Образование Израильского царства. Правление Саула (55699)

Посмотреть архив целиком

Образование Израильского царства. Правление Саула

Период после вторжений «народов моря» и новых семитских народов из степи и пустыни и до ассирийского завоевания был временем независимости палестинских и сирийских государств. К концу этого периода серьезной угрозой стала Ассирия, но до правления царя Тиглат-Паласара III (745 — 727 гг. до н. э.) она не ставила своей целью прямой захват сиро-палестинских государств, ограничившись по существу грабительскими походами. Сами эти государства в то время вступали в самые разнообразные отношения и между собой, и с вновь набирающими силы крупными державами, как та же Ассирия и Египет. Среди новых государств, возникших в Сиро-Палестинском регионе на рубеже II — I или в начале I тысячелетия до н. э., было Еврейское царство, позже разделившееся надвое.

Тяжелое поражение, нанесенное евреям филистимлянами, привело к тому, что даже Ковчег Завета попал в руки врагов. Это поражение не только подчиняло израильтян филистимлянам, но из-за утраты религиозной святыни грозило полной потерей религиозно-национальной идентичности. Сокрушительное поражение резко усилило в народе монархические настроения, ибо казалось, что только могучий царь сможет спасти Израиль от покорения филистимлянами. Известную роль сыграл и пример соседей, ибо «монархисты» стремились к тому, чтобы и в Израиле был царь, как у других народов (I Sam., 8, 5). Антимонархические настроения тоже были сильны, и их выразителем стал пророк Самуил, который, к тому же, занимал пост «судьи» и успел передать свои полномочия сыновьям, так что был лично заинтересован в сохранении старых порядков. В Библии содержится красноречивая речь Самуила, пытавшегося отговорить народ от установления царской власти, перечисляя все виды насилия, которые царь обрушит на народ, который станет рабом царя (I Sam, 8, 11 — 18). Однако шок от поражения был столь велик, что попытки воспрепятствовать политической реформе провалились. И сам Самуил был вынужден совершить обряд помазания, признав первого законного царя Израиля. Им стал Саул, сын Киша, из племени Вениамина (I Sam. 9, 1 — 10, 1). Главной задачей нового царя стало спасение народа от внешних врагов (I Sam., 10, 1). Провозглашение Саула царем произошло на общесоюзном народном собрании (I Sam. 10, 20—24).

Дальнейший библейский рассказ изобилует противоречиями. Там говорится, что приблизительно через месяц после помазания Саула на царство на заиорданский город Иавис (Йавеш) в очередной раз напали аммонитяне, и жители Иависа обратились за помощью «во все пределы Израиля». Саул, находившийся в родном городе Гиве и занимавшийся в то время полевыми работами, узнав о нападении и требовании подчиниться аммонскому царю, призвал народ к бою, после чего, собрав армию, нанес аммонитянам страшное поражение. После этого народ, собравшийся в Галгале, «обновил» царство, т. е. вновь поставил Саула царем (I Sam., 11). Естественно, возникает вопрос, зачем было провозглашать Саула царем вторично, т. к. какова была действительная его роль в этих событиях. Многие ученые считают, что до победы над аммонитянами Саул был частным человеком, и уже в качестве победителя он был провозглашен царем (Tadmor, 1981, 116; Шифман, 1989,68).

Однако этот рассказ дает основания и для другого толкования. Рассказывая об избрании Саула на народном собрании, Библия различает два вида людей: храбрых, которые пошли с Саулом в Гиву, и негодных, которые презрели новоизбранного царя. Видимо, несмотря на общий рост монархических настроений, противоположные взгляды были еще весьма сильны. Может быть, еще важнее было соперничество различных племен, и далеко не все племена были в восторге от возвышения вениаминятян, с которыми еще сравнительно недавно приходилось воевать. Как бы то ни было, Саула, вероятно, признали далеко не все израильтяне, что, может быть, и заставило его на первых порах не афишировать свою власть. Но уже опираясь на свое новое положение, он в начале конфликта с Аммоном приказал всем выступить на войну, угрожая конфискацией имущества. Победа принесла Саулу такую славу, что никто не посмел выступить против, что и было закреплено вторичным провозглашением. Не случаен и выбор Галгала. По преданию, это был первое место, где израильтяне остановились после перехода через Иордан, здесь якобы были поставлены двенадцать камней со дна Иордана — по числу израильских племен (Jesus., 4, 19—24) и здесь же, на западном берегу Иордана, была отпразднована первая Пасха (Jesus., 5,10). Здесь к тому же находилось одно из древнейших израильских святилищ (Vaux, 1967, 134—135). Так что это место было священным в глазах потомков, и вторичное провозглашение Саула царем именно здесь в известной степени сакрализировало его власть.

Поскольку важнейшей задачей царя была война с филистимлянами, то главный акцент Саул сделал на военной реформе. В войне с аммониятами участвовало все израильское ополчение, но для войны с филистимлянами, как показали недавние события, оно не годилось. Поэтому на втором году своего правления Саул начал проведение реформы. Он создал постоянное войско в количестве 3000 человек, разделив его на две части, одну из которой, большую, возглавил сам, а другую поставил под командование своего старшего сына Ионатана (I Sam., 13,1—2). И это скоро дало свои плоды. Отряд Ионатана разбил филистимский гарнизон в Гиве и, видимо, освободил этот город. Победа была далеко не решающей, но она была первой после страшного поражения, и это подняло дух народа. После этого Саул снова собрал ополчение, с которым и выступил против филистимлян. В ожесточенном сражении, в котором значительная роль опять же принадлежала отряду Ионатана, израильтяне одержали победу (I Sam., 13, 3—14, 46).

После рассказа об этой войне библейский автор говорит, что Саул утвердил свое царство над Израилем (I Sam., 14, 47). Создается впечатление, что он был снова (фактически в третий раз) утвержден царем. Может быть, разгадка коренится в некоторых деталях предыдущего рассказа. Там упоминаются евреи, которые действовали заодно с филистимлянами, и те, которые прятались в горах, не участвуя в сражении; но узнав о победе Саула, те и другие примкнули к его армии (I Sam., 14, 21—22). По-видимому, и после победы над аммонитяиами оставались люди, по тем или иным причинам не признававшие Саула царем и отказывавшиеся ему повиноваться. Победа же над филистимлянами привела к окончательному признанию Саула царем всего Израиля.

Это дало царю возможность провести второй этап военной реформы. Библия сообщает, что Саул, приметив какого-либо сильного и воинственного человека, брал его себе на службу (I Sam., 14, 52). Это ясно свидетельствует о введении им какого-то вида рекрутского набора и, следовательно, создания регулярной армии. Во главе ее он поставил своего двоюродного брата Авенира, или Абнера (I Sam., 14, 50—51). Армия, по-видимому, еще не заменила полностью общеплеменное ополчение, но стала важным шагом к такой замене. Сама армия еще строилась с учетом родо-племенной структуры израильского общества, но в ней уже были созданы новые единицы — сотни и тысячи но главе со своими командирами (I Sam., 22, 7), впрочем, в них включались люди одного «дома», рода, племени (Tadmor, 1981, 117). Создание новой армии позволило Саулу успешно воевать с соседями, в том числе с амалектянами. Последняя война являлась в известной степени оборонительной, ибо ее целью была защита от набегов амалектян (I Sam., 14, 48). Поскольку ближайшей к территории амалектян была земля племени Иуды, то ясно, что целью кампании Саула была защита именно этой земли, и, следовательно, это южное племя тоже подчинялось власти Саула (Eissfeldt, 1975a, 576).

Созданием новой армии нововведения Саула не ограничились. С появлением монархии создается и царский двор. Вокруг Саула собираются его слуги, т. е. практические исполнители его решений. В условиях сохранения племенной структуры более всего надеяться царь, разумеется, мог на своих соплеменников, поэтому и двор его состоял преимущественно из вениамитян. Им в первую очередь он давал поля и виноградники (I Sam., 22,7). Поскольку в Библии, несмотря на отрицательное в целом отношение к Саулу, ничего не говорится о каких-либо конфискациях земель, то ясно, что земли для раздачи своим приближенным царь мог приобрести только в результате своих побед, отнимая их у побежденных, в частности у филистимлян (Tadmor, 1981, 117).

Таким образом, вне территорий отдельных племен, но в пределах государства создается царский сектор социально-экономической жизни. Однако ведение войн, содержание двора и армии требовали дополнительных средств. Единицей налогообложения был ятю «дом отца». Согласно Библии, Саул обещал сделать свободным, т. е. освободить от всяких податей, тот «дом отца», член которого убил бы филистимского великана Голиафа (I Sam., 17, 25). А в уста тому же Голиафу библейский автор вкладывает упреки израильтянам, что они — рабы Саула (I Sam., 17, 8). Учитывая, что на Востоке в древности под словом «раб» понимали не только собственно раба, но и всякого зависимого человека — от настоящего раба до вельможи, это выражение свидетельствует о подлинной власти царя над народом. Косвенным доказательством обложения народа различными податями является сцена, разыгранная Самуилом, когда тот спросил у народа, отнял ли он когда-либо вола или осла, обидел ли он кого-либо или взял ли у кого-либо дар, закрыв судебное дело. Народ с готовностью ответил, что ничего такого бывший «судья» не совершал (I Sam., 12, 3—4). Перед нами явное противопоставление ситуации, сложившейся после создания монархии.


Случайные файлы

Файл
59879.rtf
25097-1.rtf
46815.rtf
159244.rtf
54026.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.