Подводники тихоокеанцы в боях с противником (1941-1945 г.) (8549-1)

Посмотреть архив целиком

Подводники тихоокеанцы в боях с противником (1941-1945 г.)

П.В. Боженко.

Политические факторы, влиявшие на создание и боевое использование подводного флота Страны Советов, как нигде ярко проявились на Тихом океане. Проиграв русско-японскую войну. Россия по условиям Портсмутского мирного договора взяла на себя обязательство в течение 30лет не развивать подводный компонент своих военно-морских сил на Дальнем Востоке.

В свою очередь Советское правительство в 1925году при установлении дипломатических отношений с Японией, вынуждено было согласиться соблюдать положения мирного договора.

Поэтому, когда в 1932 году начались работы в области подводного кораблестроения на Тихом океане, их окружили плотнейшей завесой секретности. Малые лодки привозились целиком по железной дороге с Черного моря и Балтики. Средние лодки “Щука”, специального разборного типа У, транспортировались по частям в ящиках с надписью “Сельхозтехника”. Стройплощадку выбрали в самом дальнем конце Владивостокской бухты, окружили ее высоким глухим забором, а со стороны воды, занавесили полотнищами. Прибывающие с других флотов моряки снимали ленточки с бескозырок и т.д. На производственных совещаниях судостроителей употреблялись выражения “объект № такой то”, а само слово подводная лодка считалось запрещенным. Даже Тихоокеанский флот стал именоваться флотом с 11января 1935г., т.е. когда истекли условия договора, а до этого в ходу было название довольно обтекаемое “Морские силы Дальнего Востока”.

Японцы пристально наблюдали как за ростом флота вообще, так и за появлением субмарин особенно. Дело доходило до анекдотов. Первый эшелон “Сельхозтехники” отбыл на Дальний Восток 1июня 1932г. Уже 29апреля 1933г. на особо строго охраняемой упоминавшейся стройплощадке Дальзавода. ночью при свете прожекторов спускали на воду объект 229 или подводную лодку Щ-11 “Карась”. Число присутствующих естественно строго ограниченно, строгий пропускной режим, но неожиданно в числе гостей обнаружили ... японского консула, который откланялся и быстро удалился. Как он прошел через все кордоны и попал на совершенно секретное мероприятие осталось загадкой. В том же году одну из построенных лодок для прохода по Амуру в океан замаскировали под пароход, сделали высокий борт из фанеры, надстройку и большую трубу, под которую для реальности поставили печку, чтоб шел настоящий дым. Вечером того же дня японское радио передало, что по Амуру следует подлодка, замаскированная под надводный корабль.

Так до 1935 года подводные лодки на Тихом океане существовали, как бы нелегально. Хотя японцы знали прекрасно о нарушении условий договора, никаких официальных протестов с их стороны не следовало. Зато корабли Императорского флота очень часто оказывались около субмарин, опасно маневрировали и до тарана не доходило только благодаря высокому мастерству подводников, пару раз вблизи борта проходили торпеды. Шла настоящая война нервов.

Первая же лодка, Щ-11 (впоследствии Щ-101) тогда еще “Карась”, летом 1933г. под командой Д.Г.Чернова испытала на себе все это в полной мере. Из тумана выскочили два эсминца, на которых сыграли “Боевую тревогу”. Матросы побежали снимать чехлы с орудий и торпедных аппаратов. Наша лодка приготовив торпеды к бою стала маневрировать так, чтобы один из кораблей всегда был под прицелом. Затем между японцами и комиссаром лодки произошел диалог в стиле “Твоя - моя не понимай”. Затем с эсминца крикнули - “Просим передать привет Советскому правительству” и корабли ушли. Все это время они держали друг друга под прицелом торпед и орудий.

Все предвоенные годы Япония считалась потенциальным противником №1 и лодки плавали на Тихом океане, как нигде интенсивно, круглогодично, подо льдом в группе и на полную автономность. Во второй половине 1935г. Щ-103 “Карп” под командованием Е.Е.Полтавского совершила непрерывное 58часовое подводное плавание под электромоторами пройдя 150миль, что значительно превысило проектную норму. Уже в декабре 1935г. 13командиров подводных лодок были награждены орденами. В январе 1936г. Щ-117 под командой Н.П.Египко вышла в море с задачей - пробыть в походе столько сколько выдержит экипаж, проектная автономность оказалась перекрытой в два раза, 11января - 20февраля. 3апреля 1936г. все члены экипажа были награждены орденами. Так в нашем флоте появился первый полностью орденоносный экипаж, вероятно больше подобных аналогов в мире нет, чтобы все члены экипажа имели ордена.

Таких походов провели несколько, например Щ-113 М.С.Клевенского, пробыла в море с 14сентября: по 25декабря 1936г. — 102суток. По результатам походов для лодок типа Щ была установлена новая автономность в 40суток, вместо 20суток. Причем практически лодки плавали зимой, что было впервые на нашем флоте. Экипажи пытались искать резервы увеличения боеспособности. Так упоминавшийся командир Щ-113 М.С.Клевенский, которого командир 5бригады подлодок адмирал Н.Г.Холостяков, характеризует как "инициативнейшего командира”, выполнил такое усовершенствование: У головки зенитного перископа установлен гофрированный шланг, который присоединен к клапану уравнительной цистерны. Лодка в первом же пробном выходе более часа ходила под дизелями на перископной глубине. Правда жизнь оказалась более суровым экзаменатором, чем воды Тихого океана. В июне 1941года по приказу капитана 1ранга М.С.Клевенского, тогда командира Либавской военно-морской базы взорваны ремонтирующиеся на заводе “Тосмаре” подводные лодки и эсминец “Ленин”, хотя он мог уйти под своими машинами. Затем герой-подводник не нашел в себе смелости подтвердить на следствии свой устный приказ и его исполнитель командир эсминца капитан-лейтенант Ю.М.Афанасьев расстрелян как паникер. Сам Клевенский разжалован в матросы. Однако все это пока в будущем, а пока продолжалась война без выстрелов в тихоокеанских просторах.

Вступив в 1936году официально в “Антикоминтерновский пакт”, Япония резко усилила враждебные действия против Советского Союза. Дело доходило до прямых диверсий. Летом 1938г. на лодке Щ-102 вышел в море командир дивизиона С.Е.Чурсин. При возвращении в базу, всплыв почти у самой гавани, неожиданно заметили старый, грязный рыболовный сейнер. Чурсину он показался весьма подозрительным. Сейнер очень бойко бежал в направлении наших берегов, а “рыбачки” явно с военной выправкой молниеносно выполняли все приказы капитана. Это совсем не походило на обычную жизнь японского рыболовного судна. Комдив приказал сейнеру остановиться, что последний выполнил только когда на него навели корабельное орудие. При досмотре на берегу в трюме обнаружили мины, о месте их постановки особенно гадать не приходиться, слишком рядом была база подлодок. Тихоокеанцы первыми прошли проверку в боевых условиях. 31июля начались бои в районе озера Хасан и подводные лодки вышли в море на боевое патрулирование по защите наших коммуникаций, прикрывая надводные корабли, привлеченные к снабжению войск. Причем, некоторые лодки, которые находились в море, получили приказ перейти к боевому дежурству 27июля и несли его, сменяясь, до осени. В следующем, 1939году настоящая война с Японией, известная как бои на Халхин-Голе, опять вызвала патрулирование наших субмарин в течение всего лета и осени.

За 1932-1940гг. на Тихий океан перевезено 86субмарин. (13 типа Л, 35 — типа Щ, 37 — типа М и 1-С). В 1940году флот пополнился еще одной лодкой, довольно необычным путем. Построенная в 1937году на Балтике “Щука” под номером 315 перешла в июне 1939 на Северный флот и стала именоваться Щ-423. В то время шло интенсивное освоение Северного Морского пути и в целях возможной проверки межтеатровой переброски кораблей, решили послать на Дальний Восток подлодку. Перед выходом корпус одели в деревянную шубу бронзовые винты заменили на стальные и т.д. 5августа 1940г. из Полярного под командой капитана 3ранга И.И.Зайдулина (штатный командир ст.лейтенант А.Быстров был в походе дублером) в сопровождении ледокола “Щука” вышла в море. Плавание шло в надводном положении. 9сентября субмарина дошла до бухты Провидения на Чукотке, где ей вернули обычный вид, и 17октября новое приобретение Тихоокеанского флота бросило якорь в бухте Золотой Рог. Субмарина прошла более 7000миль, из них около 700в сплошных льдах. К стати она так и плавала два года с номером Северного флота и лишь 17апреля 1942г. ее переименовали на тихоокеанский манер - Щ-139. По результатам перехода решено перевести таким путем из Ленинграда в 1941 или 1942 годах на Тихий океан крейсерские лодки К-21, 22, 23. а позднее 51-56.

К началу Великой Отечественной войны количество лодок еще возросло и с 91кораблем подводных глубин Тихоокеанский флот вышел на первое место среди других флотов СССР. Не смотря на такое большое количество подлодок, причем “сборных” из секций, на неосвоенный морской театр, где в .некоторых местах не видели, не то, что подводную лодку, а пароход, на очень сложные погодные условия .с сильнейшими океанскими штормами, за весь предвоенный период произошла всего одна тяжелая авария. В ноябре 1935г. лодку Щ-103 выбросило штормом на камни вблизи Владивостока. Восстанавливать ее не стали.

Многие подводники тихоокеанцы, пройдя суровую школу. успешно служили на других флотах вовремя войны, командуя различными соединениями и частями.

С июня 1941г. флот перешел в состояние повышенной боевой готовности. С 12июля по приказу наркома Н.Г.Кузнецова начали постановку оборонительных минных заграждений на подходах к Владивостоку, Советской Гавани, Петропавловску. Мины поставили в очень короткие срок подводные лодки вышли в дозор у своих баз. Уже в августе стало ясно, что минные заграждения создали весьма много проблем и своему флоту. Япония в бой не рвалась, а начинавшиеся шторма стали срывать мины десятками и сотнями, они плавали у наших берегов, серьезно затрудняя плавание кораблей ТОФ и судов Дальневосточного пароходства. Дело дошло до того, что кроме тральщиков на охоту за своими минами направили самолеты, которые пробовали расстреливать их из пулеметов. Все же эти меры были запоздалой реакцией на бессмысленные потери. Уже 25июля 1941года в Японском море в районе бухты Ольга у побережья Приморья выполняя задание командования ТОФ, подорвался и погиб ледокол “Казак Поярков”. Это была потеря так сказать явная, а точные даты и обстоятельства гибели подводных лодок М-63 и М-49 так и остались неизвестными. Обе не возвратились из базового дозора на подходах к Владивостоку в августе 1941. Тем не менее, количество тихоокеанских субмарин не уменьшилось. В боевой строй вошли 10кораблей С-51, С-55, С-56, Щ-135, Щ-136, Щ-137 и Щ-138, М-114, М-П5, М-116, это только в 1941году. Моряки понимали, что их противником являются не только мины. Японцы хотя и не воевали в открытую, но задерживали наши суда, не гнушались их обстрелами, особенно вдали от советских берегов, а иногда придумывали вещи и похуже. 18июля 1942года в Николаевске-на-Амуре, прямо в базе взорвались торпеды в кормовых аппаратах на лодке Щ-138. Новейший корабль, вступивший в строй 30декабря 1941г. перестал существовать. Еще одна лодка Щ-18 получила повреждения и полузатонула но позднее была восстановлена. Исчерпывающей информации о происшествии нет, но старшего помощника командира лодки арестовали как японского шпиона, а на берегу усиленно циркулировали слухи о том, что это японская диверсия, мишенью которой служил достраивающийся крейсер “Калинин” и склады боезапаса, и что только изменение положения лодки из за отлива сорвало этот план. К сожалению на данный момент нет данных, опровергающих или подтверждающих эту версию.


Случайные файлы

Файл
28146.rtf
159476.rtf
130725.rtf
159901.rtf
57465.rtf




Чтобы не видеть здесь видео-рекламу достаточно стать зарегистрированным пользователем.
Чтобы не видеть никакую рекламу на сайте, нужно стать VIP-пользователем.
Это можно сделать совершенно бесплатно. Читайте подробности тут.