Парижские тайны. Русское студенческое общество в Париже (55615)

Посмотреть архив целиком

Парижские тайны. Русское студенческое общество в Париже

Д.А.Гутнов

Конец XIX — начало ХХ века ознаменовались появлением в западноевропейских университетах большого числа студентов из России. Это отрадное явление поначалу было с пониманием встречено европейской общественностью. В университеты Германии, Швейцарии, Франции принималось всё больше и больше русских молодых людей и мало кто задавался вопросом, почему они предпочли получение высшего образования на чужбине, учёбе в российских университетах.

Можно было бы только порадоваться за наших соотечественников, если бы не одно обстоятельство: большая часть молодых людей, согласно докладу Префектуры Парижской полиции за 1907 — 1912 гг., "…никогда не училась и стала студентами лишь чтобы получить студенческий билет, используемый ими как защита при многих обстоятельствах..." 1 В чём же тут дело?

Оставим на время тех россиян, кто действительно покидал Родину ради получения знаний за рубежом. Речь в нашем рассказе пойдёт не о них, или, если быть точным, не совсем о них.

Почти весь XIX век прошёл в России под знаком борьбы государства с вольнодумием в университетах. Созданные в своё время для образования и подготовки грамотной бюрократии, по мере своего развития они выросли не только в крупные образовательные и культурные центры, но и стали средоточием новых общественных и политических идеалов. И идеалы эти зачастую входили в противоречие с дозволенными свыше. Понятно, что властями это рассматривалось как потенциальная угроза существующим государственным институтам. Отсюда естественное желание ограничить вольномыслие в университетах. Для этого использовались как законодательные механизмы — последовательно урезались права и свободы университетской корпорации посредством введения новых уставов (за столетие русские университеты пережили смену четырёх уставов), так и различные ограничения на приёма в высшие учебные заведения потенциально неблагонадёжных лиц — сужался круг тех, кому дозволялось это образование получать. Причём, во второй половине XIX века подобная практика распространялась на целые национальные и социальные категории подданных Российской Империи. Так, например, запрещалось обучение в университетах лиц, участвовавших в революционной деятельности, существовали знаменитые указы "о кухаркиных детях", процентные нормы для евреев, запрещение обучения на польском языке в Царстве Польском и т.д. Таким образом, будучи к началу ХХ века самой многонаселённой страной в Европе, Россия, в то же время, оказалась самой последней из "цивилизованных" стран континента по соотношению числа студентов к общему количеству населения.

И естественно, что львиная доля подданных Российской империи, тем или иным образом лишённых возможности учиться на Родине, переходила в оппозицию к существующему строю. Немалая часть пополняла революционное движение, уезжала за границу и смешивалась там с теми, кто действительно приехал за рубеж в поисках образования.

Первыми тревогу забили не российские, а швейцарские и немецкие власти. "...Эти эмигранты, по большей части молодые люди, с одной стороны, действительно обладали вкусом к учебе, но с другой — стремились найти предлог для пребывания в стране под видом студентов..." 2.

В самом конце XIX века швейцарское общество было взбудоражено сообщениями о целом ряде преступлений, совершенных этими русскими, с позволения сказать, "студентами". В одном случае, некто Дигорновский, имевший студенческий статус, пытался совершить "экспроприацию" одного из небольших банков, а похищенные деньги пустить на нужды революции. При выполнении этого замысла было убито в общей сложности четыре человека (кассир и пытавшиеся остановить налётчика полицейские). В другом случае русский "студент" путешествовал из Женевы в Париж в мягком купе поезда, лежа на матраце, в котором было зашито полтора килограмма пироксилина для изготовления бомб...

Подобные факты не могли не привести к изменению общественного мнения в Европе к приезжающим туда молодым людям из России. Первыми это на себе почувствовали "настоящие" русские студенты. Вот как описывала происходившее одна из студенток Фрайбурского университета в письме, перехваченном и перлюстрированном русской полицией в 1903 г.: "Настроение здесь вообще возмутительно плохое; все громче и громче каждый день раздаются слухи, что удалят всех русских из университета. Профессора настроены по отношению к русским студентам враждебно, что ясно прослеживается во всём. Вчера была у декана факультета, и он сказал, что идёт на собрание профессоров, с тем чтобы ограничить приём русских каким-нибудь постановлением вроде экзамена по немецкому языку..." 3.

За подобными дискриминационными мерами на уровне университетов, последовали административные ограничения и запреты, направленные на создание самых неблагоприятных условий пребывания для русских. Между Россией, Германией, Швейцарией и Бельгией были заключены секретные соглашения об экстрадиции преступников. Всё это повлекло за собой перемещение основной массы русских студентов из Германии и Швейцарии во Францию и, отчасти, в Великобританию.

По сведениям историка А.Е.Иванова, число только русских слушателей Сорбонны достигло к 1911 году 1,6 тысяч человек, что составляло половину всех иностранцев, обучавшихся в то время в стенах этого учебного заведения 4. Те данные, которыми располагаем мы, говорят о более скромных цифрах. Так, французские полицейские источники утверждают, что в рассматриваемое время в Сорбонне училось не более 700 студентов из России 5. Объяснение такой большой разнице лежит в области понимания, кого считать "русским студентом". А.Е.Иванов очень добросовестно изучил те официальные статистические данные, которые помещались в русской периодической печати. У составителей не возникало вопроса: все ли русские молодые люди, именующие себя "студентами" являются таковыми? Впрочем, обвинять в таком упущении трудно, ведь по-настоящему отличить студентов от псевдо-студентов могли лишь, как теперь принято говорить, компетентные органы.

Французская полиция рассуждала следующим образом. Cтудент в её глазах должен был как минимум получить официальный вид на жительство и доказать, наличие необходимых средств для учёбы во Франции. Поводом же для специального расследования этого вопроса стал тот примечательный факт, отмеченный Министерством Народного Просвещения Франции, что большая часть русских студентов на итоговых экзаменах во французских высших учебных заведениях демонстрировала почти что полное незнание французского языка...

Причина крылась в том обстоятельстве, что, согласно межправительственным русско-французским соглашениям в области высшего образования, Франция и Россия взаимно признавали свидетельства о получении среднего образования, выданные в обеих странах. Это позволяло подателям означенных свидетельств без дополнительных экзаменов поступать в высшие учебные заведения договаривающихся государств. Однако, поскольку написанные по-русски аттестаты были непонятны во Франции, обязательным дополнением к ним стал нотариально заверенный перевод. Вскоре канцелярии французских университетов стали требовать только перевод. Далее процитируем строки документа: "Русские воспользовались этим обстоятельством и стали зарабатывать тем, что незаконно записывали своих соотечественников в университеты. Они воспользовались тем, что переводчики парижской судебной палаты, уполномоченные визировать частные переводы только с тех языков, которыми они лично владеют, на практике брались за переводы со всех языков... В случае необходимости они пользовались услугами более или менее знакомых молодых людей из числа русских, чей перевод они затем удостоверяли. Таким образом, за несколько франков они давали свидетельства псевдоперевода дипломов, полностью изготовленных русскими, текст которых они были не в состоянии понять, по причине незнания языка" 6.

Итогом расследования стал большой скандал в Министерстве Народного Просвещения, так как многие подобные "студенты" уже успели сдать выпускные экзамены и получить французские дипломы. Когда эти факты стали достояннием общественности, только 70 обладателей спорных переводов русских аттестатов смогли представить оригиналы и доказать правильность перевода. Большинство же заявило, что "...в связи с изменившимися обстоятельствами не будут учиться во Франции..." 7.

С получением вида на жительство дело обстояло ещё хуже. По официальной оценке французских иммиграционных властей, "большая часть русских приезжает в Париж с фальшивыми паспортами, с помощью которых регистрируются под фальшивыми именами" 8. А причина в том, что "русских пугает всякое мероприятие, в котором принимает участие полиция, а также то, что большая их часть действительно боится обнаружить своё присутствие во Франции..." 9.

Любопытно в этой связи письмо настоятеля русской посольской церкви священника Якова Смородина в русский Департамент полиции, написанное во время открытия Всемирной Парижской Выставки 1900 года. "...Выставка в Париже этого года, — пишет он, — начинает привлекать массу людей и наших соотечественников. Однако в особенности и что всего удивительнее — эти люди или без паспорта или прямо без всякой профессии, которых неспособность к приобретению средств к существованию несомненно известна как полиции, так и другим штатным органам, откуда они сюда прибыли. Далеко не первая сотня, пребывавших у меня в совершенно нищенском состоянии, в большинстве случаев так и объявляла себя ничего не имевшими и, натурально, без всяких средств к существованию здесь, на чужой стороне..." 10


Случайные файлы

Файл
62743.rtf
80868.rtf
179023.rtf
Komuna.doc
111946.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.