Становление духовной школы Сибири (77145-1)

Посмотреть архив целиком

Становление духовной школы Сибири

Софронов В. Ю.

Реформы Петра обнажили многие недостатки русского общества, среди которых одной из главных являлось необразованность духовенства. В Сибири эта проблема ощущалась еще острей. Мысль о специальном духовном образовании была впервые высказана Петром I патриарху Адриану после возвращения царя из его первого путешествия по Европе[1].

Московская академия по прямому распоряжению Петра I была преобразована по образцу Киевской академии и ее эллино-славянское образование заменилось латинским. Вместе с тем в академию перешли и все киевские школьные порядки, разделение классов, состав курса, школьные должности, экзамены, диспуты, школьное проповедничество, рекреации, пение виршей, театральные представления[2].

В результате реформ были отвергнуты старые византийские традиции и взят курс на римско-латинскую школу. Петр I призвал для исполнения своих замыслов иностранных специалистов, которые встали практически на всех ключевых государственных постах. Но для школьной реформы нужны были высокообразованные люди, хорошо владеющие и знающие русский язык. Подобных специалистов можно было найти лишь за монастырской оградой, где и была сосредоточена на тот момент вся российская ученость. Однако, не встретив поддержки с первых лет своего царствования со стороны русского духовенства, Петр здраво решил, что малороссы (украинцы) или как их еще называли «черкасы», станут более ревностно выполнять все его указы и нововведения, а потому в спешном порядке сменил в большинстве епархий великороссов на «черкасс», назначив их архиереями в наиболее крупных епархях. Именно монахи из «черкасс» открыли первые духовные школы в Чернигове, Ростове, Смоленске, Тобольске, взяв за образец систему обучения Киевской академии, где целиком и полностью царили европейская школа латинской направленности.

Тобольская архиерейская славяно-русская школа

С учреждением Св. Синода согласно духовному регламенту было приказано заводить школы по всем епархиям и содержать их за счет архиерейских домов из сборов с церковных и монастырских земель (по 30-й — с церковных и по 20-й части с монастырских хлебных доходов). Обучаться в них было обязательным для всех детей духовенства. Главное предназначение духовных школ виделось властям в подготовке детей духовенства «в надежду священства». Курс обучения был рассчитан на 8 лет и состоял из изучения: 1) грамматики или латинского языка, в котором рекомендовалось изучать историю с географией; 2) из арифметики и геометрии; 3) логики с диалектикой; 4) пиитики с риторикой; 5) физики с краткой метафизикой; 6) политики и 7) богословия в течение двух лет. По своей сути архиерейские школы являлись закрытыми учебными заведениями «образом монастыря». Правилами предусматривались редкие свиданья учеников с родными, распределением времени по точным «регулам» со строгим надзором за семинаристами ректора, префекта и других служителей.

Начало сибирской духовной школе положил указ Петра I от 9 января 1701 г., в котором повелевалось: «приказному человеку Тобольского Софийского дома из дворян Андрею Городецкому на Софийском дворе или где прилично, построить училище поповских, диаконовских и церковниковых детей, робяток учить грамоте, а потом словенской грамматике и прочим на словенском языке книгам»[3].

Известный сибирский историк церкви А. И. Сулоцкий в своих трудах указывает, что в Тобольске в 1702–1703 гг. митрополитом Филофеем (Лещинским) была открыта духовная архиерейская школа[4]. В своей челобитной от 31 декабря 1702 г. митрополит просит о присылке «до школ на 16 окошек дать слюды из приказной палаты», поскольку «и строениям приходят в совершенство»[5].

В ответ царь через дьяка А. А. Виниуса ответил: «преосвященному митрополиту паче простиратися в учение славяно-российской грамматики, и чтобы вся, яже попу или диакону надобно знать, изучились…»[6].

Но в отдельных вопросах царь-реформатор и сибирский митрополит не достигли, так сказать, консенсуса. Тобольский владыка считал, что в сибирской школе должны обучаться дети всех сословий и непременно на латинском языке. Воспитанный на традициях Киевской академии митрополит Филофей видел в создаваемой им духовной школе не только учебное заведение, которое бы взращивало и обучало будущих служителей церкви, но, прежде всего центр духовной культуры Сибири с фундаментальной библиотекой и собственной типографией. В послании от 31 декабря 1703 г. к Петру I он предлагал:

завести в Тобольске школу;

учить в ней не только детей духовенства, но и других сословий;

обучение вести на латыни;

на содержание учеников и на учебники дать пособие из казны;

завести при школе типографию («друкарню») с тем, чтобы печатать в ней учебники;

позволить школьным учителям и миссионерам приезжать в Сибирь беспрепятственно и оплачивать их проезд за счет государства.

Но Петр имел несколько другое представление и не одобрил большую часть предложений сибирского митрополита.

В качестве учителей были приглашены из Киева нескольких просвещенных монахов. Это было поручено «митрополичьему боярину» Сергею Иванову, который в августе 1702 г. прибыл в Москву из Тобольска для покупки «церковных треб и книг грамматических», а так же для вывоза из Киева «учителей латынских наук 2, спеваков 4 чел., и студентов 2 чел»[7].В дальнейшем один из них, Мартиниан, стал первым миссионером на Камчатке, архимандрит Варлаам (Коссовский) был викарием Иркутским, а Антоний (Платковский) архимандритом Вознесенского монастыря в Иркутске.

С целью приучить учеников славяно-русской школы к свободному произношению проповедей и речей, а вместе с тем «доставить увеселение и назидание для тобольских граждан», митрополит Филофей заставлял учеников разучивать и представлять трагедии, комедии и драмы, составителем которых большей частью был он сам. Сбор во время театральные представлений составлял довольно весомую статью школьных доходов, о чем говорят расписки учителей, получавших жалование из собранных денег. Школьный театр продолжал существовать и в последующие годы. Так, учитель Кирьяков в 1737 г. по благословению митрополита Антония в прибавку к жалованию «получил 4 руб. из комедии».

Духовная школа по мысли ее учредителей должна была кроме всего прочего выполнять роль миссионерского центра. В ней предполагалось с одной стороны готовить проповедников «слова Божия», а с другой набирать детей из числа местных народностей для обучения, а впоследствии ведения миссионерской деятельности в местах их коренного проживания. В 1718 г. в послании к архимандриту Верхотурского Никольского монастыря Сильвестру митрополит предписывает набирать в школу детей из числа новокрещенных остяков и вогулов: «а буде возможно и в Тобольск отсылать в дом архиерейский ко учению, где многие новокрещенных робята учатся в грамоте»[8]. Келейником у митрополита был Петр Тунгус, который затем служил иподьяконом и письмоводителем при Тюменском правлении.

Дело Филофея (Лещинского) продолжил его приемник митрополит Антоний (Стаховский) (1721–1740) так же выпускник Киевской духовной академии. По прибытии на Тобольскую кафедру он разослал по всей епархии строгий указ, предписывающий священникам, диаконам и причетникам направлять своих детей в Тобольскую школу. В своем отчете на запрос Верховного тайного совета о состоянии архиерейской школы он сообщает: «Здесь обучалось 5 человек букваря малаго, часослова, псалтыря, писать и петь; 14 человек десятисловию и граматики и одному десятисловию 14». Следовательно, почти за четверть века существования школы ее закончило 33 человека.

С 1727 г. в школе обучается уже 57 человек, и 14 человек в Знаменском монастыре, (где так же была школа) осваивали письмо и нотное пение. В отчете сообщаются и о причинах понижения числа учеников: «В епархии Тобольской дети к обучению весьма тупы; к тому же многие объявляют детей болезненных, которые по усмотрению в школу не приемлются». Тем не менее, в отдельные годы число учащихся доходило до 90 человек.

Таким образом, Тобольской духовной школе с самого начала был придан ярко выраженный профессиональный характер по подготовке сибирского духовенства.

Обучение в школе велось с самого начала ее основания по букварю, часослову и псалтырю. Первоначально учащиеся пользовались катехизисом Петра Могилы, а затем он был заменен специальным указом Синода от 31 мая 1722 г. букварем Феофаном Прокоповичем. Учебником грамматики служила славянская грамматика Мелетия Смотрицкого, которые рассылались Св. Синодом по всем епархиям. Дисциплина в семинариях поддерживалась путем телесных наказаний не только учеников, но и учителей. Дореформенные семинарии получили в народе название «бурсы», а их воспитанников называли не иначе как «бурсаками». Скудное их содержание вынуждало их искать заработок за счет так называемых «кондиций» (уроков), а так же написанием прошений обывателям; многие из них собирали подаяния по дворам горожан, распевая псалмы, канты, а то и огородными работами.

Число лет, которые ученик тратил на обучение, зависело от способностей ученика. Причетник Андрей Старчесский писал в 1743 г. митрополиту Антонию (Нарожницкому): «в прошедшем 1722 году взят был я для обучения при Тобольском доме митрополитанском в школу, где и обучался славяно-российской грамоте чрез шестилетнее время». О шестилетнем обучении говорит и бывший ученик школы Андрей Попов: «в прошедших годах от прошлого 1736 г. был я в Тобольску в домовом архиерейском училище лет с шесть и обучался на казенном коште чтению и писанию совершенно, а потом в 1739 г. я определен был учиться в латинскую школу к учителю Якимовичу».


Случайные файлы

Файл
3341.rtf
14645.rtf
72724.rtf
6126-1.rtf
18784.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.