Карфаген. Борьба за Сицилию (56199)

Посмотреть архив целиком

Карфаген. Борьба за Сицилию

К концу V в. до н. э. карфагеняне возобновили наступление в Сицилии. Поводом к этому послужило обращение элимской Эгесты, которая, терпя неудачи в борьбе с греческим Селинунтом, согласилась на подчинение Карфагену взамен на военную помощь (Diod. XIII, 43). После некоторых колебаний карфагеняне в 410 г до н. э. приняли предложение эгейстийцев.

Крупнейшим и важнейшим греческим городом Сицилии были Сиракузы. В 415 — 413 гг. до н. э. они выдержали тяжелую осаду афинян. Однако победа над афинянами потребовала от сиракузян огромного напряжения сил. В результате в городе обострилась внутренняя борьба между аристократической группировкой во главе с Гермократом и демократами, возглавляемыми Диоклом. К тому же Сиракузы ввязались во внешние войны, послав эскадру в Эгейское море для продолжения войны с Афинами. В самой Сицилии они воевали с некоторыми своими же греческими соседями. Таким положением решили воспользоваться карфагеняне.

Готовясь к схватке с сицилийскими греками, карфагенская олигархия сплотила свои ряды. Из изгнания был возвращен сын Гисгона и внук Гамилькара Ганнибал, который, по-видимому, был изгнан вместе с отцом. Он занял высший государственный пост и был поставлен во главе армии. Так Магониды снова вернулись к управлению государством, но теперь уже едва ли они правили столь самовластно, как раньше. Назначая Ганнибала командующим войсками в Сицилии, карфагенские власти рассчитывали не только на его военные способности, но и на ненависть к грекам и стремление отомстить за деда, павшего при Гимере. Собрав армию, состоявшую из карфагенских граждан, принудительно набранных ливийцев, иберских и кампанских наемников и насчитывавшую, по Тимею, 100 тысяч человек, а по Эфору, 200 тысяч пехотинцев и четыре тысячи всадников, Ганнибал в 409 г. до н. э. высадился в Мотии (Diod. XIII, 43—44; 54). И начался новый период войн в Сицилии, продолжавшийся с перерывами более полутора веков (Фролов, 1979, 24—35, 42—43, 47— 49, 73—78, 81—83).

После высадки карфагенской армии элимы подчинились Карфагену. Именно в это время прекращается чеканка элимской монеты (Warmington, 1960, 77). Приняв в число своих подданных элимов, карфагеняне двинулись сначала на Селинунт, а после захвата этого города — на Гимеру. Греческие жители этих городов оказали карфагенянам героическое сопротивление, но оно в конце концов было сломлено, и оба города разрушены, а их жители или убиты, или превращены в рабов. Другие греки, и прежде всего сиракузяне, во главе которых встал Диокл, уставшие, по-видимому, от долгой войны с афинянами и изнурительной гражданской смуты, оказали селинунтянам и гимерцам слишком слабую помощь, которая не могла решить дела (Фролов, 1979, 35). После этого Ганнибал увел свою армию назад в Африку (Diod. XIII, 54—62).

В греческой части Сицилии в это время борьба между двумя сиракузскими политическими группировками достигла апогея. Гермократ, командовавший сиракузской эскадрой в Эгейском море, был смещен с этого поста и решил силой вернуться в Сиракузы. С набранным отрядом он высадился в Сицилии, но, стремясь сначала приобрести определенный политический капитал, вторгся в карфагенскую зону, занял разрушенные карфагенянами Селинунт и Гимеру и поднял знамя борьбы против карфагенских «варваров» (Diod. XIII, 63, 75). В конце концов Гермократ погиб при попытке захватить Сиракузы, но все это свидетельствовало о том, что положение на острове было далеко от стабильности, и Карфаген не мог этим не воспользоваться.

Готовясь к новой схватке в Сицилии, карфагенское правительство предприняло дипломатическую акцию, которая в других условиях могла иметь важные последствия: был заключен союз с Афинами (Лурье, 1947. 122—125). Но надежды карфагенян не оправдались, так как мощь Афин уже клонилась к упадку, и вскоре они потерпели окончательное поражение. Одновременно карфагеняне создали новую армию, во главе которой поставили того же Ганнибала и его родственника Гимилькона.

В 406 г. до н. э. карфагенская армия высадилась в Сицилии. Несмотря на отдельные неудачи и даже смерть одного из полководцев, в целом кампания для карфагенян развивалась успешно. Все попытки сиракузян спасти греческие города южного побережья Сицилии провалились; это не смогли сделать ни республиканские правители Сиракуз, ни пришедший им на смену тиран Дионисий. Карфагенская армия осадила Сиракузы, и только начавшаяся в карфагенском лагере эпидемия спасла город. Гимилькон был вынужден согласиться на заключение в 405 г. до н. э. мира. По условиям мирного договора, за карфагенянами кроме старых финикийских колоний закреплялись общины сиканов и греческие города Селинунт, Акрагант и Гимера, а Гела и Камарина должны были платить карфагенянам дань (Diod. XIII, 80—91; 108—111; 114). Значение этого мира для Карфагена было огромным. Признавались и в международном плане юридически закреплялись карфагенские владения в Сицилии. Элимы и сиканы, как ранее ливийцы, превращались в карфагенских подданных. Правда, этот успех был непрочен, борьба продолжалась, и граница между карфагенской и греческой частями Сицилии постоянно оставалась пульсирующей, передвигаясь то к востоку, то к западу.

Инициатором новой войны стал сиракузский тиран Дионисий. Он тщательно подготовился к войне, в 398 г. до н. э. вторгся в карфагенскую часть осгрова и осадил Мотию. Теперь финикийцам пришлось проявлять героизм. Но как раньше сопротивление Селинунта и Гимеры, так и теперь упорство Мотии оказалось напрасным. Дионисий взял город и полностью его разрушил. Несколько позже для уцелевших жителей Мотии карфагеняне основали новый город — Лилибей (Diod. XXII, 10). Эта война шла с переменным успехом. Все попытки сиракузского тирана изгнать финикийцев из Сицилии не удались, и одно время даже сами Сиракузы снова были осаждены карфагенянами. Но в целом перевес оказался на стороне греков. По условиям мира 392 г. до н. э. карфагеняне потеряли значительную часть предыдущих завоеваний, сохранив только западную часть Сицилии (Diod. XIV, 45-46; 48-53; 70-76; 90; 95-96).

Положение, сложившееся в Сицилии, делало неизбежной новую войну. В ней карфагенянам удалось найти союзников среди греческих городов Италии, обеспокоенных, с их точки зрения, чрезмерным усилением Дионисия. Правда, эффективной координации действий союзникам добиться не удалось, что позволило Дионисию одерживать победы и над теми, и над другими. В одном таком сражении при Макале пал карфагенский командующий Магон, но его сменил сын, сумевший взять реванш. В целом эта война завершилась в пользу Карфагена, чьи владения теперь распространялись до реки Галик, так что под их властью оказались греческие города Селинунт и Термы, а также западная часть области еще одного эллинского города — Акраганта (Diod. XV, 15—17; Polyaen. V, 8, 1—2; 10, 5; VI, 16, 1). Река Галик надолго превратилась в границу карфагенской «провинции», которая охватывала приблизительно треть всей Сицилии.

В 368 г. до н. э. началась последняя война Карфагена с Дионисием. Инициатором ее снова стал тиран, упорно стремившийся очистить Сицилию от финикийцев. Определенный отпечаток на ход военных действий, особенно в начале войны, наложила внутренняя борьба в Карфагене, о которой будет сказано немного ниже Пока же скажем, что знатный карфагенянин Суниат (Сунйатон) из-за ненависти к командующему карфагенской армией Ганнону сообщил в письме к Дионисию о прибытии карфагенского войска и медлительности его командира (Iust. XX, 5,12— 13). Этим предательством воспользовался Дионисий, который овладел рядом городов, в том числе Селинунтом, и осадил Лилибей. Однако первыми успехами военное счастье Дионисия и ограничилось. Вскоре карфагеняне одержали морскую победу при Эрике. А вслед за этим тиран умер, а его наследник Дионисий-младший поспешил заключить мир, восстанавливающий довоенное положение (Diod. XV, 73; XVI, 5; lust. XX, 5,10—14; Polyaen. V, 9; Plut. Dion. 6; 14). Пока шли все эти войны в Сицилии, внутреннее положение Карфагена было далеко не стабильно. Покоренное население ненавидело карфагенян. Полиэн (V, 10, 1:3) рассказывает о войне Гимилькона с ливийцами. Ливийцы захватили какой-то город и даже подошли к стенам самого Карфагена, заняв его предместья. Лишь с помощью хитрости карфагенскому полководцу удалось подавить это восстание. Актор не датировал это событие. Однако, как мы увидим ниже, в 396 г. до н. э. Гимилькон покончил с собой, так что это восстание ливийцев должно было происходить до 396 г. Скорее всего оно произошло между 405 и 396 гг. до н. э., когда вернувшийся из Сицилии Гимилькон занимал первенствующее положение в Карфагене.

В 396 г. до н. э. внутреннее положение в Карфагенской державе вновь обострилось. Разгром карфагенской армии и постыдный мир не могли не вызвать соответствующие отклики. Видимо, вновь развернулась борьба внутри правящей группировки. Вернувшийся с позором из Сицилии Гимилькон был вынужден покончить самоубийством (Diod. XIV, 76, 4; Iust. XIX, 3, 12; Oros. IV, 6, 15). В Карфагене распространилось мнение, что несчастья преследуют карфагенян из-за разрушения храма Коры и Деметры в Сицилии, и чтобы воздействовать на религиозные чувства, в Карфагене был введен культ этих богинь. Введение этого культа было религиозной реформой, сознательно проведенной правительством. Ее аристократический характер не вызывает сомнения. Недаром жрецами новых богинь сделали «наиболее знатных граждан» (Diod. XIV, 70; 77). Но важен еще один момент: храмы в Сицилии были разрушены воинами Гимилькона (или Ганнибала), так что установление нового культа было явно направлено против Магонидов. Аристократические противники этой фамилии использовали ситуацию для повторного свержения Магонидов, после чего их имена уже не встречаются во главе Карфагенской республики.


Случайные файлы

Файл
73384-1.rtf
105117.rtf
154346.rtf
201536.rtf
5027.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.