Хтонизм Геракла (по материалам античного Херсонеса) (55444)

Посмотреть архив целиком

Хтонизм Геракла (по материалам античного Херсонеса)


Одним из наиболее почитаемых героев античного Херсонеса был Геракл. Могучий герой считался покровителем города и его сельскохозяйственной округи (хоры), защитником, спасителем не только всего Херсонесского государства, но и отдельных граждан. Находки, полученные в результате раскопок в Херсонесе и на его хоре, доказывают сложность культа этого героя.


Одной из важнейших составляющих культа Геракла является хтонизм его образа – то есть теснейшая связь с загробным миром. Культ героев вообще тесно связан с культом мертвых, в частности посредством родства его с культом предков. Мы знаем о хтонической стороне культов Ахилла, Тезея, Диоскуров, тем более явственно причастен тайнам потустороннего мира Геракл – самый могучий, самый известный из героев. На эту связь обращали внимание и древние авторы и современные исследователи. Наиболее яркой иллюстрацией на тему хтоничности культа Геракла является его последний подвиг – путешествие в Аид и победа над Кербером. Однако отдельные хтонические черты прослеживаются в образе героя уже во время первых его подвигов и даже раньше – с момента рождения.


Младенец Геракл, задушивший змей, подосланных Герой, впервые соприкасается с миром мертвых, так как связь змеи с потусторонним миром несомненна1. Можно вспомнить одно из прозвищ Геракла – “Офиктон” (“Змееубийца”). Но связь героя со змеями можно рассматривать и в ином контексте. Геракл сам подобен змее. Его перерождение после смерти напоминает действия змеи, сбрасывающей старую кожу и тем самым, по мнению древних, избегающей старости. Следует отметить, что в греческом языке слова “змеиная кожа” и “старость” обозначались одним словом – g e r w V .


Подвиги Геракла – это череда побед над хтоническими чудовищами. Немейский лев, согласно Гесиоду (Теогония, 327), – порождение Ехидны и Орфа, чудовищного пса Гериона, убитого впоследствии Гераклом. Ехидна же породила Кербера и Лернейскую гидру. Таким образом, вступая в поединок с этими чудовищами, Геракл входит в непосредственное столкновение с хтонической стихией и побеждает ее. О связи льва с миром мертвых упоминали многие исследователи. Отметим, что монументальные статуи львов – частые находки в некрополях греческих городов, в Северном Причерноморье такие скульптуры обнаружены при раскопках некрополя Ольвии. Уместно привести здесь и мнение Н.В.Пятышевой, отметившей, что мотив борьбы Геракла со львом особенно часто встречается на вещах в погребальном инвентаре как херсонесского некрополя, так и пантикапейского и таманского, а также скифских курганов IV – II вв. до н. э.


Немейский лев обитал в пещере с двумя входами. Подобную пещеру описал Порфимий (“О пещере нимф”). По его словам, в ней совершаются обряды смерти и последующего воскрешения. Поэтому первый подвиг символизировал переживание Гераклом ритуальной смерти, после которой он уже становился бессмертным.


Лернейская гидра тоже, согласно Павсанию (II, 37, 4-5; II, 36, 6-8), жила неподалеку от пещеры, через которую Дионис спустился в Аид, чтобы забрать оттуда Семелу. Таким образом, хтонизм Гидры, присущий ей по рождению, как бы усиливается близостью ее логова к царству мертвых2. Любопытна здесь еще одна деталь – согласно Аполлодору, Геракл нашел чудовище и сразился с ним “у источника Амимоны, там находилось логово гидры” (II, 5, 2). Связь источников с загробным миром не вызывала сомнений у древних. Любопытно в этой связи почитание Геракла как покровителя вод. В Италии целебные источники носили название “Геракловы купания”. Гигин описывает случай, когда Геракл, почувствовав жажду, топнул ногой и из этого места забил ключ (Поэтическая астрономия, II, 3). Почти такой же случай описывает Аполлоний Родосский : “Аргонавты, которые в течение 12 дней несли “Арго” к соленому озеру Тритон, умерли бы от жажды, если бы не источник, забивший благодаря Гераклу, который побывал в этих местах, когда шел за яблоками Гесперид” (IV, 1228-1460). Об источниках, созданных Гераклом, неоднократно упоминает Павсаний (см. например II, 32, 4). Знаменитое во всей Греции место – Фермопилы ("горячие врата") названы были так из-за потока, протекавшего неподалеку. Именно в него бросился Геракл, надев хитон, пропитанный ядом Несса (Цец. Схолии к Ликофрону, 50-51). Применительно к Северному Причерноморью эта особенность почитания Геракла проявляется на Боспоре, где совместное святилище Геракла и Афродиты располагалось в районе грязевых и газовых вулканов, а также на хоре Херсонеса – в районе сакских минеральных источников и лечебной грязи. Здесь культ Геракла мог слиться с культом Асклепия.


Последние подвиги Геракла особенно подчеркивают хтоническую природу этого героя. Согласно одному из вариантов мифа, в поисках коров Гериона Геракл переправился на остров Эрифия в бронзовом погребальном сосуде, использовав львиную шкуру как парус (Сервий. Комментарии к “Энеиде” Вергилия, VII, 662 и VIII, 300 ). Аналогичное путешествие совершил Гильгамеш, который переплыл воды смерти по пути на остров мертвых (X, 4, 10 сл.). В таком случае поход Геракла за коровами Гериона можно рассматривать как путешествие в царство мертвых и возвращение оттуда. Наверное, не случайно Диодор Сицилийский особо выделил, что в Сицилии Геракл, когда гнал коров Гериона, учредил праздник и совершил жертвоприношение на краю священной пропасти Киана, через которую Гадес увез Кору в Преисподнюю (IV, 23-24; V, 4). Тот же сюжет несколько по-иному трактуется в описании следующего подвига Геракла – похищения яблок Гесперид. Сад трех Гесперид, расположенный на дальнем Западе, обозначает то же царство мертвых, так как закат всегда ассоциировался у древних со смертью. И вновь герой проникает в потусторонний мир, вступает в единоборство с хтоническим чудовищем (в предыдущем подвиге это был огромный пес Гериона Орфр , здесь это стоголовый змей Ладон, оба – порождение Тифона и Ехидны) и возвращается в мир живых.


Но этот подвиг надо рассматривать в более широком контексте. Сад Гесперид, где растут волшебные яблоки, представлялся древним как своеобразный “центр мира”, место, где стыкуются Небо, Земля и Преисподняя. Яблоки – свадебный дар Земли Зевсу и Гере – в этом случае играют роль своего рода ключа к вселенскому равновесию, нарушение которого грозит катастрофой всему живому и Хаосом. Возвращение яблок в сад Гесперид неизбежно, в противном случае мир погибнет. Геракл здесь выступает не только как персонаж, близкий к хтоническим силам, способный достичь центра мира. Он показан созданием, способным нарушить божественное равновесие.


И все же отчетливее всего связь героя с потусторонним миром проявляется во время последнего из двенадцати подвигов. Герой должен спуститься в Аид и привести оттуда страшного пса Кербера, у которого, по описанию Аполлодора, “были три собачьи головы и хвост дракона, а на спине у него торчали головы разнообразных зверей” (II, 5, 12). Дорога в царство мертвых была не под силу не только смертным, но и большинству богов3. Для совершения этого путешествия Геракл должен пройти серьезную подготовку, очиститься. По мнению некоторых античных авторов, необычность испытания была причиной того, что в честь героя Деметрой были основаны малые Элевсинские мистерии (Диодор Сицилийский, IV, 14). Смысл посвящения в Элевсинские таинства, видимо, в обретении защиты, неуязвимости от хтонических сил, гарантия возвращения из подземного мира. Спуск в Аид живого человека, по мнению греков, был явлением чрезвычайным. Хотя известны случаи схождения туда живых, произошедшие и до и после Геракла (Орфей, Тезей и Перифой, Дионис), все же они рассматривались как что-то необычное, доступное лишь избранным. Необычность ситуации приводит к парадоксальным положениям. Харон не взял с Геракла платы за переправу (ведь перед ним – живой человек). Однако впоследствии за это Гадес заковал его на год в колодки. В представлении древних Аид – место, где бродят лишь бесплотные души, тени умерших. И все же один из персонажей подземного царства, пастух Менет, вызвав героя на единоборство, так сжал его, что затрещали ребра (Аполлодор, II, 5, 12). Эти противоречия встречаются и позже, когда речь заходит о загробном существовании самого Геракла. Вопрос о двойственном положении Геракла уже в глубокой древности занимал греков. С одной стороны, многочисленные легенды свидетельствовали о том, что Зевс взял героя из погребального костра и унес на Олимп, где Геракл получил вечное блаженство и стал супругом богини Гебы (Гесиод. Теогония, 950-955; Диодор Сицилийский, IV, 38; Овидий. Метаморфозы, III, 209 сл.). Однако, когда Одиссей спустился в Аид, он видел там тень Геракла – его “подобие” (e i d w l o n ) – могучее, готовое каждую минуту ринуться в бой (Одиссея, XI, 601-604). Эта тень, впрочем, отличалась от остальных обитателей Аида хотя бы тем, что не нуждалась в крови и свободно заговорила с Одиссеем4. Причины появления этого пассажа у Гомера исследователи склонны объяснять “сознательным намерением со стороны автора “Одиссеи” примирить два несовместимых представления”. Отметим, что проблема двойственного положения Геракла после смерти оставалась темой для обсуждения на протяжении столетий. Можно вспомнить один из сатирических диалогов Лукиана “Разговоры в царстве мертвых”, персонажами которого являются встретившиеся в Аиде тени Геракла и Диогена. Двойственное отношение к Гераклу проявилось, в частности , в почитании его, с одной стороны, как бога, а с другой – как героя.


Случайные файлы

Файл
_225А.doc
73805-1.rtf
konflicts.doc
ref-17832.doc
11982-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.