Терроризм и его истоки в Российской империи (60650)

Посмотреть архив целиком












РЕФЕРАТ: ТЕРРОРИЗМ И ЕГО ИСТОКИ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ



Изучая проблему терроризма и, в частности, его проявления в русском освободительном движении, необходимо разобраться в самом термине: а что же такое «терроризм»? Существует целый ряд трудностей, связанных с разработкой данного термина. Главным объективным препятствием, по мнению многих ученых, является многозначность явлений, которые охватывает терроризм: здесь и идеология, и человеческая деятельность, и метод запугивания, и тяжкие преступления, и целый ряд других действий1.

Московский ученый В.И. Чекалкин среди основных причин, не позволивших успешно решить эту проблему, называет сложность феномена терроризма, его быстрое эволюционирование как во времени, так и в пространстве, изменение политических и идеологических ориентиров, тактики и стратегии деятельности террористов2.

Наиболее вероятным представляется то, что выделить универсальную теорию в определении данного феномена невозможно, так как существует чересчур много его причин и проявлений3.

Терроризм в разных странах проявляет себя по-разному в зависимости от конкретных исторических, политических, социальных и культурных условий.

Тем не менее политологами западноевропейских стран и США было предложено более ста определений терроризма, а всего уже имеется около двухсот. Но ни одно из них не может быть признано безупречным. Каждое акцентирует внимание на той или иной стороне этого явления, раскрывает какую-то особенность, черту, частичку сущности: «Терроризм есть мотивированное насилие с политическими целями» (Б. Крозье, Великобритания). «Терроризм – это систематическое запугивание правительств, кругов населения и целых народов путем единичного или многократного применения насилия для достижения политических, идеологических или социально-революционных целей и устремлений» (Г. Деникер, Швейцария). «Терроризм – это угроза использования или использование насилия для достижения политической цели посредством страха, принуждения или запугивания» (Сборник под ред. И. Александера. Терроризм: теория и практика., США). Как видим, ни одно из вышеприведенных определений западных историков не охватывает всех аспектов и проявлений терроризма.

В российской историографии также предпринимаются попытки найти универсальное определение. К примеру, в монографии «Левый терроризм на Западе: история и современность» авторы дают следующее определение: «Терроризм – это политическая тактика, связанная с использованием и выдвижением на первый план тех форм вооруженной борьбы, которые ранее сводились к убийствам «отдельных высокопоставленных лиц», в современных условиях могут носить форму угона самолетов, захвата заложников, поджогов предприятий и офисов и т.д., но объединяет их с терроризмом прежних времен то, что главной угрозой со стороны террористов остается угроза жизни и безопасности людей. Террористические акты направлены на нагнетание страха в обществе и, разумеется, они должны быть политически мотивированы»4.

Однако подобная формулировка подходит прежде всего к терроризму 70–80-х гг. XX в. на Западе, и совершенно не отвечает реалиям России XIX в. Достаточно приложить ее к «дезорганизаторской» деятельности землевольцев 1870-х гг., рассматривавших террор прежде всего как орудие самозащиты и мести, и становится очевидным, что современная политологическая терминология «не срабатывает» применительно ко многим историческим ситуациям5.

Таким образом выработать универсальное определение терроризма не представляется возможным. Однако можно попытаться найти ту формулировку, которая дает наиболее полную и исчерпывающую трактовку терроризма интересующего нас периода. Таковой по нашему мнению является определение, данное американским историком Дж. Хардманом в статье «Терроризм», опубликованной в 1934 г. «Терроризм, – писал Хардман, – это термин, используемый для описания метода или теории, обосновывающей метод, посредством которого организованная группа или партия стремится достичь провозглашенных ею целей преимущественно через систематическое использование насилия. Террористические акты направляются против людей, которые как личности, агенты или представители власти мешают достижению целей такой группы». Далее он продолжает: «терроризм как метод всегда характеризуется не только тем фактом, что он стремится вывести из равновесия законное правительство или нацию, но также продемонстрировать массам, что законная власть больше не находится в безопасности и без вызова. Публичность террористического акта является кардинальным моментом в стратегии терроризма. Если террор потерпит неудачу в том, чтобы вызвать широкий отклик в кругах за пределами тех, кому он напрямую адресован, это будет означать, что он бесполезен как орудие социального конфликта. Логика террористической деятельности не может быть вполне понята без адекватной оценки показательной природы террористического акта»6.

Нет единого мнения у ученых и относительно времени возникновения терроризма. Одни отодвигают корни этого явления в античные времена, другие считают терроризм феноменом конца XX в., третьи относят происхождение современного терроризма к эпохе постнаполеоновской Реставрации.

Интересным является тот факт, что многие ученые Запада полагают, что праматерью современного терроризма во всем мире является терроризм «Народной воли»7.

Нас же прежде всего интересует вопрос о том, когда и почему терроризм пустил прочные корни именно в российской почве. По нашему мнению, терроризм как идеология начал формироваться еще в 60-е гг. XIX в., постепенно превращаясь в систему действий революционных организаций, найдя свое классическое воплощение в борьбе «Народной воли». Генезис террористических идей в российском революционном движении носил достаточно самобытный характер, корни которого лежат прежде всего в идеологии и, в значительной степени, психологии определенной части русских революционеров.

Начало террористическим идеям в России было положено ничем не примечательным, в принципе, студентом Московского университета Петром Зайчневским, автором получившей большую известность и широкую огласку в обществе прокламации «Молодая Россия». Пожалуй, главная и самая страшная мысль данной прокламации состоит в том, что автор впервые в России открыто признает убийство нормальным средством достижения пусть даже и самых благородных целей. «Мы изучали историю Запада, – писал Зайчневский, – и это изучение не прошло для нас даром; мы будем последовательнее не только жалких революционеров 92 года, мы не испугаемся, если увидим, что для ниспровержения современного порядка приходится пролить втрое больше крови, чем пролито якобинцами в 90-е гг.». Для Зайчневского террор – средство убрать с дороги «императорскую партию». Если захватить Зимний дворец и перебить «живущих там», то «может случиться, что все дело кончится одним истреблением императорской фамилии, т.е. какой-нибудь сотни, другой людей»8.

В другом месте автор «Молодой России», указывая на связь царя с «императорской партией», уничтожающей народ, замечает: «Ни он без нее, ни она без него существовать не могут. Падет один – уничтожиться и другая»9.

П.А. Зайчневского нельзя назвать сторонником индивидуального террора. Но именно в этой мимоходом брошенной фразе сформулирована идея, воодушевлявшая тысячи русских революционеров на убийства и самопожертвование. Для русских власть ассоциировалась с царем, она была персонифицирована. А раз власть – это царь, возникает большой соблазн одним ударом разрушить могущество этой власти, расчистить дорогу для осуществления идей, которые должны привести ко всеобщему благоденствию.

Конечно, все написанное П. Зайчневским можно списать на юношеский максимализм, но, как известно, все революции совершают молодые. И уже другие люди, не без влияния «Молодой России», развивая взгляды о необходимости истребления политических противников или придя к этим взглядам самостоятельно, создадут целую систему идеологического обоснования терроризма и, что самое существенное, перейдут от теории к практике в невиданных еще в мировой истории масштабах10.

Уже П.А. Зайчневским была предпринята попытка предать некую своеобразную «гуманность» террористической идее, с одной стороны, истребление «сотни, другой людей», а с другой, если придется издать крик: «В топоры!» – «.. .тогда бей императорскую партию, не жалея, как не жалеет она нас теперь, бей на площадях, если эта подлая сволочь осмелится выйти на них, бей в домах, бей в тесных переулках городов, бей на широких улицах столиц, бей по деревням и селам! Помни, что тогда, кто будет не с нами, тот будет против, тот наш враг, а врагов следует истреблять всеми способами»11.

Уже у П.А. Зайчневского, пока еще в теории, проявилось то, что много позже в своей практике будут использовать эсеры – стремление уничтожать всех, кто имеет хотя бы косвенное отношение к «вражескому» лагерю. «Молодая Россия» вызвала критику со стороны здравомыслящих лидеров радикального лагеря. Еще неизвестных тогда авторов пожурил А.И. Герцен, списывая, впрочем, их чрезмерную кровожадность на молодость и любовь к революционной фразе: «Кто знаком с возрастом мыслей и выражений, тот в кровавых словах «Юной России» узнает лета произносящих их. Террор революций с своей грозной обстановкой и эшафотами нравится юношам так, как террор сказок с своими чародеями и чудовищами нравится детям»12.


Случайные файлы

Файл
12790.rtf
95954.rtf
10888.rtf
11571.rtf
ref-19695.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.