Введение кантонной системы управления и ее эволюция (56344)

Посмотреть архив целиком

Введение кантонной системы управления и ее эволюция

Доклад

Выполнила: студент группы: Кулумбаева А.Г

Стерлитамакская государственная педагогическая академия имени Зайнаб Биишевой

Стерлитамак- 2008

Введение кантонного управления.

В 1798 г. в Башкортостане была введена кантонная система управления, просуществовавшая до 1866 г. Царские власти опасались новых восстаний башкир, поэтому они искали пути их предотвращения. Выдвигались различные проекты в этом отношении. Было даже предложение о раздаче башкир как крепостных крестьян дворянам. Предпочтение было отдано проекту, учитывавшему пограничное положение Башкортостана и превращению края в плацдарм для проведения активной политики в Казахстане и Средней Азии. Он предусматривал перевод башкир в военное сословие, установление жесткого режима и использование боевой энергии башкир для охраны юго-восточной границы империи и участия во внешних войнах России.

Власти не сразу нашли новую систему повинностей и управления башкирами. Первым шагом явилось введение для них в 1789 г. как основной повинности военно-сторожевой службы на границе с Казахстаном. Имеющиеся в крае 20 908 дворов башкир были поделены на 103 юрты (команды), во главе которых стояли назначенные юртовые старшины и их помощники. Для организации военно-сторожевой службы на Оренбургской пограничной линии к юртовым старшинам были определены походные старшины и сотники, которых соответственно насчитывалось 63 и 213. Но башкиры, неся военную службу, оставались в ведении гражданской администрации.

10 апреля 1798 г. император Павел I по представлению генерал-губернатора О. А. Игельстрома подписал указ о введении кантонной системы управления в крае, по которому башкиры и мишари были превращены в военное сословие, об образовании 11 башкирских и 5 мишарских кантонов, о порядке их службы по охране границ с Казахстаном. Одновременно было объявлено о создании 5 кантонов оренбургских и 2 оренбургских казаков619.

При переводе башкир в военное сословие были учтены особенности их жизни и быта, многолетний опыт военно-сторожевой службы и участия в военных действиях русской армии. Царская администрация отмечала большую склонность башкир «к воинским упражнениям», их «сметливость, привычку к степной местности, неутомимость в степных походах», «сносливость и крепость их лошадей». Позже генерал-губернатор В. А. Перовский писал, что «относительно воинского духа они (башкиры - А. А.} не уступают оренбургским казакам, а в иных отношениях даже превосходят прочие нерегулярные войска»620.

Василий Алексеевич Перовский, оренбургский военный губернатор в 1833-1842 гг., оренбургский и самарский генерал-губернатор в 1851—1857 гг., являлся выдающимся военно-политическим деятелем России первой половины XIX в., был внебрачным сыном графа А. К. Разумовского, имел звание генерал-лейтенанта, генерала от кавалерии, генерал-адъютанта, граф, кавалер высшей государственной награды - бриллиантовых знаков ордена св. Андрея Первозванного.

Как приближенный императора Николая I, управлял Оренбургским краем, имея самые широкие полномочия, был верным слугой самодержавного государства, много сделал для укрепления позиций правительства. Об этом свидетельствуют подавление им «огнем и мечом» волнений и восстаний народов, усиление Оренбургской укрепленной линии и казачьего войска; организация военных походов в Хивинское и Кокандское ханства. Он был инициатором возведения в Оренбурге ряда каменных зданий для государственных и общественных нужд, водопровода, Караван Сарая для Башкирского войска, разведения лесов на пограничной линии, открытия лесного училища, школ и училищ в ряде городов, добился вакансии для башкирских юношей в гимназии и университете Казани. Понимая неизбежность перехода башкир к земледелию и оседлости, в отличие от ряда губернаторов резко выступал против насильственных мер при решении этого вопроса. В. А. Перовский часто проводил лето на башкирских кочевьях, где общался с местными сказителями и сэсэнами, что импонировало башкирский феодальный верхушке и способствовало созданию его положительного образа. О нем как о человеке и правителе сложены и поныне сохранились башкирские песни и марши («Ак мечеть», «Сыр-Дарья», «Перовский»).

Военная служба башкир и мишарей была выгодна правительству и в финансовом отношении, ибо они несли службу за свой счет.

В 1803 г. башкирских кантонов стало 12. Они не имели особых наименований и различались только порядковым номером. 1-й кантон (центр кантона находился в дер. Елпачиха) состоял из башкир Осинского и Пермского уездов, 2-й (дер. Ибрагимово) - Екатеринбургского и Красноуфимского. 3-й (дер. Курманово) - Щадринского уездов Пермской губернии, 4-й (дер. Мало-Муйнаково) - Троицкого, 5-й (дер. Исянгильдино) - Челябинского, 6-й (дер. Хасаново) - Верхнеуральского, 7-й (дер. Мрясово) - Стерлитамакского, 8-й (дер. Юмран-Ибрагимово) - Уфимского, 9-й (дер. Бурангулово) - Оренбургского, 10-й (дер. Камилево) - Бирского, 11-й (дер. Челнанарат) - Мензелинского уезда Оренбургской губернии, Елабужского и Сарапульского уездов Вятской губернии, 12-й (дер. Шланлыкулево) — Белебеевского, Бугульминского и Бугурусланского уездов Оренбургской губернии62'.

Башкирские кантоны были образованы на основе территориального (уездного), а не родоплеменного (волостного) принципа. В состав кантонов обычно волости входили полностью. Но немало было случаев, когда волость оказывалась разделенной между несколькими кантонами. Это вело к ликвидации прежних волостей и раздроблению общей волостной собственности башкир на землю, оказавшихся в разных кантонах.

Мишарские кантоны находились на территории только Оренбургской губернии. 1-й кантон (дер. Адзитарово) включал мишарей Троицкого и Челябинского уездов, 2-й (дер. Бузовьязы) - Бирского и Мензелинского, 3-й (дер. Бузовьязы) - Стерлитамакского, 4-й (дер. Богданово) - Уфимского и 5-й (дер. Туркеево) - Бугульминского уездов.

По размеру территории и численности населения кантоны были неодинаковы. По сведениям на 1826 г., в 12 башкирских кантонах насчитывалось 1804 деревни с 47 480 дворами, в 5 мишарских кантонах - 356 деревень с 7652 дворами. 1, 2 и 3 башкирские кантоны имели от 30 до 68 деревень, 4, 5, 6, 8, 10 и 11 кантоны - от 102 до 202 деревень, 9 и 12 кантоны - от 242 до 284 деревень. Население в них колебалось от 4 до 22 тыс., а в мишарских - от 1500 до 6600 душ м. п. '

Кантоны делились на юрты (команды), которые состояли из групп деревень. В 1826 г. в башкирских кантонах было 375, мишарских - 67 юрт. Количество жителей в юртах колебалось от 100 до 1000 душ м. п. Эти различия вызывали неудобства при выполнении натуральных повинностей и выплате денежных налогов. Поэтому генерал-губернатор Перовский 13 августа 1833 г. предписал кантонным начальникам уравнять число душ в юртах таким образом, чтобы каждая из них состояла не менее чем из 750 душ м. п. К 1846 г. в башкирских кантонах было 247, в мишарских - 47 юрт. В юрте насчитывалось от 700 до 1000 душ м. п.623

В кантонах на 50 дворов приходилось по 1 чиновнику, что облегчило наблюдение за поведением башкир и мишарей. Ограничивалась свобода их передвижения по краю. Указом Сената от 24 сентября 1806 г. был запрещен свободный переезд башкир на жительство из одной губернии в другую. Тем самым был нанесен серьезный удар по экономическим интересам башкир, ведущих полукочевое скотоводческое хозяйство на своих вотчинных землях, расположенных на территории смежных губерний.

Указ от 10 апреля 1798 г. подтвердил прежние положения о запрещении самовольных отлучек жителей из деревень. Для передвижения по территории уезда башкиры и мишари получали отпускные свидетельства от юртовых старшин, по губернии - от кантонных начальников. На поездку в другие губернии требовалось согласие командующего Башкиро-мещерякского войска624. Башкиры и мишари подвергались тяжелым наказаниям за самовольные переселения, отлучки с места жительства и другие нарушения внутрикантонных порядков. Так, в 1799-1831 гг. за подобные провинности в 3-м башкирском кантоне из 2281 служащего подвергнуты были телесному наказанию 1149 чел,, т. е. каждый второй служащий625. Жителей деревень, принявших «нарушителей», облагали денежным штрафом или направляли вне очереди на крепостные работы.

Администрация преследовала любые проявления самостоятельности или недовольства со стороны рядовых башкир и мишарей. Чиновники кантонного аппарата управления вместе с местными богачами выступали организаторами мирских сходов, выносивших решения о насильственном изгнании из деревень жителей, которые жаловались на своих начальников и не повиновались властям.

Введение новой системы управления привело к полной ликвидации остатков башкирского самоуправления. Были запрещены традиционные башкирские праздничные йыйыны (съезды), служившие единственным местом для неофициальных встреч представителей различных деревень. Генерал-губернаторы П. К. Эссен и П. П. Сухтелен рассматривали йыйыны, на которые съезжались по несколько тысяч башкир, мишарей, татар, тептярей, как недопустимые собрания многонационального населения края, не совместимые с регламентом военно-феодального режима. В соответствии с мнением Государственного Совета от 29 февраля 1828 г. о ликвидации в стране «всяких непозволительных и соблазнительных сборищ, под каким бы видом названием оные не существовали», губернское правление вынесло определение о запрещении йыйынов, о чем 17 ноября 1831 г. было сообщено кантонным начальникам626.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.