Германский нажим на Польшу после Мюнхена (55076)

Посмотреть архив целиком

1. Германский нажпм на Польшу после Мюнхена.

Польша занимала одно из центральных мест в агрес­сивных планах немецко-фашистского империализма. Германские реваншисты после Версаля никогда не сни­мали с повестки дня требования о ревизии германо-польской границы, о захвате исконно польских земель: Познанского воеводства, Силезии, Приморья, “воль­ного города” Гданьска (Данцига).

Вскоре после мюнхенского сговора гитлеровцы предпринимают попытку прозондировать позицию поль­ского правительства по вопросу о возможности пере­дачи Германии “вольного города” Гданьска (Согласно ст. 100—108 Версальского договора, Гданьск и его ближайшие окрестности составляли республику под назва­нием “Вольный город Данциг”, находившуюся под защитой Лиги наций. Представителем Лиги наций являлся так называемый верховный комиссар. Гданьск входил в таможенные границы Польши, и польские чиновники осуществляли таможенный конт­роль на границах Гданьска. Версальский договор предусматри­вал соучастие Польши в управлении и эксплуатации порта и водных путей города, эксплуатации и управлении железными доро­гами на территории города и почтово-телеграфным сообщением между “вольным городом” и Польшей; польскому правительству принадлежало право опеки над польскими гражданами Гданьска, ведение внешних сношений “вольного города”, а также защита интересов его граждан в других странах.) и строи­тельства экстерриториального коридора через поль­ское Поморье для соединения Германии с Восточной Пруссией. Вопрос этот и прежде неоднократно затра­гивался в германо-польских дипломатических переговорах. Но сейчас, оказав содействие правящей клике Польши в захвате значительной чехословацкой терри­тории (Заользья), а также обещая ей компенсацию за счет Словакии и, главное, за счет территории Совет­ского Союза, гитлеровцы приступают к практической реализации своего плана.

Вначале гитлеровское правительство надеялось до­биться осуществления своего плана посредством пере­говоров с польским правительством и путем диплома­тического нажима на своих западных союзников по мюнхенскому сговору.

24 октября 1938 г. Риббентроп принял польского посла в Берлине Липского и заявил ему, что наступило время для урегулирования всех спорных вопросов между Германией и Польшей. Конкретные требования Риббентропа сводились к следующему: “I. Вольный город Данциг возвращается Германии. 2. Через польский коридор прокладывается экстерри­ториальная автострада и экстерриториальная четырех-колейная железная дорога, принадлежащая Германии. 3. Германо-польский договор будет продлен с 10 до 25 лет”.

Риббентроп просил посла устно передать Беку эти предложения, так как “разглашение их опасно”. Как сообщал Липский в Варшаву 25 октября 1938 г., Риббентроп во время этой беседы не преминул исполь­зовать ненависть правящей клики Польши к Советскому социалистическому государству. “Министр иностранных дел сказал мне,—сообщал Липский,—что он видит возможность сотрудничества с нами в колониаль­ном вопросе, в проблеме выселения евреев из Польши и совместных действиях в отношении России в рамках антикоминтерновского пакта”. За обещание “совмест­ных действий в отношении России” гитлеровцы рассчитывали добиться от правительства Польши согла­сия на захват Гданьска и всего коридора. В течение последующего полугодия предложения, сделанные Риббентропом Липскому, являлись теми основными требованиями, удовлетворения которых; официально доби­валось правительство фашистской .Германии.

l9 ноября 1938 г., после посещения Варшавы и личной встречи с Беком Липский по возвращении в Берлин нанес визит Риббентропу. Он напомнил гитлеровскому министру о заслугах польского правительства перед фашистской Германией, в период “аншлюса” Австрии и судетского кризиса. Затем он сказал, что “по внутриполитическим причинам для министра иностранных дел Бека было бы трудно согласиться на присоединение Гданьска к Германии”. Липский заявил, что Польша готова признать Гданьск “чисто „немецким городом” со всеми вытекающими отсюда правами, но с сохране­нием его как свободного города, не входящего в состав Германии, и с обеспечением прав Польши. Липский добавил, что всякие попытки присоединить Гданьск к Германии неизбежно, привели бы к конфликту, и это имело бы не только локальное значение, но нарушило бы все германо-польские отношения.

Несмотря на то, что в ответе польского правительства содержались существенные уступки Германии за счет интересов Польши, он не устраивал гитлеров­цев. Понимая, что фашистская Германия не может удовлетворить свои требования посредством диплома­тических переговоров с правящей кликой Польши, гитлеровцы начали давать ей миролюбивые заверения. В то же время они усилили антипольскую кампанию в прессе, активизировали подрывную деятельность своей “пятой колонны” в Польше и начали практическую подготовку к захвату Гданьска, и польского коридора с помощью вооруженных сил. В октябре 1938 г. немецко-фашистская пресса начала публиковать статьи об угне­тении немецкого национального меньшинства в Польше. Премьер-министр Склавой Сладковский вынужден был принять главарей немецких гитлеровцев в Западной Польше Госбаха и Визнера, которые предъявили ему требование о расширении прав немецкого меньшинства.

Вскоре, после того как Липский вручил Риббентропу ответ польского правительства на германские предпо­ложения, 24 ноября 1938 г. германским командованием вооруженных сил был издан секретный приказ, подписанный Кейтелем, о подготовке насильственного захвата Гданьска и польского коридора. В приказе говорилось: “Фюрер приказал: помимо трех важных контингентов, упомянутых в инструкции от 21/IX—1938 г., должны также проводиться подготовительные мероприятия с целью сделать возможной внезапную оккупацию вольного города Данцига германскими войсками. Подготовку следует проводить на следующей основе: осуществить квазиреволюционную оккупацию Данцига, используя благоприятную политическую ситуацию, не начинать войну с Польшей”. Таким образом, разрабатывая план захвата всей Чехословакии, гитлеровцы одновременно рассчитывали захватить и Гданьск. На войну с Польшей они еще не решались, надо было провести соответствующую подготовку. Главари фашистской Германии продолжали попытки добиться осуществления своих требований. Напряженность в германо-польских отношениях чрезвычайно усилилась. Одновременно гитлеровские власти проводили политику репрессий против польского населения. К ноябрю 1938 г. они выслали свыше 15 тыс. польских подданных — евреев и поляков — из Германии в Польшу.

5 января 1939 г. в Берхтесгадене состоялась встреча Гитлера с польским министром иностранных дел Беком. Гитлер потребовал от польского правительства удовлетворения требований, предъявленных Риббентропом Липскому 24 октября. Запугивая Бека возможностью внешнеполитической изоляции Польши Гитлер сослался на англо-германскую и франко-германскую декларации, подписанные вскоре после Мюнхена Гитлер давал понять Беку, что после удовлетворения Польшей германских требований в соответствии с пожеланиями правящих кругов Польши может быть разрешен вопрос о Закарпатской Украине и о совмест­ной польско-венгерской границе. Фашистский дикта­тор заверял польское правительство, что Германия не будет стремиться к осложнению обстановки в Гданьске и его насильственному захвату. Это лицемерное заяв­ление Гитлер делал уже спустя полтора месяца после того, как по его указанию был издан приказ о подго­товке вооруженных сил к насильственному захвату Гданьска.

Бек в свою очередь заверял Гитлера, что польское правительство в отношении Германии придерживается прежней дружественной политики и что оно относится отрицательно к так называемым гарантийным систе­мам, обанкротившимся в сентябре. Польский министр подчеркнул далее, что “предложения канцлера не предусматривают достаточной компенсации для Польши и что не только политические деятели Польши, но и самые широкие слои польской общественности отно­сятся к этому вопросу очень болезненно”. Это, по сло­вам Бека, затрудняет разрешение гданьского вопроса в соответствии с германскими предложениями.

Важное место в переговорах Бека с Гитлером занял вопрос об отношении к Советскому Союзу. Гитлер предлагал правительству Польши в качестве компен­сации за Гданьск и коридор не только гарантию поль­ских границ, но и часть Советской Украины. Он ука­зывал на совпадение интересов Польши и Германии в отношении Советского Союза. “Каждая польская дивизия, борющаяся против России,— говорил Гит­лер,— соответственно сберегает германскую дивизию”.

В связи с пятилетием со дня подписания германо-польского договора 25 января 1939 г. Риббентроп посетил Варшаву. Польское правительство устроило Риббентропу пышную встречу. Министр иностранных дел Германии был принят президентом Мосьцицким и фактическим главой государства главнокомандующим вооруженными силами маршалом Рыдз-Смиглы. От имени Гитлера он заверил их, что польско-герман­ский договор рассчитан на длительный срок и его соблюдение является главной целью политики Гит­лера. Между Рыдз-Смиглой и Риббентропом состоялся также обмен мнениями о совместных враждебных дей­ствиях против Советского Союза. Такие беседы давно уже стали неотъемлемой частью, своеобразной тра­дицией всех переговоров при встречах фашистских главарей Германии и Польши. Гитлеровцы стремились убедить правящую клику Польши в том, что в самое ближайшее время предстоит совместный военный поход против СССР, сулили им легкую победу и богатую добычу за счет советского народа.


Случайные файлы

Файл
92823.rtf
4489-1.rtf
56075.rtf
29347.rtf
38882.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.