Пещерные города Крыма (Crimea)

Посмотреть архив целиком

Министерство Образования и Науки Украины

СевГТУ






Кафедра философии и

социальных наук




Реферат

Пещерные города Крыма















Выполнил студент

гр. Ф-11д

Гаганов Михаил Сергеевич











Севастополь

2000 год

















План:


  1. Введение;

  2. Чуфут-Кале;

  3. Мангуп;

  4. Эски-Кермен;

  5. Тепе-Кермен;

  6. Кыз-Кермен;

  7. Качи-Кальон;

  8. Бакла;

  9. Список литературы.














Введение

Юго-Западный, горный Крым и в античной, и в средневековой литературе описывался как особый в культурном и историческом отношении регион: для древних греков это был край тавров, чьё отличие от остальной Скифии они всячески подчёркивали, а в средневековье, в эпоху нашествий кочевников, крымское нагорье стало основным районом обитания оседлого земледельческого населения. Это и послужило основой возникновения и расцвета “пещерных городов”, крепостей, монастырей, расположенных на труднодоступных возвышенностях Внутренней горной гряды--на плато столовых гор и скалистых мысах.

О названии «пещерные горо­да». Это название представляется условным с точ­ки зрения современных исследователей, озабочен­ных в первую очередь классификацией этих посе­лений на феодальные крепости-замки (Бакла, Тепе-кермен, Кыз-кермен, Каламита, Сюреньская кре­пость); монастыри, не имевшие специальных обо­ронительных сооружений (Успенский, Шулдан, Челтер) и собственно города, центры торговли и ремесла вблизи оживленных торговых путей. Это Мангуп н Чуфут-кале, причем как города они функ­ционировали в XIV—XV вв., а на раннем этане это скорее крепости. Крупным городом мог стать н Эски-кермен, если бы не причиненные ему разрушения.! Сегодня благодаря раскопкам выявлен облик сред­невековых наземных сооружений, именно к ним приковано внимание исследователей — их можно датировать археологически, сопоставлять находки с письменными источниками и т. д. В рамках этого подхода пещеры скорее «мешают» — культурный слой в них и вокруг них отсутствует (проще гово­ря, «выметен начисто»). От них отмахиваются, приписывая нм вспомогательную, хозяйственную, подчиненную роль. Но вряд ли можно ограничить­ся таким заявлением, когда речь идет о пещерных храмах, монастырях, склепах, а порой и жилищах. Традиция высекания пещер существовала среди местного населения издавна, и никогда не прерывалась, вплоть до XIXв. Даже при поверхностном наблюдении ясно, что они возникали в разное время, неоднократно переделывались и вполне правомерно допустить, что средневековые строители приспособили к своим нуждам созданное ранее, добавив что-то своё. Ряд исследователей и путешественников по Крыму высказали мнение, что пещерные поселения—дело рук местных племён.

Чуфут-Кале


. Чуфут-Кале — наиболее посещаемый и лучше других сохранившийся из «пещерных городов»: пос­ледние жители оставили его в прошлом веке. С него (еще с екатерининских времен) начинали зна­комство с «пещерными» городами и монастырями европейские путешественники, воображение кото­рых они поражали н своей необычностью и зага­дочностью пещер. Преувеличивая сложность высекания пещер (в действительности местные известняки, особен­но увлажненные, не столь трудны в обработке), они видели в них дело рук «доисторических» на­родов, искали аналогий с пещерными поселениями так называемых «троглодитов» Индии, Египта, Кав­каза. Этот «полет воображения», рожденный не­осведомленностью, уводил внимание и от назем­ных сооружений, тесно связанных с пещерными, которые еще существовали на Чуфут-кале в про­шлом веке, и от конкретной истории этого и дру­гих городищ, находившихся на перекрестках исто­рических событий.

Чуфут-кале расположен на плато горного отро­га, господствующего над тремя долинами. Человек использовал подготовленную самой природой вер­шину скалы, экономно усилив ее продуманными оборонительными сооружениями. Эпизодически проводившиеся исследования плато показывают, что оно было заселено еще в неолите, не менее 7 тыс. лет назад. В I тыс. до н. э. оно служило убе­жищем обширного таврского поселения в Ашлама-дере. Путешественник Эвлия Челеби, побывавший здесь в 1666 г., писал в цветистых восточных выра­жениях, что крепость расположена на обрывистой скале, “верхушкой своей неба достигающей... Од­нако во времена неверных (т. е. до татар — Т. Ф.) искусные в своем деле каменотесы вырубили здесь глубокий и большой ров, потом над внутренним берегом этого рва вознесли огромную стену длиной в сто аршин, три могучие башни построили и в средней из них сделали железные ворота крепост­ные...

Время обоснования оборонительных сооружений—прежде всего Средней оборонительной стены, Ортакапу—после долгих сомнений и споров всё же отнесено к VI в. Если точнее, то нижние ярусы кладки относятся, по мнению её исследователей А.Г.Герцена и Ю.М.Могаривеча, к тому виду “раннесредневековой фортификации, расцвет которой приходится на VI-VII вв., причем не только в Таврике, но и на Балканах, в Северной Африке, Месопотамии, Малой Азии, Западном Кавказе, т.е. в регионе, находившемся под политическим и культурном влиянии Восточной Римской империи, Византии”.

О том, что Чуфут-Кале населяли аланы повествуют греческие, арабские, турецкие источники. Обосновавшись в горном Крыму, аланы смешивались с местным греческим и тавроскифским населением. Несколько более поздними пришельцами были в этих краях готы.

Руины оград и домов, ныне затянувшиеся зем­лей, поросшие дерном и кустарником, все же по­зволяют различить планировку улиц, переулков, дворов. Усадьбы пока не подвергались системати­ческому археологическому изучению, основное вни­мание уделялось оборонительным сооружениям. Тем интереснее описание города, сохранившего си­стему застройки, сложившуюся не позднее XVII в. По словам Эвлии Челеби, в городе находилось «ты­сяча пятьсот тридцать прекрасных и великолепных каменных домов иудейских с черепицей в хорошем состоянии... от домов в замке идет дорога вниз, по вырубленным в скале лестницам, имеющим сто сту­пеней. По обеим сторонам той дороги тянутся вы­рубленные пещеры, в коих убогие иудеи прожива­ют»14. Последующие путешественники называют уменьшающееся число домов. Путешественник Жильбер Ромм, посетивший город в 1786 г., на­считал свыше двухсот городских строений, отме­тив их «отличный вид». То же количество назвал академик Паллас, добавив численность населения — 1200 душ обоего пола. Судья Павел Сумароков в 1799 г. уточняет количество домов — 227. Во вто­рой половине XIX в. усиливается отток жителей из города. По мере усиления этого процесса нарас­тают и ностальгические воспоминания, стремление закрепить в памяти потомков его неповторимый живописный вид, ранее казавшийся обитателям обыденным.

Можно думать, что архитектура жилых домов Чуфут-Кале сохраняла традиции крымско-татарского зодчества, образцы которого еще встречаются в старых крымских городах и селах. Этот тип жилой усадьбы издревле распространен среди населения Балкан и Малой Азии, а также среди оседлого на­селения горной Таврики независимо от его этни­ческого состава.

С возведением Восточной оборонительной сте­ны в XVI в. город расширился, став крупным тор­говым и ремесленным центром Юго-Западного Кры­ма. Крымские ханы, начиная с Хаджи-Гирея, пре­доставляли жителям крепости льготы за ее охрану, выдавая им специальные грамоты — охранные яр­лыки. Из этих грамот видно, что крепость с начала XVIII в. именовалась просто Кале, а с 1612 г. стала называться Чуфут-кале — в переводе «иудейская крепость». Это связано с тем, что преобладающим населением в крепости стали караимы.

Фиркович, опираясь па собранные им во время путешествии материалы, предложил следующую версию происхождения караимов. В VI в. вместе с войсками персидского царя Камбиза в Крыму по­явились израильтяне, которые основали здесь не­сколько городов, в том числе крепость Села-иегу-дим — Иудейская скала. Они сохранили религию чистого доталмудического библеизма, которую от них переняли, уже в VIII в., хазары. Как результат происходившего смешивания, нынешние караимы — это потомки хазар.

Мангуп

Гора Мангуп выше и просторнее всех окрестных гор. Она возвышается над уровнем долин на 250-300м, а высота её над уровнем моря 548м. Мангупское раннесредневековое укрепление, охватывающее около 90 га площади плато, не имело себе равных в раннесредневековой Таврике!2 Оно могло дать приют огромному по тому времени количеству окрестного населения со скотом и имуществом и при этом было обильно обеспечено водой. Открытие этого пояса обороны, в котором строительные приемы, техни­ка обработки камня, инженерные решения соответ­ствовали римско-византийским традициям фортификационного дела, дало веские основания считать Мангуп древним Доросом: ведь до сих пор счита­лось, что укрепления Мангупа — более позднего происхождения, да н сосредоточивались поначалу на Тешкли-буруне.

Грандиозное крепостное сооружение, в котором явно прослеживается участие византийских масте­ров, да и вообще больших масс населения, говорит о том, что Византия была заинтересована в сохра­нении своего влияния в Таврике и охотно помога­ла местным жителям воздвигать оборонительные сооружения. Одновременно строилась и большая базилика: христианизация населения считалась важ­ным фактором лояльности его к империи.

500 лет назад пал Мангуп, 200 лет назад его покинули последние, немногочисленные уже жители; от княжества не осталось никаких архивных записей, а камни его руин растаскивались для новых построек.



Эски-Кермен

Эски-Кермен расположен неподалеку от Мангупа. Основан в начале VI в. Он был крупным центром торговли и ремесел, имел первоклассные оборонительные сооружения. Однако на долю города уже в первые века существования выпали тяжёлые испытания. Первый разгром города произошёл в VIII в.

Эски-кермен был одним из очагов восстания про­тив хазар в 787 г., о котором повествуется в «Житии Иоанна Готского». Подавив восставший народ, хазары, вероятно, разрушили всю систему обороны города. После этого он продолжал существовать как незащищенное, открытое поселение. Возможно, об одной из попыток восстановления городских стен рассказывается в «Записке греческого топарха», о которой шла речь ранее: «Мы имели пребывание в разрушенном городе и делали вылазки скорее из селения, чем из города (то есть крепости). Ибо земля была раньше разорена самими варварами, причем они снесли стены до основания». В «Записке» го­ворится также, что топарх выстроил вначале возле города небольшую крепость, чтобы укрываться за ее стенами в момент опасности. «Я сначала выст­роил возле них крепостцу из имевшихся налицо (материалов), так что отсюда было легко отстроить и весь город... И она была выстроена с большой поспешностью, ограждена рвом; вместе с этими при­готовлениями и война началась

Городище Эски-кермен расположено на хорошо укрепленном самой природой месте: плато обрыва­ется в долины отвесными стенами значительной высоты н неприступно в большей своей части. Кое-где сохранились фрагменты проходивших вдоль обрыва стен: их можно осмотреть на юго-восточ­ном участке плато. Следует отметить, что обяза­тельной деталью устройства раннесредневековых крепостных сооружений Крыма являются специаль­но вырубленные в скале «постели», служившие основанием для облицовочных квадров стены и придававшие ей большую устойчивость. Их обяза­тельно две, параллельные одна другой. По этой линии укладывались массивные тесаные блоки из­вестняка, составлявшие саму облицовку стены. Пространство между ними заполнялось забутовкой из мелких камней, залитых раствором известки. Там, где стена не уцелела, ее линия прослеживает­ся по выемкам «постелей».

Окончательно Эски-Кермен был разгромлен и сожжён ордынцами в 1299 г. Время превратило его в груды камней, пощадив лишь многочисленные пещеры.



Тепе-Кермен

Городище Тепе-Кермен расположено на вершине горы-останца высотой 535м над уровнем моря и 225м над окружающей местностью. Склоны её поросли лесом с запада и северо-запада. На северо-востоке находиться пещерная церковь VIII-IX вв., весьма своеобразная по интерьеру. Внутреннее пространство вытянуто не как обычно, от входа к алтарю, а вдоль него. Очевидно, в период создания храма Тепе-кермен был уже заселен, а городище укреплено. И хотя следов крепостных стен пока не обнаружено, такой вывод может быть сделан из наличия на Тепе-кермене пещерных казематов, ана­логичных мангупским и эскикерменским, что сви­детельствует о существовании каких-то общих прин­ципов в организации обороны.

Раскопками вскрыты некоторые следы существо­вания наземных построек на плато: большой дом из четырех помещений, в каждом из которых -- вырубки для установки пифосов; меньших разме­ров помещение с лестницей из штучных блоков, время сооружения которого определено XII в., а верхняя кладка из тесаного камня — XIV в. Непо­далеку была найдена пластина с изображениями святых. У южного края плато заметен фундамент небольшой часовенки с полукругом апсиды из мас­сивных, грубо отесанных каменных блоков. Само название Тепе-кермен — замок пли крепость на го­ре — говорит о том, что на плато находилось ук­репление, однако раскопки пока не дали полной картины жизни городища. Зато пещеры Тепе-кермена, наиболее сохранившие следы былой жизни на горе, являют собой едва ли не все многообразие типов, встречающихся в пещерных городах. Установлено реальное количество имеющихся на сегодня пещер — 250.

Основные гипо­тезы о происхождении пещер. Первая приписыва­ет их образование «пароду глубокой древности», «троглодитам» Страбопа: эту точку зрения выска­зывали Дюбуа де Мониере, Д. Струков, Г. Кара­улов. Другие приписывают крипты христианам, спа­савшимся от гонений, иконопочитателям (Паллас и др.). Согласно третьей гипотезе, высказанной немецким ученым Тунманом в 1777 г., Тепе-кермен — это кладбище глубокой древности. «Тепе-кермен, то есть замок горной вершины, — писал он, — высокая, отдельно стоящая гора в виде са­харной головы ... на вершине которой еще и теперь видны остатки крепости, по-видимому, глубочай­шей древности. Вся скала покрыта бесчисленным количеством гротов и пещер, расположенных в осо­бом порядке, почти как колумбарии древних. Можно думать, что их назначение 'и было служить места­ми погребения».


Кыз-Кермен


Го­родище Кыз-кермен — Девичья крепость. С трех сторон оно ограничено почти отвесными обрыва­ми, а с севера соединено с плато узким перешей­ком, где проходила оборонительная стена, которая прослеживается по покрытому дерном развалу камней длиной 130 м. У самого восточного обрыва наверное были ворота, а у западного, видимо, вылазная калитка: вблизи от неё—спуск в ущелье по вырубной лестнице.

Кыз-Кермен по размеру площади, обнесённой стеной, практически не уступал Чуфут-Кале и Эски-Кермену. В мирное время это внутреннее пространство могло служить местом стоянки караванов и рыноч­ной площадью, а в военное — местом загона для скота н укрытия сельского населения ближайшей округи. Короче говоря, Кыз-кермен с момента сво­его возникновения в V в. располагал всеми необхо­димыми условиями для превращения в значитель­ный по тем временам город, и этому способствова­ло его расположение на древних путях, ведущих через долину Качи, перевал Кибит-богаз в Ллуш-тинскую долину, то есть на Южный берег, и на пересечении этих путей с главной торговой трас­сой, ведшей из степей к Херсонесу. Однако жизнь в городе прекратилась в конце IX в.: вероятно, его разрушили хазары.

Качи-Кальон


Качи-кальон находится в 8 км к югу от Бахчиса­рая. Как и все «пещерные города», он расположен на отроге Внутренней гряды на высоте 450—510 м над уровнем моря. Миновав скалу Таш-анр, за родником, вытекаю­щим из-под огромной глыбы, вновь выходим на шоссе. Вскоре показывается похожая отсюда на нос корабля скала Качи-кальона, наверху изрезанная трещинами, образующими изображение огромного креста. Отсюда -- одно из объяснений названия скалы — «крестовый корабль». О Качи-кальоне не сохранилось письменных свидетельств, археологи­чески он мало изучен, и дошедшие до наших дней предания о том, что здесь когда-то находилось язы­ческое капище «с истуканом того же имени», по словам известного крымоведа В. X. Кондараки, возможно, правдивы. В Качи-кальонском каменном массиве скопления высеченных в скале пещер сосредоточены вокруг пяти огромных естественных гротов. В первом гроте искусственных пещер нет. Между первым и вторым гротом расположен пятиярусный комплекс пещерных помещений, чис­лом более пятидесяти, вырубленных в отвесном обрыве. Все они соединялись между собой терраса­ми, переходами и лесенками, частично сохранив­шимися. В полу вырублены зерновые ямы и тарапаны. Во втором гроте, как и в первом, сохрани­лось много следов деревянных сооружений, но искусственных пещер нет. Их довольно много меж­ду вторым и третьим гротами. В третьем гроте по­являются высеченные пещеры; одна из них служи­ла церковью, причем ее наружная стена была сло­жена из камня. На стенах — кресты, выведенные красной краской и высеченные в скале. Между тре­тьим и четвертым гротами — более 30 пещер. Не доходя до четвертого грота — большой выступ ска­лы, на котором когда-то размещалось укрепление. С северо-запада мыс ограждала стена метровой тол­щины из тесаного камня, которая хорошо просмат­ривается снаружи. В западной части стены была прямоугольная башня, а ближе к массиву скалы — ворота шириной 2 м, с ведущим к ним коридором, от которого сохранились камни основания. Пост­роена башня, судя по разведочным раскопкам, не ранее X в., однако встречаются отдельные находки VII-VIII вв.


Бакла


На дальней северо-восточной оконечности Внутренней гряды расположено городище Бакла.

Хорошим или плохим было расположение Баклинского укрепления? Ведь с обеих сторон над тер­расой, где оно находилось, возвышалась на высоту 12—16 м гряда, с которой вся цитадель, не говоря уже об остальной площади поселения, была видна как на ладони, и легко обстреливалась. Поэтому ее едва ли можно счесть гнездом феодала, крепостью, выстроенной для господства над окружающим на­селением. Если же она создавалась как убежище, то стратегическая позиция выглядит иначе: уступы горной гряды, высящиеся над городищем, образу­ют очень хорошее прикрытие от взоров пришель­цев-кочевников. Для двигавшихся с севера Баклинская крепость практически не видна. Чтобы заме­тить ее, надо было подойти к ней вплотную. Стены ее могли выдержать осаду кочевников, исключая гуннов, владевших осадными приспособлениями.

Раскопки показали, что оборонительные стены перекрывают слои, относящиеся ко времени откры­того поселения. Здесь в III—IV вв. существовало, по-видимому, винодельческое хозяйство. Об этом говорят множество тарапанов и найденные при рас­копках пифосы. Самый первый пояс боевых стен был построен в V в. По мнению Д. Л. Талиса, «Баклинская цитадель, являвшаяся по первоначально­му назначению убежищем, не была воздвигнута византийскими строителями». Более того, есть не­мало оснований считать, что «она построена объеди­ненными усилиями нескольких групп местного на­селения в период обострения угрозы внешнего нападения»10.

Там, где верхний обрыв гряды далеко отступает от края террасы, на него легко взобраться и про­должить путь к востоку, оглядеть окрестности с высшей точки, отмеченной топографическим зна­ком. У подножия утеса — раскинувшиеся в долине поля; слева горизонт замыкает тающий в дымке величественный шатер Чатыр-дага, справа — строй­ный, легко узнаваемый силуэт Тепе-кермена, еще правее — плато Чуфут-Кале. Вид горной страны, мягко окутанной сизой дымкой утреннего тумана, из которого кое-где вынырнули ярко освещенные солнцем верхушки, исполнены покоя и величия!!!

Список использованной литературы:


  1. Эвлия Челеби “Книга путешествий”;

  2. Фадеева Т.М. ”Тайны горного Крыма”;

  3. Марков Е. “Очерки Крыма”;

  4. Герцен, Могаричев ”Крепость драгоценностей”.


Случайные файлы

Файл
50568.doc
97093.rtf
24187.rtf
ref-17446.doc
25719-1.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.