Сталинские репрессии (60567)

Посмотреть архив целиком

Федеральное агентство по образованию Российской Федерации

Омский государственный технический университет

(ОмГТУ)

Кафедра отечественной истории










Реферат

Тема: Сталинские репрессии



Выполнил: Студент группы ТД-150

Шахмаров Ж.М.

Проверила: старший преподаватель

Сиганова Татьяна Викторовна








Омск 2010 год


Содержание:


Введение

1. Идеологическая основа репрессий

2. Политика «Красного террора»

3. Репрессии конца 20-х - начала 30-х гг. ХХ века

Раскулачивание

«Социально чуждые элементы»

4. Большой террор

5. Империя лагерей

6. Смерть Сталина. Ослабление репрессий

7. Статистика репрессий 30-х-50-х годов

Заключение


Введение


"Страшная правда, но вeдь, правда" Короленко.


Политические репрессии 20-50-х гг. ХХ века отложили большой отпечаток на Российскую историю. Это были годы произвола, беззаконного насилия. Этот период Сталинского главенства историки оценивают по-разному. Одни из них называют это «черным пятном в истории», другие - необходимой мерой для укрепления и возрастания могущества Советского государства.

Само понятие репрессия в переводе с латинского означает подавление, карательная мера, наказание. Иными словами, подавление путём наказания.

На сегодняшний момент политические репрессии является одной из актуальных тем, так как они коснулись почти каждого жителя нашей страны. Каждый неразрывно связан с этой трагедией. В последнее время очень часто всплывают страшные тайны того времени, увеличивая тем самым важность этой проблемы.

Цель данной работы заключается в рассмотрении политических репрессий на протяжении всего руководства Иосифа Виссарионовича Сталина.


Идеологическая основа репрессий


Идеологическая база сталинских репрессий (уничтожение «классовых врагов», борьба с национализмом и «великодержавным шовинизмом» и т. д.) сформировалась ещё в годы гражданской войны. Самим Сталиным новый подход (концепция «усиления классовой борьбы по мере завершения строительства социализма») был сформулирован на пленуме ЦК ВКП (б) в июле 1928 года:

«Мы говорим часто, что развиваем социалистические формы хозяйства в области торговли. А что это значит? Это значит, что мы тем самым вытесняем из торговли тысячи и тысячи мелких и средних торговцев. Можно ли думать, что эти вытесненные из сферы оборота торговцы будут сидеть молча, не пытаясь сорганизовать сопротивление? Ясно, что нельзя.

Мы говорим часто, что развиваем социалистические формы хозяйства в области промышленности. А что это значит? Это значит, что мы вытесняем и разоряем, может быть, сами того не замечая, своим продвижением вперёд к социализму тысячи и тысячи мелких и средних капиталистов-промышленников. Можно ли думать, что эти разорённые люди будут сидеть молча, не пытаясь сорганизовать сопротивление? Конечно, нельзя.

Мы говорим часто, что необходимо ограничить эксплуататорские поползновения кулачества в деревне, что надо наложить на кулачество высокие налоги, что надо ограничить право аренды, не допускать права выборов кулаков в Советы и т. д., и т. п. А что это значит? Это значит, что мы давим и тесним постепенно капиталистические элементы деревни, доводя их иногда до разорения. Можно ли предположить, что кулаки будут нам благодарны за это, и что они не попытаются сорганизовать часть бедноты или середняков против политики Советской власти? Конечно, нельзя.

Не ясно ли, что всё наше продвижение вперёд, каждый наш сколько-нибудь серьёзный успех в области социалистического строительства является выражением и результатом классовой борьбы в нашей стране?

Но из всего этого вытекает, что, по мере нашего продвижения вперёд, сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться, а Советская власть, силы которой будут возрастать всё больше и больше, будет проводить политику изоляции этих элементов, политику разложения врагов рабочего класса, наконец, политику подавления сопротивления эксплуататоров, создавая базу для дальнейшего продвижения вперёд рабочего класса и основных масс крестьянства.

Нельзя представлять дело так, что социалистические формы будут развиваться, вытесняя врагов рабочего класса, а враги будут отступать молча, уступая дорогу нашему продвижению, что затем мы вновь будем продвигаться вперёд, а они - вновь отступать назад, а потом "неожиданно" все без исключения социальные группы, как кулаки, так и беднота, как рабочие, так и капиталисты, окажутся "вдруг", "незаметно", без борьбы и треволнений, в лоно социалистического общества. Таких сказок не бывает и не может быть вообще, в обстановке диктатуры-пролетариата - в особенности.

Не бывало и не будет того, чтобы отживающие классы сдавали добровольно свои позиции, не пытаясь сорганизовать сопротивление. Не бывало и не будет того, чтобы продвижение рабочего класса к социализму при классовом обществе могло обойтись без борьбы и треволнений. Наоборот, продвижение к социализму не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы.»1


Политика «Красного террора»


Создание 7 (20) декабря 1917 г. Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем при Совете Народных Комиссаров явилось закономерным этапом эволюции советского государства в послеоктябрьский период.

18 декабря 1917 г. по ордеру, подписанному Ф.Э.Дзержинским и И. К. Ксенофонтовым, членом коллегии ВЧК С. Е. Щукиным был произведен арест 12 членов «Союза защиты Учредительного собрания». Среди арестованных были видные представители партии эсеров, меньшевиков и трудовой группы: В. М. Чернов, А. Р. Гоц, И.Г.Церетели, Ф. И. Дан, Л. М. Брамсон и другие. Основанием для ареста послужило очередное собрание «Союза защиты Учредительного собрания», на котором было принято решение о начале подготовки политической манифестации.

Начало красного террора можно считать убийство 30 августа 1918 г. председателя Петроградской ЧК М. С. Урицкого в Петрограде и тяжелое ранение в Москве вечером этого же дня В. И. Ленина. Эти два события обозначили начало нового этапа в карательно-репрессивной политике советской власти. Совершенные в двух столицах в один день террористические акты убеждали советское руководство в существовании заговора против всех видных большевиков, в возможности новых покушений. В этих условиях прежний подход к политическим противникам представлялся уже допущенной ошибкой, которую необходимо исправить самыми резкими и суровыми мерами. Отличительной чертой нового периода являлась особая роль чрезвычайных комиссий в разворачивании масштабных репрессий. Еще до постановления о красном терроре по России прокатывается первая волна террора, масштабы которого не сопоставимы ни с каким другим аналогичным периодом гражданской войны.

Значительные масштабы красный террор принял в Поволжье, где до 30 августа 1918 г. смертная казнь применялась чаще, чем в целом по России. Нижегородская губчека, которой руководил в то время М. Я. Лацис, уже 31 августа 1918 г. телеграфировала в Москву о расстреле 41 человека, в ответ на названные террористические акты. Среди расстрелянных было 2 священнослужителя высшего ранга, 18 офицеров, 10 бывших жандармов, 4 предпринимателя и 2 чиновника царской России. Через несколько дней в том же Нижнем Новгороде был произведен новый массовый расстрел с тем же обоснованием, на этот раз 19 человек. Двое из приговоренных к высшей мере наказания были осуждены за контрреволюционную деятельность, остальные 17 человек — за уголовные преступления, отягощающим фактом которых была их рецидивность.

Наиболее крупные масштабы политика красного террора в первую неделю его осуществления приобрела в Петрограде. Особую роль в разворачивании репрессий сыграла непримиримая позиция руководства Северной Коммуны, в первую очередь Г. Е. Зиновьева и отдельных представителей коллегии Петроградской губчека, в том числе Н.К. Антипова. Общее количество жертв красного террора в Петрограде к октябрю 1918 г. достигло почти 800 человек расстрелянных и 6229 арестованных. Массовые расстрелы в городе преследовали цель запугивания населения и предотвращения новых террористических актов.

С 5 сентября политика красного террора приобрела законодательный характер. В «Постановлении о красном терроре», принятом 5 сентября 1918 г., были изложены методы террора, его направленность и организация. В постановлении говорилось: «Совет Народных Комиссаров, заслушав доклад председателя Всероссийской Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности о деятельности этой комиссии, находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью, что для усиления деятельности Всероссийской Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлением по должности и внесения в нее большей планомерности необходимо направить туда возможно большее число ответственных партийных товарищей, что необходимо обезопасить Советскую республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях, что подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежам, что необходимо опубликовывать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры.


Случайные файлы

Файл
169291.rtf
27363.rtf
- 2000.doc
5164.rtf
79016.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.