Протестное движение в колониальном Казахстане: истоки мифологизации (55521)

Посмотреть архив целиком

Протестное движение в колониальном Казахстане: истоки мифологизации

С.Ф.Мажитов

Современный период в развитии государств постсоветской эпохи обнаруживает трансформацию исторического сознания их народов. Начало этому было положено благодаря обретению ими политической свободы, имевшей последствием свободу волеизъявления и слова. Последнее привело к утверждению в обществе плюрализма мнений и суждений, среди которых с особым акцентом зазвучал голос историка. День ото дня не становится меньшим число как тех, кто стал прислушиваться к словам историков, так и тех, кто вступает с ними в полемику или же использует их в целях самоутверждения на ниве политики, этнических амбиций и другого. Описываемое явление коснулось обществоведов, историков и не историков бывших азиатских республик СССР.

В периодической печати и специальной литературе имеют место неоднозначные по своему содержанию, не говоря уже об их направленности на конкретных потребителей, суждения и утверждения по поводу этнической истории, этнической территории, истоков государственности и т.д. на территории Казахстана и соседних с нами государств.

Между тем, постоянное переписывание истории и часто мнимое ее «переосмысливание» порождает все новые и новые мифы по поводу негативов и позитивов прошлого, что в условиях национальных историографий ведет к зашоренности, взгляду «из-за плетня». Постоянно всплывающие исторические рудименты и атавизмы ведут к замкнутости, что непременно препятствует объединению народов и сообществ. Одной из серьезных, требующих сугубо специального научного подхода в процессе своего изучения является история протестных движений эпохи колониализма в Казахстане. В литературе, как правило, их принято называть еще и «национально-освободительными движениями». Хотя мало кто попытался определиться с тем, что же такое «национально-освободительное движение», «протестное движение», «восстание», «крестьянская война» и т.д. с точки зрения научного осмысления этих понятий. Иначе говоря, речь идет о неполноценной научной разработанности, и как следствие – появлении самых различных суждений по поводу истории и типологии социально-политических движений, имевших место в обществе и государстве.

Рынок современной исторической и историографической информации обнаруживает наличие комплекса недостатков, способствующих генерации мифологической ситуации вокруг истории протестных движений. Причины подобного состояния кроются в том, что на исследователей по-прежнему воздействуют устоявшиеся стереотипы и стандарты досуверенной эпохи. Коль скоро речь идет об истоках мифологизации, назовем некоторые из них.

Первое. Отсутствие иммунитета любви к родной истории. Еще Лев Толстой и Шакарим Кудайбердиев говорили о том, что для того, чтобы написать историю не то, чтобы всего человечества или Отечества, а даже историю отдельного человека: «Нужна любовь». Между тем не секрет, что как домарксистская, так и советская историография способствовала росту негативной оценочной шкалы. Обратно пропорционально этому процессу снижалась шкала написания истории с подлинно патриотических позиций. Историки все больше увлекались поиском негативов в прошлом. Между тем, никакая другая историческая тематика требует неподдельной и не нарочитой заинтересованности и любви к историческому прошлому, как история протестных движений периода колониализма. Потому что каждая жертва этих протестов в конечном счете была неоценимой платой за будущность народа и государства. И эта же плата породила в исследователях синдром страха, боязни стать аутсайдером общества и мишенью идеологического официоза.

Второе. Национальная историография была поставлена на колени упорствующим нажимом имперского и тоталитарного режимов. Возьмите любой учебник или научное исследование по истории национально-освободительного движения казахского народа и вы увидите по каким шаблонам и стандартам они написаны. Все восстания эпохи колониализма представлены разрозненно, отрывочно, не говоря уже о «купюрности» их истории. Читатель или обучаемый заведомо нацеливается авторами на усеченное восприятие отрывочных сведений, а не цельного процесса. Мы совершенно ничего не знаем о таких событиях как движение хана Вали, потомков Кенесары Касымова и т.д. Не подвергалось серьезному анализу движение Каипгали Ишимова, по которому существуют многочисленные архивные документы, не вошедшие в научный оборот. Еще более, усугубляется подобное состояние и разнобоем в определении хронологических рамок истории освободительных и протестных движений в Казахстане. Одни авторы начинают эту историю с 1731 года – года присоединения Младшего жуза к России, другие с восстания Срыма Датова (1783-1897 гг.). В одних учебниках различные этапы протестного движения показаны и названы как формы движения. Отсюда разношерстность в названии каждого из этапов, то «восстание», то «народное движение», «война», «революция» и т.п.

Третье. Практически основу всех исследований по названной проблематике составляют стереотипы советской эпохи. В частности, речь идет о Ташкентской сессии 1954 года, проведенной по инициативе Академии Наук СССР, совместно с академиями союзных республик Средней Азии и Казахстана. Объединенная научная сессия по истории народов Средней Азии и Казахстана как известно была посвящена дооктябрьскому периоду. Ее установки стали обязательным для всех, кто исследовал историю национально-освободительного движения в Казахстане и Средней Азии. Она дала положительный результат в деле углубления сферы научного поиска. Но вместе с тем, закрыла путь к альтернативному изучению истории и поиску истины. Порожденный этой Сессией синдром мнимой эволюции концептуального осмысления истории движений периода присоединения Казахстана к России, впоследствии вылился в фабрикацию стереотипов в освещении этой проблемы, которых не избежали и современные авторы.

Четвертое. Не разработанность теории и методологии истории протестных движений. Этот источник мифологизации иногда старательно затушевывается некоторыми исследователями по истории национально-освободительного движения. Они утверждают, что как можно говорить о теории и методологии национальных движений, если не разработана фактическая их история. Издержки подобного подхода проявляют себя в том, что исследователь, который берется за изучение истории протестных движений, работая с архивным и документальным материалом позволяет себе допускать вольности в отборе материалов. Следствием действия подобного источника мифологизации является то, что от пользователя конечной информации скрывается многообразность и многожанровость как источников, так и их информо-вариативность. С другой стороны, это ведет к написанию сплошной фактажной истории, в которой присутствуют лишь проблески проблемности. В-третьих, этим порождается однообразность и повторяемость в историографическом осмыслении трудов по истории протестных движений. Потому историографический труд по движению скажем Кенкесары Касымова становится идентичным по подходу с тем, который написан по историографии движения Исатая и Махамбета.

Пятое. Отсутствие компаративной и коммуникативной связи между казахстанскими исследованиями по истории протестных движений и подобными трудами сопредельных стран. Потому неудивительно, что например, в одной из работ Института истории Российской Академии наук, вышедшей в 2003 году, движение К.Касымова 1837-1847 гг. до сих оценивается как «феодально-монархическое». Казахстанская историография отошла от подобной оценки этого события еще в начале 90-х годов ХХ в.

Данный список факторов, порождающих мифологизацию истории протестных движений в Казахстане можно было бы продолжить. В настоящей работе преследуется лишь цель обозначить основные их них. Обратимся к непосредственному содержанию того, что одразумевается под протестными движениями, их внутреннему содержанию на уровне теоретическом.

Возросшие расположенность к изменениям и потенциал способности к преобразованию традиционных обществ наиболее явно проявляются в возникновении движений, таких, как восстание, инакомыслие, протест, а также в достижении более высокого уровня выражения политической борьбы, чем тот, который существовал раньше, в первобытных обществах. Даже если картина изменений в кочевых обществах как движения между ритуалами восстания, с одной стороны и разделом либо слиянием племенных образований – с другой, выглядит упрощенной, все-таки действительно лишь в подобных обществах впервые можно вполне идентифицировать более определенно выраженные движения изменений и ориентации протеста.

В традиционных обществах сложилась тенденция к формированию типа относительно автономных и длительных восстаний и движений протеста. Организаторам таких движений могли выступить носители моделей культурного порядка или выразители солидарности различных коллективов. Первые поддерживали особую культурную ориентацию, вторые – социальный код (иерархию в противовес равенству, принуждение в противовес солидарности или поощрительным мерам т.п.). В то же время возникали и движения инакомыслия, которые нередко были направлены на переосмысление оснований господствующих культурных моделей и традиций. А в процессе формирования институтов, прежде всего в экономической и образовательных сферах, выдвигались и организаторы нового типа.

Кроме того, различные типы движений (восстание, инакомыслие, протест и политическая борьба) часто были взаимосвязанными; эти связи эти связи порождали дополнительную напряженность и распространение установок, ориентирующих на изменения. Во всех этих обществах формировались противоположные тенденции в отношений связей между символически и организационно более выраженными движениями протеста и процессами политической борьбы. С одной стороны, возрастающая структурная дифференциация в сочетании с большей выраженностью символов коллективной и культурной идентичности обществ способствовала образованию организационных и символических связей среди различных, идейных течений, ориентаций и движений, активизировала процессы технических инноваций, институциональных нововведений и политическую борьбу.






Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.