической геометрии. Если, напри­мер, кривая mAo есть парабола, то я знаю, что у2 (y - ордината каждой произвольной точки) = ах, где а - параметр параболы, а х - абсцисса, соответствующая ординате у.

Если я подставлю это значение для у в уравнение

dx

РТ = y ,

dy

то я должен, следовательно, искать сначала dy, т. е. найти диффере­нциал от у (выражение, которое добавляется к у при его бесконе­чно малом возрастании). Если y2 = ax, то я знаю из дифференци­ального исчисления, что d(y2) = d(ax) (я должен, разумеется, дифференцировать обе части уравнения) дает 2y dy = a dx (d везде обозначает дифференциал). Следовательно,

2ydy

dx = .

a

Если я подставлю это значение для dx в формулу

ydx

PT = ,

dy

то получу

2y2dy 2y2 2ax

PT = = = (так как y2 = ax) = = 2x.

ady a a

Или: подкасательная для каждой точки m параболы равна двойной абсциссе той же самой точки. Дифференциальные величины исчезают в операции" [20.251-254].

np = mP (или Rp), т. е. np = Rp!

Часть равна целому!!

""Возникновение математического анализа вызвало среди матема­тиков продолжительное смятение. Его и по сей день испытывает каждый, кто ближе сталкивается с основаниями этой науки, претендую­щей на роль хранительницы логики. Получив в руки бесконечное как объект исследования, математики наводнили свою науку страшными призраками..."(А.А.Рывкин)"[21.124].

"...Относительно здравого смысла мир философии в себе и для себя есть мир перевернутый"[3.280].

Гений Гегеля точно уловил, что "природ(а) дифференциального и интегрального исчисления... может быть постигнут(а) только через понятие (а не через представление. Авт.). Переход от величины, как таковой, к этому определению уже не аналитичен. Математика доныне не была в состоянии оправдать собственными силами, т. е. математически, те действия, которые основываются на этом перехо­де, так как этот переход не математической природы"[22.253].

При поиске природы и сущности дифференциального исчисления К.Маркс дела­ет открытие, "имеющ(ее) в высшей степени важное значение"[23.9]. А именно: "...Дифференциальное исчисление выступает как некое специфическое исчисление, которое оперирует уже самостоятельно, на собственной почве..."[20.55-57].

"Оперирует уже самостоятельно"!

Фактически К.Марксом впервые была схвачена вовне мысль сама по себе. Теперь требовалось шаг за шагом раскрыть её в конкретной форме. "Сделано в этом отношении до сих пор немного, потому что очень немногие люди серьезно этим занимались. В этом отношении нам нужна большая помощь, область бесконечно велика, и тот, кто хочет работать серьезно, может многое сделать и отличиться"[24. 371].

Мысль есть овнутренное, перенесенное в голову внешнее действие, тогда как внешнее действие есть не что иное, как решение той или иной задачи, разрешение противоречия.

Хватает ли обезьяна первопалку для устранения препятствия на своём пути к цели, находит ли математик производную функцию или доказывает ту или иную теорему, они проделывают одно и то же, - ... - не-... -не-не... Где ... -не (отрицание) суть действие, действующее орудие, практика, опыт, пытка, вопрошание, вопрос, поиск, анализ, а -не-не суть отрицание отрицания, снятие (aufhe­ben), отбрасывание орудия, прекращение действия, суть достижение цели. "Люди мыслили диалектически задолго до того, как узнали, что такое диалектика..."[23.142]. "...Диалектика головы - только отражение форм движения реального мира, как природы, так и исто­рии"[7.174].

Мышление есть "универсальное орудие"[27.283].

Орудие, мышление "есть отрицательное (das Negative)"[14.78].

Мышление "есть как бы рука; как рука есть орудие орудий..."[8. 440].

Орудие есть продолжение руки, рука есть продолжение зубов, зубы есть вынесенный вовне желудок, глаз есть длинная рука, мозг есть идеальная, магическая рука. Сравнение познания с желудком (желу­док и познание поглащают пищу, пережёвывают, впитывают, усваивают и т. п.) отнюдь не есть аллегория (телесная пища и духовная пи­ща), а есть существенное, суть дела, ибо познание суть длинные, невидимые щупальца всёпожирающего желудка. Вся промышленность есть не что иное, как вынесенные вовне органы человеческого тела, в первую очередь желудок. "Мы видим, что история промышленности и возникшее предметное бытие промышленности являются раскрытой кни­гой человеческих сущностных сил, чувственно представшей перед на­ми человеческой психологией, которую до сих пор рассматривали не в её связи с сущностью человека, а всегда лишь под углом зрения какого-нибудь внешнего отношения полезности..."[25.594].

Человек "созерцает самого себя в созданном им мире"[25.566].

Обнажённая истина звучит грубо, цинично, отвратительно. А внут­ри тела красивой женщины вы ждёте увидеть цветущий, благоухающий сад? Увы, действительность посрамляет наши представления и ожида­ния.

Первый, кто набрёл на глубину истины, был И.Кант.

"...Он искал оснований, и "полномочий" чистого теоретического разума. Но нашёл он нечто cовершенно иное. Оказалось, что никаких собственных "полномочий" у чистого теоретического разума нет и быть не может. Сам по себе он лишь фантом, плод чистого воображе­ния, лишь сновидение. Все свои "полномочия" и всю свою "объектив­ность" он может получить лишь от чего-то совершенно иного, а именно - от по существу своему практической (а отнюдь не теорети­ческой, "познавательной"), предметной, чувственной, сугубо "заин­тересованной" деятельности. Таким образом, на поверку теоретичес­кий разум оказывался: во-первых, не "в самом себе" необходимым разумом, но лишь произвольным воображением, и, во-вторых, не "теоретичес­ким", но практическим. Иными словами, этот наиценнейший "дар бо­жий" - возвышенно созерцательный, ни в чём, кроме "истины", не заинтересованный Разум, оказывался лишь побочным продуктом "низ­менной", "грубо утилитарной" практической деятельности - труда!

Это было колоссальной важности открытием..."[1.88-89].

И.Кант первым открывает природу мышления. Желание - препятствие суть природа мышления.

Кора головного мозга является органом условных образований, "домом разума". А что будет, если кору головного мозга удалить?

"Где замыкается новая условнорефлекторная связь? Какие механиз­мы лежат в её основе? К сожалению, у нас ещё очень мало сведений, чтобы ответить на эти вопросы. Твёрдо установлено одно: в замыка­нии условнорефлекторной связи у высших животных и человека решаю­щая роль принадлежит высшему отделу головного мозга - коре боль­ших полушарий.

Если у собаки путём искусной хирургической операции удалить ко­ру головного мозга, она не погибнет. Сохранится, хотя и ухудшит­ся, деятельность внутренних органов: сердца, лёгких, желудка. Со­бака будет ходить, она сможет разжевать и проглотить пищу, поло­женную ей в рот. Но найти, "узнать" эту пищу собака не в состоя­нии, она умрёт от голода и жажды в комнате, где стоят полные мис­ки с кормом и водой"[26.150].

"Если мы удалим у собаки кору больших полушарий, в том числе высшие центры пищевой реакции, то выделение желудочного сока бу­дет одинаковым при любой еде, будь то хлеб, мясо или молоко. Ис­чезнет тонкое соответствие сока качеству пищи, рефлекс станет грубым, примитивным, неполноценным"[26.148].

Удалив кору больших полушарий, тем самым лишают "длинной руки". "Самую большую площадь на той части поверхности человеческого мозга, которая называется двигательной областью коры, занимают аппараты, управляющие р у к о й, пальцами (особенно большим и указательным) и о р г а н а м и р е ч и: языком, губами, горта­нью.

Чем большее значение имеет тот или иной орган в деятельности человека, чем тоньше анализирует действительность, чем разнообра­знее его движения, тем больше он должен быть представлен в цент­ральной станции управления - в коре головного мозга"[26.264].

Человек созерцает мир орудуя. Он не увидит предмет, не ощупав его, не обежав его. "Глаз вначале следует за ощупывающей рукой, пока не научится видеть самостоятельно, без её помощи. Следова­тельно, для того чтобы увидеть тот или иной предмет, мы должны в буквальном смысле слова осмотреть, "ощупать" его глазами"[26. 285]. Человек не усвоит, не поймёт предмета до тех пор, пока не сделает его. Человек воспринимает мир не только посредством орга­нов чувств, но и мозгом, органом преобразовывающим, перерабатыва­ющим, вооружённым категориями. "К нашему глазу присоединяются не только ещё другие чувства, но и деятельность нашего мышления"[7. 207]. Категории и есть не что иное, как овнутренное орудие, а орудие есть "превращ(ённое) идеально(е) в реальное"[9.104], есть вынесенное вовне идеальное.

"...Без мышления не могут двинуться ни на шаг, для мышления же необходимы логические категории..."[7.179]. Философы и "естество­испытатели в своей массе всё ещё крепко придерживаются старых ме­тафизических категорий и оказываются беспомощными, когда требует­ся рационально объяснить и привести между собой в связь эти но­вейшие факты, которые, так сказать, удостоверяют диалектику в природе"[7.174].

"Собственно историю математики принято начинать с VI - V вв. до н. э., когда в Греции возник новый тип изысканий, составляющий в дальнейшем суть математики как теоретической науки. Но у матема­тической науки есть и предыстория - математика Древнего Востока, прежде всего Египта, Шумера и Вавилона. Восточная математика в отличие от греческой произошла из практической сферы и носила в целом эмпирический характер. В ней содержалось немало важных от­крытий и большое число ценных сведений, позволявших с успехом ре­шать сложные задачи в строительстве, землемерии, составлении ка­лендаря, распределении и учёте рабочей силы, продуктов и т. п. Правда, вавилоняне, развивая свою математику, дошли до таких ве­щей, которые едва ли вызывались сугубо практическими потребностя­ми. В ходе своего обучения вавилонские писцы решали квадратные уравнения, которые, хотя и были сформулированы в численном виде и носили характер хозяйственных задач, явно выходили за пределы то­го, что было реально нужно на практике. Однако вавилонская мате­матика (равно как и астрономия) оставалась вычислительной, а не теоретической: "В подавляющем большинстве случаев конечная цель исследования заключалась в составлении школьной задачи и указании способа её решения".

Коренное отличие греческой математики от восточной состоит в том, что в ней впервые появляется исследование математических проблем в общем виде и дедуктивное доказательство...

К этому добавлялась и неясность причин возникновения теоретиче­ской математики в Греции, и удивительная быстрота, с которой она сформировалась, - ведь от Фалеса до Евклида не прошло и трёх ве­ков!...

Греки отнюдь не утруждали себя поисками материала для доказате­льства - они начали с таких вещей, которые до них никому и в го­лову не приходило доказывать. Как проницательно отмечал один из современных исследователей, "действительно оригинальной и револю­ционизирующей идеей греческой геометрии было стремление найти до­казательство "очевидных" математических фактов". В этом собствен­но и заключался переход от практической и вычислительной матема­тики к теоретической науке"[32.56-57, 60-61].

Так какова "причина возникновения теоретической математики в Греции"?

А каков путь познания?

"От живого созерцания к абстрактному мышлению и от него к прак­тике - таков диалектический путь познания истины, познания объек­тивной реальности"[9.152-153].

Практика человечества столько накопила материала, что чувствам, памяти стало не под силу всё это удерживать. Достояние эмпирии (чувств, памяти, представления) становилось собственностью (усво­ением) мышления, понятия. Понятие (теория) суть сконцентрирован­ная практика всего человечества. "ПРАКТИЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЧЕЛО­ВЕКА МИЛЛИАРДЫ РАЗ ДОЛЖНА БЫЛА ПРИВОДИТЬ СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА К ПОВ­ТОРЕНИЮ РАЗЛИЧНЫХ ЛОГИЧЕСКИХ ФИГУР, ДАБЫ ЭТИ ФИГУРЫ МОГЛИ ПОЛУЧИТЬ ЗНАЧЕНИЕ АКСИОМ"[9.172].

Ведь что есть доказательство "очевидного"?

А это и есть необходимый пройденный путь познания ...не-... -не-не-... То, что вовне (во времени и пространстве) проделано руками Древнего Египта, Шумера и Вавилона, стало мгновенно проде­лываться в голове древнего грека "длинной рукой". Чувства, па­мять, "представление не может схватить движения в ц е л о м (сути движения. Авт.)... а мышление (понятие! Авт.) схватывает.." [9.209]. Заметим, что абстрактное (общее, всеобщее) отнюдь не с неба падает, а развивается из чувственного (единичного, многого, пёстрого). Способность абстрагироваться тоже требует развития. Мышление шкандыбает на костылях за практикой, действительностью. Доказательство древнего грека есть не что иное, как "ПЕРЕХОД (противоположностей. Авт.) от одного к другому, а э т о с а ­м о е в а ж н о е"[9.128]. Древние греки разрешают кризис позна­ния, но их решение ещё не осознаётся до основания и несёт собой существенный отпечаток этого кризиса до наших дней.

Карл Маркс скрупулёзно ищет прыжок, ""скачок из обыкновенной алгебры... в алгебру переменных""[20.19] и... не находит.

Почему?

Потому, "что переход(а) от элементарной математики к математике переменных величин"[20.6] нет в природе, ибо элементарная матема­тика никогда не прибегала к помощи формальной логики, скрытно, тайно она всегда пользовалась только принципом диалектики. До от­крытия дифференциального исчисления движение, диалектика, проти­воречие и его разрешение в элементарной математике "прикрито про­стотой"[9.127]. Но всё тайное становится явным. Уже обезьяна, хватая первопалку для устранения препятствия на своём пути к це­ли, проделывает дифференциальное исчисление. Дифференциальное ис­числение и есть не что иное, как суть "перв(ый) кам(ень)... пер­в(ая) палк(а)"[11.195], а суть ""то, что есть первое в науке, должно было оказаться и исторически первым""[9.95].

Какова природа апорий Зенона?

Ещё не схвачена сущность движения.

А что значит двигаться?

""Двигаться же означает быть в этом месте, и в то же время не быть в нём""[9.232], - это и есть основной закон Большой Логики.

Рассмотрим апорию Зенона "Ахилл и черепаха".

"Ахилл не догонит черепахи. "Сначала 1/2 и т. д. без конца. Аристотель отвечает: догонит, если ему позволят "перейти гра­ницу"... И Гегель: "Этот ответ правилен, содержит в себе всё""[9.231- 232].

О какой "границе" здесь идёт речь?

Речь идёт о категорическом запрете основным законом формальной логики. Именно основной закон формальной логики категорически запрещает движение, не допускает противоречия. Ведь "двигаться оз­начает быть в этом месте, и в то же время не быть в нём". А это суть противоречие, а если "имеется противоречие, то очевидно, что один и тот же человек не может в одно и то же время"[8.125] "быть в этом месте, и... не быть в нём"[9.232].

И кто же позволяет "перейти границу"?

Гений!

Когда мы спрашиваем себя, догонит ли Ахилл черепаху, то в это же время мы незаметно для себя мгновенно, мысленно переносимся на место черепахи (т. е. Ахилл уже догнал черепаху). (Черт.5).





А Ч

Черт.5

Мы же продолжаем: "Ахилл не догонит черепахи". "Движущийся к цели должен сначала пройти половину пути к ней. А от этой полови­ны сначала её половину и т. д. без конца"[9.230](Черт.6).








А Ч



Черт.6

Обратим внимание, что Ахилл не только не догоняет черепаху, а наоборот, убегает от неё к 1/2, а от 1/2 к 1/4, а от 1/4 к 1/8 и т. д., бежит к старту и не в силах добежать до него (Черт.6).

Ахилл незаметно для нас позволил себе "перейти границу", тогда как мы ему категорически запрещаем делать это. Вот и получается апория Зенона, суть движения наизнанку. Ахилл здесь (на старте) одновременно там (рядом с черепахой), мы же не находим его ни здесь, ни там. Мы пытаемся чувственно представить суть движения, но "представление не может схватить движения в ц е л о м (по су­ти. Авт.)... а мышление схватывает и должно схватить"[9.209]. ""Поэтому не следует удовлетворятся чувственной достоверностью, а необходимо понимать""[9.230].

Ведь как чувственно мы представляем себе движение?

"Движение есть нахождение тела в данный момент в данном месте, в другой, следующий, момент в другом месте...

...(1) Оно (представление. Авт.) описывает результат движения, а не само движение; (2) оно не показывает, не содержит в себе возможности движения; (3) оно изображает движение как сумму, связь состояний покоя, т. е. (диалектическое) противоречие им не не устранено, а лишь прикрыто, отодвинуто, заслонено, занавешено (точь-в-точь математическое доказательство теоремы Пифагора. Авт.)"[9.232].

Что существенного для познания дал Гегель?

Метод познания!

"...Революционная сторона его философии, диалектический метод. Но этот метод в его гегелевской форме был непригоден. У Гегеля диалектика есть саморазвитие понятия. Абсолютное понятие не только существует - неизвестно где (Гегель не обременял себя вопросом о природе мышления, понятия. Авт.) - от века, но и составляет истинную, живую душу всего существующего мира... Надо было устра­нить это идеологическое извращение. Вернувшись к материалистической точке зрения, мы снова увидели в человеческих понятиях отображения действительных вещей, вместо того чтобы в действительных вещах видеть отображения тех или иных ступеней абсолютного понятия. Диалектика сводилась этим к науке об общих законах движения как внешнего мира, так и человеческого мышления: два ряда законов, которые по сути дела тождественны..."[28.300-302].

"Мой диалектический метод по своей основе не только отличен от гегелевского, но является его прямой противоположностью. Для Гегеля процесс мышления, который он превращает даже под именем идеи в самостоятельный субъект, есть демиург действительного, которое составляет лишь его внешнее проявление. У меня же, наоборот, иде­альное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней"[11.21].

"...Идеальное есть не что иное, как материальное, пересаженное в человеческую голову и преобразованное в ней".

Но как материальное пересаживается в человеческую голову?

Как материальное преобразуется в человеческой голове?

Что есть идеальное? Что есть мышление?

В общем и целом Гегель, а затем существенно глубже Карл Маркс нашли ответ на труднейший вопрос. Теперь задача стоит в том, что­бы раскрыть их фундаментальное открытие в конкретной форме. Но чтобы решить уже эту задачу, прежде необходимо усвоить этот диа­лектический метод. Увы. Для ученых и философов диалектический ме­тод и после Гегеля и Карла Маркса остается неподъемной железобетонной лестницей.

Почему?

Потому что ученые (и не только математики, психологи) и фило­софы не могут ""перейти границу""[9.231] категорического запрета законов формальной логики. В этом суть!

И.Павлов в физиологии и Л.Выготский в психологии делают фунда­ментальные открытия, которые окончательно взрывают основу метафи­зики и фактически рождается "одна наука"[25.596]. К сожалению, сами открыватели так и не осознали глубины своих открытий. Ни И. Павлов, ни Л.Выготский не смогли ""перейти границу""[9.231].

Вот как Л.С.Выготский видит сущность своего открытия "инстру­ментального метода в психологии":

"7. Искусственные (инструментальные) акты не следует представ­лять себе как сверхъестественные или надъестественные, строящиеся по каким-то новым, особым законам. Искусственные акты суть те же естественные, они могут быть без остатка, до самого конца разло­жены и сведены к этим последним, как любая машина (или техничес­кое орудие) может быть без остатка разложена на систему естественных сил и процессов.

Искусственной является комбинация (конструкция) и направлен­ность, замещение и использование этих естественных процессов. От­ношение инструментальных и естественных процессов может быть поя­снено следующей схемой - треугольником (рис. 7).

А В



Х

Рис. 7

При естественном запоминании устанавливается прямая ассоциати­вная (условно­реф­лекторная) связь А - В (здесь существенная ого­ворка Льва Семеновича, ибо прямая, непосредственная связь не есть условная, окольная, опосредственная. Авт.) между двумя стимулами А - В; при искусственном мнемотехническом запоминании того же впечатления при помощи психологического орудия Х (узелок на плат­ке, мнемическая схема) вместо этой прямой связи А - В устанавли­ваются две новые: А - Х и Х - В; каждая из них является таким же естественным условнорефлекторным процессом, обусловленным свойст­вами мозговой ткани, как и связь А - В; новым, искусственным, инструментальным является факт замещения одной связи А - В дву­мя: А - Х и Х - В, - ведущими к тому же результату, но другим пу­тем; новым является искусственное направление, данное посредством инструмента естественному процессу замыкания условной связи, т. е. активное использование естественных свойств мозговой ткани.

8. Этой схемой поясняется сущность инстументального метода и своеобразие устанавливаемой им точки зрения на поведение и его развитие. Метод этот не отрицает ни одного естественнонаучного метода..."[29.104-105].

"...Новым, искусственным, инструментальным является факт заме­щения одной связи А - В двумя: А - Х и Х - В, - ведущими к тому же результату, но другим путем..."

А если результат один и тот же, то к чему тогда непосредствен­ный (короткий) путь замещать опосредственным (длинным)?

"11. Включение орудия в процесс поведения... отменяет и делает ненужным целый ряд естественных процессов..."[29.105], т. е. существенно облегчает; теперь нет нужды нести непосредственно ту или иную вещь, достаточно эту вещь превратить в "узелок на платке", или в некий звук, этот узелок, или звук, вызовет то же самое по­ведение, реакцию, что и сама вещь.

Но ведь это чудо!!

Как звук может вызвать реакцию, которую вызывает только мате­риальный предмет, вещь!?

Разве возможно ощущать предмет в его отсутствии?

А если возможно, не есть ли это психическая болезнь?

Л.С.Выготский далеко не случайно предусмотрительно предупреж­дает нас в том, что "искусственные (инструментальные) акты не следует представлять себе как сверхъестественные или надъестест­венные, строящиеся по каким-то новым, особым законам"[29.104]. Не будем забывать, что Льва Семеновича угораздило сделать открытие во время, когда балом правили "новы(е) "марксист(ы)""[30.395].

Открытие Л.Выготского опирается на фундаментальное открытие И.Павлова. Но и И.Павлову приходится постоянно подчеркивать, что "работа все время держится на прочном, материально-фактическом фундаменте, как во всем остальном естествознании..."[31.179]. Какова же сущность открытий И.Павлова и Л.Выготского, коли им приходится клятвенно заверять "новых "марксистов"" в пристойности этих открытий, законов?

А сущность открытий И.Павлова и Л.Выготского такова:

""Н е т" (курсив Гегеля) "ничего... ни в природе, ни в духе, ни где бы то ни было, что не содержало бы вместе и непосредствен­ности и опосредствования"(Гегель)"[9.92].

Эту то сущность и поясняет Л.Выготский "схемой - треугольни­ком"[29.104], где А - В суть непосредственность (ощущение, чув­ства), а А - Х и Х - В суть окольность, опосредствование (ору­дие) (смотрите рис. 7).

И.Павлов открыл природу условного рефлекса. Л.С.Выготский от­крыл сущность условного рефлекса, cущность орудия, мысли, тем са­мым ставит психологию на научную основу.

В чём "опасность" открытий И.Павлова и Л.Выготского?

Да в том, что они взрывают основной закон формальной логики! И.Павлов даже в заглавии своего основного труда подчёркивает "объективность изучения". Взгляните на треугольник mnR (рис. 4) и на “треугольник” Л.Выготского (рис. 7). Суть один и тот же треугольник. Магический треугольник! Где прямая равна ломаной её замыкающей, точнее, в этом треугольнике прямая равна одновременно не равна ломаной её замыкающей. Этот пульсирующий, живой тругольник есть суть момент разрешения противоречия, в решение той или иной задачи он “прикрыт простотой” [9.127]. Сущность данного треугольника - суть Большая Логика, её принцип.

Открытия в математике (Ньютон, Лейбниц, К.Маркс), философии, логике (Гегель, К.Маркс), истории (Л.Морган, К.Маркс), политичес­кой экономии (К.Маркс), биологии (Ч.Дарвин), химии (Д.Менделеев), физиологии (И.Павлов), психологии (Л.Выготский) являются фунда­ментальными и рождают "единую науку", взрывая основной закон фор­мальной логики, последний оплот духа аристократии, бюрократии. "То, что отвергает наука... то не должно больше существовать и в жизни" (Ф.Энгельс, ПСС, т.41, стр.407). Далее наука развивается как единая наука.

"Без Гегеля, конечно, обойтись невозможно, и притом нужно время, чтобы его переварить"[24.176].

Сегодня человечество погрязло в социальных, научных, экономи­ческих, технических, экологических, культурных и прочих кризисах. Хозяйствование давно превратилось в единое мировое. Соответствен­но этому требуется и подход. Но подход, мышление остаются прежни­ми, выражающие частнособственнические интересы, т. е. мышление давно не отвечает действительности.

"На вопрос, смогут ли после мировой социалистической революции все страны жить в мире, Троцкий ответил, что считает это "абсо­лютно возможным". Конкретизируя эту мысль, он сказал: "Учёные, инженеры и лидеры профсоюзов соберутся на мировую конференцию и установят там, что мы имеем и в чём нуждаемся, каковы производи­тельные силы, природные ресурсы и творческие способности челове­чества... Они начнут решать эти вопросы осмотрительно, с помощью плана, а не войны""[34.369].

Ядро партии рабочих, стоящее на принципе творческого коллекти­ва, жизненна и продуктивна. Рабочая партия, сошедшая с принципа творческого коллектива, неминуемо перерождается в бюрократическое ведомство, аппарат, уничтожающий революционные ростки.

"Как свидетельствуют документы, в этой борьбе Ленин в целом принял сторону Троцкого. Однако в эти месяцы Ленин был не только болен и оторван от дел, но и растерян. В последние недели жизни он безуспешно пытался спасти созданную им систему, который не мог управлять никто, кроме него самого, и понимая это, уже в полном отчаянии написал свои последние статьи, которые Политбюро дружно решило проигнорировать, если и не формально, то по существу"[35. 7-8].

Насколько отвечают действительности эти слова?

Так или иначе, перед нами стоит жгучий вопрос. Как система Ле­нин - Троцкий - Чаянов - Вавилов и К° перерождается в систему И.Сталин - Ворошилов - Вышинский - Лысенко и К°? Какие же "только объективные" факторы отстроняют хирургов революции, освобождая место для мясников? Какие же экономические законы вдруг повязали по рукам и ногам партию Ленина, что "Политбюро дружно решило про­игнорировать последние статьи Ленина"? И как это Ленин и Троцкий, интеллектуально на порядок стоящие над И.Сталиным, упускают эти экономические законы, а И.Сталин схватывает их и успешно ими ру­ководствуется? Как гений Н.Вавилова упускает истину, а бездарный Т.Лысенко хватает истину и возглавляет советскую науку? Какие экономические законы нашёптывают И.Сталину убить Л.Троцкого, Бу­дённому шепнули убить Тухачевского, от Лысенко требуют убить Ва­вилова? И почему Ленин не расстреливал свою гвардию, почему её расстрелял именно И.Сталин? И почему реформа партии, начатая Ле­ниным, уже была обречена на провал? И как это Ленину удалось соз­дать "систему, которой не мог управлять никто, кроме него само­го"? Почему "никто, кроме него"? Система Ленина, успешно решавшая задачи пролетарской революции, вдруг стала сдавать сбой? Почему? Потому, что Октябрь не есть начало пролетарской революции, а есть буржуазная революция? Чем же тогда руководствовался Ленин при анализе природы и сути Октября? Ленин не был марксистом? Или "марксизм является религией" (Г.Норт)? Выходит М.Бакунин основа­тельно прав против К.Маркса, а Плеханов прав против Ленина? Тогда действительно, зачем мучиться усваивать логику Гегеля, когда и так всё очевидно!

Знакомясь с теориями "новых "марксистов"", невольно рождаются сотни вопросов, ибо "возникала удивительная путаница"[30.395]. Все теории "новых "марксистов"" сходятся в одном: сталинщина яв­ляется экономически необходимой, субъективный фактор не может влиять на экономику. Заставить, принудить "новых "марксистов"" к изучению истории, к поиску фактов практически невозможно. А зачем им факты, коли для них "истина не в фактах" (В.Пихорович), коли они имеют "свои концепции", "новые понятия", в которых действи­тельность "отражается" как в зеркале.

А ведь именно "новые "марксисты"" сегодня правят балом в рабо­чем движении. Кризис революционного руководства.

Разумному ведению дел общества существенно затрудняет фурий частного (личного!) интереса, низменных страстей.

Сколько ещё раз действительности потребуется столкнуть людей лбами, чтобы родился Интернационал с ядром творческого коллекти­ва для решения мировых проблем?

В своё время Карл Маркс в конце предисловия "Капитала" писал: "Кризис опять надвигается, хотя находится ещё в своей начальной стадии, и благодаря разносторонности и интенсивности своего дейс­твия он вдолбит диалектику даже в головы выскочек новой священной прусско-германской империи"[11.22].

Но нет более консервативного, чем мышление. Революционные потря­сения так и не смогли "вдолбить диалектику" даже в головы профес­сиональных революционеров. Сегодня рабочее движение распылено "новыми "марксистами"" до основания. А что говорить об учёных? На костёр они не спешат. Не сгорают они и от стыда. Таково требо­вание их занимаемого места и звания. Философы и учёные выполняют волю буржуа и бюрократии. Смелости мысли, революционности от учё­ных, философов ждать уже не приходится.

"Новые "марксисты"" (профессиональные революционеры) из марксиз­ма для себя берут одну сторону: экономические законы прежде все­го. Далее по логике "нового "марксиста"" следует - коли экономика это всё, следовательно, остальное ничто. Ни политическая власть, ни правовые формы, ни государственный строй и т. п. ни какого влияния на экономику не оказывают. "Только объективное"! Субъек­тивное ничто.

Тогда зачем "новые "марксисты"" так озабочены политической властью?

"К чему же мы тогда боремся за политическую диктатуру пролета­риата, если политическая власть экономически бессильна? Насилие (то есть государственная власть) - это тоже экономическая сила!..

Чего всем этим господам не хватает, так это диалектики. Они по­стоянно видят только здесь причину, там - следствие. Они не ви­дят, что это пустая абстракция, что в действительном мире такие метафизические полярные противоположности существуют только во время кризисов, что весь великий ход развития происходит в форме взаимодействия (хотя взаимодействующие силы очень неравны: эконо­мическое движение среди них является самым сильным, решающим), что здесь нет ничего абсолютного, а всё относительно. Для них Ге­геля не существовало"[33.420-421].

Мы не исключаем ни объективного, ни субъективного факторов в пе­рерождении, в превращении партии Ленина в бюрократический аппа­рат. Более того, мы рассматриваем взаимодействие этих факторов, чтобы уловить те гирьки, которые и дали перевес в сторону сполза­ния партии с марксизма. И мы видим, что этими "гирьками" оказа­лась авторитетнейшая партийная верхушка, имеющая в определённое время (осень 1923 года) в своих руках рычаги политической власти, которыми она воспользовалась в личных интересах, игнорируя инте­ресы Октября (фактически предают его идейность). Речь идёт о Бу­харине, Зиновьеве, Каменеве и К°.

Бывают моменты, когда на направление течения влияют не Ленины, Троцкие и Сталины, а Бухарины, Зиновьевы и Каменевы. "Бывают эпо­хи, когда Маркс с Энгельсом не могут подстегнуть историческое развитие ни на вершок вперёд; бывают эпохи, когда люди много меньшего размера, стоящие у руля, могут задержать развитие между­народной революции на ряд лет"[41.134].

Серьёзный же анализ бонапартизма (сталинщины) идёт в разрез те­орий "новых "марксистов"".

"Расходясь с Марксом по принципиальным вопросам в оценке тен­денций социального развития, М.А.Бакунин тем не менее дал схожий взгляд на бонапартизм, считая, что он "не является по сути ни принципом, ни политическим течением, не вызван каким-либо интере­сом в экономическом и политическом развитии страны. Просто-напро­сто... банда разбойников, воспользовавшись глубокими разногласия­ми между классами французского общества, ночной порой внезапно и дерзко овладела Францией и, захватив власть, удерживала её двад­цать лет... У него есть лишь одно средство, но очень сильное: коррупция, которая, впрочем, изобретена не Бонапартом, но получе­на им как историческое наследие, - единственное, которым Бонапарт сумел воспользоваться и продуктом которого стал сам". Под корруп­цией Бакунин понимает полное безразличие индивида к общественной пользе и солидарность исключительно личной выгоды. Это и состав­ляет питательную почву бонапартизма на любой национальной терри­тории и с различной социальной атмосферой. ХХ в. предоставил воз­можность проявить многие его модернизированные варианты"[36.33- 34].

И всё же "порча" партии Ленина произошла по "вине" законов, но не экономических, как об этом фатально настаивают теории "новых "марксистов"", а по законам творческого коллектива.

На наш болезненный вопрос много света проливает анализ школы Г.С.Альтшуллера творческих коллективов, хотя они и предупреждают нас: "Мы не берёмся гарантировать их стопроцентную повторяемость при распаде политических, художественных, более того - даже при распаде других научных и технических школ"[37.366].

Распад партии Ленина мы рассматриваем как классический пример распада творческой группы.

"Несколько подробнее о причинах "порчи":...

4. Тяжёлые условия труда приводят к тому, что учеников в школу набирают без конкурсного "вступительного экзамена". Не по принци­пу "кто больше подходит", не из тех, у кого есть нужный потенциал знаний, культуры, возможностей, способностей работать, а из доб­ровольцев, согласившихся "вкалывать" практически даром. Необходи­мые вклады труда и, как следствие, новая творческая продукция - лучшие критерии, которые со временем сами рассортируют вновь при­бывших. А это значит, что В ШКОЛУ ОТКРЫТ ДОСТУП И ДЛЯ СЛУЧАЙНЫХ ЛЮДЕЙ, которые легко могут отойти от дел или даже стать его вра­гами.

5. Одной из важнейших характеристик превращения человека в творческую личность является рост стимулов творчества. Раскол школы (а затем и движения) часто вызывается тем, что, усваивая знания нового учения, УЧЕНИКИ ТЕРЯЮТ НАКОПЛЕННЫЙ ТЛ (творческая личность. Авт.) "СТИМУЛЬНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ". Отсюда логика единственно верного здесь, на наш взгляд, упреждающего хода: знания необходи­мо давать совместно с философией знания; нельзя давать знания в отрыве от целей их применения, от стимулов их поиска...

6. Отсутствие высоких стимулов творчества приводит к тому, что в достижении ДЦ (достойной цели. Авт.) человек ориентируется, прежде всего, на внедрение результатов, а не на надсистемные пе­реходы от цели-1 к цели-2 и к цели-3. Логика же развития цели за­ставляет переходить КО ВСЁ БОЛЕЕ ЕРЕТИЧНЫМ ПРОБЛЕМАМ. А это зна­чит, что натиск внешних обстоятельств - при непрерывном творчес­ком процессе - не ослабевает, а крепнет.

7. ТЛ начинает создавать школу не в начале пути к цели, а когда какая-то часть его уже пройдена: первые (подчас основные) резуль­таты получены, сконструирована главная концепция, определяющая направление исследований на многие годы вперёд. Ученикам и спод­вижникам остаётся лишь идти по предсказанному пути (а то и прос­то применять знания, добытые ТЛ, или заниматься их пропагандой).

Естественно, что это вызывает СИЛЬНОЕ ВНУТРЕННЕЕ "РАСХОЛАЖИВА­НИЕ": СВОЕОБРАЗНЫЙ КОМПЛЕКС ПОСЛЕДОВАТЕЛЯ. "Расхолаживание" исче­зает, как только участники школы сами становятся творческими лич­ностями, первооткрывателями. Пусть в рамках и не столь масштабной цели, но всё же первооткрывателями. Отсюда задача организатору школы: необходимо найти для каждого участника область, в которой тот мог бы стать "монополистом-первооткрывателем" (или подтолк­нуть его самого к поиску такой области).

* * *

"Порча" - процесс, совершаемый не абстрактными внешними обстоя­тельствами, а участниками школы, непосредственными последователя­ми и продолжателями дела ТЛ, людьми, обученными и воспитанными Творческой Личностью. Процесс постыдный, ибо по сути это предате­льство. Вполне естественно, что каждый из предавших, желая выгля­деть порядочным человеком в собственных глазах, объясняет своё предательство объективными необоримыми причинами. Либо - что даже чаще - винит Творческую Личность, “не создавшую должных условий”“ [37.368-369].

О публиковании "Завещания Ленина" против выступило девять чле­нов политбюро и только один "за" (см. 35.56). Практически всё По­литбюро выступает против существенного мероприятия в партии наме­ченного Ильичём! Фактически с этого момента революционный процесс остаётся без управления, без революционного руководства. Теперь революционные ростки "переходят границу" не благодаря аппарату, а вопреки ему. Чистка партии, очередной раз назревшая к тому време­ни "отослать старых большевиков в музей истории", производилась уже по-сталински - отстреливая ленинскую гвардию.

""Пока "железный" будет стоять во главе, до тех пор будет бес­толковщина, подхалимство и всё тупое будет в почёте, всё умное будет унижаться (и расстреливаться! Авт.)"" [38.369].

Эти слова Кутякова И.С. следует отнести ко всей сталинской сис­теме, "банде разбойников".

Какова сущность марксизма?

Открывать, разрешать противоречия, позволять "перейти границу", “обнажа(ть)” [39.137].

Какова сущность аппарата?

Запрещать, загонять противоречия вовнутрь, возводить препоны, утаивать, замалчивать, скрывать, "прикрывать"[39.137].

Заметим, что во время перестройки дошли до реабилитации Бухари­на, Зиновьева и Каменева, но до реабилитации Л.Троцкого так и не дошли. Почему? Потому что Л.Троцкий дошёл до дна, до сути дела и говорит вещи их именами, он стал "лучшим большевиком". "Я шёл к Ленину с боями, но я пришёл к нему полностью и целиком"[40.192],- признавался сам Лев Давидович.

Так какие железные экономические законы ("только объективное"!) сдерживают руку Бухарина, Каменева, Зиновьева, Сталина, Томского, Сольца, Рудзутака, Молотова и Куйбышева, чтобы не публиковать "Завещания Ленина"? (А ведь подобных фактов сотни!).

А что говорят они сами по этому поводу?

"Не публиковать, ибо из широкой публики никто тут ничего не поймёт"[35.56].

И этот ответ только лишний раз указывает, насколько "старые большевики" сползли с марксизма и успели отойти от революционных масс.

А сами "старые большевики" поняли "Завещания Ленина"?

Нет, не поняли. В противном случае они бы их опубликовали.

Что, было трудно видеть на какую дорогу своим действием выходит Политбюро? Тогда Политбюро совсем не читало "Завещаний". Выходит так? Почему же тогда Ленин и Троцкий предвидят и действуют согла­сно этому, а Политбюро противится их действию? Вот почему? Какая теория "нового "марксиста"" может ответить на эти вопросы?

"И всё же взятый в целом Сталин остаётся посредственностью. Он не способен ни к обобщению, ни к предвиденью. Его ум лишён не то­лько блеска и полёта, но даже способности к логическому мышле­нию...

Если бы Сталин мог с самого начала предвидеть, куда его заведёт борьба против "троцкизма", он, вероятно, остановился бы, несмотря на перспективу победы над всеми противниками. Но он ничего не предвидел. Предсказания противников насчёт того, что он станет вождём термидора, могильщиком партии и революции, казались ему пустой игрой воображения. Он верил в самодовлеющую силу аппарата, в его способность разрешать все задачи. Он совершенно не понимал выполняемой им исторической функции. Отсутствие творческого вооб­ражения, неспособность к обобщению и к предвидению, убили Сталина как революционера. Но те же черты позволили ему авторитетом быв­шего революционера прикрыть восхождение термидорианской бюрокра­тии"[39.78-79].

А что в данный момент необходимо подчеркнуть о Н.Бухарине?

"...Eго теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нём есть нечто схолас­тическое (он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал впол­не диалектики)"[35.73].

Ленин - Троцкий и Политбюро заряжаются из разных источников. В этом суть!

Аппарат всемогущ, он не учится и не признаёт своих ошибок, ша­рахает из стороны в сторону, каждый очередной свой зигзаг оправ­дывает той или иной теорией. Так зарождается "лучшая традиция марксизма" (В.Волков. Рабочий-Интернационалист. Бюлл. Челябинско­го Бюро МКЧИ. № 13 - 14. Май 1997 г., стр. 27) строить теории на любой вкус. Это стали называть не иначе, как "самостоятельное мы­шление", "новое мышление". Мысль деградирует и все поры рабочего движения наполняются "новыми "марксистами"", вносящими "удиви­тельную путаницу" в движение. Между собой "новые "марксисты"" не находят языка, единства, каждый из них строит свою теорию, "соб­ственную концепцию", своё понятие, свой мир, по-своему толкуя марксизм, но при этом выступая как единая, хорошо организованная группа, распыляющая рабочее движение до основания.

Если Бухарин, Зиновьев, Каменев и К° сознательно идут на идей­ный пересмотр Октября, чтобы оправдать свои действия, предательство, то "новые "марксисты"" зигзаги аппарата рассматривают как неотвратимое, необходимое развитие самого Октября, подчиняющего "только объективным", неким железным законам экономики. На деле же все их теории, уже построенные и ещё строящиеся, выполняют од­ну цель - скрыть суть происходящего, извратить природу Октября, подменить марксизм измышлением. И далеко не случайно одно из их утверждений гласит, что "диалектический материализм, теория поз­нания, которая составляет теоретическую основу марксизма как на­учного мировоззрения является (как вы думаете, чем? Авт.) продук­том высших интеллектуальных достижений молодого Карла Маркса" (Дэвид Норт. "Рабочий-Интернационалист". Бюллетень Челябинского Бюро МКЧИ. Выпуск № 13 - 14, май 1997 г., стр. 64). Первое рабо­чее государство рассматривается через "новые понятия" не иначе, как новая “бюрократическая общественно-экономическая формация” (В.Родин), упущенная из поля зрения К.Маркса. И если аппарат фаль­сифицирует, тем самым по-своему признавая силу факта, то В.Д. Пи­хорович, парящий сокол современной философии, всем "новым "марк­систам"" даёт индульгенцию: "Только очень наивный в философии че­ловек может полагать, что истина совпадает с фактами..."(Пихоро­вич В.Д. "В тупике философской мысли". Марксизм и современность. Теорет. и общ.-полит. ж. Союз коммунистов Украины. № 2, 1995 г., стр. 79-80).

"Новых "марксистов"" практически невозможно склонить к поиску причины поражения Октября. Почему? Потому, что их задача не поиск истины, а её закапывание.

А причина поражения Октября банально проста - предательство ав­торитетнейшей партийной верхушки (практически всеми членами По­литбюро). И корни её предательства отнюдь не из железной необхо­димости экономики, а из личных низменных побуждений. Её психоло­гия, мышление, поступки становятся политикой всего Политбюро. И совершенно верно, что и её психология, мышление есть психология, мышление социального слоя. Но какого социального слоя!? Разве революционные ростки уже иссякли? Разве исчезла революционная си­туация? И разве не аппаратный подход Коминтерна помешал пролета­риату взять политическую власть в Германии? И разве не благодаря политики Коминтерна фашисты пришли к власти? И разве не фашисты развязали Вторую мировую войну? Всё это следствие политики (пре­дательской!) Политбюро!

Но у "новых "марксистов"" нет ни времени, ни желания искать причину, факты поражения Октября, им легче и "лучше создать соб­ственную концепцию" (В.Бугера) и её светом просветить умы рабо­чих.

""Неужели же мы допустим, чтоб Троцкий стал единоличным руково­дителем партии и государства" ("Старые большевики". Авт.)...

"У него только перманентная революция на уме... Не всё же и не всегда для революции, надо и для себя"" (Л.Троцкий. Моя жизнь. Гл. XL и XLI), - вот источник психологии и политики Политбюро. Вот источник теории "socialism in one country"!

Для Ленина - Троцкого политическая власть служит средством, тогда как для Бухарина, Зиновьева, Каменева и К° политическая власть есть цель. Цели они достигли. Им идти далее нет нужды. Го­воря словами Альтшуллера Г.С., они не поднимаются до верхнего яруса творчества - общечеловеческого. Природы и сути Октября они так и не поняли, не усвоили они и научного, марксистского, диа­лектического подхода, метода анализа явлений, в частности явления Октября. За свой опыт они и рабочее движение дорого заплатили. Но ни "Уроки Октября" Л.Троцкого не стали им наукой, ни "новым "мар­ксистам"" трагический их опыт не является примером. Ни тех, ни других история ничему не учит. Между прочим, критерием, визитной карточкой для профессионального революционера является его отно­шение к истории, революционной теории, какова его культура и дис­циплина мышления. Мысль тоже революция. А мышление тогда можно назвать самостоятельным, когда оно согласуется с логикой вещей, с фактами.

Можем ли мы дать гарантию, что сталинщина не повторится?

Нет, не можем.

Мы не можем гарантировать, что люди перестанут руководствовать­ся низменными чувствами. Мы не можем гарантировать, что люди все­гда будут руководствоваться разумом, честью и совестью. Мы не мо­жем гарантировать, что более не будет гражданских войн и умные, честные останутся живыми. Сама пролетарская революция не даёт та­кой гарантии, ибо именно она поднимает на свой гребень самые без­культурные, зацмыканные слои общества - ведь это её сущность. И это противоречие разрешается приливом и отливом самой революции, ведь не случайно же революция есть шаг вперёд одновременно назад. Мы не можем гарантировать, что массы не устанут, что "верхи" не пожелают вернуться к привычному (аппаратному) управлению общест­вом.

Но это не значит, что мы тем самым подошли к неизбежности явле­ния сталинщины. Люди сами творят историю и история милостива к ним, коли до сих пор люди продолжают существовать. В своей милос­ти история, к счастию, не содержит фатально явления сталинщи­ны, но на всякий случай Сальери рождаются заметно чаще, нежели Моцарты, и так, что рядом с Сальери не всегда оказываются Моцар­ты, но вот рядом с Моцартом обязательно оказывается Сальери. Дру­гими словами, Моцарт редко рождается, а вот Сальери никогда не умирает. Сальери имеют преимущество первого шага нанести смер­тельный удар, ибо этот удар всегда сзади.

Сталинщина ещё не потерпела поражения, коли человечество не прибегает к науке управлять обществом. Рабочее движение не сможет сделать шага вперёд, не избавившись от энергии "новых "марксис­тов"", ибо без ревоюционной теории нет революционного движения. Без Гегеля, конечно, нам не обойтись. История требует создания Четвёртого Интернационала. Ядро Четвёртого Интернационала должно быть творческим коллективом, чтобы организовывать творчество масс. Без Гегеля уже не обойтись. Мы говорим "Октябрь потерпел поражение". Но Октябрь не может потерпеть поражения, ибо он есть средство разрешения современных насущных проблем, к которому че­ловечество уже прибегло однажды. Октябрь, а вместе с ним и марк­сизм, потерпит только тогда поражение, когда трудящиеся, угнетён­ные перестанут бороться и более не прибегнут к уже испытанному орудию и оружию.

Истина рождается не в кабинетах, а в окопах, и проникает не че­рез голову, а через кожу.

"Новые "марксисты"" сталинщину рассматривают как необходимое, а Октябрь выдают за случайное. Они не несут мысли, ибо у них её нет. До них невозможно донести мысли, ибо её они не приемлют. Мысль для них вредна, смертельна. У них "мысль - всегда продукт социального мышления" (Д.Норт. Раб.-Инт. № 13 - 14, 1997 г., стр. 65), т. е. мысль от мысли, дух от духа. Им непосильно принять, что мысль есть схватывание единства противоположностей, суть раз­решение, понятие, суть скачок, взрыв, взрыв всякого представлния. Для них "мысль ни в коей мере не является... отражением внешнего мира" (Д.Норт. Там же).

Октябрь выпирает законами экономики, именно он является необходимостью. Октябрь есть н а ч а л о социальной революции и сознательно большевиками ведётся в помощь германского пролетариата. Но для "новых "марксистов"" всё это "бред Ленина" (Г.Пле­ханов). “Истина рождается как ересь, а умирает как заблуждение” (Гегель).

Сегодня, когда распад первого рабочего государства стал фактом, "новые "марксисты"" тычут в него пальцем и с упрёком к нам: "Ну, что, разве Бакунин не был прав против Маркса, а Плеханов разве не прав против Ленина?".

М.Бакунин против К.Маркса: диктатура пролетариата будет диктатурой партии, а диктатура партии будет диктатурой одного человека (диктатора).

И разве Бакунин оказался не прав?

Г.Плеханов против Ленина: Россия для социальной революции не созрела, нельзя браться за оружие и выступать против буржуа.

И разве Плеханов оказался не прав?

Из всего этого "новые "марксисты"", "независимые учёные" заключают, что марксизм является измышлением "молодого Карла Маркса". Для них теория не есть руководство для анализа действительности, а действительность является придатком теории. Гении строят теории, а общество пытается подстроится к этим теориям."...Маркс за свою жизнь создал несколько разных концепций... Лучший способ решить, какая из них правильнее, - выработать свою собственную концепцию и уже с её позиций оценивать все остальные, в том числе и марксовы" (В.Бугера. Путь к коммунизму. Апрель 1996 - май 1998). Канъити Курода вторит В.Бугере: "...Создание новой теории, которую предполагается применить на практике, должна проходить через применение некоей уже созданной теории..." (Канъити Курода. К вопросу о необходимости развития марксистской теории. Изд-во "ИМПЭТО", М., 1997 г., стр. 14).

Мысль от мысли, дух от духа, концепция от концепции, теория от теории, понятие от понятия, наука от науки.

"...Я, Гарат Владимир Иосифович, независимый учёный, разработчик новых отраслей знания и издатель журнала "Новая наука"...

Не занимаясь наукой специально, я время от времени возвращался мыслью к ней. Придумывал новые понятия...

В итоге у меня появились, большей частью в уме, разработки, представляющие собой схему, основной костяк, дающий возможность создания 12-ти отраслей науки. Я называю их неологиями" (Гарат В.И. Новая наука. № 3. Ростов н\Д, "Молот", 1995 г., стр. 1-2). Иосифович Гарат переплюнул Иосифа Сталина. Обратите внимание, на сегодня Генералиссимусов уже целая армия. Эти бесплатные слуги буржуа, певцы бюрократии уже сделали своё дело и ещё продолжают свою деятельность. Какова их главная задача? Сдержать, а по возможности распылить, остановить рабочее движение. Отдадим им должное - они не плохо справляются со своей задачей. А ведь всё начиналось с безобидного, на первый взгляд, потеснения Л.Троцкого, к тому времени успевшего врости в Октябрь, стать его символом, знаменем. Тесня Л.Троцкого, неизбежно приходилось идейно пересматривать Октябрь. Так с лёгкой руки Бухарина, Зиновьева, Каменева и К° в рабочем движении начинается сползание с марксизма, берёт верх беспринципность, или принцип буржуа.

"Новые "марксисты"" случайное выдают за необходимое, порой проклиная И.Сталина, оправдывают сталинщину, тогда как одновременно скрывают от нас действительное, историю, факты. Их теории не содержат борьбы, напряжения, жизни. У них всюду автоматизм, фатализм; то, что случилось, неизбежно должно было случиться, а то, что неизбежно, непременно диктуется железным экономическим законом, - таково их кредо, принцип их логики.

Анализируя действительность, Ленин приходит к выводу, что капи­тал созрел и перезрел, вошёл в последнюю свою стадию - империа­лизм, из прогрессивного превратился в регрессивный, неся миллио­нам голод, болезни, войны. Капитализм взорвал свои границы, соз­дав экономику для научного, социалистического ведения хозяйство­вания. Канун социализма. Буржуазная революция в России, отстав­шая от западной на сто пятьдесят лет, в своей утробе несёт на­чало пролетарской революции. Непосредственно империалистичес­кая война России с Германией. Германский пролетариат наэлектризо­ван социальной революцией. Октябрь прёт российским пролетариатом. Вывод Ленина: брать власть в России, тем самым помочь взять власть германскому пролетариату.

Правилен ли анализ Ленина? Такова ли оказалась действитель­ность?

Нет, отвечают "новые "марксисты"", анализ Ленина не верен и ис­тория опровергла его. В России произошла буржуазная революция, в Германии свергнут кайзер. Капитализм демонстрирует небывалый свой расцвет, его прогресс очевиден. И т. д. и т. п.

Но мы обращаемся к истории, к фактам, которые теории "новых "марксистов"" скрывают, закапывают, прячут блеском орденов, за­глушают громом торжественной музыки.

"Почему германская революция не привела к победе? Причины цели­ком в тактике, а не в условиях. Мы имели тут классический пример упущенной революционной ситуации...

Ограничимся приведением на этот счёт одного прекрасного, хоть и чисто случайного, ибо единственного, свидетельства "Правды", которому противоречили все остальные рассуждения газеты.

"Если коммунисты в мае 1924 г., при некоторой стабилизации марки, при известном укреплении буржуазии, при переходе средних слоёв и мелкой буржуазии к националистам, после глубокого кризиса партии, после тяжёлого поражения пролетариата, если после всего этого коммунисты могли собрать 3 700 000 голосов, то ясно, что в октябре 1923 г. - при небывалом кризисе хозяйства, при полном разложении средних слоёв, при страшнейшей путанице в рядах с.-д. на фоне сильных и резких противоречий внутри самой буржуазии и небывалого боевого настроения пролетарских масс в промышленных центрах - компартия имела на своей стороне большинство населения, могла и должна была бороться и имела все шансы на успех" "Правда", 25 мая 1924 г.

И ещё приведём слова неизвестного нам немецкого делегата на V конгрессе:

"Нет в Германии ни одного сознательного рабочего, который не знал бы, что партия должна была бы тогда войти в бой, а не избежать его. О самостоятельной роли партии руководители КПГ забыли; это одна из главных причин октябрьского поражения". "Правда", 24 июня 1924 г."[41.131-132]. И Л.Троцкий надрывно мучительно кричит:

"Когда же объективные предпосылки созрели, тогда ключ ко всему историческому процессу передаётся в руки субъективного фактора, то есть партии... Если последняя упускает критический перелом ситуации, эта последняя переходит в свою противоположность"[41.125- 124].

Тщетно! Л.Троцкого не слышат.

А что Л.Троцкий пытается донести до сознания других?

То же самое, что и в математике, физиологии, психологии, политической экономии, химиии, философии, логике, - ДИАЛЕКТИКУ.

"...Самое трудное для революционного руководства в нашу эпоху крутых поворотов - это суметь в нужный момент прощупать пульс по­литической обстановки, уловить её крутой перелом ("а э т о с а м о е в а ж н о е"[9.128]) и своевременно дать твёрдый поворот рулю"[41.131].

Мы имеем две противоположные истории, две противоположные правды, две противоположные истины, два противоположных факта, две противоположные позиции, два противоположных принципа, две противоположные науки, два противоположных понятия, две противоположных теорий, два противоположных метода познания, две противоположные логики, два противоположных мышления, два противоположных подхода, два противоположных руководства (аппаратный, бюрократический и инициативный, творческий, научный).

Почему!?

Да потому, что мы имеем два основных противоположных класса, два противоположных интереса. "Новые "марксисты"" бросили вызов науке, марксизму. Они измываются над марксизмом.

"Начиная с сентября 1941 г. Мао Цзе-дун в личных беседах с членами Политбюро часто говорил о своём желании создать "маоцзедунизм"...

- Когда у руководителя нет собственного "изма", то ещё при жизни его могут свергнуть другие, да и после смерти он может подвергнуться нападкам. Когда имеешь "изм", положение становится иным" (Ван Мин. Полвека КПК и предательство Мао Цзе-дуна. - М., Политиздат, 1975 г., стр. 15).

На свет появились сотни (или тысячи?) "измов"!

Так сколько же мы имеем истин, правд!?

Август - сентябрь 2002 года.

Литература

1. Бородай Ю.М. Воображение и теория познания. Изд-во "Высшая школа". - М., 1966 г.

2. Маркс К., Энгельс Ф. Фейербах. Противоположность материалис­тического и идеалистического воззрений. М., 1966 г.

3. Гегель. О сущности философской критики вообще и её отношении к современному состоянию философии в частности. Работы раз­ных лет. В двух томах. Т.1. - М., "Мысль", 1970 г.

4. Маркс К. К критике гегелевской философии права. Введение. ПСС, т.1.

5. Ленин. ПСС, т.40.

6. Маркс К. Передовица в N 179 "Kolnische Zeitung". ПСС, т.1.

7. Энгельс Ф. Диалектика природы. Изд-во полит. лит. - М., 1969

8. Аристотель. Сочин. в четырёх томах. Т.1. - М.: "Мысль", 1976

9. Ленин. Философские тетради. ПСС, т. 29

10. Никитин Н.Н. Геометрия. Учебник для 6-8 классов. Гос. учеб­но-педагог. изд-во министерства просв. РСФСР. - М., 1961 г.

11. Маркс К. Капитал. Критика политической экономии. Т.1. Кн.1. Процесс производства капитала. - М.: Политиздат, 1978 г.

12. Стройк Д.Я. Краткий очерк истории математики. Изд-во "Нау­ка". - М., 1969 г.

13. Киселёв А.П. Элементарная геометрия. Книга для учителя. -М.: Просвещение, 1980 г.

14. Гегель. Наука логики. В 3-х том. Т.1. - М., "Мысль", 1970

15. Перышкин А.В., Родина Н.А. Физика. Учебник для шестого класса. Изд-во "Про­свещение", - М., 1971 г.

16. Брушлинский А.В. Психология мышления и кибернетика. - М., "Мысль", 1970 г.

17. Энгельс Ф. Карл Маркс. "К критике политической экономии". - ПСС, т. 13

18. Лейбниц Г.В. Сочинения в 4-х т. Т.2. - М.: Мысль, 1983 г.

19. Энгельс Ф. Анти-Дюринг. - ПСС, т. 20

20. Маркс К. Математические рукописи. Изд-во "Наука", главная ред. физико-матем. литературы. - М.: 1969 г.

21. Лев Католин. "Мы были тогда дерзкими парнями...", - М.: "Знание", 1973 г.

22. Гегель. Наука логики. В 3-х т. Т.3. - М.: "Мысль", 1972 г.

23. Энгельс Ф. Анти-Дюринг. Переворот в науке, произведённый господином Евгением Дюрингом. - М.: Политиздат, 1969 г.

24. Энгельс Ф. Письмо К.Шмидту, 5 августа, 1890 г. - ПСС, т. 37

25. Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. Изд-во полит. литературы. -М., 1956 г.

26. Детская энциклопедия. В 12-ти т. Т.7. Человек. Изд-во "Про­свещение". - М., 1966 г.

27. Декарт Р. Сочинен. в 2-х т.: Пер. с лат. и франц. Т.1 - М.: Мысль, 1989 г.

28. Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии. - ПСС, т. 21.

29. Выготский Л.С. Собрание сочинений: В 6-ти т. Т.1. Вопросы теории и истории психологии. - М.: Педагогика, 1982 г.

30. Энгельс Ф. Письмо Й.Блоху, 21-22 сент. 1890 г. - ПСС, т. 37

31. Павлов И.П. Двадцатилетний опыт объективного изучения выс­шей нервной деятельности (поведения) животных. Условные рефлексы. Изд-во Мед-гиз, - М., 1951 г.

32. Жмудь Л.Я. Пифагор и его школа. "Наука". - Л., 1990 г.

33. Энгельс Ф. Письмо К.Шмидту, 27 октября 1890 г. - ПСС, т. 37

34. Роговин В.З. Партия расстреляных. - М., 1997 г.

35. Архив Троцкого. Коммунистическая оппозиция в СССР. 1923 - 1927. Том1. "Терра" - "Теrra" 1990 г.

36. Политология: Энциклопедический словарь /Общ. ред. и сост.: Ю.И.Аверьянов. - М.: Изд-во Моск. коммерч. ун-та. 1993 г.

37. Альтшуллер Г.С., Верткин И.М. Как стать гением: Жизн. стра­тегия творч. личности. - Мн.: Беларусь, 1994 г.

38. Роговин В.З. 1937. - М.: 1996 г.

39. Троцкий Л.Д. Преступления Сталина. - М.: Изд-во гуманит. лит-ры. 1994 г.

40. Троцкий Л.Д. К истории русской революции. - М.: Политиздат, 1990 г.

41. Троцкий Л.Д. Коммунистический Интернационал после Ленина. Спартаковец. "Прин­тима". - М.: 1994 г.