Династия промышленников Мальцевых (57174)

Посмотреть архив целиком

Введение


Династия промышленников Мальцевых (старое написание Мальцовы), подобно Демидовым, прошла длительный путь развития – от мелкопоместных дворян, провинциальных купцов и мастеров оружейного дела до одной из богатейших дворянских семей, породнившихся с крупнейшими аристократическими родами. Члены ее являлись хозяевами громадных фабрично – заводских районов Центральной России и входили в число крупнейших землевладельцев империи. Последним представителем династии дворянско-купеческих предпринимателей стал В.С. Нечаев – Мальцев – заводчик, меценат и обер-гофмейстер двора, личность которого как бы завершает развитие генеалогического древа рода Мальцевых перед революцией 1917 года, соединив в себе две старинные родовые ветви России – Мальцевых и Нечаевых.

Среди представителей династии Мальцевых было немало ярких личностей, о судьбах, жизни и деятельности которых сохранилось множество свидетельств и фактов в различных старинных изданиях, документальных публикациях и архивах, воспоминаниях в дневниках современников. Все это дает редкую возможность воссоздать характерные черты и образы представителей династии, включающей целую плеяду замечательных исторических лиц: промышленников, меценатов, ученых, дипломатов, придворных и военных, литераторов, государственных деятелей.


1. Начало пути


Исторические корни рода Мальцевых уходят в седую старину. Их дворянская родословная восходит, по некоторым источникам, к первым десятилетиям 17 века. Высказывается также предположение, что корни родословного древа Мальцевых могут быть с 1630-х годов продолжены до 1560-х годов. Н.М. Карамзин в «Истории государства Российского» упоминает в связи с двумя событиями, о Семене Мальцове. В марте 1569 года Семен, возвращаясь из Ногайской орды столкнулся с шедшей к Астрахани турецкой Арменией, был ранен и попал в плен. Вскоре он был выкуплен русским посланником в Крыму Афанасием Нагим, и по возвращении в Москву сделал подробное сообщение о турецко-татарском походе на Астрахань. Позже, в 1606 году, Семен Мальцов, принявший воеводство погиб от рук восставших в период Смуты.

Позднее род обеднел, и представители его пополнили другие сословия. Одни в начале 18 века приняли духовное звание, другие были записаны в число мастеровых тульского оружейного завода, некоторые занялись торговлей. Дворянское происхождение, однако, не забылось и дало возможность разбогатевшим купцам Мальцевым ходатайствовать впоследствии о восстановлении во дворянстве. Уже в начале 18 столетия среди Мальцевых были лица купеческого звания.

Один из Мальцевых отправился за границу и там на месте изучил новое для Московского княжества производство. Назад он вернулся уже знатоком хрустального дела и привез с собою и мастеров «бусурманских», из немцев. Для устройства стеклодувной мастерской ему отвели землю близ Трубчевска, а потом завод, уже действовавший и работающий на Москву, был переведен в Гжатск.

В 1723 году отец отправил Василия Большого с товарами в Гжатск, где тот был принят в «компанейщики» на равных паях по заводскому делу с жителем Гжатской пристани Назаром Дружининым и калужским посадским человеком Сергеем Аксеновым.

Уже в 1730 году, после смерти своих компаньонов Василий Большов становится главным содержателем фабрик, а в 1743 году, после смерти своего младшего брата (Василия Меньшого), - полным ее хозяином. В записи 1741 года Мальцев именуется владельцем «стеклянной и хрустальной фабрики».

Когда Василий Большой состарился, его дело продолжили сыновья – Александр и Аким (Яким) в Можайском уезде и Василий – в Карачевском. Два других сына Иван и Григорий, занялись торговлей и по-видимому, впрямую к делу отца небыли причастны.

В течении 18 столетия стеклянное и хрустальное дело Мальцевых ширится и крепнет. В семейное дело постепенно включаются и другие представители разрастающейся династии. Ими основывались все новые стеклоделательные заводы в различных уездах Центральной России.

Немалый вклад в развитие мальцевского дела внесли и женщины рода Мальцевых. Когда в 1755 году старший из братьев, Александр Мальцев, умирает, то содержательницей фабрики становится его вдова – Евдокия. Лишь в конце жизни, в 1788 году, престарелая Евдокия, не имевшая наследников по мужской линии, а лишь двух дочерей, продает обе фабрики вдове Акима Мальцева, Марье Васильевне, и большая часть фабричного дела Мальцевых снова соединяется в одних руках.

На середину 18 века приходится рассвет русского гравированного стекла. Мальцевские изделия приобретали все большую славу. На знаменитых Макарьевских ярмарках мальцевское стекло пользовалось большим спросом.

Слава мальцевского стеклоделия укреплялась большим трудом приписных и крепостных крестьян, талантом наемных мастеров. На фабриках практиковалось использование детского труда. Условия работы были самые примитивные.

Усилиями нескольких поколений мальцевской династии, действовавших в течении 18 столетия, был заложен прочный фундамент бедующей мальцевской промышленной империи.


2. Дипломат и заводчик


В 1823 году умирает Сергей Акимович Мальцев, владелец Гусевской хрустальной фабрики, не намного пережив свою жену и оставив наследником крупного состояния своего сына Ивана Сергеевича. Другой сын, Сергей, в будущем приват-доцент Дерптского (Тартуского) университета, избрал научную карьеру.

Судьба Ивана Сергеевича Мальцева (1807-1880) была драматической и во многих отношениях примечательной. Характеристики, даваемые современниками этому человеку, не только крупному фабриканту, но и видному российскому дипломату, весьма противоречивы и рисуют сложный облик умного, образованного, но чрезвычайно скептического и корыстолюбивого человека. Даже прозвище, которое закрепилось за И.С. Мальцевым в кругу друзей, - Мефистофель - говорит о многом. А сам Иван Сергеевич иногда подписывался не менее таинственно: «Вечный жид» - по названию популярного романа французского писателя Эжена Сю.

Он получил прекрасное домашнее воспитание, затем обучался в Благородном пансионе Московского университета. Юный Мальцев проявлял склонность к изучению языков, в том числе и древних. М.Д. Бутурлин в своих записках вспоминает о пребывании в Италии вместе с семьей Мальцевых: «При Мальцеве и малолетнем брате его Сергее Сергеевиче гувернера тогда не было, а только русско-немецкий дядька. Молодой Мальцев часто прибегал к пособию Слоана для латинского языка, и в этих случаях воспитатель мой не пропускал случая ставить мне, неохотнику заниматься, в похвальный пример юного моего друга».

После смерти отца, живя в Москве, в семействе дяди И.А. Мальцева, новый владелец Гусевского завода, Иван Сергеевич Мальцев, по завершении своего образования поступил на службу в Московский архив Коллегии иностранных дел. Его сослуживцами и друзьями были блестящие молодые люди - библиофил С.А. Соболевский (один из ближайших друзей А.С. Пушкина), поэты, литераторы, публицисты: братья Веневитиновы и Киреевские, Ф.С. Хомяков, С.П. Шевырев, А.И. Кошелев, М.П. Погодин, князь В.Ф. Одоевский, М.А. Максимович и многие другие, поэтично обозначенные Пушкиным как «архивны юноши». Но теснее всего Иван Мальцев сблизился с Соболевским, которого современник (Н.В. Берг) характеризовал так: «Уставший скиталец, но белу свету, библиоман, англоман, друг поэтов и артистов всего мира... близкий дружбою и кутежами с Пушкиным, который любил его преимущественно за неистощимое остроумие, живые экспромты... неизменную веселость и готовность кутить и играть в карты, когда угодно».

Молодой «заводчик во дворянстве» становится членом организованного ими кружка «Любомудров», затем сотрудником журнала этого кружка - «Московский вестник». «Архивны юноши» не тратили время даром в хранилище. Вместе со своим другом Соболевским Мальцев охотно занимался сочинительством пользовавшихся успехом сказок и приключений, используя необыкновенные, но вполне реальные истории, найденные ими в архивных бумагах. По воспоминаниям современников, «архивны юноши» стали завоевывать славу «сборища московских выдумщиков».

Сам Мальцев слыл знатоком изящной словесности. Когда в 1826 году М.П. Погодин с Веневитиновым задумали издать литературный сборник «Гермес», в число «необходимых авторов» они включили и Ивана Мальцева, поручив ему переводы из Ансильона и Шиллера. Потом на основе готовившегося сборника возникнет журнал «Московский вестник», который благословил Пушкин, а среди его главных сотрудников будут значиться, наряду с Шевыревым и Веневитиновым, Соболевский и Мальцев. Наиболее важной была публикация Мальцевым в 1827 году отрывков из его переводов повествования Вальтера Скотта «Жизнь Наполеона». Книга имела громадный успех в Европе, но в России находилась под строгим запретом. Публикации предшествовала статья Мальцева «Несколько слов об истории Наполеона Бонапарта - сочинении Вальтера Скотта».

Блестящие молодые люди немало времени проводили в кутежах и развлечениях. Редактор «Московского вестника» М.П. Погодин записывал в своем дневнике после ужина у Соболевского: «Скотина Мальцов и оскотинившийся на ту минуту Веневитинов пристали с ножом к горлу - пей, и я насилу уехал от них, ушибленный весьма больно Веневитиновым». А на следующий день у того же хозяина дома тот же Погодин встретил тех же Соболевского и Мальцева, которые стали на него кричать и это «при людях».

Таким было окружение Мальцева тех лет. Романтика декабристов уходила в прошлое. На смену надеждам пришли скептицизм и сомнения. «Героями нашего времени» становились Грибоедов и Чаадаев. Молодого Мальцева потому и прозвали Мефистофелем, что он «умел ядовито и не без блеска высмеивать укоренившиеся правила общественной морали, официальные святыни», хотя в глубине души, вряд ли воспринимал это свое ерничество всерьез.


Случайные файлы

Файл
143600.rtf
74389.rtf
All_diplom_reliz.doc
214.rtf
141052.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.