Кризис Советской власти и переход к новой экономической политике (НЭП) (57930)

Посмотреть архив целиком

Томский Межвузовский Центр Дистанционного Образования (ТМЦДО)

Томский Государственный Университет Систем Управления и Радиоэлектроники (ТУСУР)







РЕФЕРАТ

по дисциплине «Отечественная история»





Кризис Советской власти и переход к новой экономической политике (НЭП).


План.


  1. Введение

  2. Тотальный кризис общества и власти.

  3. Восстания, мятежи.

  4. «Три пути – какой из них же выбрать?»

  5. Переход к нэпу.

  6. Повороты в экономической политике.

  7. Вывод.


Введение.


Кризис советской власти в начале двадцатых годов и переход ее к новой экономической политике. Затронутая мной тема в настоящей работе будет оставаться актуальной, наверное, еще не один десяток лет. Но почему? – спросите вы меня. Каким способом это время будет оставаться в сознании русского человека? Однозначно, ответов на это вопрос будет множество, каждый попытается выразить свою точку зрения, которая наверняка не совпадет с мнением другого человека. На мой взгляд, это время интересно тем, что в нашем государстве проводились преобразования в сфере экономики, промышленности, аграрного хозяйства путем экспериментальных действий. В настоящий момент опробовать ряд мер по подъему государства за малый период времени осмелится не каждый политик – боязнь отставки и понесения ответственности заставит задуматься его. Но те времена были иными. Выжидать чего-либо было бессмысленно, нужно было действовать, решительно и бескомпромиссно.

Для рассмотрения этой темы более подробно я воспользуюсь исторической литературой, таких авторов как В.П. Дмитренко, В.Д. Есаков, В.А. Шестаков, которые изложили материал в своем труде «История отечества XX век», часть материала будет взято из учебника истории издательства «Феникс», а так же для оформления достойного вывода применю методическое пособие «История России и мировые цивилизации», составленного российским педагогическим агентством.



Тотальный кризис общества и власти.


Октябрьский переворот 1917 года, ставший результатом глубокого политического кризиса в стране, положил начало последующим острым критическим ситуациям для новой власти (политическим, военным, экономическим, внешнеполитическим и тому подобное). Но кризиса, который разразился с осени 1920 года, еще не было. Он был комплексным, всеобщим, тотальным. И острота, и опасность его были таковы, что заставили пересмотреть и внутреннюю, и внешнюю политику. Победитель в гражданской войне оказался перед лицом более сложных задач, связанных с умением рационально руководить обществом. И первый экзамен был провален.

Выдающийся английский романист Герберт Уэллс, посетивший Москву осенью 1920 года, писал: «Десять тысяч крестов московских церквей все еще сверкают на солнце. На кремлевских башнях по-прежнему простирают крылья императорские орлы. Большевики или слишком заняты другими делами или просто не обращают на них внимание. Церкви открыты… » В самом деле, многое из прошлого еще сохранилось. Но большевики действительно были до предела «заняты другими делами». Дела эти шли все хуже и хуже.

Разразившийся в стране кризис был экономический. Лишь «…по окончании войны, – признал Ленин, – мы увидели всю ту степень разорения и нищеты, которые надолго осуждают нас на простое только излечение ран». За годы мировой и гражданской войн страна потеряла более четверти своего национального богатства. Национальный доход сократился с 11 миллиардов рублей в 1917 году до 4 миллиардов рублей в 1920 году. Особенно крупный урон понесла промышленность. Объем валовой продукции уменьшился в 7 раз. Добыча каменного угля в 1920 году по сравнению с 1918 годом сократилась с 731 миллиона до 467 миллионов пудов, выплавка чугуна – с 31,5 миллионов до 7 миллионов, мартеновское производство – 24,5 миллионов до 10 миллионов. Сахара вырабатывалось почти в 4 раза меньше. Запасы сырья и материалов были в основном исчерпаны. По сравнению с 1913 годом валовое производство крупной промышленности сократилось до 12, 81, а мелкой – до 44,11%. В результате соотношение изменилось в пользу мелкой промышленности (с 24,2 до 52,3%). Упала ведущая роль крупнейших промышленных центров. «Годы войны,– сообщал Петроградский машиностроительный трест,– нанесли металлопромышленности города такой ущерб, что жизнь на петроградских заводах в 1919 – 1921 годах почти замерла».

Огромные разрушения были нанесены транспорту. Железные дороги обеспечивали минимум перевозок. Их объем составил в 1920 году лишь 20%, а без учета воинских грузов и нужд самой дороги – всего 12% от уровня 1913 года. Общая численность рабочего класса по сравнению с довоенным временем упала в 2 раза. Главная трудность была даже не в снижении объема производств, а в разладе всей системы управления. Темп национализации обгонял строительство новых органов управления. Качество принимавшихся решений было низким; экономические связи рушились; упала дисциплина и ответственность; снижалась производительность труда и материальная заинтересованность. Но параллельно росли бюрократизм, взяточничество, карьеризм как непременные спутники непрофессионализма новых управленцев.

В сельском хозяйстве сократились посевные площади, урожайность, валовые сборы зерновых, производство продуктов животноводства. Крестьянское производство приобрело в основном потребительский характер. Товарность упала по сравнению с довоенным уровнем в 2,5 раза. 1920 год в ряде губерний Центра, Поволжья был неурожайным. Валовой сбор зерновых достиг лишь 54,1% от среднегодового уровня 1909 – 1913 годов.

Несмотря на меры, предпринимавшиеся государством, снабжение населения ухудшалось, полуголодные нормы продовольственного снабжения городского населения и крестьянства потребляющей полосы понижалось. С каждым месяцем поднимались цены частного рынка.

Реальная заработная плата промышленных рабочих упала почти в 3 раза. В результате снижения уровня жизни быстро росли заболеваемость, смертность, особенно детская.

Тяжелый урон понесло население страны. Общие потери страны с 1914 года составили более 20 миллионов человек. Миллионы стали инвалидами. Число мужчин в наиболее трудоспособном возрасте уменьшилось на 29%.

Кризис был политическим. Экономические тяготы ложились все более тяжелым бременем на плечи основных участников революции – рабочих, крестьян, служащих. Они теряли доверие к партийным и советским органам власти. На сходах, съездах Советов, профсоюзов отчетливо звучало недовольство разверсткой, уравниловкой, насилием чиновников, всевластием комиссаров и чекистов. Это недовольство перерастало в требование созыва Учредительного собрания, очищения Советов от коммунистов, создание новой крестьянской партии («крестьянского союза»). Активизировались эсеры, меньшевики.

Советская власть, выросшая из революции, в итоге оказалась равноудаленной от тех масс, которые ее создавали. Она повернулась к крестьянам разверсткой, продотрядами, продармией, к рабочим – дисциплинарными судами, трудмобилизациями, пайковым снабжением, жесткой системой эксплуатации. Органы власти отражали интересы достаточно узкого слоя новых чиновников-управленцев (партийных, советских, хозяйственных и тому подобное). Политика этого слоя все меньше отражала насущные требования широких масс населения.

Кризис был внутрипартийным. Все настроения недовольства политикой партии и Советов проникали в ряды РКП(б). Большинство коммунистов пришло в партию после революции, принесло с собой настроения и ожидания рабочих, крестьян. Часть коммунистов быстро переродилась, влилась в элитарную группу, стало ее активно защищать. Другая часть отражала еще интересы беспартийных. Партия оказалась на пороге внутреннего раскола. Появились оппозиционные группы – Демократического централизма, Рабочей оппозиции. Они отстаивали идеалы «истинного» социализма: демократии, рабочего самоуправления, привлечения к управлению государством общественных органов (профсоюзов), преодоления разрыва между «верхами» и «низами», партаппаратом и рядовыми партийцами. Опасность раскола усиливалась появлением новых претендентов на лидерство в партии (Троцкого, Сталина). Болезнь Ленина прогрессировала.

Кризис был нравственным. На фоне тяжелейшего положения большинства населения особенно резкое недовольство с его стороны вызывали злоупотребления властью новых чиновников, многие привилегии, которые присваивали себе руководители (в жилье, зарплате, снабжении). Стало ясно, что новый бюрократ не лучше, а много хуже старого (дореволюционного).

Кризис был теоретическим. Партия вынуждена была признать, что потерпела крах ее попытка рывком, непосредственно перейти к коммунизму. Ленин заявил: «Мы рассчитывали, или, может быть, вернее будет сказать: мы предполагали без достаточного расчета – непосредственными велениями пролетарского государства наладить государственное производство и распределение продуктов по-коммунистически в мелкокрестьянской стране. Жизнь показала нашу ошибку».

Механическое распространение принципов «коммунии» на все области жизни страны вызвало растущее сопротивление населения. Оно нарастало в ходе массовой национализации; замещения торговли уравнительным распределением, широкого внедрения «коммунистического труда». Оказались необоснованными предсказания близких социалистических революций в других странах. Предстояло жить в условиях капиталистического окружения. Это требовало иной стратегии и тактики.


Случайные файлы

Файл
45847.rtf
70619.rtf
47767.rtf
178243.rtf
46527.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.