Дух Японии (До) (54992)

Посмотреть архив целиком

Дух Японии (До)

Иероглиф до входит во многие японские выражения, которые имеют различные значения: от самых простых, приземленных до замысловатых, абстрактных. Вот несколько примеров использования иероглифа до (букв. — путь, дорога).

Докё— даосизм (дао — «путь» по-китайски)

Синто — «путь богов»

Доро — улица/дорога

Додзё— зал для тренировок/упражнений

Дотоку — мораль, нравственность

Дораку — развлечение, распущенность

Бусидо - «Путь воина»

Кадо - аранжировка цветов (икебана)

Седо — каллиграфия

Садо — чайная церемония

Кэндо — фехтование

Дзюдо — «мягкий путь» (вид восточных единоборств)

Айкидо — «встреча + энергия + путь» (вид восточных единоборств)

Многие из этих выражений относятся к традиционным японским искусствам (боевым и эстетическим), некоторые связаны с религиозными, философскими учениями; Другие составляют часть повседневной лексики японцев.

Концепция до глубоко укоренилась в японском образе мышления, как традиционном, так и современном. Сущность до иллюстрирует важнейшие культурные ценности японской нации и крайне важна для понимания специфики японских методов обучения.

Истоки концепции до: даосизм

Истоки духа до в Японии можно обнаружить в даосизме — религии Древнего Китая. Даосизм проник в японскую культуру во многом благодаря ее формированию под влиянием дзэн-буддизма, хотя методика даосских пророчеств и другие религиозно-мистические атрибуты даосизма попали в Японию в начале VI века вместе с другими заимствованиями из Китая. Даосизм еще не утратил окончательно свои позиции и в современной Японии, японские фундаментальные трактовки даосских традиций считаются одними из самых значительных в мире.

Даосизм сформировался как учение на идеях Лао-Цзы в V веке до н.э. Дао (или до по-японски) — это ключевое понятие для китайского образа мышления; буквально оно означает «путь, дорога», но также понимается и как единый Закон, единый Путь всех существ и вещей, которому надо следовать в жизни, и в более конкретном смысле — кодекс поведения и учение, как бусидо— «Путь воина». Понятие Пути выражает вечное единство человека и природы, и даосизм долгое время ассоциировался с ритуалами и тренировочными упражнениями, предназначенными для слияния небесного и земного; соединения могущества небес с обыденными делами в обычном мире таким образом, чтобы люди могли гармонизировать свою жизненную энергию с Путем, или универсальным духом.

Считается, что сущность Пути можно только почувствовать, ощутить, пережить, но ее нельзя познать разумом. Приверженцы дзэн, следуя «обучению без слов», проводимому наставником, проходят через катарсис, процессы освобождения сознания от всех страстей и забот до тех пор, пока оно (сознание) не станет «зеркалом небес и земли, отражающим сложность и многообразие существующих вещей». Личность с освобожденным сознанием становится обитательницей Пути и в итоге достигает просветления (нирваны) в «вечности» через отрешение от времени и пространства. В Японии никогда не предпринимались попытки официально насаждать даосизм, но случайный выбор этого учения оказался весьма удачным, его постулаты были легко усвоены и адаптированы к японскому образу мышления. Даосический мистицизм оказал сильное влияние на китайские школы дзэн-буддизма, которые были привезены в Японию в период Камакура. Именно в Японии состоялся наиболее полный синтез даосизма и буддизма, и с XIV-XV веков начинается культурно-социальная биография дзэн-буддизма как системы японского образа жизни. К наставникам дзэн стали обращаться военные, чиновники, купцы, мастера единоборств, художники, поэты, музыканты. Эти люди стремились постичь мистические силы дзэн, способные, по их мнению, раскрыть перед ними тайны бытия и помочь в практической деятельности. Дзэн вскоре стал ассоциироваться с наиболее важными аспектами японской средневековой культуры. На основе дзэн культивируется чайная церемония, складывается методика аранжировки цветов, формируется садово-парковое искусство. Дзэн дает толчок особым направлениям в живописи, поэзии, драматургии, способствует разработке таких видов боевых искусств, как каратэ, кэндо, дзюдо, стрельба из лука (кюдо).

Истоки духа до: дзэн-буддизм

Буддизм, привезенный из Китая в VI веке, за последующее тысячелетие буквально пронизал интеллектуальную, художественную и общественную жизнь Японии. Это помогло преобразовать страну из пространства, населенного примитивными племенами, в государство высокой цивилизации, что оказало глубокое и длительное воздействие на духовные и этические ценности японцев (Reischauer, 1988). Клайборн (Claiborne) отмечает, что «проникновение в японскую психику (душу) установок и ценностей буддизма было столь мощным, что оно заметно и сейчас в каждом аспекте жизни современной Японии» (1993, с. 62).

Безусловно, наибольшее влияние на японскую культуру оказал дзэн-буддизм. Монахи секты Дзэн не ограничивались только религиозной деятельностью. Они преуспели в дипломатии, в различных видах творчества: литературе, живописи, архитектуре, планировке садов, искусстве театра Но, в чайной церемонии и аранжировке цветов. Учение дзэн и проповедующие его странствующие монахи сыграли огромную роль в становлении большинства направлений искусства и литературы средневековой Японии, наполняя их своим духом, делающим упор на подсознательное, интуитивное ощущение истины и непосредственное ее восприятие учеником от наставника. Дзэн оказал также сильнейшее воздействие и на военное сословие, так как учение воспринималось самураями как руководство к прямому и уверенному пути жизни. Бусидо, к примеру, основывался на дзэн-упражнениях (медитациях) и соблюдении основных требований конфуцианской морали — преданности сюзерену и уважении старших. Поскольку самураи помимо военного дела усиленно занимались образованием и искусством, дзэн оказал огромное влияние на культурное и этическое воспитание японцев.

Дзэн, в своей оригинальной китайской форме чань-буддизма (Chan), испытал большое воздействие даосизма, по которому Дао (или позднее Будда) присутствует во всех вещах, хотя реальность этого постигнуть невозможно. Дзэн подчеркивает, что все живые существа имеют внутри себя Будду и только ощущение этого позволяет достичь особого состояния — сатори. Это состояние, которое рассматривается как мгновенное освобождение от телесной оболочки интеллекта, от бремени навязчивых идей и ощущения действительности. Сатори означает душевное спокойствие, равновесие, ощущение небытия, «внутреннее просветление». «Дзэн всегда нацелен на центральное событие в жизни, которое никогда нельзя подать на анатомический стол интеллекта» (Suzuki, 1964, с. 51). В самой процедуре, в достижении озарения скрывается какое-то неуловимое явление, которое не могли определить и сами наставники. Его нельзя описать, передать словами, объяснить теоретически; постигается оно только медитацией и непосредственным личным опытом. Те, кто достиг состояния просветления, не могут дать объяснение этой конечной истине, которая и крайне проста и почти очевидна, но выходит за пределы обычного дуализма субъекта и объекта.

Распространение дзэн-буддизма в Японии связано с деятельностью буддийского монаха Эйсая, основавшего в 1200 году секту Риндзай, известную своей системой изнурительных медитаций и применяющую для достижения состояния сатори различные стимулы, особое место среди которых занимают коаны, или специфические вопросы-загадки. Другая школа Дзэн, секта Сото, была основана учеником Эйсая Догэном. Эта секта также постоянно практиковала медитации, но не признавала коанов. Догэн предложил новую процедуру, которая получила название дзадзэн (медитация сидя). Он утверждал, что одно лишь спокойное сидение без каких-либо размышлений и ответов на вопросы-загадки, уводящее от мирских забот и моральных терзаний, способно постепенно привести к достижению состояния сатори. Хотя обе секты боготворили исторического Будду, тренировки и практика сосредоточивались на личности учителя, так как считалось, что указания учителя могут пробудить в учениках живущего в них Будду. Базируясь на мондо (диалог между учителем и учеником), особый дзэнский метод наставлений лишь просто указывал на истину, «сиюминутную вечность», никак не поясняя ее сути. Для наставника школы Дзэн лучшим способом выразить и передать ученикам свой ценный опыт было высказывание парадоксов, которые ставили оппонентов в тупик. Например: «Где ничего нет, там есть все» или «Умереть великой смертью — значит обрести великую жизнь». Эти высказывания иллюстрируют две непреодолимые дилеммы дзэн: невозможность выразить словами понятие истины и то, что «противоположности родственны и поэтому, по существу, гармоничны» (Watts, 1957, с. 175).

Тренировочные упражнения дзэн сочетают неподвижность и действие: медитацию учеников и их повседневную работу. В отличие от других направлений буддизма дзэн-буддизм подразумевает, что Будда незримо присутствует во всех неприметных явлениях обычной жизни и что гармонии духа и тела «можно достигнуть одновременным успокоением сознания (переходом в интуитивно-подсознательное состояние) и специальной активацией органов физического восприятия» (Claiborne, 1993, с. 76). Во всех формах деятельности дзэн выделяет особое значение естественности, легкости и спонтанности поведения, какую бы задачу ни предстояло решить. Это положение оказало сильное влияние на все формы культурного самовыражения японцев. Простота и лаконичность японских боевых и эстетических искусств иллюстрируют дзэн-идеи беспристрастности и самообладания, выход сознания за пределы «я существую» и освобождение его от обыденности, но не от состояния боевой готовности уже расслабившегося фехтовальщика или способности управлять ритуальными движениями в чайной церемонии (там же, с. 69).


Случайные файлы

Файл
DYPLOM.DOC
154536.rtf
177480.rtf
133322.rtf
32902.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.