Подготовка и ход реформы 1861г. (referat)

Посмотреть архив целиком




















«Подготовка и ход реформы 1861 г.»












С половины или с конца XVIII столетия поставлены были два корен­ных вопроса, от разрешения которых зависело правиль­ное устройство политического и хозяйственного быта Рос­сии: 1) вопрос об освобождении от обязательного кре­постного труда крестьянского населения и 2) вопрос о восстановлении прерванной прежде совместной дея­тельности сословий в делах политических и хозяйствен­ных. Эти два коренных вопроса и были разрешены из­вестным образом в царствование Александра II. Первый был разрешен освобождением крестьян с землею; вто­рой введением земских учреждений. Посмотрим, как разрешался первый вопрос.


Крепостное население

­

Познакомимся с не­которыми цифрами. В 1857 г. произведена была по всей империи Х ревизия. По данным этой ревизии, населения в империи, не исключая Цар­ства Польского и Великого Княжества Финляндского, оказалось 62,5 млн. душ обоего пола. Громадное боль­шинство этого населения составляли сельские классы, а именно: удельных крестьян, по закону императора Павла 1797 г. приписанных на содержание членов император­ской фамилии, было 3,5 млн. душ обоего пола; крестьян государственных со включением немногочисленных сво­бодных хлебопашцев - 23,1 млн. душ обоего пола. Ре­визских подданных душ в том числе значилось 10,5 млн.; действительных душ обоего пола - 23080 тыс. Любо­пытно, что крепостное право в последнее время своего существования стало, видимо, падать в количественном отношении. В начале 30-х годов произведена была VIII ревизия; по этой ревизии, в Европейской России и Сибири, без Закавказья, Царства Польского и Финлян­дии, значилось несколько больше крепостных, чем по X, следовательно, в продолжение промежутка с начала 30-х годов до конца 50-х годов (почти 30 лет) крепост­ное население не только не имело естественного прироста, но и уменьшилось. Главным образом это уменьшение происходило за счет перехода крепостных крестьян в по­ложение государственных. Но наблюдатели замечали и необыкновенно тугой естественный прирост – знак того, что они находились в худшем положении сравни­тельно с другими классами. Уменьшение это выража­лось в таких цифрах: по VIII ревизии, в Европейской России крепостное население составляло почти 45% всего населения империи; по Х ревизии - 34,39% (процент крепостного населения в течение 22 лет уменьшился на 10,5%).


Помещичье хозяйство


Можно заметить и другой процесс, рассмат­ривая распределение крепостных меж­ду владельцами. Условия, начавшие действовать чрезвычайно давно, еще когда устанавли­валась древнерусская поместная система, содействовали у нас развитию мелкого дворянского землевладения; вот почему не удивительно количество дворян-землевладель­цев. По VIII ревизии, в Европейской России (без земли Донского войска) было всего 127 тыс. дворян, владев­ших крепостными душами (в том числе дворян, не имев­ших земли, а владевших только крепостными, т. е. дво­ровыми, было без малого 18 тыс., в руках которых сосредоточивалось 52 тыс. крепостных душ), значит, дворян землевладельцев было 109 тыс. По Х ревизии, оказалось, что количество душевладельцев уменьшилось: их насчитано без малого 107 тыс. (в том числе дворян беспоместных, владевших только дворовыми, без зем­ли, - меньше 4 тыс.; так сильно растаял класс без­земельных душевладельцев: в их руках оставалось всего 12 тыс. обоего пола). Значит, дворян-землевла­дельцев было около 103 тыс. Любопытно видеть, как рас­пределены были между ними души: дворян мелкопо­местных, имевших не более 21 души, значилось 43 тыс.; дворян, имевших не менее 21 души, но и не больше 100 душ - 36 тыс.; землевладельцев крупных, имевших более тысячи душ, числилось около 14 тыс.; итак, более трех четвертей землевладельцев состояло из дворян мелкопоместных. Несмотря на такой громадный перевес землевладельцев мелких, огромное большинство душ принадлежало крупным землевладельцам; из землевла­дельцев большинство принадлежало к мелкопоместным, но по количеству душ большинство крепостного населе­ния принадлежало к крупным, именно в руках 43 тыс. мелких землевладельцев было всего 340 тыс. душ муж­ского пола; в руках крупных землевладельцев, которых было около 14 тыс., сосредоточивалось 8 млн. душ муж­ского пола. Следовательно, уменьшилось число дворян-землевладельцев; быстро исчезал класс дворян без­земельных душевладельцев. Кроме того, в промежуток между VIII и Х реви­зиями рос заметно класс средних владельцев и умень­шался класс мелкопоместных и крупных, значит, одно­временно с ростом середины сокращались оконечности. В социальной, как и в физической жизни, такое замира­ние оконечностей с сосредоточением кровообращения к сердцу, к центру всегда служит признаком того, что орга­низм скоро станет мертвым.

Далее, крепостное помещичье хозяйство, основан­ное на невольном труде, очевидно, расстраивалось, не­смотря на все искусственные меры, которыми старались его поддержать. Одной из этих мер было развитие бар­щинного хозяйства вместо оброчного. В XVIII в. оброчное хозяйство преобладало над барщинным; в XIX в. помещики усиленно переводят кре­стьян с оброка на барщину; барщина доставляла землевладельцу вообще более широкий доход, чем оброк; помещики старались взять с крепостного труда все, что только можно было. Это значительно ухудшило положение крепостных в последнее десяти­летие перед освобождением. Особенным бедствием для крепостных была отдача их на фабрики в работники; в этом отношении успехи фабричной деятельности в Рос­сии в XIX в. значительно совершались за счет крепост­ных крестьян. Помещичьи хозяйства, несмотря на замену оброка барщиной, падали одно за другим; имения закла­дывались в государственные кредитные учреждения; но взятые оттуда капиталы в большинстве случаев не полу­чали производительного занятия; так дворянские имения, обремененные казенными долгами, не увеличивали производительного оборота в помещичьем хозяйстве. Сами собой дворянские имения, обременяясь неоплатными долгами, переходили в руки государства. Если бы крепостное право задержалось бы еще на два-три поколения, то и без всякого законного акта, от­менившего крепостную зависимость, дворянские имения стали бы государственной собственностью. Так эко­номическое положение дворянского хозяйства подгото­вило уничтожение крепостного права, еще в большей степени подготовленное необходимостью нравственною.


Настроение крестьян


Настроение крестьян к концу царство­вания Николая было уже очень опасным. Один случай ярко вскрывает это настроение. В 1853 г. началась Восточная война; в начале 1854 г. был обнародован манифест об образовании государственного ополчения, о призыве ратников на помощь регулярным войскам; это обычный манифест во время тяжелых войн, и прежде такие манифесты не приводили ни к каким особенным последст­виям. Но теперь время было не то; между крепостными распространился тотчас слух, что, кто из них добро­вольно запишется в ополчение, тот получает волю со всею землею. Крестьяне (сначала в Рязанской губернии) стали обращаться к начальству с желанием записаться в ратники. Напрасно местные власти уверяли, что никакого такого закона нет; крестьяне решили, что закон есть, но помещики положили его под сукно. Вол­нение, обнаружившееся в Рязанской губернии, отозва­лось на соседних: Тамбовской, Воронежской, Пензен­ской, распространилось и далее, до Казанской губернии. Всюду крестьяне приходили в губернские города и тре­бовали у начальства государева закона о воле тех, кто запишется в ополчение; пришлось прибегать к во­оруженной силе, чтобы усмирить это волнение.


Вступление на престол Александра II


Таково было положение дел, когда 19 февраля 1855 г. вступил на престол новый император. Он был известен за представителя дворянских привилегий, и первые акты его царствования поддерживали в дворянском обществе это убеждение. Актами этими было выражено и подчеркнуто намерение нового правитель­ства нерушимо охранять дворянские права. Вот по­чему желавшие развязки тяжелого вопроса мало ждали от нового царствования. Пока правительство было от­влечено внешней борьбой, доставшейся по наследству от прежнего царствования. Наконец, 18 марта 1856 г. был заключен Парижский мир. В этот промежуток не­которые сравнительные перемены еще более убедили дворянство, что его права останутся неприкосновенными. При воцарении нового императора министром внутрен­них дел был Бибиков, некогда на должности генерал-губернатора Западной Руси, т. е. в Киевской и прилежа­щих губерниях, показавший себя приверженцем кресть­янских интересов; тогда он выработал в Западной и Юго-Западной Руси известные свои инвентаре т. е. акты, которыми определялось по каждому Имению, сколько крестьяне должны платить или работать на помещика; инвентари, таким образом, стесняли произвол землевладельцев по отношению к крестьянам. Инвентари произвели сильный ропот в западнорусском дворянстве. Вскоре по вступлении нового императора на престол, в августе 1855 г., Бибиков, всегда неприятный Алек­сандру, был удален и на место его был назначен ми­нистром внутренних дел человек, равнодушный к вопросу •и считавшийся другом дворян,Ланской. Бибиков, стесняя произвол дворян, на министерском посту на­стоял, чтобы исправники, которые прежде выбирались дворянством, назначались от короны. В начале нового царствования этот закон был отменен, и уездная полиция опять была возвращена дворянству в лице выборного исправника. Итак, дворянское общество остановилось на мысли, что новое царствование будет царствованием дворянским, и довольно спокойно встретило манифест о мире, который призывал общество «к устранению вкравшихся в нем недостатков». Это принято было за фразы, которые писались из приличия, а не за программу нового царствования.


Случайные файлы

Файл
29504-1.rtf
3655.rtf
94128.rtf
133502.rtf
37360.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.