Присоединение Алеутских островов к России (77360-1)

Посмотреть архив целиком

Присоединение Алеутских островов к России

Многие наши соотечественники, я уж не говорю об иностранцах, до сих пор уверены в том, что Россия внесла очень маленький вклад в дело открытия неизвестных земель. Это не совсем так. Да, Россия значительно позже, чем другие страны, вышла в мировой океан. Да, у нас не было знаменитых пиратов и работорговцев. А, что? Разве это так уж плохо. Просто подвиги наших мореплавателей очень слабо освещались литераторами. Вместо тропических островов с кокосами и бананами они открывали суровые северные берега и острова. Вместо блестящих империй и прочих государств, они находили скудные поселения эскимосов и прочих северных народностей. А трудности при освоении северных территорий значительно превышали трудности, возникавшие при изучении тропических морей. Для примера рассмотрим историю одной из сравнительно благополучных российских экспедиций, которая присоединила к империи Алеутские острова.

Первые из Алеутских островов были открыты еще капитаном Берингом за время его второй экспедиции в 1740-41 годах. Может быть, неугомонный Беринг и открыл бы и исследовал все Алеутские острова, но его преждевременная смерть в 1741 году помешала этому. К тому же вопрос об этих очень далеких от С.-Петербурга территориях на некоторое время перестал волновать столицу империи. Нет, местные моряки, рыбаки, купцы и охотники продолжали свои плавания и промысел в этих северных водах...

Но вот в марте 1764 года в Петербург из Тобольска прибыл курьер с секретным пакетом для императрицы от сибирского губернатора Дениса Ивановича Чичерина. На пакете была сделана надпись:

"Везти денно и ношно со всяким поспешением нигде не удерживав".

В своем послании губернатор Чичерин сообщал, что еще в 1758 году камчатские купцы снарядили бот "Иулиан" под началом морехода Глотова и казака Пономарева для

"изыскания неизвестных мест".

В 1762 году экспедиция вернулась в Охотск. Глотов сообщал, что они достигли дальних Алеутских островов Умнак и Уналашка, на которых обнаружили богатый пушной промысел, привели жителей в российское подданство и собрали большой ясак. Чичерин поздравлял императрицу с приобретением новых мест с богатым промыслом и предлагал новую экспедицию, которая должна была отправиться из Охотска на судах местных промышленников, но под командованием морских офицеров, для составления точной карты Алеутских островов.

Екатерина II с пониманием отнеслась к возникшей проблеме. Она сразу же оценила открывающиеся возможности, и уже 4 мая 1764 года был издан указ, который обязывал Адмиралтейств-Коллегию срочно организовать экспедицию, не считаясь ни с какими затратами. Предлагалось немедленно отправить из Петербурга

"сколько надобно офицеров и штурманов",

которые должны были провести исследование и опись Алеутских островов (особенно дальних), привести "американцев" (т.е. алеутов) в российское подданство и организовать сбор ясака.

Таким образом, данная экспедиция должна была закрепить за Россией вновь открытые земли, что упрочивало владения империи на Аляске и в северной части Тихого океана. Особо подчеркивалось в указе, что следует

"производить оное предприятие секретным образом".

Почему, спросите вы, уважаемые читатели, секретным образом? Да потому, что на эти территории зарились уже и англичане, в особенности власти компании Гудзонова залива, а позднее и Северо-американские Штаты.

Для лучшего сохранения секретности было принято решение именовать эту экспедицию "Комиссией, посланной для описи лесов по рекам Каме и Белой". Дело тоже государственной важности! Для ускорения организации экспедиции, а также для лучшего обеспечения ее секретности было решено отправить из столицы только командный состав экспедиции, а рядовых участников экспедиции набрать в различных городах Сибири и Дальнего Востока.

Организация экспедиции в Петербурге была возложена на известного гидрографа адмирала Александра Ивановича Нагаева. Он, кстати, был первым крупным российским гидрографом. [Помните у Высоцкого Нагайскую бухту? На берегу бухты Нагаева, названной в честь этого самого адмирала, и расположена "столица Колымского края" город Магадан.] А. И. Нагаев разработал секретную инструкцию для экспедиции, подобрал необходимые карты, предложил удобные маршруты следования к месту назначения и удобные стоянки. Он также представил список офицеров, в основном из числа своих бывших учеников. Этот факт не следует рассматривать, как проталкивание адмиралом своих ставленников на теплые местечки. Нет! Просто Александр Иванович был уверен, что его ученики смогут выполнить те обширные и сложные задания, которые были заложены в разработанной им для экспедиции инструкции.

Адмиралтейств-Коллегия рассмотрела предложенный адмиралом Нагаевым список и постановила назначить командующим экспедиции капитан-лейтенанта Петра Кузьмича Креницына, а его помощником - лейтенанта Михаила Дмитриевича Левашова. Креницыну было уже 36 лет, из них 20 лет он служил на флоте, плавал под началом Нагаева, братьев Лаптевых (Дмитрия и Харитона), имел боевой опыт. Левашов на нескольких кораблях служил вместе с Креницыным, также имел боевой опыт, но на общем высоком уровне российских морских офицеров он выделялся большими познаниями в различных областях наук, был отличным картографом и рисовальщиком, что было очень важно в научных экспедициях того времени.

Секретность экспедиции повлияла на рекордно короткие сроки ее организации. Уже 1 июля 1764 года шестнадцать участников экспедиции на сорока двух подводах покинули Петербург и отправились подальше от любопытных глаз. Им предстояло пересечь всю Россию вплоть до берегов Тихого океана, но, опережая экспедицию, в Охотск была отправлена депеша с указанием начать строительство необходимых кораблей. Путь был далеким и долгим, и только в конце октября 1765 года экспедиция прибыла в Охотск. Там уже строились два судна, бригантина и гукор, и участники экспедиции во главе с Креницыным приняли самое деятельное участие в их достройке.

Довольно скоро корабли были спущены на воду, Креницын добавил в состав экспедиции еще два корабля из состава флотилии охотского порта, бот и галиот, и набрал экипажи кораблей. Вскоре экспедиция отправилась из Охотска на Камчатку. На восьмой день плавания начался свирепый шторм, который чуть было не сорвал всю экспедицию. Бригантину выбросило на мель у берегов Камчатки и разбило о береговые камни. Команде удалось перебраться на берег и спасти казну и секретные документы. Потерь в людях удалось избежать. У гукора был сломан руль и оторвало якорь. Команде удалось благополучно сойти на берег и надежно закрепить неуправляемый корабль. Бот успел укрыться в устье реки Большой, а судьба галиота сложилась трагически. Шторм изорвал на судне все паруса и поломал мачты. Были потеряны все якоря, так что потерявшее управление судно целых три месяца носило по волнам, пока оно не разбилось о береговые утесы где-то на Курильских островах. Из сорока одного члена экипажа галиота погибло двадцать семь человек.

В этих условиях Креницын решил продолжать экспедицию и приказал немедленно приступить к ремонту уцелевших кораблей. Но их было недостаточно для целей экспедиции, и пришлось из состава камчатской флотилии взять галиот "Св. Екатерина". У местного населения были закуплены необходимые продукты. Кроме того, Креницын организовал специальные команды для заготовки мяса, рыбы, соли и ягод, а также для строительства байдар. Были заказаны у камчатских мастеров якоря для судов из местного железа. Пока шли сборы и подготовка экспедиции, Креницын много ездил по Камчатке и общался с людьми, которые уже бывали на Алеутских островах. Ему удалось много узнать об этих островах, местных течениях и условиях плавания в Тихом океане в разные сезоны.

К подготовке экспедиции, а также к участию в ней Креницыну удалось привлечь некоторых из первооткрывателей Алеутских островов: М. Неводчикова, С. Глотова и С. Пономарева. В мае 1768 года на корабли начали грузить продовольствие, но отправиться в путь экспедиция смогла только 20 июля, так как из-за стоящих штилей корабли не могли выйти из устья реки Камчатка. Галиотом "Св. Екатерина" командовал Креницын, а гукором "Св. Павел" - Левашев. 10 августа корабли попали в густой туман и разлучились. 13 августа со "Св. Екатерины" заметили птиц, а не следующий день показались и Алеутские острова. Экспедиция, наконец, достигла своей цели и начала исследование островов. С алеутами русские встретились только тогда, когда "Св. Екатерина" вошла в пролив между островами Умнак и Уналашка. Алеуты поинтересовались, зачем они сюда пришли и мирно ли будут жить. Креницын заверил алеутов, что жить будут мирно, и одарил их подарками.

"Св. Павел" после разлуки со "Св. Екатериной" тоже быстро достиг Алеутских островов. В отличие от Креницына Левашев стал двигаться вдоль дуги островов с северной стороны. Он уже успел нанести на карту пятнадцать островов, когда, подойдя к острову Уналашка, увидел "Св. Екатерину". Три дня корабли лавировали вокруг островов Умнак и Уналашка, описывая острова и делая различные зарисовки. Затем экспедиция двинулась дальше и вскоре открыла самый дальний и самый крупный остров архипелага - Унимак.

Обогнув Умнак с юга, с кораблей увидели землю, которую промышленники, бывшие в составе экспедиции, опознали как остров Аляска. Узкий и длинный полуостров Аляска тогда ошибочно считали островом. Вскоре корабли вошли в узкий Исаноцкий пролив, отделявший Унимак от Аляски, и стали на якорь. Моряки на байдарах стали искать удобное для зимовки место, но не нашли такого. Креницын принял решение идти зимовать в район островов Умнак и Уналашка. Во время этого перехода корабли опять попали в шторм и разлучились, теперь уже до лета следующего года.


Случайные файлы

Файл
47951.rtf
58031.rtf
74792-1.rtf
176123.rtf
ref-20218.doc




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.