Конрад Аденауер. Ремилитаризация ФРГ (60624)

Посмотреть архив целиком

Введение


При анализе событий, которые разворачивались в Западной Германии с 1949 по 1955 годы, необходимо помнить о политическом развитии в Европе и вообще на земном шаре за этот же период. Это позволит правильно оценить роль и место Германии, в частности Западной Германии, в послевоенном мире.

Это и победа Советского Союза над гитлеровской Германией, и как следствие этого, усиление роли и возвышение социалистической системы в мире. Что, кстати, не могло не привести к борьбе двух господствующих систем – капиталистической и социалистической. Это и огромное желание простых людей и политиков многих стран вновь не оказаться втянутым в новую мировую войну. Это огромное желание сохранить мир на Земле.

Эта принципиально новая международная обстановка делает и иным положение Западной Германии.

Для федерального канцлера ФРГ Аденауэра, который в период своего правления с 1949 до 1963 года лично оказал большое влияние на проводимую Германией внешнюю и внутреннюю политику («канцлерская демократия»), высшей политической целью было воссоединение Германии в условиях мира и свободы.




Конрад Аденауэр


Конрад Аденауэр, полное имя Konrad Hermann Joseph Adenauer, родился 5 января 1876 года в Кёльне. Конрад родился в семье секретаря городского суда Кёльна. Он был третьим сыном в семье. Позже родились еще две сестры. 5 марта 1894 года Конрад закончил учебу в гимназии Святых апостолов в Кельне, затем учился на юридических факультетах университетов Фрайбурга, Мюнхена и Бонна (1894–1897). После сдачи государственных экзаменов он работал в прокуратуре города Кельна судебным асессором, а затем в конторе адвоката Каузена (1903–1905).

Конрад хотел стать нотариусом, однако его планы изменились после того, как он 20 января 1904 года женился на Эмме Вейер, происходившей из знатной кельнской семьи. У супругов родились два сына и дочь. Однако семейное счастье длилось недолго – Эмма скончалась в 1916 году из-за тяжелой болезни.

Конрад был воспитан в католической среде и еще в студенчестве стал членом католической партии. Он оказался трудоголиком в работе, благодаря его упорству в 1906 году он стал десятым помощником бургомистра Кельна и занимался муниципальными налогами и сборами. Конрад Аденауэр был избран обербургомистром в 1917 году и был утвержден в этой должности кайзером Вильгельмом II. После поражения Германии в Первой мировой войне, Конрад работал день и ночь, трудился, чтобы превратить Кельн в красивый и развивающийся центр Рейнской области. Благодаря своим успехам в политической сфере, Конрад был избран президентом Государственного совета, совещательного органа из представителей провинции в Берлине. Канцлер Конрад Аденауэр был главой федерального правительства более 14 лет – с сентября 1949 г. по октябрь 1963 г., и олицетворяет собой целую эпоху в истории Западной Германии.


Политика восстановления Германии


Вхождение ФРГ в европейское сообщество, будучи «руководящей идеей» политики Аденауэра и Соединенных Штатов Америки, являлось, однако, лишь одним из элементов той, другой цели, т. к. главной целью, было восстановление сильной Германии. Если экономическое сотрудничество ФРГ с западными державами должно было привести к заключению между ними политического союза, то есть к принятию ФРГ в европейское сообщество и в конечном счете в Атлантический блок, то в качестве конечного результата, который должен был увенчать всю «операцию», намечалась ремилитаризация ФРГ как «интегральной» части западной Европы и союзника западных держав.

Таков был логичный конец политики восстановления Германии, которая проводилась западными державами по указке и под нажимом США, а самым ревностным сторонником, самым точным исполнителем которой в Германии был канцлер Аденауэр. Германское государство, которое хотели создать, должно было быть сильным в военном отношении, ибо только тогда оно смогло бы исполнять роль, для которой его предназначали. Политика «европейской интеграции» открывала, следовательно, путь к ремилитаризации ФРГ и в то же время служила оправданием к этой ремилитаризации. В условиях, когда было намечено ее осуществлять – на другой день после кровопролитнейшей из войн, когда германский милитаризм был осужден и проклят всем человечеством – не так то легко было приступить к мероприятию, столь явно шедшему вразрез со стремлениями простых людей в странах Запада. Вооружить ФРГ можно было только в рамках политики ее сотрудничества и союза с западными державами. Ход рассуждений был очень простой: поскольку ФРГ будет союзником Западной Европы, она должна будет участвовать в обороне последней. «Если, – говорил Аденауэр, – мы создадим Европу, в которой Германия будет пользоваться такими же правами, что и другие страны, то одновременно она должна будет нести такие же обязанности, включая оборону» (Paul Weymar, op. cit., p. 211)

Биографы канцлера Аденауэра тщатся доказать, будто он «изменил» свои взгляды на ремилитаризацию Германии под влиянием событий, которые в конечном счете «заставили» его с необходимостью ремилитаризации. Однако факты опровергают эту версию. Аденауэр принадлежал к тем, кто «мечтал об армии» еще задолго до того, как вспыхнула война в Корее. А если он и делал вид, что является противником ремилитаризации в ФРГ то лишь по «тактичным соображениям»: он хотел подождать, пока его начнут просить об этом, зная, что Вашингтон и Лондон заинтересованы в вооружении Германии; он хотел так же ввести в заблуждение общественное мнение в Германии и западных странах, которое не хотело слышать о ремилитаризации.

«В тот период, – говорит официальный биограф Конрада Аденауэра, – демилитаризация ФРГ была необходима для того, чтобы добиться постепенной отмены оккупационного статута». (Paul Weymar op. cit., p. 207)

До того, как появился предлог – война в Корее, находили и другие предлоги, которые использовали при каждом удобном случае: вопили, например, об «угрозе», нависшей над ФРГ в лице «народной полиции» Восточной Германии, которую изображали как могущественную военную машину. Говорили, что это самая настоящая армия, насчитывающая боле 200.000 человек.

Вопрос о ремилитаризации Германии стоял на повестке дня с тех самых пор, как ФРГ только возникла, и решался он параллельно с вопросом о «европейской интеграции».

В начале мая 1950 Европейский совет пригласил правительство ФРГ вступить в состав этой организации. 9 мая в Париже был объявлен проект создания Европейского объединения угля и стали, или так называемый «план Шумана». Этот план был «гвоздем» конференции трех держав в мае того же 1950. Он был логичным продолжение политики, включавшей в качестве своего главного элемента ремилитаризацию ФРГ. Ведь для возрождения германской военной базы недостаточно было восстановить германскую армию; надо было так же воссоздать военный потенциал германской промышленности. В этом и заключалась цель угольно-стального пула, который решено было создать в первую очередь до создания нового вермахта.

В марте 1950 выплавка стали в Руре превысила миллион тонн, это означает, что рурская промышленность давала 12 миллионов тонн в год, то есть больше цифры 11,1 миллионов тонн в год, которая была установлена последним англо – американским соглашением в 1949 году.

В «плане Шумана» нашла отражение та самая основная идея политики Аденауэра, которую тот не переставал повторять и развивать с первого дня после окончания войны, а именно, что экономическое сотрудничество между боннской Германией и западными державами – это фактор, определяющий собой и их политические отношения и что, исходя из этого, экономический союз, как база союза политического, влечет за собой и делает возможной ремилитаризацию Германии.

Итак, политика ремилитаризации Западной Германии была основана якобы на «недоразумении», которое весьма характерно вообще для всей политики западных держав. В то время, как государства Атлантического блока хотели предоставить ФРГ оружие для того, чтобы она могла «внести вклад» в оборону Запада. Для Аденауэра это оружие было лишь необходимым средством для проведения в жизнь своей реваншистской политики.

Лондонские и Парижские соглашения, которые в конечном счете заменили собой договор о создании ЕОС, Аденауэр рассматривал лишь с точки зрения тех возможностей, которые они ему предоставляли для осуществления его политических целей на Востоке. Возвратившись из Лондона после того, как там были подписаны соглашения о ремилитаризации ФРГ, Аденауэр 3 октября 1954 года публично заявил: «Германский народ по обе стороны железного занавеса может быть доволен тем, чего мы достигли в Лондоне». (Цит. по сообщению западногерманского официозного агентства ДПА, 16.11.1954 г.)

Аденауэр знал и открыто заявлял, что СССР не хочет войны, что у него нет никаких причин желать, чтобы была война, и что, следовательно, никакой опасности «коммунистической агрессии» для Западной Германии не существует.

4 июля 1952 года, открывая в бундесрате дебаты по вопросу о ратификации договора о создании ЕОС, он старался особенно подчеркнуть, что речь идет не об обороне ФРГ против возможной советской агрессии, а о том, что в данный момент важнее всего заложить основу договора, который обеспечил бы «пятидесятилетний мир» – мир на таких условиях, которые, разумеется, устраивали бы Аденауэра.

«Советский Союз, – сказал Аденауэр, – занят выполнением гигантских экономических задач, которые перед ним стоят, и не в его интересах расточать все время свои капиталистические и человеческие ресурсы на военное производство». (Рейтер, 3.04.1952)






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.