Кровная месть у народов Кавказа и в Осетии (57934)

Посмотреть архив целиком

План


Введение

1. Кровная месть у народов Кавказа

2. Кровная месть в Осетии

Заключение

Список использованной литературы


Введение


Кровная месть – обычай, требующий обязательного возмездия за убийство человека или нанесение ему увечий. Кровная месть представляла собой одно из наиболее действенных средств социальной регуляции и защиты личности или группы в обществах, где отсутствовала или слабо проявлялась государственная власть.

В современной России традиция кровной мести не просто контрпродуктивна, но смертельно опасна для целостности страны.

Кровная месть известна с древнейших времен. Она была распространена на всем земном шаре в условиях доклассового общества. В основе ее лежали общественные отношения родового строя. Можно также отметить, что кровная месть была неотъемлемой чертой дохристианского и доисламского общества, т.к. в первую очередь полагалось мстить за убийство кровью.

По древним обычаям за убийство мстили родственники убитого самому убийце или одному из его ближайших родственников, на которого "падала" кровная месть. У разных народов даже внутри одной этнической группы были отличия в порядке осуществления кровной мести. Кровная месть у осетин и ингушей падала на широкий круг родственников - до третьей степени родства, продолжалась годами, подобно итальянским вендеттам, и нередко приводила к истреблению целых фамилий. Примирение кровников проводилось почетными стариками по строго определенному сложному ритуалу, включающему уплату виновной стороной "цены крови" и устройство кровного стола.

В Чечне, наоборот, в случае кровной мести старались погасить скорее огонь вражды и не допустить его распространения. При этом примирение сторон происходило путем простого рукопожатия и произнесения формулы: "Мы вас перед людьми прощаем". Уплата за кровь считалась большим позором. Возможно, это влияние ислама, так как любая религия в большей или меньшей степени учит прощению.

Кроме того, мстить кровью полагалось за целый ряд разнообразных деяний - за похищение женщины, тем более за изнасилование (практически у всех народов), за злонамеренно сорванную с головы папаху, за убитую собаку, про которую при людях будет сказано, что ее убили за принадлежность к такому-то роду. То есть можно говорить о том, что убить обидчика полагалось не только за серьезные, с нашей точки зрения, преступления, но и за поступки, предстающие в нашем понимании не более чем мелким хулиганством. Однако стоит также отметить, что во всех случаях кровная месть спровоцирована очень неблаговидным поведением.

  1. Кровная месть у народов Кавказа


Наиболее яркой нормой обычного права на Северном Кавказе в прошлые века являлась повсеместно распространенная кровная месть. Поводом для кровной мести были убийство, ранение, похищение девушки, захват земли, оскорбление гостя, чести, домашнего очага, почитавшегося у горцев, и т.д. Будучи обычаем родового строя, кровная месть сохранилась у некоторых народов до сих пор - в частности, у дагестанцев и вайнахов. В Дагестане, по сведениям А.В. Комарова, адаты в конце XIX - начале XX вв. позволяли убить своего кровного врага, нападающего грабителя, пойманного на месте преступления вора, похитителя женщины.

Кровомщение допускалось между лицами одного сословия, за убийство раба виновный платил только штраф. Право и обязанность преследовать убийцу или примириться с ним, как правило, принадлежали ближайшему родственнику убитого. Примирение могло совершиться не раньше, чем через год после преступления, и вес это время убийца должен был находиться в изгнании и скрываться от мщения. Кровная месть была долгом и делом чести для всех членов рода пострадавшего, бывали случаи, когда она прекращалась - в случае непримирения - лишь после полного уничтожения одного из враждующих родов.

В дореволюционной литературе приводится парадоксальный пример, когда в соответствии с адатами в одном из дагестанских селений кровомщение между двумя родами - тохумами длилось более 200 лет, а началось оно в ссоре за курицу.

Кровная месть - это не романтическая экзотика. Это нормы выработанного веками саморегулирующего обычного права, основанного на мудрости народа и дающего возможность достойного примирения даже кровных врагов. Вряд ли мы преувеличим, если скажем, что эффективность обычного права горцев была для них, несомненно выше современных часто изменяемых государственных законов.

Путешествовавший по Северному Кавказу в 1781-1783 гг. квартирмейстер на русской службе Штедер писал о кровной мести у осетин: «Кровавая месть и самовольные действия были обязательны среди семей; позор и презрение продолжались до тех пор, пока эта обязанность не была выполнена. Мщение, грабеж и убийство считались добродетелью, вследствие чего погибать считалось славным».

Обычай кровомщения универсален для обществ, находящихся на стадии родового строя или сохранения его остаточных явлений, о чем писал крупный этнограф-кавказовед М.О. Косвен: «Забота о самосохранении заставляет весь род вставать на защиту, хотя бы обиженным был лишь один из членов рода. Месть становится долгом, делом чести, священной обязанностью». Существование этого обычая на Кавказе, хотя и в видоизмененных формах, говорит об архаичности и стойкости традиционной общественной жизни у некоторых горских народов Северного Кавказа.

Сказанное объективно подтверждается у чеченцев наших дней бытованием явления, тем же М.О. Косвеном квалифицированного как «война - грабеж»: погоня за чужим добром, жажда обогащения. Формой ее воплощения является набег на ближних и дальних соседей, для чего из воинственных мужчин создастся дружина во главе с военным вождем (у чеченцев «бячча»). Факты подобных грабительских набегов, особенно на Ставрополье, хорошо известны. По Косвену это явление характерно для строя военной демократии, т.е. для периода постепенного упадка родового строя.

Ярким материальным выражением некоторых черт родового строя и опасностей, с ним связанных, в том числе кровной мести, могут быть высокие боевые башни в горных ущельях Балкарии, Осетии, Чечено-Ингушетии, Дагестана. Видная издалека башня на скале - характерная черта горного пейзажа, и это было подмечено М.Ю. Лермонтовым:

В глубокой теснине Даръяла, Где роется Терек во мгле, Старинная башня стояла, Чернея на черной скале.

В случае опасности в башне укрывались, деревянную лестницу с первого этажа поднимали, и башня делалась неприступной. Встречаются в горах и каменные замки, например, Вовнушки в Ингушетии и Цамад в Осетии, в горных теснинах вырабатывается своя специфическая и рациональная народная архитектура. Следует заметить, что адыги своей каменной архитектуры не выработали, единственным исключением может быть башня XVI-VII вв. Адиюх на берегу р. Б. Зеленчук в Карачаево-Черкесии (хотя черкесское ее происхождение не доказано). Экологические и социальные условия, в которых на предкавказской равнине пребывали черкесы и кабардинцы, были иными.


  1. Кровная месть в Осетии


Русские историки XIX века писали: «…в Осетии кровная месть не только дозволена, но даже и вменяется в обязанности свободному человеку. Это считалось необходимою обязанностью при убийстве, все равно, с намерением или без намерения совершенном... Если случалось подобное нарушение, тот час же били тревогу.

Каждая из враждующих сторон собирала своих вооруженных приверженцев... окружали враждебный двор и каждого осмелившегося выйти убивали. Эти междоусобицы доводили до истребления целых родов. По праву завоевания покоренный аул победитель считал своей добычей и судьба пленных зависела от его произвола.

Впрочем, не было в обычае продавать подобных пленных в рабство, а скорее убивали их.

Беглый преступник был преследуем и если его настигали, то тот час же убивали (уши его, как трофеи, клали на могилу убитой преступником жертвы).

Главным правилом кровомщения по осетинскому коренному праву было оплачивать равное равным; так, если, например, кровомщение было объявлено за поражение, то противник или кто-либо из его семьи мог произвести только поранение, но не имел права убивать.

Старикам, которые при вспышках споров принимали на себя роль посредников, удавалось часто водворять между враждебными сторонам перемирие. Виновной стороне сообщали: “Вы должны к такому-то сроку выплатить столько-то и столько” (прежде всего обыкновенно скотиной или деньгами). Наибольший выкуп за убийство равняется 324 коровам или 324 рублям - сумма, которую частное лицо не могло выплатить. По уплате первой части, обвиняемым снова объявлялось: “К такому-то сроку (обыкновенно к следующему году) вы должны дать истцу часть земли, которая бы равнялась стоимости стольких-то коров”. По истечении второго срока и по уплате следуемого им в последний раз объявлялось “дать медной и железной посуды по стоимости стольких-то коров”. (Если у приговоренных истощались средства, то они платили живым товаром: уступали дочерей своих, обыкновенно в виде номлусов, реже в виде жен...).

По уплате всего выкупа приговоренных обязывали задать торжественный пир обиженным к известному сроку и для этого пиршества должно быть заколото столько-то быков или баранов, сварено столько-то котлов пива и араки.

После этого начинается сильная попойка: едят, шумят, поют и по окончании всего расходятся совершенно удовлетворенные по домам...

Если виновная сторона пропускала тот или другой срок уплаты, то тот час же являлась возможность возобновить кровомщение. Но до этого доходило очень редко, потому что предпочитали лучше ждать...


Случайные файлы

Файл
71828.rtf
128066.doc
142360.rtf
93289.rtf
128952.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.