Эллинистическая цивилизация (30427-1)

Посмотреть архив целиком

ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ


СОДЕРЖАНИЕ




1. ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………….1


2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВ, СТАНОВЛЕНИЕ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ………………....2


3. ЭЛЛИНИСТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА…………………………………………..6


4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ………………………………………………………………….22


5. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК…………………………………………23




ВВЕДЕНИЕ




Начало эллинистической цивилизации положили Восточный поход Александра Македонского и массовый колонизационный поток эллинов (греков и македонян) во вновь завоеванные земли. Хроноло­гические и географические грани­цы эллинистической цивилизации исследователями определяются по-разному в зависимости от трактов­ки понятия «эллинизм», введенного в науку еще в первой половине XIX в. И. Г. Дройзеном, но до сих пор остающегося спорным.

Накопление нового материала в результате археологических и ис­торических исследований оживило дискуссии о критериях и специфи­ке эллинизма в разных регионах, о географических и временных гра­ницах эллинистического мира. Вы­двигаются концепции предэллинизма и пост эллинизма, т. е. возник­новения элементов эллинистиче­ской цивилизации до греко-маке­донских завоеваний и их живучести (а иногда и регенерации) после крушения эллинистических госу­дарств.

При всей спорности этих проб­лем можно указать и на устоявши­еся взгляды. Несомненно, что про­цесс взаимодействия эллинского и переднеазиатских народов имел ме­сто и в предшествующий период, но греко-македонское завоевание придало ему размах и интенсив­ность. Новые формы культуры, политических и социально-эко­номических отношений, возникшие в период эллинизма, были продук­том синтеза, в котором местные, главным образом восточные, и гре­ческие элементы играли ту или иную роль в зависимости от кон­кретно-исторических условий. Большая или меньшая значимость местных элементов наложила отпе­чаток на социально-экономическую и политическую структуру, формы социальной борьбы, характер куль­турного развития и в значительной мере определила дальнейшие исто­рические судьбы отдельных реги­онов эллинистического мира.

История эллинизма отчетливо делится на три периода—воз­никновение эллинистических госу­дарств (конец IV—начало III в. до н. э.), формирование социально-экономической и политической структуры и расцвет этих госу­дарств (III—начало II в. до н. э.) и период экономического спада, на­растания социальных противоречий и подчинения власти Рима (середи­на II—конец I в. до н. э.). Дей­ствительно, уже с конца IV в. до н. э. можно проследить становле­ние эллинистической цивилизации, на III в. и первую половину II в. до н. э. приходится период ее расцве­та. Но упадок эллинистических держав и расширение в Средизем­номорье римского господства, а в Передней и Центральной Азии— владений возникших местных госу­дарств не означали ее гибели. Как составной элемент она участвовала в формировании Парфянской и Греко-Бактрийской цивилизаций, а после подчинения Римом всего Восточного Средиземноморья на ее основе возник сложный сплав гре­ко-римской цивилизации.




ВОЗНИКНОВЕНИЕ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКИХ ГОСУДАРСТВ СТАНОВЛЕНИЕ ЭЛЛИНИСТИЧЕСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ



В результате походов Александра Македонского возникла держава, охватывавшая Балканский п-ов, острова Эгейского моря. Малую Азию, Египет, всю Переднюю, южные районы Средней и часть Центральной Азии до нижнего те­чения Инда. Впервые в истории такая огромная территория оказа­лась в рамках одной политической системы. В процессе завоеваний были основаны новые города, про­ложены новые пути сообщений и торговли между отдаленными обла­стями. Однако переход к мирному освоению земель произошел не сразу; в течение полувека после смерти Александра Македонского шла ожесточенная борьба между его полководцами—диадохами (преемниками), как их обычно на­зывают,—за раздел его наследия.

В первые полтора десятилетия сохранялась фикция единства дер­жавы под номинальной властью Филиппа Арридея (323—316 гг. до н. э.) и малолетнего Александра IV

(323—310? гг. до н. э.), но в дей­ствительности уже по соглашению 323 г. до н. э. власть в важнейших ее регионах оказалась в руках наи­более влиятельных и талантливых полководцев: Антипатра в Македо­нии и Греции, Лисимаха во Фракии, Птолемея в Египте, Антигона на юго-западе Малой Азии. Пердикке, командовавшему главными военны­ми силами и фактическому реген­ту, подчинялись правители восточ­ных сатрапий. Но попытка упро­чить свое единовластие и распро­странить его на западные сатрапии закончилась гибелью Пердикки и положила начало войнам диадохов. В 321 г. до н. э. в Трипарадисе произошло перераспределение сат­рапий и должностей: Антипатр стал регентом, и к нему в Македо­нию из Вавилона была перевезена царская семья, Антигон был назна­чен стратегом-автократом Азии, командующим всеми находившими­ся там войсками, и уполномочен продолжить войну с Евменом, сторонником Пердикки. В Вавилонию, утратившую значение царской резиденции, сатрапом был назначен командир гетайров Селевк.

Смерть в 319 г. до н. э. Антипат­ра, передавшего регентство Полиперхонту, старому, преданному царской династии полководцу, про­тив которого выступил сын Анти­патра Кассандр, поддержанный Антигоном, привела к новому уси­лению войн диадохов. Важным плацдармом стали Греция и Маке­дония, где в борьбу были втянуты и царский дом, и македонская знать, и греческие полисы; в ходе ее погибли Филипп Арридей и дру­гие члены царской семьи, а Кас­сандру удалось упрочить свое по­ложение в Македонии. В Азии Антигон, одержав победу над Ев­меном и его союзниками, стал са­мым могущественным из диадохов, и сразу же против него сложилась коалиция Селевка, Птолемея, Кас­сандра и Лисимаха. Началась новая серия сражений на море и на суше в Сирии, Вавилонии, Малой Азии, Греции. В заключенном в 311 г. до н. э. мире хотя и фигурировало имя царя, но фактически о един­стве державы уже не было речи, диадохи выступали как самосто­ятельные правители принадлежа­щих им земель. Новая фаза войны диадохов на­чалась после умерщвления по при­казу Кассандра юного Александра IV. В 306 г. до н. э. Антигон и его сын Деметрий Полиоркет, а затем и другие диадохи присваивают себе царские титулы, тем самым приз­навая распад державы Александра и заявляя претензию на македон­ский престол. Наиболее активно стремился к нему Антигон. Воен­ные действия развертываются в Греции, Малой Азии и Эгеиде. В сражении с объединенными силами Селевка, Лисимаха и Кассандра в 301 г. до н. э. при Ипсе Антигон потерпел поражение и погиб. Про­изошло новое распределение сил: наряду с царством Птолемея I (305—282 гг. до н. э.), включавшем Египет, Киренаику и Келесирию, появилось крупное царство Селев­ка I (311—281 гг. до н. э.), объеди­нившее Вавилонию, восточные сат­рапии и переднеазиатские владения Антигона. Лисимах расширил границы своего царства в Малой Азии, Кассандр получил признание прав на македонский престол. Однако после смерти Кассандра в 298 г. до н. э. вновь разгорелась борьба за Македонию, длившаяся более 20 лет. Поочередно ее пре­стол занимали сыновья Кассандра, Деметрий Полиоркет, Лисимах, Птолемей Керавн, Пирр Эпирский. Помимо династических войн в на­чале 270-х гг. до н. э. Македония и Греция подверглись вторжению кельтов-галатов. Только в 276 г. Антигон Гонат (276—239 гг. до н. э.), сын Деметрия Полиоркета, одержавший в 277 г. победу над галатами, утвердился на македон­ском престоле, и при нем Македон­ское царство обрело политическую стабильность. Полувековой период борьбы ди­адохов был временем становления нового, эллинистического общества со сложной социальной структурой и новым типом государства. В де­ятельности диадохов, руководство­вавшихся субъективными интереса­ми, проявлялись в конечном счете объективные тенденции историче­ского развития Восточного Среди­земноморья и Передней Азии— потребность в установлении тесных экономических связей глубинных районов с морским побережьем и связей между отдельными областя­ми Средиземноморья—и вместе с тем тенденция сохранения этниче­ской общности и традиционного политического и культурного един­ства отдельных районов, потреб­ность в развитии городов как центров торговли и ремесла, в ос­воении новых земель, чтобы про­кормить возросшее население, и, наконец, в культурном взаимодей­ствии и т. д. Несомненно, что ин­дивидуальные особенности госу­дарственных деятелей, соперничав­ших в борьбе за власть, их военные и организаторские таланты или их бездарность, политическая близо­рукость, неукротимая энергия и не­разборчивость в средствах для до­стижения целей, жестокость и ко­рыстолюбие — все это осложняло ход событий, придавало ему острую драматичность, нередко от­печаток случайности. Тем не менее можно проследить общие черты политики диадохов. Каждый из них стремился объ­единить под своей властью внут­ренние и приморские области, обеспечить господство над важны­ми путями, торговыми центрами и портами. Каждый стоял перед проблемой содержания сильной ар­мии как реальной опоры власти. Основной костяк армии состоял из македонян и греков, входивших ра­нее в царское войско, и наемников, завербованных в Греции. Средства для их оплаты и содержания отча­сти черпались из сокровищ, награб­ленных Александром или самими диадохами, но достаточно остро стоял вопрос и о сборах дани или податей с местного населения, а следовательно, об организации уп­равления захваченными территори­ями и налаживании экономической жизни. Во всех областях, кроме Македо­нии, стояла проблема взаимоотно­шений с местным населением. В решении ее заметны две тенденции: сближение греко-македонской и местной знати, использование тра­диционных форм социальной и по­литической организации и более жесткая политика по отношению к коренным слоям населения как к завоеванным и полностью бесправ­ным, а также внедрение полисного устройства. В отношениях с даль­ними восточными сатрапиями диадохи придерживались сложившей­ся при Александре практики (воз­можно, восходящей к персидскому времени): власть была предоставле­на местной знати на условиях приз­нания зависимости и выплаты де­нежных и натуральных поставок. Одним из средств экономическо­го и политического укрепления власти на завоеванных территориях было основание новых городов. Эту политику, начатую Алексан­дром, активно продолжали диадохи. Города основывались и как стратегические пункты, и как ад­министративные и экономические центры, получавшие статус полиса. Одни из них возводились на пусту­ющих землях и заселялись выход­цами из Греции, Македонии и иных мест, другие возникали путем добровольного или принудительно­го соединения в один полис двух или нескольких обедневших городов или сельских поселений, третьи—путем реорганизации вос­точных городов, пополненных гре­ко-македонским населением. Ха­рактерно, что новые полисы появ­ляются во всех областях эллини­стического мира, но их число, рас­положение и способ возникновения отражают и специфику времени, и исторические особенности отдель­ных областей. В период борьбы диадохов од­новременно с формированием но­вых, эллинистических государств шел процесс глубокого изменения материальной и духовной культуры народов Восточного Средиземно­морья и Передней Азии. Непрерыв­ные войны, сопровождавшиеся крупными морскими сражениями, осадами и штурмами городов, а вместе с тем основание новых го­родов и крепостей выдвинули на первый план развитие военной и строительной техники. Совершен­ствовались и крепостные сооруже­ния.


Случайные файлы

Файл
103280.rtf
101928.rtf
110619.rtf
GEOBRAZ.DOC
183782.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.