Оружие воинов эпохи бронзы и раннего железного века (61275)

Посмотреть архив целиком

Размещено на http://www.allbest.ru
















Оружие воинов эпохи бронзы и раннего железного века


Содержание


  1. Введение

  2. Вооружение как исторический источник

  3. Оружие воинов эпохи бронзы древних племен Западной Сибири

  4. Оружие воинов- кочевников Алтая

  5. Экспериментальная археология и историческая реконструкция

  6. Заключение. Место исторической реконструкции и экспериментальной археологии в обществе

  7. Литература

  1. Введение


Историческая реконструкция и эксперимент как способ получения исторических знаний является весьма деятельным способом подтверждения исторической предположений и выяснения адекватности о процессе изготовления или использования того или иного предмета.

Одной из отраслей археологической науки является экспериментальная археология, суть которой - реконструкция элементов материальной и духовной жизни людей прошлого. Существует несколько направлений в экспериментальной археологии. Археологи и специалисты смежных наук используют эксперименты при поисках археологических памятников в полевых условиях, при раскопках и извлечении на поверхность, защите находок от разрушения и вредного воздействия среды, при анализе состава находок, описании их форм, способа производства, применения и датировки. И наконец, эксперименты помогают составить из этих осколков познания общую картину человеческой истории.

Ранее других стали производить эксперименты по изготовлению и использованию орудий труда из камня. Накоплен значительный опыт по реконструкции гончарных изделий, включая различные техники изготовления, орнамент, состав теста. Реконструировалось ткачество, кузнечное ремесло, ювелирное дело и другие виды производства. Воссоздавался сельскохозяйственный цикл, выводились древние породы домашних животных. Во всем мире существуют несколько десятков экспериментальных поселений, в которых воссозданы жилища и хозяйственные постройки, характерные для различных исторических эпох. Некоторые из поселений функционируют - в них поселились исследователи, выясняющие на практике, как жили люди в неолите или раннем железном веке. Экспериментальная археология дает истории неоценимый практический материал, позволяющий восстановить многие детали жизни в далекие эпохи, не дошедшие до нас в первозданном виде, восстановить детали исчезнувших производственных процессов, восстановить облик отдельных категорий вещей.

Экспериментальная археология и историческая реконструкция дают неоценимый опыт приобщения к прошлому, к познанию его «на собственном опыте». Одним из таких опытов является и попытка создания коллекции муляжей древнего оружия, которое, как известно, является важным историческим источником.


2.Вооружение как исторический источник

вооружение воин оружие историческая реконструкция

Вопросы войны и мира издавна, так или иначе, затрагивают коренные интересы человечества. Их обсуждение на различных уровнях имеет многовековую традицию. Человечество стремится понять причину тех общественных противоречий, необходимым следствием которых, вот уже в течение тысячелетий, были большие и малые войны, всеобщие и локальные, истребившие цвет многих поколений. За период с 3600 г. до н.э. по 2000 г. было примерно 1455 больших и малых войн, в том числе и 2 мировые, в ходе которых погибло, умерло от голода и эпидемий свыше 3,6 млрд. человек. По подсчётам ученых за всю историю человечества на 1 год мирной жизни приходится в среднем 13 лет войны.

Война как историко-культурный феномен возникает на определённой стадии развития человеческого общества, в период перехода от присваивающего хозяйства к производящему. Развитие производящего хозяйства, особенно скотоводства, способствовало созданию и накоплению прибавочного продукта.

Важно отметить, что занятия древнего населения влияли на милитаризацию общественной жизни. Кочевники, сам уклад общественной жизни которых способствует установлению полувоенной организации, были более подвержены милитаризации, нежели оседлые земледельцы. Специфика кочевого скотоводства состоит в том, что оно не требует постоянной занятости всех мужских рук в производстве и способствует высвобождению трудоспособного мужского населения для участия в военных действиях. К тому же кочевые народы имели больше шансов перенимать более передовой опыт других народов вследствие их постоянного передвижения и больших контактов по сравнению с оседлыми племенами.

Война оказывала влияние на развитие общества. Многочисленные кочевые племена связывали первобытную периферию и центры государственности, оказывали влияние на формирование материальной и духовной культуры оседлых народов Оседлые народы очень быстро перенимают опыт степняков и в первую очередь в оружии и искусстве ведения боя. Войны и связанные с ними перемещения народов на большие расстояния - важный фактор этнического и демографического развития. Изучение военного дела имеет большое значение для решения вопросов социально-экономической и этнической истории древних народов.

Войны, как систематическое явление, а не эпизодические вооружённые столкновения, начинают играть существенную роль в социально-политической жизни многих народов по разным причинам: борьба за жизненное пространство, за территории; война становилась видом деятельности, при котором было возможно увеличение благосостояния, являлась средством наживы; либо средством выживания в экстремальные периоды существования этноса.

Военное дело начинает культивироваться в обществе, как и все другие занятия людей, направленные, прежде всего, на поддержание жизненно важных функций. В войне, как правило, побеждает производитель более совершенного оружия, а также сообщества, обладающие более передовой тактикой военной операции. Таким образом, победа в войне основывается на производстве оружия, а производство оружия, в свою очередь, основывается на материальных средствах, находящихся в распоряжении общества. Поэтому, производство оружия становится одним из главных в обществе (Худяков, 1986, с.37).

В связи с этим война и все, с ней связанное, рассматривается как одно из важнейших проявлений человеческой культуры, как бы парадоксально это ни звучало. Поэтому при исследовании изучении истории человеческого общества невозможно обойтись без изучения военных конфликтов и войны, вооружения и военной техники. Военное дело и вооружение, как его материальная база являются неотъемлемой и существенной частью человеческой культуры. Именно в комплексе вооружения, как бы ни странно это звучало, отражаются все новейшие достижения материальной культуры, науки и техники. Это определяет необходимость изучения комплекса вооружения в качестве исторического источника. Предметы вооружения являются важным источником при оценке уровня развития экономики древних обществ, особенно с появлением металлообработки, когда изготовление оружия становится одной из важнейших отраслей. Широкие возможности оружия как исторического источника позволяют использовать его для уточнения хронологии и территориальных границ археологических культур. Специализация предметов вооружения, совершенство технологии их изготовления отражают уровень развития металлургии и металлообработки, уровень развития экономической структуры древних обществ.

Некоторые виды оружия, особенно массовые, такие как наконечники стрел, ножи и кинжалы и пр., используются в качестве образцов для построения хронологических классификаций, относительной датировки или определения культурной принадлежности вновь открытых памятников, а некоторые виды вооружения характеризуют целую историческую эпоху.

Анализ сведений военной организации может привлекаться для характеристики их социальной дифференциации. Наличие некрополей с богатым вооружением свидетельствует о появлении в обществе профессиональных воинов, занимающих особое положение в обществе, и может служить источником для проведения социальной стратификации в рамках данного общества. Наконец, изучение военного дела древних и средневековых народов представляет значительный интерес для истории военного искусства. Все это обусловило пристальное внимание к военному искусству древности историков многих поколений.

В новейшей археологической литературе неоднократно рассматривались с привлечением вещественных и письменных источников вопросы военного искусства скифо-сарматских кочевников Восточной Европы. Уделялось внимание и анализу военного дела средневековых кочевников в отдельных специальных и общих работах.

В настоящее время большое внимание уделяется изучению военного дела древних и средневековых народов Азии, в том числе Сибири. Оружие и военное искусство в той или иной мере привлекают внимание многих исследователей прошлого Сибири. Рассматриваются вопросы появления металлического оружия в эпоху бронзы, эволюции отдельных видов оружия и комплекс вооружения из степной зоны Сибири и Азии. Отдельные работы посвящены анализу мелкой пластики и наскальных изображений воинов, изучению сведений письменных источников по военной истории средневековых кочевников Азии. Отражением возрастающего в сибирской археологии интереса к военной истории являются публикации и анализ материалов в работах Ю.С. Худякова, А.К. Акишева, В.И. Молодина, В.Д. Кубарева. Подробный анализ развития военного дела народов Сибири дан в работах А.И.Соловьева. Холодное оружие — это древнейшее изобретение человечества, которое изначально являлось орудием для добывания пищи и средством выживания человека. Человек и оружие развивались и совершенствовались одновременно. Еще несколько столетий назад нож наряду с луком и стрелами был основным оружием на охоте. К сожалению, в истории человечества трудно найти такое изобретение, которое, в конечном счете, не было бы обращено против самого человека.

Холодное оружие ближнего боя применялось вплоть до начала нынешнего столетия и ему посвящено много специальных работ. Вопросам становления, развития рубяще-колющего оружия, его месту в системе средств вооруженной борьбы посвящена обширная литература. Проведен анализ конкретных экземпляров, выделены хронологические признаки, намечено общее направление эволюции. Предметы вооружения древности стали надежным источником для исторической реконструкции.

    1. Оружие воинов эпохи бронзы древних племен Западной Сибири


Второе тысячелетие в Западной Сибири отмечено распространением первого металла. Прежде всего, новый материал начал применяться для изготовления оружия. Правда первые бронзовые ножи и наконечники копий были небольшими, а их форма повторяла очертания каменных изделий. Тонкие металлические пластинки лезвий ножей и наконечников копий нередко гнулись от ударов и быстро тупились. Это и не удивительно, потому что первые металлические изделия были медными, а медь, как известно, очень мягкий металл.

Ситуация изменилась с появлением сплава - бронзы. Со средины 2-го тыс. до н. э. на огромных территориях северной Евразии появляются сходные типы прекрасного бронзового оружия. Заслуга в его создании и распространении принадлежит сейминско-турбинским племенам. Эти племена вышли из районов рудного Алтая и расселились на большой территории северной Евразии. Воины этих племен владели прекрасным набором вооружения из бронзы. Грозным оружием в их руках было копье с коротким древком и большим наконечником длиной до 40 см. Обязательным оружием каждого воина были богато орнаме6нтированные втульчатые топоры – кельты. Набор оружия ближнего боя дополнялся двулезвийными кинжалами и ножами. Интересно, что эти виды оружия ближнего боя не имели перекрестья. Рукоятки таких клинков с обеих сторон украшались литым орнаментом, а на их навершиях часто помещались фигурки животных.

Виды оружия претерпевали серьезные изменения на всем протяжении бронзового века, что было связано с появлением новых племен, с усовершенствованием техники ведения боя и, прежде всего, с развитием новых видов хозяйства: развитием скотоводства. Со второй половины 2-го тыс. до н.э. в лесостепях и степях Западной Сибири появляются племена андроновской культуры. Их стремительному расселению на новых территориях содействовали наличие у них лошадей, которых они запрягали в боевые колесницы.

К началу 1-го тыс. до н.э., в эпоху позднего бронзового века, на территории Сибири андроновцев сменили их дальние родичи, племена культур карасукского круга. Развитие вооружения андроновских и карасукских племен шло по линии приспособления оружия для нужд колесничих и, затем, всадников. Древние мастера удлиняют клинки оружия и постепенно кинжалы приближаются по своему виду к коротким мечам. У кинжалов появляется перекрестье, способное удержать вражеский клинок. Такие удлиненные кинжалы, приближенные по своим размерам к мечам, были удобными и для всадника, и для пешего воина. К этому времени уже не встречаются кинжалы без перекрестий, широко бытовавшие у лесостепных племен эпохи развитой бронзы и предназначенные для ведения индивидуального боя и поражения противника из засады на небольшом расстоянии.


4. Оружие воинов- кочевников Алтая


Вопросы изучения военного дела древних кочевников Горного Алтая привлекают внимание специалистов в течение длительного времени. М.П. Грязнов и С.В. Киселев использовали находки предметов вооружения как хронологический показатель при отнесении разных групп памятников к различным этапам пазырыкской культуры и сопоставления их с другими культурами скифского и хунно-сарматского времени. Первый опыт систематизации материалов по вооружению пазырыкской культуры был предпринят С.И. Руденко, который проанализировал находки стрел, кинжалов, чеканов, щитов и изображения воинов. В.Д. Кубаревым были охарактеризованы находки предметов вооружения из курганов рядовых кочевников в восточных районах Горного Алтая. В работах Ю.С. Худякова был проведен сравнительный анализ комплекса вооружения кочевников Горного Алтая с наборами оружия других культур скифского времени в Южной Сибири и рассмотрены общие закономерности формирования военного искусства древних номадов. Наряду с характеристикой военного дела пазырыкской культуры в целом, важное значение имеют работы, в которых анализируются материалы по вооружению из локальных районов распространения культуры. В результате целенаправленного изучения В.И. Молодиным и Н.В. Полосьмак курганов пазырыкской культуры на плоскогорье Укок удалось реконструировать внешний облик, защитное облачение и воинское снаряжение пазырыкских воинов. Особый интерес представляет обнаруженное на могильнике Ак-Алаха-1 захоронение пазырыкской амазонки - женщины в воинском облачении с оружием.

Пазырыкская культура датируется IV – началом II века до н. э. Она была распространена на территории Горного и Центрального Алтая и относится к ираноязычным культурам кочевого типа, заселившим в раннем железном веке огромные пространства от степей Северного Китая до степей Северного Причерноморья. Пазырыкская культура прошла два этат па развития: первый, пазырыкский этап, и второй, завершающий или шибинский этап позднескифского или хуннского времени.

Курганы пазырыкской группы донесли до нас много интересного, благодаря специфике природных условий. Главной из этих особенностей является образование через несколько лет после захоронения в кургане вечной мерзлоты. Именно благодаря мерзлотной линзе впервые в исследовании культур евразийских степей I тыс. до н. э. были найдены хорошо сохранившиеся тканые и кожаные изделия, а также деревянная фурнитура.

Сравнительный анализ находок в курганах с ледяными линзами представляет интерес для реконструкции комплекса вооружения и военной организации пазырыкских воинов. К сожалению, полный набор воинского снаряжения обнаружен далеко не во всех захоронениях, даже в курганах с мерзлотой. В памятниках пазырыкского этапа полный набор вооружения встречен только однажды. В одном из могильника горного Алтая (Кок-Эдиган) был погребен воин с конем в полном вооружении и снаряжении. На нем был воинский пояс с бронзовыми обоймами, к которому были подвешены чекан и колчан. К бедру был пристегнут кинжал. От колчана сохранились бронзовая бляшка, крюк и два костяных наконечника стрел. Судя по материалам погребений, воинов могли хоронить как с конем, так и без коня, в полном наборе или только с отдельными предметами вооружения. Эти различия могли объясняться как личными воинскими заслугами умершего, так и принадлежностью к разным родам и их военным отрядам. На втором, шибинском этапе, ни в одном из погребений не было обнаружено полного набора вооружения. Исследователи связывают это с тем, что оружие в захоронениях стало выполнять символическую знаковую функцию.

Население Горного Алтая в скифское время имело на вооружении три основных вида оружия - лук, стрелы, кинжалы и чеканы, что соответствует классическому комплексу вооружения южно-сибирского всадника-лучника (Худяков, 1986, с. 144). Легкая конница пазырыкцев обладала полным набором вооружения: оружием для ведения дистанционного боя - луком и стрелами, оружием для ближнего боя в конном и пешем строю - чеканнами, и оружием для рукопашного боя в спешенном строю – кинжалами.

Основным видом оружия дальнего боя древних кочевников Горного Алтая в скифское время был лук. По археологическим данным хорошо известно, что население Горного Алтая в этот период было хорошо знакомо со сложными луками, как большими, длиной более 1 м, так и небольшими, короткими, длиной более 60 см, так называемого "скифского" типа. Оба типа луков успешно использовались как в бою, так и на охоте (Кочеев, 1997, с. 147-151). На территории Горного Алтая в результате археологических раскопок найдено немало остатков луков.

Самым массовым материалом среди предметов вооружения являются наконечники стрел. В памятниках I тысячелетия до н.э. Горного Алтая найдено большое количество наконечников стрел, изготовленных из бронзы, рога и кости. В колчанных наборах горноалтайских кочевников скифского времени обычно находят от 1 до 20 экземпляров наконечников стрел (Кочеев, 1987, с.55), причем бронзовых наконечников меньше, чем роговых, что характерно для памятников Южной Сибири. Бронза, как основной материал для изготовления наконечников стрел в основном применялась в VIII-V вв.. до н.э. Бронзовые наконечники из памятников Горного Алтая I тыс. до н.э. были двухлопастными втульчатыми, и трехлопастными как втульчатыми, так и черешковыми, четырехгранными втульчатыми.

Своеобразной чертой Горного Алтая является использование в военном деле роговых и костяных наконечников. Они известны в памятниках второй половины I тысячелетия до н.э. на всей его территории. В колчанных наборах число их невелико - от 5 до 10 экземпляров (Кочеев, 1987, с.55). В основной же массе число наконечников не превышает 2-5 экземпляров. Практически все наконечники стрел на территории Горного Алтая изготовлены из рога марала, что вероятно обусловлено как местными сырьевыми ресурсами, так и определенной сложившейся технологической традицией. По своим типам роговые наконечники подразделяются на втульчатые и черешковые, большинство наконечников были трехгранными в сечении, реже встречаются встречались четырёхгранные, плоские, пулевидные наконечники.

Что касается применения роговых и костяных наконечников в боевых действиях, то здесь существует несколько точек зрения. Ряд исследователей считает, что они являются исключительно охотничьими (Руденко, 1953, с.242), другие справедливо полагают, что роговые наконечники одинаково успешно использовались и на охоте, и в бою. Об этом свидетельствуют факты нахождения наконечников в телах погребенных (Кочеев, 1983, с.94).

В качестве оружия ближнего боя у племен Горного Алтая скифского времени был широко распространен чекан. Чеканы предназначались они для поражения защищенного доспехом противника. О широком распространении чеканов свидетельствует довольно частые находки в курганах. Чеканы были хорошо известны у населения тагарской культуры, населения скифских культур Тувы, Северо-Западной Монголии и лесостепного Алтая.

В Горном Алтае известны два типа чеканов - втульчатые и проушные. Среди них известны и уменьшенные копии, и настоящие, боевые изготовленные из бронзы и железа. Настоящие боевые чеканы отличаются прежде всего своими размерами, они имеют общую длину свыше 20 см, диаметр проушины или втулки 2-4 см, диаметр бойка 16-18 мм. Бронзовые боевые чеканы несколько меньше, их обычная длина 18-20 см, длина бойка 8-10 см, диаметр бойка 11-18 мм, диаметр проушины 2-3 см. Проушные бронзовые, а затем и железные чеканы были господствующим видом. По подсчетам исследователей они составляют 77,6 % от общего их числа . Бронзовые боевые чеканы активно использовались горноалтаискими кочевниками в VI-IV вв.. до н.э. Начиная с V в. до н.э. растет количества уменьшенных экземпляров в погребениях Горного Алтая. Находимые в погребальных комплексах уменьшенное и миниатюрное оружие, повторяя облик боевого оружия, очевидно уже не имели практического значения. Чеканы III-Iвв. до.н.э. отличаются небольшими размерами, небрежностью литья. Это всё свидетельствует о том, что роль чеканов, как оружия ближнего боя постепенно сходит на нет, однако их продолжают применять. В памятниках после дующей эпохи чеканов уже нет.

Алтайские чеканы в погребениях почти всегда находятся в районе пояса у правого бока, рукоятью вниз. Чеканы носились боевой частью вверх, закреплялись к поясу при помощи специальных портупейных ремней и различных застежек. Сами чеканы насаживались на деревянные рукояти длиной 60-80 см. Рукояти чеканов окрашивались красной краской, или полосками красной и черной краски. Рукояти боевых чеканов имели овальную форму в сечении, что было очень удобно и практично при нанесении поражающего удара (Кубарев, 1992, с.67). Иногда вместе с чеканом находят втоки, которые насаживались на конец рукояти. Втоки изготавливались из бронзы и железа. Такие втоки не только предохраняли конец рукояти, но и использовались в качестве ударного оружия.

Чеканы использовались как в пешем, так и в конном бою, хотя многие исследователи считают, что их использовали только в пешем строю (Кубарев, 1992, с.68). Исследователи считают, что боевые чеканы насаженные на длинные рукояти можно было применять конным воинам, когда применение других видов оружия было ограничено. Конный воин при помощи чеканов также мог поразить своего пешего противника. Также отмечают особую роль чеканов при совершении различных культовых обрядов, в частности с ритуальным убийством коней при совершении погребального обряда (Руденко, 1953, с.262). На протяжении почти всей скифской эпохи в Горном Алтае чеканы являлись одним из основных видов оружия ближнего боя, его роль была очень велика и лишь в конце скифской эпохи она исчезла.

Одним из наиболее распространенных видов оружия ближнего боя у древних горноалтайцев являлся кинжал, который применялся в течении длительного времени. Все кинжалы Горного Алтая изготавливались из бронзы и железа. Самыми ранними кинжалами следует считать кинжалы VIII-VI вв.. до.н.э. Начиная с VI в. до н.э. в скифских памятниках начинает появляться железное боевое оружие, фрагменты железных кинжалов в курганах этого периода зафиксированы (Руденко, 1953, с.12-121).

Исследователи считают, что горноалтайские кинжалы можно выделить в три группы: боевые, уменьшенные и миниатюрные (Кубарев, 1992, с.57). Боевые кинжалы имеют стандартную длину 30-40 см, уменьшенные - 16-20 см, а длина миниатюрных экземпляроов - 10-15 см. Последние очень часто встречаются в курганах скифского времени, причём модели кинжалов изготавливались из различных материалов - бронзы, железа, кости, дерева.

Господствующим типом боевых кинжалов в скифское время в Горном Алтае бвли кинжалы с бабочковидным перекрестием, прямой, гладкой или рубчатой рукоятью. Среди боевых кинжалов встречаются экземпляры, имеющие прорезную рукоять, прямое кольцевидное, антенновидное навершие, прямое, брусковидное перекрестие. Хронологически время бытования этих предметов вооружения ближнего и рукопашного боя очень широко.

Итак, на вооружении древних кочевников Горного Алтая в скифское время находились три основных вида оружия - луки, чеканы и кинжалы. Комплекс вооружения пазырыкских воинов включал в себя средства ведения дистанционного боя для поражения легковооруженного противника, а также средств ведения боя в спешенном строю.

Несмотря на то, что находки настоящего боевого оружия в курганах не так часты, можно реконструировать весь комплекс вооружения пазырыкцев, хотя вполне вероятно, что этот набор далеко не полон. Известна находка железного боевого топора-секиры в одном из горноалтайских курганов (Кубарев, 1992, с.65). Интересно, что железное боевое оружие появляется у пазырыкцев в VI в. до н.э., хотя бронзовое оружие активно применялось в течении V-III вв.. до н.э.

Каким бы ни было совершенным для своего времени вооружение воинов –пазырыкцев, но и оно не устояло под ударами ветра перемен. Уже к 3-ему веку до н.э. оружие скифского типа постепенно вытесняется оружием сарматских племен, основу которого составлял длинный меч.


6. Эксперимент и реконструкция как метод исторического исследования


Обращение историков и археологов к теме исторической реконструкции и эксперимента вовсе не случайно. Уже в течение нескольких столетий историки, археологи, этнологи, антропологи и другие ученые разных стран с успехом используют в своих исследованиях данные, полученные в результате реконструкции и исторического эксперимента.

У исторической реконструкции и эксперимента, как у метода исследований, есть как свои сторонники, считающие, что в ряде случаев обращение к тому или иному эксперименту просто необходимо, так и противники, обвиняющие исследователей-экспериментаторов в "искажении истории". Сторонники экспериментального метода считают, что при явной нехватке письменных данных, выводы, сделанные в результате различных экспериментов, безусловно важны, но ни в коем случае не должны идеализироваться и могут быть использованы лишь в качестве необходимых дополнений к основной работе (Ковальченко И.Д., 1987,стр.37). Значение данного метода возрастает, когда исследователь обращается к дописьменной истории человечества и часто располагает лишь отдельными предметами материальной культуры или в том случае, если информация письменных источников нуждается в немедленной проверке.

Реконструировать можно как отдельные предметы, так и комплексы предметов, и даже целые производственные процессы, исторические явления и события.

Принято различать несколько видов реконструкции.

  • реконструкция "пяти шагов". Главный критерий оценки качества в данном виде реконструкции состоит в том, что реконструированный комплекс должен выглядеть достоверным с расстояния пять шагов и далее. Для реконструкции "пяти шагов" вполне допустимо использование машинного шва, не историчных, но похожих на таковые материалов и т.п.

  • частичная реконструкция. В данном случае главный критерий оценки качества - функциональность предмета, т.е. возможность столь же эффективно использовать его по назначению, как и исторический прототип, и точность соответствия прототипу внешнего вида. При этом допускается использование современных технологий, если это не ведет к нарушению вышеназванных критериев.

  • полная реконструкция представляет собой попытку изготовить предмет, соответствующий историческому оригиналу не только функционально и по внешним свойствам, но и по внутренней структуре, а также по способу изготовления. Например, пластины для доспеха отковываются в кузнице, с соблюдением использовавшейся в реконструируемый период технологии, а не вырезаются из катаного железа, и обрабатываются песком и точильным камнем, а не точильным и полировочным кругом на электромоторе. Весь костюм шьется вручную (в том числе и внутренние швы) аутентичной иглой, ткань для него изготовляется на ручном ткацком станке и т.д. и т.п.

Какой из способов выбирает реконструктор, зависит как от материальных возможностей, так и от целей реконструкции. Так, реконструкция "пяти шагов" является достаточной для театральных представлений, для артистов на заднем плане при съемке фильмов, для участия в исторических ролевых играх.

"Полная" реконструкция требует очень больших материальных и временных затрат, мощной материальной и научной базы. Цели такой реконструкции могут быть как демонстрационные, для экспонатов в музеях, так и научные. Для использования в демонстрационных целях важнее сам процесс, изображение деятельности по изготовлению предмета исторически достоверным способом, а не его результат. Частичная реконструкция - это компромисс между полной достоверностью и современными технологиями. Считается допустимым использовать современные материалы и методы изготовления, если это не отразится на историчности функциональных свойств и внешних данных реконструируемого предмета. Реконструкторы стремятся достичь максимальной внешней и функциональной соответствия оригиналу, используя современные технологии. Этот вид реконструкции допустим для демонстрации копий в учебных целях.

Реконструкцией является только тот предмет, комплекс предметов, который сделан на основе достоверных сведений, полученных на основе достоверных источников: музейных коллекций, археологических и этнографических материалов, синхронных изобразительных и письменных источников.

Главная проблема археологических материалов для реконструкции состоит в плохой сохранности предметов. Изделия из кожи, ткани, дерева кости или из других органических материалов редко попадают в руки археологов в первозданном виде, что затрудняет работу по реконструкции предмета древности. Хорошим источником для реконструкции являются фольклорные и этнографические материалы, собранные этнографическими экспедициями. Они уточняют и дополняют археологические источники. Дополнительным источником для реконструкции являются синхронные изобразительные источники. При использовании этого вида источников нужно учитывать следующие факторы: бедность изобразительных приемов, средств, схематичность изображения, следование канону в ущерб реалистичности.

При работе с письменными источниками основная сложность состоит в том, что язык и жизненный уклад с течением времени существенно изменяются. Значения многих терминов, употребляемых в письменных источниках, были утрачены или значительно изменились. Оценка событий, само восприятие мира могли существенно отличаться от нашего, современного восприятия. Для того чтобы правильно понять письменный источник, надо быть хорошо знакомым с материальной и духовной культурой, системой ценностей, историей общества, в котором он был создан, понять, кем и для чего этот текст был написан.

Дополнительным источником по реконструкции могут служить монографии общепризнанных специалистов по истории костюма, быта, вооружения, доспеха и т.п. Такие исследования позволяют сформировать общее представление о теме исследования и познакомить с признанным на данный момент мнением по тому или иному вопросу. Не могут служить достоверными источниками для реконструкции рисунки современных художников и тексты современных авторов, особенно художественные и публицистические. Достоверная информация в подобных источниках может отсутствовать или она может быть перемешана с общепринятыми стереотипами и ошибками, так как главная цель подобных изданий – популяризация знаний и привлечение внимания широкой публики. Поэтому подача исторического материала там, как правило, происходит в упрощенном и обобщенном виде.

Суть исторической реконструкции и экспериментальной археологии состоит в применение на практике реконструированных вещей по их прямому назначению. В результате такого применения вскрываются допущенные при реконструкции ошибки и недочеты, многие из которых просто невозможно было бы выявить при анализе источников и умозрительном теоретизировании. Экспериментальная археология показывает, что в истории, как и в других науках практика является критерием истины.

При этом возникает целый ряд объективных проблем, встающих перед экспериментатором. Например, никогда нельзя быть точно уверенным, что наши предки поступали в точности так, как ведет себя участник эксперимента, или же различные копии древних орудий труда, одежды, оружия абсолютно соответствуют своим прототипам. Эти, а также ряд других причин, значительно осложняют работу экспериментатора и ставят под вопрос результаты опытов. Тем не менее данный метод исследования не раз приходил на помощь исследователям, часто оказываясь единственным путем разрешения наиболее сложных и спорных вопросов, возникающих в процессе работы. Так, например, при экспериментальной транспортировке макета базальтовой стелы ольмекской культуры, произведенной в Ла-Венте (Мексика), было доказано, что крупные каменные монолиты невозможно было переносить вручную, хотя ранее считалось, что подобный способ вполне возможен.

Попытки использования различных экспериментальных методов в истории, археологии и этнографии имеют давнюю традицию. С середины XIXв. экспериментальные методы в археологии постепенно занимают достаточно устойчивые позиции. Их используют как отдельные исследователи, так и целые группы специалистов-экспериментаторов. В 1874г. во время археологической конференции в Копенгагене была продемонстрирована деревянная постройка, срубленная при помощи каменных орудий. В ХХ в. возникает принципиально новая форма археологического эксперимента, сочетающая в себе достижения всей системы исторических наук. (Малинова Р., Малина Я., 1988, стр.47) Техника и методика реконструкции значительно усложнились, исследования приобрели комплексный характер, участники экспериментов стали использовать методику "погружения в историческую эпоху". Так, например, в Швейцарии было реконструировано поселение каменного и бронзового веков, где усилиями экспериментаторов воссоздается жизнь людей далекого прошлого. Сейчас на этом месте находится один из крупнейших швейцарских музеев под открытым небом. Одним из основных условий чистоты подобных экспериментов является по возможности полное ограничение воздействия со стороны современной цивилизации.

Новый мощный толчок к развитию экспериментальная археология получает в 50-е годы в СССР, где в рамках школы выдающегося ленинградского археолога С.А.Семенова, разрабатываются новые методы научных исследований. В результате была разработана методика определения и изучения функций орудий труда по характеру следов работы - трассологический метод. На большинстве предметов остаются характерные следы инструмента, с помощью которого их изготовляли. На основании этих признаков С.А. Семенов уже в 40-е годы нашего столетия начал разрабатывать методику расшифровки следов инструментов на вещах. По таким следам можно было выяснить, как эти вещи предметы были изготовлены, использовались, применялись.

Однако Семенов еще не мог считать свое открытие доказанным. С помощью созданного им трассологического метода он уже мог определить характер, форму и направление следов, но все еще не знал их происхождения. Это Семенов установил только с помощью эксперимента. Благодаря этой методике, например, было доказано, что древние каменные топоры использовались для обработки древесины, а не для перекапывания земли, как предполагали раньше (Семенов С.А., 1963,стр.64). Это мнение подтверждалось и этнографами, изучавшими изолированные этнические группы. При этом экспериментально было установлено, что эффективность рубки леса репликами каменных топоров всего в 3-4 раза ниже, чем при выполнении аналогичной работы современными топорами, сделанными из железа. С.А. Семенов проверил и другие предметы и, проведя тысячи часов над микроскопом, после сотен опытов реконструировал технику создания ручных рубил, кремневых наконечников, кинжалов из кости и т. д.; определил, какие кремневые инструменты служили для очистки кожи, резания мяса, сверления дерева. Всплеск интереса к экспериментальным методам исторических исследований был тесно связан с именем отважного норвежского исследователя, путешественника и популяризатора методов исторической реконструкции Тура Хейердала, совершившего сенсационную экспедицию на бальсовом плоту "Кон-Тики" в 1947г. Он был построен на основании старинных испанских описаний плотов инков. Вслед за этим последовали плавания на камышовых судах "Ра I " и "Ра II ", сконструированных на основе древнеегипетских изображений и копии тростниковой лодки шумеров, названной "Тигрис". В результате ряда серьезных исследований ему удалось доказать необходимость комплексного и всестороннего исследования культурно-исторического значения Мирового Океана в истории человечества. Вслед за Хейердалом последовало множество исследователей, совершивших не менее важные и рискованные эксперименты. Например, плавание Тимоти Северина на "Брендане". На основе исторических документов был разработан маршрут, проходящий через Исландию на Ньюфаундленд. В результате тщательного анализа ряда источников удалось сделать реплику ирландской кожаной лодки VIв. Следуя логике исторического эксперимента, команда "Брендана" полностью отказалась от современных мореходных приборов, тем самым пытаясь достигнуть максимальной достоверности полученных данных. Эксперимент проходил в условиях весьма близких к тем, в которых совершили свое плавание аббат Брендан и 17 ирландских монахов 14 столетий назад и увенчался успехом. В настоящее время подобный вид реконструкции стал одним из наиболее распространенных. На основании эксперимента нельзя твердо и безошибочно установить, был ли данный рабочий процесс таким у наших предков в далеком прошлом, или он выглядел как-то иначе. Невозможно требовать от эксперимента абсолютной доказательности (Исторический эксперимент, 1990,стр.49). Доказав, что какой-то процесс в каком-то месте в прошлом осуществлялся определенным образом, мы не вправе категорически утверждать, что так происходило всегда и везде. Тем не менее, при всех возражения и оговорках, эксперимент и реконструкция продолжают развиваться как методы исторического исследования, помогая получать новые данные, расширяющие наши представления о прошлом.

  1. Заключение. Место исторической реконструкции и экспериментальной археологии в обществе


Историческая реконструкция и эксперимент распространяются все шире и шире, они находят своих сторонников и в научной среде, и в самых широких кругах общества. Эксперименты становятся постоянными спутниками археологов на их сложном и трудном пути познания жизни, работы, искусства и мышления людей, которые оставили после себя только немые, чаще всего разбитые или полуистлевшие предметы, незначительные следы своей деятельности и немногочисленные отрывки письменных документов.

Археологи и специалисты смежных наук используют эксперименты при поисках археологических памятников в полевых условиях (поиск), при раскопках и извлечении на поверхность, защите находок от разрушения и вредного воздействия среды (консервация), при анализе состава находок, описании их форм, способа производства, применения и датировки. И наконец, эксперименты помогают составить из этих осколков познания общую картину человеческой истории. Таким образом, эксперимент стал мощным союзником археологов в их общении с безмолвными вещами.

Если рассматривать понятие исторической реконструкции в более широком смысле, то это не только воссоздание первоначального облика старинных предметов. Это воссоздание цельной картины мира, каким он виделся человеку исследуемой эпохи. Воссоздание социальных, экономических, политических взаимоотношений исследуемого периода истории. Научно-познавательная и культурная ценность подобной работы несомненна.

Исторические эксперименты привлекают внимание не только археологов, историков и этнографов, но и специалистов в области социологии, психологии, экологии и ряда других наук. Другой отличительной особенностью современных центров экспериментальной археологии является их полифункциональность. Помимо научных исследований, подобные организации занимаются музейной работой, популяризацией результатов своей деятельности через средства массовой информации, разработкой специальных обучающих программ для школ и ВУЗов. Они выступают в роли координационных центров в системе разнообразных культурных обществ и клубов исторической реконструкции. Одной из первых организаций, развивающих именно этот подход к методу исторической реконструкции, является Центр экспериментальной археологии в Лейре в Дании.

Сильное впечатление производят на современного зрителя экспозиции музеев под открытым небом, где на фоне реконструированного культурного ландшафта можно стать свидетелем событий, которые вполне могли бы происходить в далеком прошлом. В последнее время возникает ряд историко-этнографических и археологических музеев, специализирующихся на различных видах реконструкции. Данное направление получает общественное признание и всестороннюю поддержку во многих странах мира.

Современные центры исторической реконструкции не ограничиваются исключительно научной деятельностью. В них активно ведется музейная работа, проводятся общеобразовательные лекции и семинары, устраиваются так называемые " экскурсии в прошлое". Для желающих специально представлена возможность пройти различные курсы Теоретические знания, полученные в процессе обучения, закрепляются на практике. Кроме общеобразовательных курсов, доступных всем желающим, предусмотрены специальные углубленные занятия для учителей, студентов и научных работников, желающих повысить свою профессиональную подготовку.

По свидетельству многих, проходящих обучение в подобных центрах, они не являлись посторонними наблюдателями, а буквально жили историей. В результате формируется совершенно особое ощущение истории, основанное на собственном практическом опыте.

Таким образом, хотя историческая реконструкция на современном этапе развития представляет собой весьма неоднородное интегрированное явление. В нем можно выделить три принципиально различных направления: научное, музейно-образовательное и любительское, отличающихся по отношению к целям работы и подходу к самому процессу реконструкции. Любое из них имеет право на существование и заслуживает отдельного исследования.

Историческое моделирование, экспериментальная археология и историческая реконструкция - это методы активного, деятельного, практического изучения истории. Методы, позволяющие лучше узнать и понять своих далеких предков, а значит, лучше узнать и понять самих себя.


8. Литература


  1. Акишев К.А. Курган Иссык. М., 1978

  2. Грач А.Д. Древние кочевники в Центре Азии М.,1980

  3. Гришин Ю.С. Металлические изделия Сибири эпохи энеолита и бронзы, М., 1997

  4. Исторический эксперимент: теория, методология, практика М., 1990.

  5. Кисилев С.В., Древняя история южной Сибири, М, 1951,

  6. Ковальченко И.Д. Методы исторического исследования, М., 1987.

  7. Косарев М.Ф., Западная Сибирь в древности, М., 1984

  8. Кочеев В.А. Боевое оружие пазырыкцев, Горно-Алтайск,, 1983,

  9. Кочеев В.А. Чеканы Горного Алтая // Проблемы изучения ультуры населения Горного Алтая. Горно-Алтайск, 1987

  10. Кубарев В.Д., Кинжалы из Горного Алтая,// Военное дело древних племен Сибири и Центральной Азии, Новосибирск, 1981

  11. Кубарев В.Д., Курганы Юстыда, Новосибирск, 1991

  12. Малинова Р., Малина Я. Прыжок в прошлое. Эксперимент раскрывает тайны древних эпох. М.,1988.

  13. Полосьмак Н.В., Воинские шлемы пазырыкцев, Новосибирск, 1995

  14. Полосьмак Н.В., Стерегущие золото грифы, Новосибирск, 1994

  15. Руденко С .И. Культура населения Горного Алтая в скифское время, М., 1953

  16. Семенов С.А. Изучение первобытной техники методом эксперимента // Новые методы в археологических исследованиях, М.-Л., 1963

  17. Соловьев А.И. Оружие и доспехи. Сибирское вооружение: от каменного века до средневековья, Новосибирск, 2003

  18. Соловьев А.И. О некоторых характеристиках клинкового оружия Проблемы реконструкций в археологии Новосибирск, 1985

Размещено на http://www.allbest.ru


Случайные файлы

Файл
79867.rtf
117110.doc
5429-1.rtf
5289.rtf
100764.rtf