Гетман Петр Дорошенко (56955)

Посмотреть архив целиком

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

ХАРЬКОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ

АКАДЕМИЯ ГОРОДСКОГО ХОЗЯЙСТВА


Факультет ЭОГ





Реферат

по истории Украины

на тему:

«Гетман Петр Дорошенко»



Выполнил: студент 1 курса

Группы СИС-2

Крохмаль Александр











Харьков 2001


Одним из выдающихся сынов нашего народа, гетманом - государственником, деятельность которого была направлена на борьбу за независимость Украины, - таким в истории возникает Петр Дорошенко. Походил он из казацкого рода: его дед Михаил Дорошенко был украинским гетманом, а отец — полковником времен Богдана Хмельницкого. Тогда же начал воинскую службу и Петр, а когда булава перешла к рукам И. Выговского, он уже был полковником, всесторонне поддерживал гетмана. Находясь в Чигирине, Дорошенко имел возможность познакомиться с многими государственными проблемами и выработать свой собственный взгляд на положение в Украине. А оно было очень тяжелым. После так называемого Черного совета в Нежине в 1663 г., где провозгласили гетманом Ивана Брюховецкого, Украина поделилась на два гетманата — Левобережный (с гетманом Брюховецким) и Правобережный (с гетманом Павлом Тетерей). Начался период кровавых мятежей и междоусобиц, которые подрывало силу народа, разрушали хозяйство, значительные пространства украинской территории превращали в пустыню. Историки это время называют Руиной. Оставшись без поддержки, Тетеря сложил в 1665 г. булаву и выехал к Польше. Вместо него гетманом было избрано Петра Дорошенко.

Человек несомненно способный, с железною энергиею, при более благоприятных условиях он мог бы создать нечто крупное, при данных же — только довел положение дел до крайности, до абсурда.

Устраняя Опару, Дорошенко имел в виду план более широкий, Пользуясь поддержкою Крыма и Турции, он рассчитывал создать себе прочную основу в Правобережной Украине, свободной от влия­ний и Москвы, и Польши. Опираясь на нее, он надеялся снова соеди­нить воедино Правобережную и Левобережную Украину, а так как последнюю слишком было трудно, как показали последние события поставить вне зависимости от Москвы, то Дорошенко имел в виду признать верховенство Москвы, но под условием прочных гарантий украинской автономии, к которым он надеялся принудить московское правительство страхом своего союза с Турциею и Крымом.

Провозглашенный на войсковой раде гетманом под протекциею крымского хана в августе 1665 г., Дорошенко входит затем в непо­средственные сношения с Турциею (1666). Разбив оставшиеся поль­ские отряды, он овладевает Браславщиной. Московских партизан в Правобережной Украине Дорошенко также рассеял и старался овладеть Левобережьем. С Брюховецким он вошел в сношения и по­давал ему надежду, что оставит ему гетманство, но одновременно упрекал Москву, что она поддерживает подобных авантюристов - причину украинских смут. Очевидно, против такого господина, как Брюховецкий, Дорошенко считал всякий способ борьбы позволи­тельным.

Рассчитывая на Дорошенко и татар, Брюховецкий в начале 1668 г. поднял восстание против Москвы. Старшина приняла в нем участие, московские гарнизоны изгонялись или избивались. Но сам Брюховецкий сделался слишком ненавистен на Украине, чтобы ею мог спасти этот поворот политики. Когда прибыл из-за Днепра До­рошенко и потребовал, чтобы Брюховецкий сложил гетманство, казаки объявили Брюховецкому, что не желают сражаться из-за него с Дорошенко; разграбили его лагерь, самого арестовали и при­вели к Дорошенко; и тут, как рассказывает современник, по ошибочно понятому жесту Дорошенко толпа бросилась на Брюховецкого и рас­терзала его. После этого Дорошенко, соединившись с татарскою ордою, прибывшею на помощь Брюховецкому против Москвы, двинулся против московского войска, под предводительством Ромодановского, вступившего в границы Украины для подавления восстания. Под натиском сил, которыми располагал Дорошенко, Ромодановский отступил за границу, и Украина, за исключением нескольких пунктов, где дер­жались еще московские гарнизоны, оказалась в руках Дорошен­ко.

Это был единственный по своему значению момент в политической деятельности Дорошенко. Трудно угадать, удалось ли бы ему удержать Украину в своем влиянии, наэлектризовать утомленную двадцатилетнею борьбою массу, взять в руки расшатанную и в значительной степени деморализованную старшину. Достаточно сказать, что представившимся ему благоприятным стечением обстоятельств Дорошенко воспользоваться не успел. Как раз в эту минуту наиболь­шего успеха он бросил армию и уехал в Чигирин, как передает современник,— вследствие известия об измене жены. Воспользовавшись его уходом, Ромодановский двинулся снова в Северские земли. Архиепископ черниговский Лазарь Баранович выступил с проповедью сорности Москве; оставленный Дорошенком в качестве заместителя («наказного гетмана») Демьян Многогришный с местною старшиною решил вернуться к московской власти. Но при этом и старшина, и Баранович хотели добиться уступок — вывода воевод, возвращения к статьям Богдана Хмельницкого, и Многогришный ставил ультиматум: или московское правительство восстановит «казацкие вольности», или он пойдет в подданство туркам. При этом он выступал уже не как представитель Дорошенко, а как самостоятельный «гетман северский».

Вывод воевод был, несомненно, всеобщим желанием. В том смысле, что это было общее пожелание украинского населения, доносил и воевода Шереметьев: «Черкассы» желают непременно, чтобы «русских» людей не было на Украине в городах, и жить с ними не хотят. Вообще это был момент, когда стремления гарантировать Украину от вмешательства московского правительства и администрации проявились особенно сильно и широко в украинском обществе. Возможно, что их популярностью, тем что это было всеобщее и непременное условие дальнейших отношений, объясняется та значительная твердость, с которою Многогришный и старшина отстаивали свои требования. Но московское правительство, очевидно, возлагало надежды раскол, выразившийся в отделении Многогришного от Дорошенко, и решило все-таки не уступать украинским требованиям. Оно позондировало Дорошенко, которого продолжали еще держаться южные левобережные полки, но когда и Дорошенко поставил то же требование о выводе воевод, московское правительство решило дер­жаться Многогришного. Оно могло рассчитывать, что последний в своем фальшивом положении между Дорошенком и Москвою окажется уступчивее и, не имея духа отказаться от гетманской булавы, отступится от своего ультиматума.

Действительно, уже к марту 669 г. Многогришный уступил. На раде в Глухове, хотя и не без значительной оппозиции, были приняты «статьи» — договор между Украиною, собственно, украинскою старшиною, и московским правительством, составленный в стиле международного трактата (так наз. уховские статьи). После этого Многогришный был еще раз подтвержден на гетманство и получил знаки власти от московского легата.

В окончательно принятой редакции этих Глуховских статей по­становлялось, что московские воеводы, кроме Киева, будут назна­чаться в Переяслав, Нежин, Чернигов и Остер, но они не будут иметь права вмешиваться в суд и управление,— им будут подчиняться только московские ратные люди их гарнизонов. Таким образом, после обнаруженного народом неудовольствия московское правительство отказалось от введения московской администрации и податного оклада на Украине. За гетманом не признавалось право сношений с иностранными государствами, но сохранялось на будущее время участие казацких делегатов в московских дипломатических конфе­ренциях.

Это был очень чувствительный удар для планов Дорошенко, но он не смутил его, и — к чести Дорошенко нужно сказать — он не стал тратить сил и энергии на борьбу с Многогришным. Хотя он смотрел на последнего свысока как на самочинного «покутного гетманчика», но поддерживал с ним добрые отношения, тем более что и без того имел достаточно забот, а общность национальной программы сближала его с Многогришным: мы уже видели, что их пожелания в сфере отношений к Москве более или менее были оди­наковы.

Вопрос о передаче Польше Киева, остав­ленного перемирием 1667 г. только на два года под властью Москвы, возбуждал тогда большую тревогу на Украине. Москву обвиняли в пренебрежении к национальным интересам Украины и излишней уступчивости в от­ношениях к Польше. Подозрения росли тем более что казацкие деле­гаты вопреки обещаниям не были допущены к конференциям, проис­ходившим между уполномоченными Москвы и Польши. Эти общие заботы и огорчения сближали Дорошенко с Многогришным, очень огорченным поведением московских политиков. И в конце концов жа­лобы на поведение московского правительства, которые заявлял Многогришный, послужили поводом к скорому его падению.

Многогришный вообще не умел поставить себя в хорошие отно­шения к старшине. Последняя была склонна смотреть на него свы­сока как на человека нового, «мужичьего сына» и притом довольно простодушного. Постоянно подозревая старшину в интригах, Много­гришный позволял себе временами резкие выходки против нее. Недо­вольные действительно устроили заговор в марте 1672 г. и по соглашению с московским отрядом, находившимся при гетмане, схватили его и отослали в Москву, обвиняя в измене московскому правитель­ству и прося разрешения выбрать нового гетмана. Обвинения были совершенно ложны, а насколько все это имело характер личной инт­риги, доказывает страх заговорщиков, что войско и население выступят против них: поэтому раду для выбора нового гетмана они даже не решились устроить на украинской территории, а перенесли за московскую границу под охрану московского войска (на урочище Козацька Диброва). Но несмотря на очевидную ложность обвинений, московское правительство сочло за лучшее придать им значение.


Случайные файлы

Файл
142392.rtf
47597.rtf
71050-1.rtf
122997.rtf
84950.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.