О монополии на водку в России (9112-1)

Посмотреть архив целиком

О монополии на водку в России

Эссе о монополии. На водку. Опыт трансперсонального восприятия.

Михаил Коган

История не терпит сослагательных наклонений. Я долго силился понять, что же это все-таки значит, но так и не понял. Но, как мне кажется, это неплохое начало для эссе.

В слове «монополия» девять букв. Странно, правда? Почему не семь или шесть? Одно время мне казалось, что можно придумать слово и покороче. Позднее, я понял, как сильно заблуждался. Ведь в латинском языке нет коротких слов. Почему? Для многих исследователей-латинистов это до сих пор остается загадкой. Что уж говорить о простом русском пареньке еврейской наружности и с временной регистрацией в Москве… Однако, у меня есть кое-какие предположения на сей счет. Мне кажется, древние просто выпендривались. Представьте себе такую картину: Римская Империя, II в. до н. э. Какой-то мальчик, безумно влюблен в какую-то девочку. Она не отвечает ему взаимностью. Но в один прекрасный день он подходит к ней и таинственно сообщает: «У меня дома есть монополия! Хочешь посмотреть?» Наивная девочка, снедаемая любопытством, нерешительно кивает. Через час она уже не девочка. А проходит чуть меньше года и она – молодая кормящая мать.

Но мы отвлеклись! А раз так, то почему бы ни отвлечься еще раз…

Поговорим о семантике и этимологии слова «монополия». Или не стоит? Пожалуй, я ограничусь лишь тем, что приведу выдержку из Советского Энциклопедического Словаря. В нем дается следующее толкование слова «монополия»:

Монополия (от моно… и греч. полео – продаю), исключит. (монопольное) право в к.-л. сфере деятельности гос-ва (напр., монополия внешней торговли), орг-ции, фирмы и т.д.

Микроэкономическому учению не свойственна столь безудержная широта обобщения. Но приведенное выше определение универсально для всех областей знаний и объективно отображает смысл данного явления.

Итак, монополия на водку. От этого словосочетания у многих российских граждан неприятно сводит мышцы живота, потеют подмышки. Бывает даже, что случаются пароксизмы страха и легкие обмороки. Чтобы понять причины столь характерной реакции людей, обратимся к истории водочной монополии в России.

Когда в 1386 году генуэзские купцы впервые привозят виноградный спирт (аквавиту) в Москву, он становится известным при великокняжеском дворе, но не производит особого впечатления. На протяжении пятидесяти лет в Россию вновь и в большом количестве поступают образцы аквовиты. Их везут из Флоренции (Италия) русские и греческие монахи, не удовлетворенные результатами своих теологических изысканий, но готовые продолжить совершенствовать свой дух новыми, более эффективными, методами. Однако высшие сановники находят аквовиту зельем вредным, после чего следует запрет на ее ввоз в Московское государство.

Но прогресс не остановить. И с 1474 года производство алкогольных продуктов в России становится прочной (фиксируемой документально) государственной, царской регалией. В это же время вводится монополия на производство и продажу хлебного вина, а так же все прочее спиртные напитки – мед, пиво, шнапс, ранее никогда не подвергавшиеся налогообложению. После это еще десять лет (1480 – 1490 гг.) Великий князь ведет спор с православной церковью с целью запретить ей производство алкогольных напитков и тем самым ликвидировать брешь в государственной винной монополии. Но духовные ценности превалируют над невежественной светскостью, и подвижники веры продолжают очищение.

Во времена царской власти монопольная политика постоянно претерпевала какие-то изменения. При Алексее Михайловиче питейное дело в России подверглось реформированию. Была отменена система откупов, вводимая в периоды крайней нужды и отдававшая целые области рынка в мохнатые лапы алчных и беспощадных откупщиков. Была запрещена продажа водки в кредит, способствовавшая прежде созданию «кабацких долгов» и закабалению людей. Кроме того, были уничтожены частные и тайные кабаки.

Петр I уделял монопольной политике в отношении водки особое внимание, решительно склоняясь к тому, что главное в период Северной войны (1705 г.) – это получение наивысшей прибыли для государства от продажи водки.

В 1765 году правительство Екатерины II вводит привилегию винокурения для дворянства, освобождая его от всякого налогообложения. А дворяне – это вам не монахи! Политика Екатерины II привела не только к взяточничеству и коррупции, но и к тому, что постепенно возобладала подрядно-откупная система.

Конец произволу положил зрелый и рассудительный Александр I. В 1819 году его правительство ввело строгую государственную монополию. Исключение было сделано лишь для отдаленной Сибири, где центральная власть все равно была не в силах бороться со злоупотреблениями откупщиков. Отныне, государство брало на себя целиком производство водки и ее оптовую продажу, а разницу отдавала в частные руки. Но, не обладая торговыми точками, государство не могло еще ввести полной монополии в XIX в. Кроме того, предупреждая спекуляцию государственной водкой, правительство установило твердую цену на столь любимой всеми напиток – по 7 рублей ассигнациями за ведро. Учитывая то, что простому русскому мужику ведра хватало на вечер, введение казенной монополии на водку сразу же пополнило государственную казну – за год доходы от водки увеличились почти на 10 млн. рублей. Но лишь выявилось подобное положение, как розничные виноторговцы попытались взять реванш. Они стали недоплачивать государству, воруя и фальсифицируя продукт, что привело к снижению отчислений в казну. В целом и потребление водки в России стало падать, ибо наличие домашнего дворянского винокурения сдерживало как рост распространения пьянства, так и спрос на худшую по качеству казенную водку. Рынок был насыщен товаром, и в этом случае приходилось страдать уже не столько потребителю, сколько производителю. Но поскольку в России любой производитель не желал зарабатывать прибыль путем повышения качества товара и честной конкуренции, то основные поставщики водки – помещики – потребовали отмены казенной монополии.

Правительство Николая I крайне нуждалось в деньгах после подавления революции в Венгрии и в преддверии намечаемого широкого железнодорожного строительства. В этих условиях в период с 1847 по 1851 год постепенно в разных районах страны совершается переход к акцизно-откупной системе, когда государство в монопольном порядке производит водку на своих казенных винокурнях и продает ее откупщику по твердой цене в надежде, кроме того, получить с него еще дополнительную прибыль, которая создается из суммы, полученной откупщиков в результате розничной торговли. Но поскольку откупщики, естественно, нажиться как можно больше, получив не только розничную надбавку для казны, но и свою прибыль, то эта система привела к невероятным злоупотреблениям и вызвала сильнейшее народное недовольство. Вот почему после отмены крепостного права в России в общем русле хозяйственных и социальных реформ была проведена и решительна отмена ненавистной откупной системы.

Однако отмена крепостного права, открыв дорогу развитию капитализма в России, заставила царское правительство не считаться с интересами и требованиями какого-либо одного класса, а действовать согласно законам капитализма, законам рынка. Вот почему выбор был сделан не в пользу введения государственной монополии, а в пользу акцизной системы, как приноровленной к капиталистическому хозяйству и действующей в странах Западной Европы, на которую смотрели как на образец.

Но акцизная система «не пошла» в России, она провалилась как раз с точки зрения своей экономической эффективности и с точки зрения влияния на нравственность общества. Почему? Во-первых, она сразу сильно понизила цены на спирт и водку, и питейный доход казны сразу упал со 100 млн. рублей до 85 млн. рублей. Во-вторых, не менее резко снизилось качество водки, ибо при низких ценах возросло желание производителей не проиграть в барыше, что вызвало многочисленные фальсификации, замену зернового сырья картофельным и как результат – массовые отравления и смертельные случаи. В-третьих, пьянство, сократившееся в период борьбы народа с откупной системой, вновь достигло умопомрачительных размеров, причём не в виде роста объёмов потребляемой водки, а по своим социальным и медицинским последствиям, поскольку дешёвая низкосортная водка «для народа», бесконтрольность «новой», «современной» рецептуры отдельных водочных фирм привели в целом к катастрофическому росту алкоголизма, к массовому появлению хронических алкоголиков, чего в России до эпохи капитализма при имевшемся многовековом пьянстве всё же не наблюдалось.

В 1904 – 1905 годах, в период русско-японской войны, фактически был введён запрет на торговлю водкой в ряде регионов страны. В годы первой русской революции (1905 – 1907 гг.) ограничения на водочное производство и торговлю сохранялись или действовали частично. Лишь в 1906-1913 годах, всего семь лет подряд, водочная монополия осуществлялась во всем своём объёме и дала ряд положительных результатов по сокращению, по крайней мере, внешних проявлений пьянства.

2 августа 1914 года правительство России издало постановление о прекращении продажи водки на период войны (1914 – 1918 гг.) и о сосредоточении всего производства этилового спирта для технических нужд фронта и медицинских целей.

В декабре 1917 года советское правительство продлило запрет на торговлю водкой на время войны и революции, а затем в июле 1918-го ещё раз приняло постановление о запрете производства самогона и торговли водкой на период гражданской войны и иностранной интервенции.


Случайные файлы

Файл
25286-1.rtf
99586.rtf
141347.rtf
77674-1.rtf
136565.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.