Город Кузбасса (53248)

Посмотреть архив целиком

Новокузнецк в годы Великой Отечественной войны.


Содержание:

  1. Броневой щит Родины.

  2. Сибирский Металлургический Институт в годы войны.

  3. Центр эвакуированных предприятий.

  4. Шахта- тоже фронт.

  5. В фонд обороны.

  6. Военные госпитали города.

  7. Сибиряки- этими словами сказано все.


Люди, находившиеся в тылу, в Ново­кузнецке стояли в одном строю с до­блестными солдатами. Они варили сталь, согревали воинов теплом своих сердец в трудный час. Люди тыла были незримыми участниками тяжелых пора­жений и великих побед и штурма Бер­лина. Вместе с Уралом Кузбасс стал глав­ным арсеналом страны. Он давал армии и народу сталь для танков, снаряды для пушек, уголь для электростанций и же­лезных дорог. Огромный вклад в дело Победы внесли новокузнечане своим трудовым и ратным подвигом. Недаром наш город был награжден двумя орде­нами: Трудового Красного Знамени и Октябрьской Революции. Несколько книг написано о трудовом подвиге кузнецких металлургов, шахте­ров и строителей. Война стала тяжелей­шим испытанием для всего народного хозяйства. С честью выдержали это ис­пытание труженики нашего города. Вместе с опытными рабочими героиче­ски трудилась молодежь. На площади Побед, у здания заводоуправления КМК, на пьедестал поднят танк Т-34. Это символ того, что военные успехи наших Вооруженных Сил неотделимы от победы союзной экономики над эко­номикой фашистской Германии.

Вдумайтесь! За годы войны тыл дал фронту 102,8 тысячи танков и самоход­ных артиллерийских установок, 112,1 тысячи самолетов, 220 миллионов сна­рядов. Из кузнецкой брони было изготовлено 50 тысяч танков, 45 тысяч самолетов, 100 миллионов снарядов — почти по­ловина всей военной продукции страны. Поэтому на знамени КМК — муаровые ленты: ордена Ленина, ордена Трудового Красного Знамени, ордена Кутузова 1 степени, ордена Октябрьской Революции. Первые три ордена — за образцовое выполнение заданий Государственного Комитета Обороны в годы Великой Отечественной войны. Каждый — за выдающиеся заслуги металлургов в тя­желейшие годы. Как нам не гордиться, если комбинат в годы войны на тех же производственных площадях увеличил производство металла на одну четверть, если кузнецкие металлурги были луч­шими в стране 167 раз, если в знак выдающихся заслуг перед Родиной и народом четыре знамени Государствен­ного Комитета Обороны оставлены на вечное хранение в цехах комбината: доменном, первом мартеновском, среднесортном, ТЭЦ! За годы войны для нужд обороны металлурги Кузнецкого комбината ос­воили 70 новых марок стали, провели 1973 скоростных плавки. Они дали Ро­дине сверх плана 270 тысяч тонн чугу­на, 180 тысяч тонн проката.


КАК СОЗДАВАЛСЯ КУЗНЕЦКИЙ БРОНЕВОЙ ЩИТ.

В Новокузнецке на 22 июня 1941 года намечалось большое торжество — от­крытие Водной станции, парка культу­ры и отдыха. Для горожан это событие было немаловажным, и поэтому на бе­регу Кондомы собралось множество лю­дей. И вдруг радио сообщило: война. Ме­таллурги, строители, шахтеры — все направились на свои предприятия. На нынешней площади Побед, у Дворца металлургов, в цехах КМК состоялись многолюдные митинги. На другой день после вероломного нападения гитлеровских полчищ и их союзников на нашу страну на комбинат позвонил нарком черной металлургии СССР Иван Федорович Тевосян и ска­зал: — Срочно организуйте производство брони для танков! Задание особое, фронтовое. Нарком не приказывал, просил.

Директор комбината, депутат Верхов­ного Совета СССР Роман Васильевич Белан, опытный инженер-металлург, руководил всей работой по перестройке КМК на военный лад. Вместе с ним были заводские инженеры, ученые СМИ. Инженеры Александр Сахаров и Гри­горий Гурский, мастера Петр Никитин и Юрий Широков, сталевары Александр Чалков и Михаил Привалов вместе с работниками центральной заводской ла­боратории и учеными Сибирского ме­таллургического института разработали новую технологию выплавки легиро­ванной стали в большегрузных марте­новских печах. Работали над этой про­блемой днем и ночью. В цехе в специ­альном помещении поставили диван. Устал — иди усни и — снова за работу. На производство качественной стали и проката для танков, самолетов и дру­гого оружия был полностью переведен весь Кузнецкий металлургический ком­бинат. Трудность заключалась в том, что производство легированных сталей бы­ло развито преимущественно в южных и центральных районах страны, кото­рые из-за вынужденного отступления советских войск находились под вре­менной оккупацией немцев. Восточная металлургия производила, главным об­разом, рядовые и качественные углеро­дистые марки стали. Возникла необхо­димость срочно создать новую базу по производству легированного металла на Востоке. На Кузнецком комбинате были только большегрузные печи с основной подиной. Броневая сталь до сих пор выплавлялась только в печах с малой садкой и кислой подиной. Выплавка броневой стали в кислой мартеновской печи требовала исключительно чистой шихты по фосфору и сере. Кузнецкие чугуны из-за высокого содержания этих примесей были непригодны для переде­ла в кислой печи. Поэтому сталь вы­плавляли дуплекс-процессом: сначала в основной печи готовили полуфабрикат, чистый по сере и фосфору, затем расплав переливали в печь с кислой подиной и в ней завершали плавку. Кузнецкие металлурги разработали и освоили технологию выплавки бронево­го металла в 185-тонных мартеновских печах. Всего за 35 дней был введен новый термический цех, оборудованный со­временной техникой. Кузнецкие метал­лурги совершили настоящую револю­цию в технологии. В третьей декаде июля 1941 года наступил решительный момент... На площадке первого марте­на, в котором идет необычная плавка, несут вахту мастер Петр Никитин и сталевар Александр Чалков. Плавка го­това. Из лаборатории пришел ответ: «Есть анализ- попали». По желобам стекает в ковш первая броневая куз­нецкая сталь. В Москву летит телеграмма: «Задание выполнено. Кузнецкие ме­таллурги освоили производство легиро­ванной стали». С тех пор не два про­цента, а треть всей кузнецкой стали шла на броню. Но броневая сталь — это еще не броня. Ее нужно прокатать в лист. Листостан для этой цели не был приспо­соблен. И снова поиск. Поиск такой же изнурительный, требовавший всех сил. Экспериментировали круглые сутки. И броневой лист пошел. Потом уже, когда поток брони возрос, родился новый дерзкий замысел — использовать для проката брони рельсостан. И эта задача была решена. Была освоена не только броневая сталь, но и бронебойная, пе­ред которой не мог устоять ни один фашистский танк. Каждый второй танк был из кузнец­кой стали. В 1943 году, благодаря са­моотверженному труду сибирских и уральских металлургов, было ликвиди­ровано превосходство фашистов в тех­нике. Сталевару А. Я. Чалкову была при­суждена Государственная премия за до­стижение высоких показателей при вы­плавке высококачественных сталей. В заявлении на имя Верховного Главно­командующего Чалков писал: «Прошу из причитающейся мне пре­мии перечислить в особый фонд Вер­ховного Главного Командования 20 тыс. рублей и вооружение передать моим землякам — бойцам Н-ской ди­визии. Пусть наши сибиряки еще креп­че и беспощаднее громят и уничтожа­ют фашистских мерзавцев».Автоматы, изготовленные на эти сред­ства, были вручены сибирякам-фронто­викам. Вскоре знатный сталевар получил от них письмо. «Дорогой Алек­сандр Яковлевич,— писали они,— ...мы получили прекрасные автоматы ППШ с надписью: «Сибиряку от Чалкова». Эти автоматы мы вручили лучшим во­инам нашей части, гвардейцам, доказав­шим на деле свою преданность Роди­не... Желаем Вам новых успехов в Ва­шей ответственной работе на оборону страны. Плавьте больше прекрасной стали, необходимой для производства пушек, снарядов, танков, боевых кораб­лей, Вашим смертоносным металлом мы будем громить и уничтожать гитлеров­ское бешеное зверье». Приказом командования дивизии А. Я. Чалкову было присвоено звание «Почетный гвардеец». 12 октября 1943 года на комбинат прибыл представитель Сибирской Гвардейской стрелковой ди­визии сержант Маркушин и от имени гвардейцев-сибиряков вручил знатному сталевару гвардейский значок. Широкое распространение в цехах комбината получили «лицевые счета», отражавшие трудовые подвиги рабочих за каждый день, яркий и сильный при­зыв:

«Чтоб гром орудий разметал

Орду фашистских гадов —

Дадим сверхплановый металл

Для пушек и снарядов».

(«Правда», 16 мая 1942 г.) — был в каждом цехе, почти у каждого рабочего места. Исключительное впечатление произ­водил портрет В. И. Ленина 12-метро­вой высоты, установленный у входа на территорию завода. Ленин, изображен­ный говорящим с трибуны, призывал: «Раз дело дошло до войны, вся внутренняя жизнь страны должна быть подчинена войне...». Бывало и так, что приходилось работать по две смены подряд. «Усталость с ног валит,— вспоминает Анфиса Алексеевна,— еле добредешь до мойки, помоешься. А через 8 часов подъем и опять на пост... Но мы не жаловались: так надо было». В первый же год войны на комбинат пришли пять тысяч мальчишек и дев­чонок. Рано повзрослевшие, они оказа­лись достойными своих отцов, братьев, бившихся на фронте с врагом. На стане «750» ночью вышла из строя одна из нагревательных печей. Нару­шился рабочий ритм, стан лихорадило. Нужно было к утру подготовить стан к ремонту. Ждать, когда полностью ос­тынет печь, долго. Как только темпе­ратура упала до 200 градусов, в чрево печи вошли Маша Домбак и Аня Егунова. Всю ночь работали девушки в адском пекле, но огнеупорную кладку разобрали. Фронту нужен был металл. И это понимали все. И все, не жалея себя, не думая об усталости, делали все возмож­ное для того, чтобы выплавить металла побольше. Незабываемы трудовой героизм и на­ходчивость, смекалка, патриотизм фронтовых бригад, делающих чудеса во всех цехах и на горных предприятиях КМК. В слабо оборудованных, плохо отапливаемых помещениях юные, ху­денькие мальчишки и девчонки держа­ли равнение на передовые участки ос­новного производства. Трудились на­равне со взрослыми подростки: домен­щики, сталевары, прокатчики, горняки. Они выполняли по две и более нормы, а отдельные рабочие— и по три, че­тыре нормы. Плохо одетые, полуголод­ные ребята и девчата собирали еще и металлолом для мартенов, готовили и отправляли на фронт теплые вещи, су­хой паек из своих скудных норм по карточкам, помогали убирать урожай. В комитете комсомола завода всегда было многолюдно: то заседания, то со­вещания, то инструктаж по выполнению очередного задания, то организация бригад по оказанию помощи семьям военнослужащих. Нередко прямо на улице, у дверей комитета комсомола, собирались сотни юношей и девушек, чтобы с песнями, шутками, а в зимние вечера и с зажженными факелами идти разгружать вагоны. Ни одно важное мероприятие на заводе не обходилось без активного участия комсомольцев. Они трудились на самых ответственных участках. Многие из ребят и девчат упорно овладевали сложными метал­лургическими профессиями, стали знат­ными людьми. Хваленые фашистские «Пантеры», » «Тигры» и прочую трофейную технику кромсали молодые копровики, а стале­вары варили из этого металлолома крепчайшую кузнецкую броню. Про­катчики и железнодорожники отправля­ли готовые изделия фронтовикам вме­сте с подарками для воинов. Отличи­лись трудовым героизмом и очень мно­гие молодые ремонтники. Например, электрослесарь Михаил Ромашко, гото­вя сложные узлы к электродвигателям блюминга, придумывал такие приспо­собления к своему станку, что сумел выполнить срочные задания на 2000 процентов! Потом он еще усовершен­ствовал станок и дал 6250 процентов от нормы! «Ударнику — фронтовой привет!»,— писали в газете, где красо­вался портрет М. Рбмашко. Подобных случаев и людей было много. По 2, 3, 4 нормы выполняли сотни молодых ударников. Молодые прокатчики успешно боро­лись за увеличение производительности станов. На стане «500» за смену обычно прокатывали 500 тонн металла. Коллек­тив молодежной смены В. И. Артамо­нова решил прокатать 750 тонн. 10 мая 1942 года «Правда» писала: «Начальник смены Артамонов четко проинструкти­ровал всех рабочих... Работа шла на­пряженно и ровно. Каждый рабочий стремился помочь другу, старался быс­трее и лучше выполнять свою опера­цию. Всю смену бригада провела в обстановке активного соревнования. Когда смена окончилась и был произ­веден подсчет, то оказалось, что бри­гада прокатала 750 тонн». Сортопрокатный и электросталепла­вильный цехи были перебазированы на КМК в первые месяцы грозной военной поры в составе завода «Днепроспецсталь». Кузнечане в рекордно короткий срок их не только восстановили, но и многое модернизировали, освоили не­знакомую технологию. И обеспечивали нужды фронта нарастающим с каждым днем потоком высококачественного ме­талла. Эти цехи были полностью уком­плектованы комсомольско-молодежными бригадами, во главе с Анатолием Жолбиным. Жолбин пришел в цех ма­леньким, робким учеником ОЗУ, когда завод «Днепроспецсталь» перебазиро­вался в Новокузнецк и еще только набирал темп на новом месте. Так же, как и молодежный сортопрокатный, где в числе многих юнцов был тоже «фезеушник», позже Герой Социалистиче­ского Труда, Василий Романович Скрылев. Молодые кузнечане, получая за­калку от старших, быстро освоили сложную, незнакомую технологию получения высококачественного метал­ла для нужд фронта. Советская Армия оснащалась грозной броневой техникой и одерживала одну победу за другой, разгромив сильного, коварного врага под Москвой, на Волге, на Орловско-Курской дуге, на других плацдармах и покончила с фашистской Германией в Берлине. Война была тяжелым испытанием для кузнецких металлургов. Силы фронта и тыла слились воедино. Кузнецкий броневой щит помог оградить Родину от большой беды. О трудовых подвигах кузнецких металлургов широко известно. Но мало кто знает о роли Си­бирского металлургического института в годы войны. В архивных документах военных лет дается, что с первых дней войны научно-технические кадры СМИ в целом активно помогают КМК и оборонным заводам. Институт широко развернул экспертно-консультативную помощь заводам. Опытная плавка и прокатка первого слитка броневой стали была проведена на КМК под руководством профессора СМИ Ю. В. Грдины. На опыте этой плавки и использования инструкций Ижорского завода были созданы первые инструкций по прокатке, замедленному охлаждению, зачистке и термообработ­ке танковой брони. Инженеры КМК и ученые СМИ вы­полняли ряд других работ, связанных с освоением новых производств КМК. Так, доценты Э. X. Шамовский и Н. И. Куницын сконструировали и внедрили особый высокопроизводитель­ный газовый резак, позволяющий про­водить резку толстых сляб танковой брони. Кафедра литейного производства совместно с кафедрой термообработки и металловедения разработали техноло­гии литья 76-мм снарядов. Эта трудная и оригинальная работа была выполнена в короткие сроки. Кроме этого, была разработана технология изготовления 80 мм/мин, были проведены опытные отливки снарядов из ковкого чугуна, полученного в мартеновской печи инс­титута. Эти первые пробы дали блестя­щий результат... Институт перешел к решению про­блем, возникающих перед цехами КМК и других заводов. В связи с военной обстановкой конкретным ответом ин­теллигенции Сибири на призыв подчи­нить всю жизнь страны нуждам фронта явилось создание комитетов ученых — боевых штабов мобилизации науки на быстрейший разгром врага. В глубоком тылу — Кузнецком бассейне, в Ново­кузнецке в первые месяцы войны воз­ник, по примеру других больших науч­ных и промышленных центров, Комитет ученых по мобилизации местных науч­но-технических сил на помощь фронту. Комитет ученых города Новокузнецка был создан в феврале 1942 года. Пред­седателем комитета был избран заслу­женный деятель науки и техники, доктор технических наук профессор П. Н. Рубин (СМИ). В состав комитета были избраны: главный инженер КМК Вайсберг Л. В., профессор, доктор тех­нических наук Ю. В. Грдина (СМИ), начальник технического отдела КМК Г. В. Казарновский, профессор, доктор технических наук В. П. Линчевский и другие. Задание, полученное в первые же дни войны Кузнецким металлургическим комбинатом по производству бронелиста, потребовало немедленного разре­шения вопросов выплавки легирован­ной стали в мартеновских печах боль­шой емкости, прокатки и термической обработки этого металла. Научные ра­ботники кафедр металлургии стали, обработки металлов давлением, металловедения и термической обработки и металлургических печей включились непосредственно в работу по разрешению в крайне сжатые сроки всех этих вопросов. Серьезную работу проводило по заданиюоьоронных заводов бюро технических экспертиз, которое возглавлял доцент А.А. Говоров. Техническая помощь велась по многим направлениям. Но главной была проверка качества металла, сплавов, качества выпускаемой продукции. С первых дней войны ученые института включились в дело помощи фронту. Особенно велики в этом заслуги профессора Ю.В. Грдины, доцентов Е.Я. Зарвина, И.С. Назарова и научного коллектива СМИ. В целом они способствовали выполнения правительственного задания – срочно организрвать выплавку броневого металла. КМК был совершенно не приспособлен для выпуска броневого листа. Срочно переоборудовалм блюминг, но этого было недостаточно. Нарком черной металлургии отдал распоряжение демонтаже шести термических печей на Ижорском заводе и отправке их оборудования на Кузнецкий комбинат. На КМК выпускалось 30 процентов всей броневой стали страны и 50 процентов броневого листа. Каждый день комбинат отправлял эшелоны с броневым металлом- для будущих танков. В начале 1942 года работники инсти­тута и завода (доценты Е. Я. Зарвин, В. П. Дембовецкий, Н. Н. Круглов, инженеры Б. Н. Жеребин и Е. К. Вяткин) приступили к выполнению иссле­дования и 3 мая 1942 года одна из доменных печей КМК была переведена на выплавку маломарганцевистого чугуна. Первые же опыты показали, что снижение марганца в чугуне позволяет значительно увеличить производитель­ность доменных печей, уменьшить се­бестоимость чугуна и, при мартенов­ском переделе последнего, получить сталь требуемого качества. В марте 1943 года КМК впервые пол­ностью внедрил результаты этого исследования, переведя доменный цех на выплавку, а мартеновские цехи — на передел маломарганцевистого чугу­на. В итоге только за март 1943 года доменным цехом КМК было получено 6800 тонн добавочного чугуна и сэко­номлено 3800 тонн кокса, 4400 тонн известняка и 11000 тонн марганцевистой руды. Качество полученной стали ни по од­ному из показателей не ухудшилось. Более того, после внедрения маломар­ганцевистого чугуна уменьшилось со­держание в готовой стали водорода и неметаллических включений, улучши­лись показания ударных испытаний по­перечных образцов и увеличился выход первых сортов. В истории СМИ заметна роль профес­сора И. С. Назарова. Заведующий ка­федрой металлургических печей Иван Савельевич начал преподавательскую работу в 1930 году. Во время войны профессор И. С. Назаров принимал ак­тивное участие в работах, связанных с переводом КМК на оборонные заказы, в выборе печей для отжига бронелиста в термическом цехе КМК. В результате его исследований увеличилось произ­водство огнеупорных материалов для доменных печей, что было для КМК жизненно необходимо. И.С. Назаров был награжден ордена­ми «Знак Почета» и Трудового Красного Знамени. Помощь института промышленности в годы войны не ограничилась Кузнецким металлургическим комбинатом, а рас­пространялась и на другие предприятия Кузбасса и Западной Сибири. Для Гурьевского металлургического завода научными работниками института была проведена исследовательская работа, результаты которой позволили улуч­шить качество выплавляемого металла и усовершенствовать разливку стали (кафедра металлургии стали). В Новокузнецке научные сотрудники института (кафедра литейного произ­водства) выполнили работу по внедре­нию кокильного литья боеприпасов на ряде предприятий Кузбасса. С целью обеспечения Томской железной дороги запасными деталями и мелкими строи­тельными профилями было начато стро­ительство Беловских сталепрокатных мастерских. Шефом этого строительства был СМИ. В годы войны институт продолжал развиваться. Студенты совмещали уче­бу и работу. В начале войны из Москвы в Новокузнецк был эвакуирован Мос­ковский институт стали, который временно влился в СМИ. В связи с тем, что общежитие студентов СМИ вре­менно было передано под госпиталь, для размещения своих студентов по­строили два барака. Студенты жили в тесноте, а с прибытием студентов Мо­сковского института стали положение ухудшилось. Пришлось устанавливать кровати в два этажа. Но, как говорят, в тесноте, да не в обиде. Наши студенты радушно приняли в свою семью моск­вичей и делились с ними всем, что имели сами. Подавляющее большинство научных сотрудников и служащих института все­лили в свои квартиры прибывших к нам из Москвы научных работников и слу­жащих. Те, кто имели трехкомнатные квартиры, переходили в одну комнату. Остальные отдавали приезжим, делясь с ними мебелью, посудой и всем необ­ходимым. Война наглядно показала советских людей с лучшей стороны, их душевно­сть, радушие, сплоченность, трудолю­бие, могучую силу, а где надо — су­ровость. В июне 1941 года часть преподавате­лей ушла в ряды Советской Армии. Оставшиеся в институте проявили боль­шую организованность и с удвоенной энергией выполняли несравнимо более обширные задачи, чем в довоенный пе­риод. Обучение и выпуск инженеров не только не прекращался, но даже уве­личился за счет дополнительного зим­него набора 1943 года и обучения сту­дентов, эвакуированных из Московско­го института стали. Трудностей было немало. Не хватало учебников и бумаги. Конспекты писали на газетах и книгах. Срок обучения был сокращен до трех с половиной лет, занятия проводились по новым учеб­ным программам и планам. Здание ин­ститута было передано сначала госпи­талю, а позднее — одному из оборон­ных заводов, эвакуированному с запада. Но институт не перестал существо­вать. Он разместился в трех зданиях: в деревянном бараке, в части здания ре­месленного училища и в здании музы­кальной школы. Аудитории были малы. Годами налаженные лаборатории при­шли в упадок. Студенты были вынуж­дены ежедневно кочевать из здания в здание. Но отстающих не было. Высо­кая сознательность, дисциплина опреде­ляли облик института тех лет. 1943—1944 учебный год явился пере­ломным моментом в работе института. В 1944 году были возвращены учебные здания и общежития института, увели­чен в 3 раза контингент студентов, на 50 процентов преподавательский состав, несмотря на все трудности выполнен учебный план. Студенты работали на опытных уста­новках, участвовали во многих суббот­никах на КМК, алюминиевом заводе, рыли котлованы под цехи алюминиево­го и ферросплавного заводов, помогали расчищать территорию КМК от снега, трудились на рабочих местах вальцов­щиков и прокатчиков, а главное, продолжали старательно и упорно учиться. В холод, плохо одетые, ночами и в воскресные дни студенты трудились на шахтах, подменяя кадровых рабочих, помогали в рекордно короткие сроки получать так необходимый промышлен­ности страны броневой металл. Большую помощь студенты и сотруд­ники СМИ оказывали труженикам сель­ского хозяйства. Бывший секретарь ко­митета ВЛКСМ, профессор кафедры политической экономии Кемеровского университета Д. Яшин вспоминает, как после уборки картофеля в одном из совхозов комсомольцы проходили поле и придирчиво проверяли качество убор­ки. «Ни одного оставленного клубня в поле» — такой был лозунг.


Случайные файлы

Файл
4461-1.rtf
7908-1.rtf
130492.rtf
83165.rtf
174152.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.