Социальные и организационные проблемы военных реформ 20-30-х годов ХХ века (59575)

Посмотреть архив целиком

Социальные и организационные проблемы военных реформ

20-30-х годов XX века


В отечественной истории на различных этапах экономического, политического и социального развития государства неоднократно проводились коренные изменения и преобразования в военном строительстве, в сфере решения оборонных задач в целом (реформы Ивана IV в середине XVI в., Петра I в первой четверти XVIII в.; Д.А. Милютина в 60-70-х гг. XIX в., в 1907-1912 гг. после русско-японской войны). В советский период после создания РККА были проведены реформы в 1923-1925 гг. и накануне Великой Отечественной войны, сыгравшие важную роль в развитии Вооруженных Сил.

Общим для этих реформ была ориентация прежде всего на совершенствование боевого элемента армии: оснащение ее современными техническими средствами борьбы, использование более рациональных способов комплектования людскими ресурсами, изыскание наилучшей организационной структуры войск, приемов и способов вооруженной борьбы и др. Однако, как правило, социальная сторона обустройства армии отодвигалась на второй план и не находила полного разрешения.

Прежде всего, необходимо отметить, что первая после создания РККА советская военная реформа 1923-1925 гг. по своим экономическим причинам имела вынужденный характер, т.к. истощенное первой мировой и гражданской войнами народное хозяйство Советской России не могло выдержать тяжести содержания современной боеспособной армии. После окончания гражданской войны и иностранной интервенции крупная отечественная промышленность производила почти в 7 раз меньше продукции, чем в 1913 г., по размерам добычи угля и нефти страна была отброшена к концу XIX в., по производству чугуна - к уровню второй половины XVIII в. Большая часть металлургических, машиностроительных, оборонных заводов бездействовала или работала на ограниченную мощность. С другой стороны, временная стабилизация капиталистического хозяйства и международной обстановки снижали угрозу внешней безопасности СССР и на определенное время позволяли развернуть фронт работ по восстановлению народного хозяйства страны в условиях мирного строительства.

Содержание почти пятимиллионной армии в этих условиях ложилось непосильным бременем на экономику страны, отвлекало основную часть наиболее трудоспособного мужского населения от производительного труда и грозило тяжелыми социальными последствиями. Поэтому уже с 1921 г. началось последовательное сокращение Вооруженных Сил. В течение трех-четырех лет их численность была уменьшена более чем в 10 раз (доведена до 500 тыс. чел.). С точки зрения обеспечения обороноспособности страны это было очень радикальное и рискованное решение, но без него было невозможно проводить кардинальные социальные изменения на путях новой экономической политики.

Декретом ВЦИК и СНК от 28 сентября 1922 г. «Об обязательной воинской повинности для всех граждан РСФСР мужского пола» подтверждался принцип обязательной службы трудящихся, но в армию теперь стали призывать не с 18-ти, а с 20-летнего возраста. С 1925 г. призывной возраст был повышен до 21 года, что давало значительные резервы рабочей силы для использования в народном хозяйстве.

Важнейшей сутью военной реформы являлось введение смешанной системы комплектования и подготовки Вооруженных Сил, заключавшейся в сочетании территориально-милиционной системы с кадровой. Переход к смешанной территориально-кадровой системе был объявлен декретом ЦИК и СНК СССР от 8 августа 1923 г. «Об организации территориальных войсковых частей и проведении военной подготовки трудящихся». Он занял ведущее место в реорганизации Красной Армии в условиях мирного времени. Если к концу 1923 г. на территориальное положение было переведено всего 20% стрелковых дивизий, то к концу 1924 г. их уже имелось 52%, в 1928 г. - 58%. Территориальные части занимали доминирующее место в составе Красной Армии вплоть до второй половины 30-х гг.

Составлявшие ограниченную часть Вооруженных Сил, кадровые соединения были постоянно укомплектованы личным составом и вооружением и находились в относительно высокой степени боевой готовности. К ним относилась значительная часть дивизий приграничных округов, технические части, военно-морской флот. В подавляющем же большинстве частей и соединений, комплектовавшихся по территориально-милиционному принципу («Местные войска»), постоянно имелось только 16% штатного командного и рядового состава, основную же часть воинского контингента составлял переменный состав - призванные на военную службу красноармейцы, которые находились на казарменном положении только в короткие периоды учебных сборов, все остальное время жили дома и занимались обычной трудовой деятельностью. Это значительно снижало военные расходы государственного бюджета и способствовало увеличению трудовых ресурсов в народном хозяйстве, но не могло не отражаться на уровне боеготовности армии. «Конечно, если бы перед нами был выбор между 1,5-2-миллионной кадровой армией и нынешней системой милиции, - подчеркивал М.В.Фрунзе, - то с военной точки зрения все данные были бы в пользу первого решения. Но ведь такого выбора у нас нет».

В ходе военной реформы была произведена замена смешанной денежно-натуральной сметы чисто денежной, что переводило все содержание Красной Армии на платный принцип. Максимальное сокращение армии позволило не только сэкономить значительные средства для восстановления и развития разрушенного войной хозяйства страны, но и увеличить ассигнования на воссоздание оборонной промышленности. Но общее снижение военных расходов усугубило тяжелые условия жизни, службы и быта оставшегося контингента кадровых войск в социальном отношении.

Остро заявила о себе самая жгучая в то время жилищная проблема. Казарменный фонд, созданный еще в дореволюционный период по норме 1,5 кв. м на чел., был сильно разрушен и устарел. Наиболее обустроенные казарменные здания были потеряны в Польше, Прибалтике, Молдавии, Финляндии. Ремонт казарм требовал колоссальных средств, которыми государство не располагало. В оставшихся пригодными для жилья казармах с большим трудом удавалось разместить переформированный кадровый контингент, но без каких-либо элементарных удобств (водопровод отсутствовал, имевшееся печное отопление требовало в зимних условиях большого количества топлива, нормы на которое были абсолютно малы). На ремонт казарм сметой предусматривалось всего 15% от потребности.

В тяжелом положении с жильем находился командный состав. Из его числа сколько-нибудь сносно было обеспечено квартирами только 30%, а остальные 70% размещались либо на частных квартирах, либо по нескольку семей в одном помещении. Не лучше обстояло дело с вещевым имуществом в снабжении войск. Недоставало одежды, а имевшаяся была низкого качества. Кризисное состояние сложилось с постельными принадлежностями (простыни, одеяла, наволочки, матрасы и др.). Ими войска были обеспечены менее чем на 50%. Следует, к сожалению, заметить, что и в последующем несколько десятилетий солдат спал на матрасах и подушках, набитых сеном или соломой.

Урезка бюджета жестко сказалась в области гигиены. Хотя в войсках и снизились заболевания, но угроза эпидемий осталась: на баню и стирку в месяц на каждого красноармейца выделялось всего по 30 коп. Несколько лучше обстояло дело с продовольствием. Норма продовольственного довольствия содержала 3012 калорий, но она была ниже оптимальной на 300-600 калорий (в сравнении с нормами буржуазных армий).

Сокращение армии позволило высвободить определенную часть денежных средств для повышения норм оплаты военнослужащих. Красноармеец стал получать 1 р. 20 коп. вместо прежних 35 коп. в месяц. С командным же составом положение оставалось бедственным, несмотря на то, что ему денежное содержание было повышено на 38%. Даже при этой прибавке, оно продолжало составлять менее трети нормы бывшей царской армии.

Весьма удручающее положение с денежным содержанием сложилось у командного состава запаса, привлекавшегося для вневойсковой подготовки. За один учебный час им платили 5 коп., а комсоставу из безработных - 9 коп. Все рядовые «терармейцы», привлекавшиеся на войсковые сборы, должны были обеспечивать себя одеждой, постельными принадлежностями, продовольствием за собственный счет.

Улучшение социально-бытовой инфраструктуры Красной Армии в связи с сокращением войск, недостатком средств, не могло быть даже в самой неотложной мере разрешено в ходе реформы. Ее совершенствование откладывалось на последующие годы. В ходе реформы не нашла должного отражения такая проблема, как пенсионное обеспечение и трудоустройство комсостава, уволенного из рядов армии. Значительная часть из них оказалась безработными и без средств к существованию. Стремление удешевить расходы на армию и одновременно поддержать ее боеспособность и боеготовность на желаемом уровне достигалось преимущественно за счет ущемления социальной сферы, хозяйственно-бытовых нужд.

Демилитаризация СССР в период нэпа наглядно видна при сравнении с масштабами военного строительства за рубежом. Численность РККА была на 183 тыс. меньше, чем во Франции, на 17 тыс. меньше, чем у Польши, Румынии и стран Прибалтики вместе взятых. СССР на каждые 10 тысяч жителей содержал 41 солдата, Польша - около 100, Франция - 200. В СССР командир роты получал 53 руб., в Германии (при пересчете курса) - 84 руб., во Франции - 110 руб., в Англии - 343 руб.

Несмотря на тяжелое материально-бытовое положение военнослужащих и низкую техническую оснащенность войск, военно-политическое руководство страны ставило перед командованием Красной Армии не только задачи боевой подготовки войск, но и привлечения их в массовых масштабах к выполнению строительных, сельскохозяйственных и других вневойсковых народнохозяйственных работ.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.