Последствия готского вторжения для Афин (58820)

Посмотреть архив целиком

Последствия готского вторжения для Афин


Последствия готского вторжения должны были сказаться на Афинах достаточно чувствительно. Хотя после отступления Алариха в Иллирию софисты, обратившиеся было в бегство, вернулись обратно в свои аудитории, а учащаяся молодежь продолжала, собираясь из всех провинций империи, посещать высшую школу в Афинах, тем не менее, покойное течение жизни в городе было глубоко потрясено.

Через несколько лет после пережитой катастрофы Афины посетил знаменитый Синезий Киренейский; он застал в городе такие плохие распорядки, что, по описанию его, положение города невольно напоминает выражение Горация: «vacuae Athenae». Синезий сравнивает Афины с сохранившейся шкурой животного, которое умерщвлено было для жертвоприношения. Ничего в Афинах будто бы нельзя и найти примечательного, кроме достославных прозвищ известных издревле местностей. Славу же за современным городом обеспечивают не столько мудрецы, сколько торговцы медом Впрочем, в мрачных чертах, коими обрисовывает Афины высокоумный ученик Гипатии, бывший сначала язычником, а затем превратившийся в правоверного епископа в Птолемаиде, нельзя не видеть преувеличения. Синезий в письмах из Афин ни единым словом не поминает о знаменитых городских памятниках, но самое молчание это может служить, по меньшей мере, доказательством, что Синезий и основания не имел оплакивать разрушений, учиненных готами. Сам упадок Афин после 396 года не мог быть таким быстрым и общим, как можно бы было заключить из насмешек Синезия, ибо найденная в 1881 г. близ древнего Акрополя надпись свидетельствует, что Север Анций, проконсул Эллады, возвел в честь императоров Аркадия и Гонория какую-то постройку, а она едва ли могла быть ничтожной.

Не Аларих разрушил погибавшее величие Афин, это было делом всесокрушающего времени. Если в городе и продолжалось еще течение ученой жизни, то последняя уже утратила то значение, какое ей принадлежало в первой половине IV столетия. С другой стороны, огромное большинство горожан сохранило верование в олимпийских богов с прежним упорством, вопреки готам и византийским священникам. Исконная религия могла продолжать борьбу против христианства именно в Афинах дольше, чем целое столетие после Алариха потому, что столь же долго существовала еще и Платонова академия.

Несколько лет спустя после вторжения готов Геркулий, состоявший префектом в Иллирии между 402 и 412 гг., оказал, вероятно, немало услуг этой академии, если стоявшие во главе ее Плутарх и софист Апрониан воздвигли в разных общественных местах статуи в честь Геркулия; из них одна установлена была близ статуи «Промахос», а это ясно доказывает, что прославленная эта бронзовая статуя стояла на месте невредимо Когда Синезий прибыл в Афины, он на кафедре, занимаемой прежде Приском, застал помянутого выше Плутарха, сына Нестория; в то же время в городе славились своим красноречием софисты Сириан и Архиад. Из ученых кружков Афин могла даже выйти та красивая и преисполненная ума язычница, которая сначала приняла христианство, а позднее достигла престола в Византии, пролив неожиданно сияние над погибавшей родиной.

Мы говорим об Афинаиде, дочери философа Леонтия, который пережил вторжение готов и остался невредим. 7 июня 421 г. Феодосии II, сын Аркадия, возвел ее в свои супруги, и она приняла имя Евдокии. Судьба этой женщины представляет удивительный эпизод для эпохи падения язычества и преобразования его в христианство. Дочь философа, родом из Платонова города, Афинаида на своей личности пережила ту же метаморфозу, и, пожалуй, не только очаровательная миловидность и аттическая образованность афинянки, но и намерение сломить на родине Платона сопротивление язычников побудили Пульхерию обвенчать царственного своего брата с Афинаидой. Достигнув всемогущества, афинянка могла подвигнуть слабохарактерного своего супруга на облегчение бедствий в Афинах и Греции через освобождение их от налогов, но и она даже оказалась бессильной задержать падение античного мира тем более, что сама Афинаида окончательно порвала с истинным духом греческой старины. Немного лет спустя после заключения этого брака Феодосии II, под влиянием своей благочестивой сестры, издал строгие эдикты против языческих культов и повелел разрушить все языческие храмы, какие сохранились еще в государстве. Если эдикты и не выполнялись во всей строгости, особенно в Афинах, то все же не могли они не повлиять на Афины.

Сам Феодосии нисколько не стеснялся отбирать сохранившиеся еще в Афинах произведения искусства и перевозить их в Византию. Через патриция Прокла император распорядился доставить из Афин монолит, который был установлен в гипподроме; из афинского храма Ареса была изъята статуя слона и водружена у византийской Porta Aurea, хотя, впрочем, это и представляется весьма сомнительным. Вскоре после вторжения готов, как повествует Синезий, из разрисованной галереи, по приказанию ахайско-го проконсула, были насильственно забраны картины Полигнота Эти знаменитые произведения искусства, несмотря на их древность, еще в середине IV столетия причислялись к величайшим достопримечательностям города, и софист Гимерий, занимавший до 362 г. кафедру красноречия в Афинах, обращал на них особенное внимание ионийских пришельцев

Если эти картины в частности подверглись печальной участи, то, вероятно, не избегли ее и другие. Иные и само время наполовину разрушило, ибо еще Павсаний относительно некоторых картин, виденных в Пинакотеке, заметил, что они сделались уже неузнаваемы. Чудные картины, которыми Полигнот, Микон и Эвфранор изукрасили Афины, картины в Стоа-базилейос, в храме Тесея, в святилище Диоскуров, в Анакейоне, в храмах Дионисия и Асклепия и еще кое-где пропали бесследно. Единственно стенная живопись в некрополях, фрески в Помпее, византийские мозаики и недавно найденные портреты времен египетских Птолемеев дают нам слабое представление о греческом искусстве.

После 429 г. Фидиева статуя парфенонской Афины, сделанная частью из золота, частью из слоновой кости, была удалена христианами из храма этой богини Какая судьба впоследствии постигла эту статую, никто никогда в точности сказать не сумел

Пресвятая Дева Мария уже начинала победоносную борьбу с Древней Палладой из-за обладания Афинами. Едва ли может быть что-нибудь знаменательнее оттеснения городской богини от тысячелетнего властвования над Афинами — ее соперницей, христианской Владычицей небес. Прелестнейший образ христианской мифологии и искусства, Богоматерь с Младенцем на руках явилась как бы символом объединения божественного и человеческого начал и в то же время вечного трагизма земной жизни, в которой человек, «рождаясь от жены», претерпевает страдания и смерть, но через любовь возносится до божественного величия. Перед Богоматерью, сиявшей приветливой любовью, Афина-Паллада, — эта богиня, молчаливо и строго взиравшая на человечество и носившая на своей груди изображение Медузы, эта наставительница в холодной мудрости, не согревающей сердца, должна была сложить свой щит и копье и признать себя побежденной.

Предание повествует, что евангелист Лука, умерший в Фивах, оставил по себе нарисованный им собственноручно образ Богоматери и что этот последний был принесен в Афины христианином Ананией; афиняне построили красивую церковь и водрузили в ней этот образ, который и нарекли — Атенайа. Образ Богородицы там и оставался до времен Феодосия Великого, но тут Пресвятая Дева Мария явилась афинским священникам Василию и Сотериху и открыла им, что избрала их для построения во имя ее монастыря на горе Мелас, близ Понта, куда сама и укажет им путь. Предносимый ангелами образ привел благочестивых мужей через всю Грецию и море в Анатолию, и там заложили они знаменитый монастырь Панагии Сумельской, близ города Трапезунта.

По этому преданию, надо допустить существование христианской церкви в Афинах в первом еще столетии; это же предание образу Богоматери придает наименование «Атенайи»; позднее это же название придается образу «Панагии Атениотиссе», который в Средние века был высокочтим в парфенонском храме, когда этот последний уже превратился в христианскую церковь. Предание, впрочем, ничего не знает о парфенонском храме, но говорит только, что афиняне образ Богородицы поместили в красивой церкви, выстроенной близ города.

По какой причине чудотворный образ в царствование Феодосия вознамерился, покинув Афины, явиться в Трапезуйте, о том предание умалчивает, и выходит так, словно Божья Матерь к афинским язычникам явила немилость. Христианская церковь тем временем делала в Греции успехи, но в Афинах они достигались наиболее медленно. Борьба церкви сначала за собственное существование, а потом за властвование над метрополией греческого мира, где язычество ей противостало, представляя собой как бы власть разума, вероятно, заключала более интересные даже картины, чем история постепенного развития церкви в другой императорской столице — в Риме. Беда только в том, что история происхождения и распространения христианства в Афинах повита глубокой тьмой. Список тамошних епископов представляет значительные пробелы. Если на Никейском соборе в царствование Константина мы в числе наличных членов собора видим епископа афинского, то это является делом простой случайности, что на Халкидонском соборе в 451 г. мы ничего не узнаем о присутствии ни афинского, ни спартанского епископа, хотя там появляются епископы от разных незначительных общин, каковы: Трецена, Гермиона и Мегара, Тегея, Аргос и Амфисса, Мессена, Элида и Платея; этот же факт достаточно доказывает, что некоторые из городов Древней Греции благополучно пережили готское нападение. Правда, возможно допустить, что некоторые из епископов носили лишь титул, фактически не обладая епископским престолом в данном городе.


Случайные файлы

Файл
2548.rtf
162461.rtf
94540.rtf
86451.rtf
156320.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.