Никон и возникновение раскола (53841)

Посмотреть архив целиком

Содержание.


Введение. 2

Глава I. Церковь и государство в XVII веке. 3

Глава II. Никон. Деятельность московского кружка ревнителей древнего благочестия. 4

Глава III. Возвышение Никона. 7

Глава IV. Церковная реформа. 10

Глава V. Падение Никона. 12

Глава VI. Влияние церковной реформы на социальную жизнь России. Церковный раскол. 15

Заключение. 18

Примечания. 20

Список использованных источников и литературы. 21



Введение.


Личность патриарха Никона и его церковная реформа оставили глубокий след в истории России. Со времен крещения Руси церковь всегда играла значительную роль в жизни общества и даже определяла внутреннюю и внешнюю политику государства, хотя и находилась всегда под властью государства. Иногда она объединяла страну, иногда – раскалывала на противоборствующие лагери. В XVI веке ее роль несколько упала вследствие усиления самодержавной царской власти. Но затем назрела необходимость церковной реформы и патриархом, главой русской православной церкви, стал Никон.

Тысячелетняя история России хранит немало загадок. Но одной из множества ее проблем является выбор пути развития. Но во время всех серьезных политических и социальных преобразований у руля стояла сильная личность, способная повести людей за собой.

Нельзя объяснить лишь объективными историческими процессами реформы Петра I или революции. Так какова же роль личности в истории? Может ли один человек или группа людей изменить что-либо? Этот вопрос особенно актуален в наше время, когда множество политических партий обещают коренные преобразования. А в действительности, способны ли они выполнить это?

Целью моей работы является: показать влияние церкви на социальную и политическую жизнь России второй половины XVI века, объективную необходимость и важность церковной реформы и роль личности патриарха Никона в церковной реформе, которая повлекла за собой серьезные последствия во внутренней, а возможно, и во внешней политике России.

При написании данного реферата я использовала статью О. Ф. Козлова «Дело Никона», опубликованную в №1 журнала «Вопросы истории» за 1976 год, книгу «Вехи истории», рассматривающую церковь во все периоды ее существования, «Историю русской церкви» Н. М. Никольского, издание Спасо-Преображенского Валаамского монастыря «История русской церкви» и некоторые другие источники.




Глава I. Церковь и государство в XVII веке.


По мере развития российского самодержавия все острее вставал на повестку дня вопрос о приоритете государственной власти над церковной. В период феодальной раздробленности русская церковь сыграла существенную роль в объединении страны для борьбы с монголо-татарским нашествием. Однако при всем своем стремлении играть самостоятельную роль, русская православная церковь всегда находилась в зависимости от государственной власти. Этим она сильно отличалась от римско-католической церкви, обладавшей полной самостоятельностью в церковных делах.

Превращение церкви из орудия господства феодалов в орудие господства дворянского государства получило свое завершение в XVII веке, когда после смуты дворянство окончательно захватило руководящее положение в Московском государстве. Это коснулось и церкви. Она потеряла значительную часть своего влияния, и даже патриарх был вынужден считаться с постоянным контролем со стороны царя и боярской думы.

Это изменение в положении церкви имело под собой экономическое основание. Правда, абсолютные размеры церковных вотчин и численность церковных людей были в XVII веке весьма внушительны: патриарху, митрополитам и епископам принадлежало в конце века около 37000 дворов, в которых числилось около 440000 душ тяглового населения; кроме того, значительные земли принадлежали отдельным монастырям. Но, все-таки, по сравнению с дворянским государством, это было не так много. Росли торгово-промышленные города и слободы. Дворянство ревниво следило за церковным хозяйством и продолжало принимать меры против его роста. Московское правительство провело на соборе 1580 г. постановление, согласно которому запрещалось давать монастырям вотчины на помин души, а также вообще запрещалось церковным лицам и учреждениям покупать и брать в залог земли. Смута парализовала действие этого правила; но в 1649 г. при составлении Уложения оно было восстановлено, расширено и введено в жизнь в качестве общегосударственного закона. Именно Соборное Уложение постановило (гл. XVII, ст. 42): «Патриарху и митрополитом и архиепископом и епископом, и в монастыри ни у кого родовых, и выслуженных и купленных вотчин не покупати, и в заклад не имати, и за собою не держати, и по душам в вечный поминок не имати некоторыми делы…»

Уложение окончательно уничтожило церковную юрисдикцию по отношению к церковным людям по гражданским и уголовным делам. Эти меры помимо их юридического значения наносили церкви немалый материальный ущерб, лишая ее постоянных и крупных доходов в виде судебных пошлин.

Инициатива учреждения патриаршества исходила от царя. Все они были «избраны» соборами по указанию царя.

Царь вмешивался не только в административные, финансовые и судебные дела. Он также издавал распоряжения о соблюдении постов, служении молебнов, порядке в церквях. И нередко эти указы отправлялись не архиереям, а царским воеводам, которые ревностно следили за их выполнением и наказывали ослушников.

Таким образом, главенство в церкви во всех отношениях фактически принадлежало царю, а не патриарху. Это положение в церковных кругах не только не считалось ненормальным, но даже признавалось соборами официально.

Церковная реформа 50-60-х годов XVII века была вызвана стремлением укрепить централизацию русской церкви аналогично другим звеньям государственного аппарата.


Глава II. Никон. Деятельность московского кружка ревнителей древнего благочестия.


Обеспокоенность «нестроениями» в церковной жизни возросла во второй половине 40 - начале 50-х годов. Это нашло выражение в деятельности московского кружка ревните­лей благочестия (или «боголюбцев») и в требованиях отдельных светских феодалов, участни­ков земского собора 1648—1649 гг. В кружок ревнителей благочестия входили как ду­ховные, так и светские лица. Его главой был протопоп кремлевского Благовещенского собора и духовный отец царя Стефан Вонифатьев. В кружок входили царь Алексей Ми­хайлович, любимец царя его постельничий Ф. М. Рти­щев, сестра постельничего А. М. Ртищева, архимандрит Новоспасского монастыря Никон (позже - митрополит и патриарх), дьякон Благовещенского собора Федор Иванов, провинциальные ревнители благочестия: священники Иван Неронов, Аввакум Петров, Даниил, Лазарь, Логгин и другие. Начинания кружка поддерживали и другие светские и духовные лица, в числе которых был воспитатель царя боярин Б. И. Моро­зов.

Члены кружка добивались устранения прямых на­рушений богослужебного чина, в частности «многогласия», усиления «учительного» элемента за счет введения проповедей, поучений и издания религиоз­ной литературы для чтения, устранения разночтений и разногласия в церковных чинах, повышения нравствен­ного уровня духовенства, в том числе и носителей церковной власти.

В 1648 г. Никон стал митрополитом новгородским и псковским. Тогда же Стефан Вонифатьев добился перевода Ивана Неронова из Нижнего Новгорода в Москву и назначения его протопопом Казанского собора, а несколько позже состоялись назначения протопопами других ревнителей благочестия: Аввакума Петрова - в Юрьевец-Поволжский, Даниила - в Кострому, Лазаря - в Романов и Логгина - в Муром. Однако эти начинания не привели к желаемым результатам. У новых протопопов, которые ввели «единогласие» и дополнили службы проповедями и поучениями, не оказалось последователей среди приход­ского духовенства. Нетерпеливый и решительный протопоп Аввакум Петров пытался поднять благочестие священников и верующих Юрьевца-Поволжского прину­дительными мерами, но это кончилось возмущением на­селения и избиением протопопа.

Среди членов кружка не было единства в оценке рас­хождений в богословской системе и церковно-обрядовой практике, существовавших между русской и греческой церквами. По этому вопросу возникли две точки зрения, и кружок разделился на две группы.

Одну группу составили провинциальные ревнители благочестия - протопопы Иван Неронов, Аввакум Пет­ров, Даниил, Лазарь и Логгин, а также дьякон Благове­щенского собора Федор Иванов. Их сторонником был первоначально и Никон. Они придерживались традици­онного для русского духовенства взгляда, который утвердился в XVI в. Его сторонники считали, что отличие чина богослужения и об­рядов греческой церкви от русских является показателем утраты греками истинной православной веры, что было, по их мнению, следствием завоевания Византии турками, подчи­нения греков «безбожным» завоевателям и сношений греческой церкви с «латинской» («еретической») рим­ской церковью. Они считали также, что вследствие реформы Петра Могилы (киевский митрополит с 1632 по 1647 г.) истинную веру утратила и украинская церковь.

Вторую группу составили царь Алексей Михайлович, Стефан Вонифатьев, Ф. М. Ртищев и другие столичные члены кружка. Позже к ним присоединился Никон. Они отказались (в известной мере - по политическим мотивам) от традиционной оценки греческой церкви, как уклонившейся от истинной веры. Новую ее оценку они выразили в «Книге о вере», изданной в 1648 г. по инициативе Стефана Вонифатьева, в частности в положении о том, что и в «нынешнее время в нево­ле турецкой християне веру православную целу соблю­дают, ...да заградятся всякая уста глаголющих неправду ...на смиренных греков». Эта группа ревнителей благочестия считала необходимым устранить расхождения в богословской системе и церковно-обрядовой практике между церквами на основе греческого образца. Это предложение получило поддержку узкого, но влиятельного круга духовных и светских лиц в России, в том числе патриарха Иосифа, и церковных иерархов Украины. Не дожидаясь решения вопроса о путях проведения унификации богословской системы и церковно-обрядовой практики, которое надлежало принять церковному собору, царь и другие столичные ревнители благочестия осуществили некоторые меры, положившие начало исправлению русских богослужебных книг по греческим образцам. Так, из Киева были приглашены в Москву ученые монахи, хорошо знавшие греческий язык, для исправления книг. Приехали в Москву в 1649 г. Епифаний Славинецкий и Арсений Сатановский, а в 1650 г. - Дамаскин Птицкий.


Случайные файлы

Файл
6715-1.rtf
178462.rtf
SFINKS.DOC
60945.rtf
154878.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.